Отбор для попаданки, или Пропавшая принцесса

— Нет такого места, хватит мне врать. Я хочу домой.

— Ты уже дома, Альнель. И слезