Помоги проекту - поделись книгой:
Ксавье поднялся к себе. Багажа у него было немного. Только немного одежды и разные мелочи. Две больших бутыли из толстого темно-зеленого стекла в плетеных корзинах лежали в большом кожаном мешке. Драгоценная рукопись была спрятана в потайном кармане. Медицинские инструменты, ящик с красками и прочим лежали в маленькой комнатке, в захудалой гостинице на окраине Лондона, которая была снята на месяц. Ксавье вышел на улицу и направился на ближайший постоялый двор.
Дилижанс, в который он втиснулся в самый последний момент, жутко громыхал. Сидевший рядом толстяк вонял потом и луковой похлебкой. На сиденье, напротив Ксавье, сидели две женщины с ребенком. Толстуха, занимавшая большую часть сиденья все время, чавкала, что-то пережевывая. Худая отрешенно смотрела в окно, перемежая это занятие оплеухами не умолкавшему ребенку, который от них орал еще громче. Немного отъехав, дилижанс притормозил, сзади кто-то плюхнулся на наружное сиденье, грохнул по крыше багаж и колымага поплелась дальше. Потом был еще один дилижанс, потом еще один. Дилижансы и их пассажиры так примелькались и осточертели, что Ксавье уже не отличал их друг от друга.
Вот и маленький портовый городок Маллай. Отсюда отходит паром на остров Скай, где и видели дракона. Уставший Ксавье загрузился на паром, уселся на каком-то тюке и расслабился.
Устроившись в тесной комнатушке, бывшей на втором этаже небольшой таверны, спустился вниз. Поесть и пособирать сплетен. Сплетен особенно не собрал, местный говор был ему совершенно непонятен. Зато в самом дальнем углу мелькнула физиономия, уже дважды попадавшаяся ему на глаза.
Довольно заметная, если вдуматься. Круглая, толстощекая физиономия весельчака и балагура, густые пшеничные усы и остатки шевелюры такого же цвета спелой пшеницы, слегка подернутые серебром. Надо лбом волосы отступили далеко назад, но лысым мужчина не выглядел. Скорее умудренным жизненным опытом. Его внешность вызывала симпатию, заставляла расслабиться, пока не присмотришься к глазам, бывшим какого-то непередаваемого болотного цвета. Цепкий взгляд, привычка подолгу смотреть, не моргая и слегка нависшие веки, делали его похожим на прижмурившегося хищника. Очень опасного хищника. Военная выправка, уверенные движения. Заметив оценивающий взгляд Ксавье, мужчина схватил кружку с элем и начал пить, закрыв ею лицо. На несколько секунд кто-то из посетителей загородил его собой и когда человек отошел, усатого на месте уже не было. Ксавье это не понравилось. Очень не понравилось. Вспомнился граф де Шамплен и по спине пробежал предательский холодок. «Нужно побыстрее отсюда убираться. Выясню, как добраться к этим чертовым скалам и озеру. Жителей здесь мало, затеряться в толпе не выйдет и усатому придется прекратить слежку. А потом постараюсь убраться отсюда, как можно быстрее. В Англии исчезнуть легче». Ксавье подозвал трактирщика, щедро расплатился и спросил, как попасть к скалам Старика Строра. Трактирщик сказал: — Транспорта или лошадей на продажу здесь нет и добираться придется только на своих двоих. Заблудиться нельзя, вон они виднеются. Неподалеку есть небольшое озеро, над которым иногда видели дракона. А дальше, к центру острова, тоже есть скалы и озера. У нас и Водопады Фей есть. А зачем это вам?
— Я собираю легенды о мифических существах, свидетельства очевидцев. Зарисовать хотел, если удастся, — Ксавье изобразил заинтересованность и пылкий взгляд чудакаисследователя. Трактирщик хмыкнул и отошел. Ксавье спокойно доел ужин и пошел в свою комнату. Переночует, а утром отправится к скалам. Уже стемнело и смысла куда-то идти не было.
Проснулся Ксавье, когда толстое слюдяное окошко слегка посветлело. Высунул нос наружу. Густой туман сразу же осел мелкими капельками на волосах. На расстоянии вытянутой руки все размывалось и потихоньку пропадало из вида. Звуки доносились, как через слой ваты. Ксавье поежился, втянулся в комнату и плотно закрыл окошко. Вспомнил усатого. Вот уж кого он точно не хотел видеть. Умылся, перекусил, не выходя из комнаты. Потом оделся, забросил за спину мешок с едой и двумя бутылями. Поглубже засунул в карман, застегивающийся на пуговицу, драгоценную рукопись и деньги. Немного мелочи положил в карман толстой куртки, надетой поверх. Потом тихонько приоткрыл дверь и высунул голову в коридор. Никого. Прислушался. Тишина, изредка прерываемая раскатами и руладами храпа. Выскользнул в коридор, тихонько закрыв дверь. Ключ спрятал понадежнее в карман жилета, тоже застегивающийся на пуговицу, и бесшумной кошкой шмыгнул к винтовой лестнице, ведущей к запасному выходу. Открыл низенькую входную дверь и, как в облако нырнул. Густой туман забивался в нос, мешая дышать, одежда сразу же сделалась влажной и тяжелой, все выглядело размытыми тенями. Ксавье вздохнул, поплотнее запахнул толстую куртку и нырнул в туман. «Хорошо, что усатый не проследит. Так, где мое окно? Я вчера из него видел верхушки каких-то гор. Значит идти нужно в ту сторону. Осталось найти окно. Чертов туман. Это задний двор, мое окно выходит на противоположную сторону. Вот окно зала. Черт, чуть не упал. Так, дорожка, иду по ней. Она ведет в нужную сторону. Пройду, сколько смогу, а там или туман рассеется, или по компасу пойду. Хорошо, что вчера хватило ума запомнить, что горы на северо-западе». Он приглушенно чихнул от набившейся в нос влаги и, сверившись с компасом, пошел в нужную сторону.
Ксавье шел уже довольно долго. Туман потихоньку рассеялся и через просветы в тучах проглянуло робкое солнышко. Вокруг расстилались, покрытые яркой зеленью, покатые холмы. Вдалеке маячили горы. Они чуть приблизились и Ксавье подумал, что топать туда он будет почти до вечера. «Хоть бы дождя не было. Надо попытаться купить что-то теплое и от дождя чтобы защищало». С этой мыслью Ксавье ускорил шаг. Он находился на вершине очередного холма и заметил вдалеке от него отару и двоих пастухов. Вокруг бегали небольшие юркие собаки. Часа через два Ксавье подошел к пастухам и, как можно более приветливо, поздоровался. Один из пастухов что-то ответил. «Ну вот. Гэльский диалект, чтоб его. Дальше, как? У них теплые накидки из овечьих шкур. Вот бы себе купить». Ксавье подошел к пастуху, показал на накидку и, достав из кармана деньги, вопросительно на него посмотрел. Пастух кивнул. Потом повернулся в ту сторону, куда направлялся Ксавье и показал рукой: — Там, жить. Там, купить.
Ксавье поклонился, поблагодарил, стараясь говорить, как можно медленнее и понятнее, затем пошел в указанную сторону. Еще через три часа показалась крохотная деревушка, казавшаяся нарисованной на фоне ярко-зеленых холмов. Неподалеку протекала узенькая речка. Ксавье вошел в деревушку, подошел к самому большому дому. Из дверей вышел мужчина и коверкая слова спросил: — Куда ити? Что хотел? Еда?
Ксавье закивал: — Еда, одежда, овца, одежда, — и показал руками от плеч до колен. Мужчина кивнул, что-то крикнул в открытую дверь. Вышла женщина и вынесла одеяло и накидку. Задействовав пальцы, сговорились о цене. Ксавье взял и то, и другое. Потом женщина вынесла несколько лепешек и сыр. Ксавье кивнул, протянул деньги. Мужчина взял с его ладони несколько монет. Остаток Ксавье бросил в карман. Поклонился и, отломив по большому куску от лепешки и сыра, пошел к изрядно приблизившимся горам. Еще через два часа начал накрапывать дождик. Ксавье завернулся в накидку и насколько мог быстро, пошел к горам.
Вот и горы. Заметил нависающий козырек и устроился под ним. Дождь припустил и Ксавье решил дать отдых натруженным ногам. Идти куда-то под дождем сил у него больше не было.
Постепенно стемнело. Ксавье достал флягу с водой, мясо и хлеб. Поел. Стемнело окончательно. Ксавье устроился по-удобнее, подложив под голову мешок, завернулся поплотнее в накидку, набросил еще сверху одеяло и заснул. Костер он не разводил. Или дракона отпугнет, или усатого приманит.
Проснулся, когда небо слегка посерело. Поел и пошел дальше. Нужно было найти подходящую тропку. Взобраться на верх и осмотреться. Вскоре склон слегка понизился и стал более пологим. Ксавье довольно быстро взобрался на вершину холма и стал там во весь рост. Тут же солнце пробило облака и осветило воистину фантастическую картину. Дальше к западу, между гор лежало озеро, в которое падало сразу несколько водопадов. Картина была настолько завораживающей, что Ксавье поневоле вспомнил слова трактирщика. «Водопады Фей». Ксавье решил идти к водопадам. Почему? Он сам не мог себе этого объяснить. Просто надо и все.
Примерно чрез пару часов он был на месте. Почти идеально круглое озеро было окружено горами. Между огромных валунов петляла река или это были две реки и, разделившись на потоки, стекали вниз искрящимися водопадами. Вокруг озера и в нем самом было еще много таких же валунов. Будто какой-то великан играл с ними, а потом бросил. Ксавье набрал полную флягу кристально-чистой, очень вкусной воды и пошел дальше. Куда? Он понятия не имел. «Остров небольшой. Покручусь здесь. Высокие горы, вода. Если дракон существует, жить он должен где-то здесь. По дороге я видел нескольких овец, отбившихся от стада. Вот вам и еда». Ксавье отошел немного от озера и поднялся на невысокую гору. Осмотрелся. Вдалеке виднелось что-то темное. То ли гора, то ли какие-то развалины. Решил посмотреть. Ведь все равно куда идти.
К середине дня подошел к заинтересовавшему его месту. Это были развалины замка. Уцелела часть стен и половина центральной башни. Солнце опять скрылось и начал накрапывать дождик. Ксавье побродил по развалинам и найдя часть наиболее уцелевшего помещения устроился в нем. Над головой был пол следующего этажа. Лестница обвалилась, но оставшаяся часть пола надежно укрывала от дождя. Ксавье поудобнее уселся на каком-то выступе и, вынув из сумки остатки сыра, лепешки и флягу с водой, приступил к обеду.
Дождь не прекращался, усилился ветер. Заныло колено и Ксавье решил, что в шею его никто не гонит. «Посижу здесь, поразмышляю. Дело к вечеру. Переночую и пойду дальше. Осматриваться. Если и не найду дракона, то нарисую увиденное. Можно продать, можно себе оставить. Такую красоту еще поискать надо».
Ксавье не заметил, как задремал. Разбудило его хлопанье огромных крыльев. Открыл глаза, потихоньку включаясь в действительность. Сверху посыпался мусор и скатилась пара кирпичей. По верхнему этажу кто-то ходил. Шаги тяжелые. Вот что-то проскрежетало по кирпичам. Посыпался раскрошившийся раствор. Снова заскрежетало. Послышался треск. Словно что-то разодрали. Потом хруст и чавканье. Снова зашумели крылья. Ксавье, стараясь не дышать, тихонько встал во весь рост. Потом, затаив дыхание взобрался на какой-то выступ. Скорее всего остатки ступенек обвалившейся лестницы и прильнул глазом к щели между подгнившим досками, торчавшими из его «крыши». И чуть не слетел со своего насеста. По остаткам второго этажа разгуливал дракон. Черный. Размером и внешним видом он напоминал ящерицу-переростка, четыре мощные лапы оканчивались острыми длинными когтями. Из пасти свисал какой-то кусок. Тварь принюхалась, огляделась. Облизнулась длинным языком. Рыгнула и взмахнув громадными кожаными крыльями, похожими на крылья нетопыря, полетела на запад.
Ксавье прошиб пот. Дракон существует. Он видел его достаточно близко, чтобы исключить обман зрения и возможный розыгрыш. Тихонько выглянул из укрытия. На фоне темно-фиолетового неба, по которому ползли черные тучи, был четко виден летящий дракон. Ксавье проводил глазам черный силуэт, почесал затылок. Задумался. «Куда он полетел? Куда, куда. В свою нору, пещеру или что у него там. Завтра пойду в ту сторону».
Наступило завтра. Все вокруг было молочно-серым и размытым. Мелкие капли сразу же осели на лице, руках и одежде. Ксавье встал спиной ко входу в развалины, как стоял вчера вечером. Посмотрел на компас, спрятал его в карман и практически вслепую пошел в том направлении, куда вчера улетел дракон. Через три часа в тумане проступили очертания скалистых уступов, уходивших вверх, в туман и там пропадавших. Ксавье пошел вдоль них, забирая немного вправо. Туман чуть развеялся и неподалеку проступил силуэт какого-то строения. Или облагороженные остатки маленького замка, или большой дом. Обошел дом и прошел чуть дальше. Больше никаких строений не попадалось. Под ногами была густая трава. Нигде никого, хотя дом имел жилой вид. Под ноги попалась еле заметная тропинка. Пошел по ней и вышел к небольшому круглому озеру. Вернулся. Прошел между тыльной стороной дома и скалой. Вверху виднелось отверстие пещеры. Сначала Ксавье хотел постучать в двери, потом передумал. Мали ли кто живет в этой глуши. Когда шел мимо дома ему почудились голоса. Решил, все же, не рисковать. Туман почти развеялся. Ксавье быстро пошел к темной громаде скалы, и шмыгнул за нагромождение камней. Потом пробрался к скале, на которую наткнулся, выбравшись из тумана. Чуть прошел и увидел невысокий грот. Устроился там. Достал вяленое мясо, лепешку и фляжку с водой. Обед. Пока ел, вспомнил, что в книге было написано: «Дракон может принимать вид крупного зверя или высокого, крепкого человека. Трансформирует он за счет особого вещества, дракониды, которая находится в основании черепа в особом мешочке. По виду напоминает полупрозрачное серебристо-серое желе. Взять его надо только! у живого дракона или оно потеряет свою силу». Закончил обед и уселся перед входом. И сразу же спрятался за выступ. До него донеслись голоса. Мужской и женский. Речь была слышна хорошо, но слова не понятны. Местные говорили на другом языке. Ксавье стал на четвереньки и аккуратненько высунул голову из-под выступавшего камня. Около дома стояли мужчина и женщина. Высокие, крепко сложенные. Мужчина, приобняв женщину, что-то ей говорил, а она смеялась и кивала головой. Потом мужчина разделся, бросил одежду на руки женщине. Побежал вперед. Его фигура начала расплываться, темнеть и вот по траве бежит дракон. Отталкивается лапами от скалы, нависающей над озером, и взмывает в небо. Женщина что-то кричит и машет рукой. Дракон делает круг над домом и улетает на восток.
Ксавье нырнул обратно и сообразил, что только сейчас начал нормально дышать. «Драконов два. Он и она. Дракон улетает на охоту, она остается. Надо подловить момент, когда она будет одна и выйдет из дома. И что? Ты, сможешь оглушить женщину и хладнокровно рыться у нее в голове? Это не женщина, это дракон! Ну, да. Вот и вырезай у дракона. Что, скис? Не по зубам? Ладно, понаблюдаю, может какой случай подвернется».
Доморощенный охотник на драконов завернулся в шкуру, вынул книжечку и на всякий случай начал заново все перечитывать. Пока света хватает. Снова уставился на рисунки. «Как только, это сделать? Сделаешь, старый дурак. Зачем, ты, тогда сюда лез? Сидишь в пещере, как дикарь, завернувшись в овечью шкуру. Ты, потерял дом, родину, приобрел смертельного врага, который нанял ищейку для охоты за тобой. Ты, проделал трудную дорогу, выдержал пытку дилижансами, будь они прокляты. Ты, наконец, нашел дракона. Неужели после всего этого, ты, трусливо повернешься и уйдешь?»
Ксавье, кряхтя, потянулся, спрятал книжечку в карман, завернулся поплотнее в шкуру и одеяло, и решил поспать. Судя по вчерашнему дню, скоро вернется второй дракон. «Подожду до завтра. Вдруг, он с утра куда-нибудь улетит. Или еще какой случай представится».
Разбудил Ксавье солнечный лучик, скользнувший в грот. Облаков было на редкость мало. Туман тоже куда-то исчез. Ксавье вылез из своего гнезда и потянулся. Потом походил, разминая ноги. Потер колено. Хотел было выйти наружу, но от дома донеслись голоса. Ксавье поднырнул под камень и начал наблюдать. Вот мужчина обернулся драконом, подхватил в зубы какой-то тюк и взмыл в небо. Полетел в ту сторону, откуда пришел Ксавье. Женщина вернулась в дом. Вскоре она вышла из него с корзиной белья в руках. Спустилась к озеру, поставила корзину на камни и занялась стиркой. Ксавье опять обругал себя идиотом. Взял свои бутыли, поставил их в мешок, обкрутив одеялом так, чтобы не звякали друг об друга. Забросил мешок за спину. Сверху набросил накидку, прикрыв мешок. Взял в правую руку нож, а в левый карман сунул острый, как бритва, скальпель. Тихонько пошел к озеру. Трава глушила шаги. Опять набежали тучи и закрыли солнце.
«Хорошо, тень ее не спугнет. Кассиус, ты — охотник. Ты, охотишься на крупную дичь. Или, ты, ее одолеешь, или она тебя. Выбрось из головы лишние мысли. Самокопанием после займешься».
Ксавье тихонько спускался к озеру. Вдруг из-под ноги вылетел камешек и шлепнулся в воду прямо около женщины. Она резко выпрямившись, развернулась. Увидела крадущегося незнакомца. Видимо, что-то почувствовала, и ее фигура начала на глазах размываться. Ксавье, испугавшись, что она сейчас превратится в дракона и тогда жертвой станет уже он, резко выбросил вперед руку с ножом.
Вскрик и фигура заколыхалась, потом начала темнеть и трансформироваться еще быстрее. Ксавье снова ударил ножом, но на этот раз уже не наобум. Он старался повредить печень или почки. Тяжело ранить, но не убить. Новый крик. Ксавье испугался, что вопли долетят до второго дракона и полоснул скальпелем по голосовым связкам. Брызнула кровь. Ксавье скинул с плеча мешок, вынул бутыль и начал сцеживать в нее кровь. Когда поток крови уменьшился, перед Ксавье уже лежал дракон. Он еще дышал. Ксавье схватил скальпель, сделал надрез, потом еще один. Вот он мешочек с драконидой. Подставил бутыль, дракон дернулся. Ксавье ругнулся снова подставил бутыль, проколол острием ножа мешочек и в бутыль потекло нечто полупрозрачное, искрящееся серебром и похожее на желе. Бутыль наполнился чуть больше, чем на половину. Ксавье туго закрыл его пробкой. Отставил взял второй. Попытался нацедить еще крови. Ее почти не было. Ксавье сделал еще один глубокий надрез на шее дракона. Крови вытекло совсем немного. Дракон вздрогнул и затих. «Все. Еле успел. Так, уложить бутыли, аккуратно проложить одеялом. Теперь, займемся тушей».
Ксавье поднатужился и спихнул тело в озеро. Разорванные остатки одежды сложил в корзину с бельем. Положил внутрь камень, обвязал все рубашкой и, как следует размахнувшись, зашвырнул в озеро. Осмотрелся, заметил два валуна, лежавших у воды. Поднапрягся и скатил их вниз. Валуны рухнули в озеро и уйдя под воду закрыли собой тело дракона. Подхватил свой мешок, набросил накидку и быстрым шагом пошел обратно. «Хорошо, что дождь пошел. Смоет все следы. Надо засветло пройти, как можно больше».
Вечерело, Ксавье шел мимо вчерашних развалин. Взглянул на них раз, другой и прошел мимо. Здесь его поймать будет легче всего.
Уже совсем стемнело, когда Ксавье добрался до Водопадов Фей. Осмотрелся. Поднял голову. Горизонт был пуст. Завернулся в накидку, которая намокла и приобрела серо-коричневый цвет. Фигура сидящего неподвижно человека сливалась с валунами и заметить ее в темноте, да еще и с большой высоты было невозможно.
Проснувшись еще затемно, Ксавье быстрым шагом пошел в сторону вчерашней деревушки. Миновал ее в полдень. Прикупил еще сыр и лепешки. Его провизия уже закончилась. Вода была. Набрал в озере.
Солнце почти зашло, когда за очередным холмом показался городок Портри и крыша «его» трактира. К трактиру Ксавье подошел уже в полной темноте. Ноги гудели, в глазах мутилось, но он был рад, что успел. На ватных ногах взобрался по винтовой лестнице. Из коридора доносились голоса и хохот. Хлопнула дверь, потом еще одна. Ксавье тихонько выглянул из-за угла. Освещенный одинокой тусклой лампой коридор был пуст. Наощупь достал из кармана ключ и, стараясь производить, как можно меньше шума, прошмыгнул в свою комнату. Не зажигая свет разделся, залез в постель и почти сразу же заснул. Проснулся поздно. Выглянул в окошко. К трактиру подходило несколько человек с поклажей. Прибыл паром. Ксавье собрал все вещи, оделся и выглянул в коридор. Никого. Спустился в зал. Трактирщик, позевывая протирал чистым полотенцем кружки.
— Господин, я уезжаю. Если не ошибаюсь, прибыл паром. Сколько я должен за жилье?
— Вам повезло? — полюбопытствовал трактирщик.
— Дракона не видел, зато набросал несколько изумительных пейзажей, — Ксавье протянул трактирщику деньги. Тот взял их кивнул и потерял к заезжему чудаку всякий интерес. Ксавье вышел наружу. Пошел на пристань, узнал, что паром отходит через полчаса. Снова начал накрапывать дождик. Ксавье стал под навес. Подтянулись еще желающие уехать. Из-под надвинутой на глаза шляпы Ксавье внимательно оглядывал пристань и прилегающую улочку. Усатого нигде не было видно. На паром начали заходить люди. Ксавье чуть выждал и перешел на паром рядом с двумя мужчинами. Еще несколько минут, и паром, покачиваясь, поплыл к берегу Англии. Ксавье завернулся в верную накидку, облокотился о борт повозки и прикрыл глаза.
Вот и городок Маллай. Ксавье пошел на постоялый двор. Втиснулся в отходящий дилижанс пятым за чуть большую плату и покатил в сторону славного города Йорка. Охота на дракона закончилась.
Глава 6
Похороны Ксавье
Приехав в Лондон, Ксавье пешком дошел до снятой перед поездкой комнатушки. Оставалось еще четыре дня. Как раз хватит осмотреться. Основательно выспавшись Ксавье спустился в зал, заказал обильный завтрак. Пошел побродить по городу. На второй день ему попалась мастерская на Флит-стрит, изготовлявшая восковые фигуры, маски и прочие атрибуты для погребения. Осведомился не нужен ли им художник. Случайно он обратился с вопросом к хозяину мастерской. Ксавье буквально повезло. Назрела необходимость делать зарисовки с лиц усопших, чьи сановные родственники не хотели видеть в своих домах дурно пахнущих мастеров с их инструментами и прочим. Ксавье согласился на предложение. Врача покойниками не испугаешь. Потом, чуть побродив в окрестностях мастерской, Ксавье нашел неподалеку маленькую дешевую гостиницу и слегка перевел дух. Никакие подозрительные личности в пределах видимости на шныряли. Усатый не появлялся. Ксавье на другой же день перебрался в найденную гостиницу и наконец-то занялся изготовлением красок. Теперь у него было все, что требуется для эксперимента. С утра он заглядывал в мастерскую, выполнял заказы. Чтобы подсобрать еще денег, не привлекая к себе особого внимания, подрабатывал рисованием портретов. Довольно дорого продал несколько картин с видами острова Скай.
Чтобы окончательно замести следы Ксавье рискнул применить на себе рецепт из книги Ламбера. Он нарисовал свой портрет, но немного изменил разрез глаз, сделал их светлее, а нос чуть короче. Больше менять он ничего не стал. Во-первых, привлечет ненужное внимание, а во-вторых, менять можно было только понемногу и раз в три-четыре месяца.
Потекли будни. Наступил сентябрь. Однажды, когда Ксавье возвращался к себе от клиентки, для которой он писал портрет, ему показалось, что в толпе мелькнул усатый. Ксавье к себе не пошел. Зашел в трактир, потом в лавку, из которой вышел через черный ход. Заглянул в мастерскую, вышел из нее опять через черный ход и обойдя пару домов шмыгнул в свою гостиницу через дверь для слуг. Выглянул на улицу через занавеску. Она была пуста. Еще около месяца ничего не происходило и вот, выйдя из мастерской, он опять чуть не столкнулся с усатым нос к носу. Пришлось снова отрываться от него. Ксавье решил не рисковать, а попросту исчезнуть. Заказал в мастерской восковую маску себя, каким он был раньше. Мастера в заказ особо не вникали, привыкнув работать по его эскизам. Когда маска была готова, Ксавье собрал все свои вещи и потихоньку перевез их в другую гостиницу, где записался под новым именем. Перед хозяином своей гостиницы разыграл недомогание. Через неделю вообще перестал выходить из комнаты.
И вот решающий момент. Ксавье нарисовал себя молодым, с серыми глазами, более светлыми бровями, более ровным носом, русыми волосами, более стройным и чуть выше ростом. Обмакнул чистую кисть в дракониду, провел ею по своему портрету и произнес нужную формулу. Еле дождался, когда перестанет подташнивать и кружиться голова. Подошел к зеркалу. На него смотрел молодой мужчина, имевший с Ксавье весьма отдаленное сходство. Упаковал оставшиеся вещи. Дождался ночи и около двух часов после полуночи выскользнул из гостиницы через черный ход.
Около десяти утра в гостиницу вошел молодой человек и спросил мистера Джонса. Хозяин назвал номер комнаты. Через несколько минут молодой человек вернулся. Представился племянником мистера Джонса и сообщил, что дядя вызвал его к себе из-за тяжелой болезни, но он не успел. Дядя умер. Все расходы он берет на себя и счета дяди тоже оплатит. Через пару часов по лестнице снесли гроб, который и был благополучно доставлен на кладбище около небольшой церкви, бывшей неподалеку. После похорон племянник пошел на постоялый двор, сел в дилижанс и укатил «к себе домой».
Солнце уже опустилось за горизонт, подул свежий ветерок. Осень. Николя подъехал к замку герцога. Еще накануне он послал слугу с запиской и получил приглашение навестить «позабытого им Жана». От души погромыхал молотком по железной полосе. Когда привратник приоткрыл створку массивных ворот, Николя въехал во двор. От дверей замка уже бежал дворецкий. Подошедший слуга взял поводья лошади. Николя здесь уже хорошо знали и лишних вопросов никто не задавал. Дворецкий сразу провел его в кабинет герцога.
— Ну, наконец-то. Я уже думал, что вы обо мне забыли, — улыбнулся Жан и протянул руку для рукопожатия.
— Дела навалились, к тому же, я получил отчет от месье Видока. И, честно говоря, нахожусь в большой растерянности.
Впрочем, читайте сами, вдруг, я что-то просмотрел, — Николя протянул Жану лист бумаги, исписанный мелким, но понятным почерком. Герцог взял бумагу и углубился в чтение. Потом хмыкнул, выпил залпом полный бокал вина и сказал:
— Николя, приведите в порядок свои дела. Мы едем в Лондон. Этот недоумок все проворонил. Его обвели вокруг пальца, и я вам это докажу. Хотя, свой гонорар он отработал.
— Вы, едете со мной? — Николя был удивлен и это еще мягко сказано. Затворник герцог де Ноир САМ! собрался сопровожать его в Лондон.
— Да, еду. У меня свой интерес. Помните, я говорил о рукописи. Мое подозрение переросло в уверенность. Ее взял Ксавье. И сумел не только понять, но и воспроизвести старинный рецепт, иначе он бы не поперся «рисовать драконов» в шотландское захолустье. Николя, завтра рано утром вы отправляетесь к себе. Приводите в порядок свои дела, и на закате я заеду за вами. Возьмите все необходимое для дальней поездки. А сейчас, поскольку спать еще рано, партия в шахматы. Я уже успел соскучиться по этому интеллектуальному развлечению.
Герцог де Ноир подъехал к замку де Шамплен, как и обещал, на закате. Солнце уже почти скрылось за горизонтом, когда два всадника поскакали в сторону Кале.
Путешествие в Кале приключениями не изобиловало, не считая неуклюжей попытки их ограбить. Единственное, что показалось странным Николя, его друг Жан всех своих противников теснил к деревьям. Потом они пропадали из вида и неожиданно Жан опять оказывался за спиной у очередного бандита. Вернее сказать, жертвы. Нападение закончилось для нападавших летальным исходом.
Поселились в небольшой гостинице, Жан, сославшись на усталость, ушел в свою комнату. Через пару суток сели на корабль, отходивший в Англию.
В Лондонский порт прибыли на рассвете, Жан сразу же отправился на поиски гостиницы, снова сославшись на усталость и желание поразмышлять. Николя предложение поддержал. Качку, как оказалось, бравый граф переносил из рук вон плохо. К вечеру оба приобрели должный вид. Отдохнувшие и жаждущие приключений вошли в фойе гостиницы, из которой Ксавье отправился в свой последний путь.
— Мистер, вы помните вашего постояльца по имени Харви Джонс?
— Как не помнить, помню. Такое горе, а ведь он был еще совсем не стар. Так неожиданно слег. Хорошо, что приехал его племянник. Очень уважительный и обходительный молодой человек. Воспитанный, не то что нынешняя молодежь, — посетителей не наблюдалось, и хозяин был рад вниманию таких важных господ, хотя и понимал, что в его гостиницу такие птицы точно не залетят.
— А, как выглядел племянник? Его имя, вы запомнили? — спросил Жан.
— Имя не спросил. Он оплатил все счета дяди и даже немного сверху за беспокойство. А выглядел… Немного на дядю похож, только намного моложе и волосы светлее.
— Вы не знаете, где похоронен мистер Джонс? — опять задал вопрос Жан. Николя подумал, что его друг что-то задумал. Герцог явно шел к какой-то, лишь одному ему известной цели. «Что я проворонил, что заметил Жан. И какую цель он преследует? Не верит в смерть Ксавье? Тогда кто был племянник? Он настоящий или Ксавье нанял кого-то?» Николя вынырнул из своих мыслей услышав конец ответа хозяина гостиницы:
— … это здесь неподалеку. Буквально через две улицы. Вы не ошибетесь, кладбище старое и довольно большое. Могу послать с вами слугу. Он укажет дорогу.
— Благодарю. Это за работу вашего слуги и за потраченное время, — несколько монет зазвенели на стойке. Хозяин повеселел и крикнул: — Тони, отведи господ к старому кладбищу около церкви Святой Марии, — откуда-то вынырнул шустрый парнишка и поклонившись, сказал: — Идите за мной.
Идти действительно оказалось недалеко. Вскоре подошли к старой церкви, около которой раскинулось довольно внушительное кладбище. Жан бросил парнишке пару мелких монет и пошел к сторожке. На стук вышел старый сторож.
— Дайте нам две лопаты. Могилу подправить, — Жан протянул старику несколько мелких монет. Тот утвердительно качнул головой, но монеты не взял: — Громче, не слышу.
Жан и Николя хором проорали просьбу. Старик опять покивал, нырнул в домик и вынес две лопаты. Взял монеты и снова побрел в сторожку. Заскрипела лежанка. Сторож явно не интересовался происходящим.
— Как мы будем его искать, и зачем нам лопаты? — Николя в недоумении уставился на врученный ему садово-огородный инструмент.
— Хочу проверить свою догадку. Помнишь, в отчете есть строчка, что Ксавье неоднократно видели выходящим из мастерской по изготовлению посмертных масок и восковых фигур. Есть у меня одна догадка. Если она подтвердится, то нам предстоят долгие поиски, — «обрадовал» его Жан.
Николя поежился. Уже стемнело, правда туч не было. На небе сияла полная луна и было в общем-то не плохо видно. Жан уверенно шел среди надгробий. Потом свернул и они вышли к участку с несколькими свежими могилами. Жан начал ходить между ними. Николя поежился, взял лопату наперевес и пошел за своим другом. Так они блуждали минут двадцать. Вдруг Жан остановился, вчитался в надпись на табличке, прибитой на простой деревянный крест и спросил: — Николя, он назвался Харви Джонсом?
— Вроде бы, да, — ответил тот.
— Вот эта могила. Приступаем. Да, мой друг. Копать будем сами. Я никого не хочу посвящать в это дело. Да, я знаю, каким концом втыкать в землю лопату. Могу даже подсказать, — уведомил герцог де Ноир своего окончательно скисшего друга.
— Это лишнее, — Николя поудобнее взялся за черенок лопаты и процесс пошел. Жан работал быстро и сноровисто, что удивило Николя. Это еще мягко сказано. Герцог, почти что ровня королям, а орудует лопатой, как заправский землекоп. Пока он удивлялся, лопата стукнула обо что-то. Жан без колебаний спрыгнул в могилу, стал прямо в скатывающуюся землю и поддел краем лопаты крышку гроба. Николя приготовился к ужасающему зловонию, но… ничего. Ни малейшего запаха. Жан наклонился и когда распрямился в руке он держал восковую маску, бывшую точной копией физиономии Ксавье.
— Так я и думал. Наш пройдоха обвел толстого дурака вокруг пальца. Он инсценировал собственные похороны и сейчас посмеивается в безопасном месте, о котором мы ничего не знаем.
— Племянник Ксавье… Нужно найти его, и он выведет на дядю, — сказал Николя. Жан бросил в гроб маску, захлопнул крышку и сказал: — Закапываем, я потом все объясню.
Друзья взялись за лопаты и довольно быстро сгребли обратно всю землю. Николя подправил лопатой крест, наклонился, чтобы поправить табличку и вдруг грохнул выстрел, над его головой свистнула пуля. Шорох, раздался вскрик. Николя выхватил шпагу и обернулся. Неподалеку на земле валялось тело, еще один нападавший осел со шпагой Жана в горле. Николя отмер и резким выпадом ранил еще одного, второй попытался пырнуть его ножом и, получив удар шпагой в живот, скрючился на земле. Вдруг грохнул еще один выстрел, грудь Николя обожгло болью, перед глазами поплыло. До него донесся вскрик, потом все звуки пропали и его начало куда-то затягивать.
Николя очнулся от острой боли в груди. Все тело ломило, как при простуде. Голова кружилась, перед глазами плавали круги и мучила жажда. Он готов был пить, что угодно, хоть кровь. Он почувствовал запах свежей крови, к его губам подпихнули что-то и голос Жана сказал: — Кусай и пей.
В рот хлынула кровь. Но вопреки ожиданиям показалась очень вкусной и хорошо утоляла жажду. Ломота в теле прошла, в голове прояснилось. Вернулось зрение, причем видеть он стал в разы лучше. Слух и обоняние тоже заметно обострились. Николя сел и огляделся. Рядом на каком-то надгробии сидел Жан. Вокруг валялись мертвые тела.
— Мы победили? Не помню, что произошло, — Николя посмотрел на Жана, который явно изменился. Таким граф его еще не видел.
— Победили, не считая того, что тебя застрелили, — ответил герцог, окончательно запутав бедолагу.
— Как, застрелил? Я жив! — завопил Николя.
— Весьма спорное утверждение. Я вернул тебя к жизни, вернее обратил. Мне нужен помощник, — Жан ковырнул острым когтем в белых крепких зубах. Блеснули довольно длинные клыки.
— Как понять, обратил? В какую веру? — Николя потерял нить разговора. Снова хотелось есть и пить. Пить хотелось даже больше, чем есть. Один из лежащих шевельнулся. Прежде, чем Николя осознал свои действия, он прыгнул к лежащему и прокусив его шею, начал пить кровь. Человек было дернулся, но Николя сжал его руками и сам поразился своей силе. Вытер губы тыльной стороной ладони и тут до него начала доходить нереальность происходящего.
— Что происходит? Почему? — Николя указал рукой на обескровленный труп.
— Николя, я — вампир. Высший вампир. Я обратил тебя, правда без твоего согласия, но, если, ты против, могу все вернуть назад, — глаза Жана сверкнули красным огоньком, а во рту опять блеснули острые белые клыки, — неужели, ты, за два года, в течении которых мы с тобой общаемся, ни о чем не догадался? Я могу гордиться собой, — Жан расхохотался, сверкая острыми белыми клыками, — вставай, хватит рассиживать. Вон яма под могилу заготовлена. Скидываем их всех туда и возвращаемся в гостиницу. Первое время тебе на солнце лучше не отсвечивать. Пока привыкнешь, я все тебе объясню.
— Я, теперь вампир? — спросил Николя и обалдело уставился на своего друга.
— Да, возвращаться домой не советую. Ты, еще не владеешь собой, как следует. Пройдет несколько лет пока, ты, привыкнешь вести себя так, как я. Ну, что, оставляем все, как есть? Если что, я и тобой могу поужинать, — глаза Жана сверкнули красными огоньками, и он хищно оскалился.
— Не надо мною ужинать. Я хочу отомстить Ксавье. Только племянника его найдем. К нему есть вопросы, — пробормотал Николя, прислушиваясь к своим новым ощущениям.
— И кому, ты, их собираешься задавать? Не существует никакого племянника. Ксавье разыграл собственные похороны. Сменил имя и залег на дно, — пояснил Жан.
— Как он смог это сделать? — Николя опять потерял нить рассуждений. Со своей новой сущностью он уже смирился, хотя опять хотелось пить.
— Помнишь, я говорил о рукописи Ламбера. Она содержит секрет изготовления зелья для трансформации. Когда я прочел в отчете этого болвана о поисках дракона, то окончательно в этом убедился. Подробно не объясню. Сам не все знаю. Обрывки слухов и домыслов. Вот найдем Ксавье и записи Ламбера, тогда и выясним. Кстати, я тебя обрадую. Ты, теперь всегда будешь таким. Тридцатипятилетним мужчиной и стареть отныне не будешь. Можешь только на солнце пеплом рассыпаться, — подмигнул другу довольный собой, вампир.
— Но, ты же, не рассыпаешься! — возопил Николя, осознав грозящую ему опасность и все возможные последствия.
— Мне уже около пятисот лет. Я стал вампиром при славном короле Карле Мудром. Я, действительно, герцог. Только мне приходилось периодически менять имена и инсценировать то собственную смерь, то рождение. Живу я замкнуто. При дворе не кручусь. Кстати. Ты, поживешь у меня какое-то время. Пока обвыкнешься. Я тебя обратил и теперь несу за тебя ответственность перед кланом. Побудешь моим «сыном». Дальше видно будет. Сейчас дам тебе пару-тройку суток на привыкание. Дело к зиме. Солнца мало. Так, что до моего замка, ты, преспокойно доедешь. Мы ехать будем в основном ночью, — Жан похлопал по плечу приунывшего друга.
Николя подумал, подумал и решился остаться с Жаном, да и выбора особого у него не было. Что касается его дел, то завещание он давно написал на отца и дочерей. Не пропадут. Контора месье Дюбуа приносила стабильный доход. Сестры Николя удачно вышли замуж. Отец еще не стар. Пристроит внучек. Новоявленный вампир встал и по привычке хотел размять суставы. Ничего не болело, не чесалось и тело великолепно ему подчинялось.
— Давай этих прикопаем, и пошли в гостиницу, хотя есть и пить что-то опять хочется, вон тот, кажется, шелохнулся, — свежеобращенный вампир покосился на одного из горе-грабителей.
Жан захохотал, опять хлопнул Николя по плечу, заодно струсив налипшую землю, и они принялись споро скидывать остатки своего «пиршества» в яму.
Глава 7
Наперегонки с Ксавье
Ксавье с кислой физиономией смотрел в маленький иллюминатор. Его поселили в тесной каюте, где кроме него и его глухонемого слуги Тома ютились: Действующий Член Королевского Географического Общества мистер Уильям Райан и Освин Хиггинс, имевший весьма смутное прошлое, еще более смутный род занятий, и нанятый исключительно для охраны. Особым красноречием последний не отличался и в свободное ото сна время торчал на палубе в компании таких же наемников. Из дюжины участников экспедиции в Мексику, затеянной и спонсируемой сэром Генри Темплтоном, восьмеро были платными наемниками. К ним можно было отнести и Тома, слугу Кассиуса Ксавье, известного, как доктор Мэтью Уинсли. Доктором чего именно он был, Ксавье не уточнял. Обещание не требовать плату и даже взять на себя расходы по организации собственного путешествия склонили чашу весов в его сторону, а способности рисовальщика только добавили сэру Генри уверенности в правильности собственного выбора.
«Анабель Ли» на всей доступной скорости летела к берегам Мексики, где должна была высадить пассажиров и взять на борт груз. Обратно будут добираться на любом другом судне, плывущем в Англию.
Мистер Райан развлекал присутствующих рассказами о пиратах, что изрядно действовало на нервы Ксавье и никак не задевало Тома. Хиггинс то ли дремал, то ли тоже слушал живописный рассказ, но никак его не комментировал. Правда, после особо пикантного эпизода все же разлепил сонные глаза и спросил: — Мистер Райан, а вы уверены, что пираты остались в прошлом?
— Мы, не должны их встретить. Наш корабль идет по безопасному маршруту…
— Но полной уверенности ни у кого нет, — встрял Ксавье. После его слов Райан умолк, Хиггинс опять заснул, а Том по-прежнему изображал предмет обстановки и на происходящее никак не реагировал.
Ранним декабрьским утром двое джентльменов шли по бульвару, довольные проведенной ночью и искоса поглядывали на слегка посеревший небосклон, затянутый плотной пеленой туч.
— Хорошо погуляли, — сказал один из них.
Поделиться книгой: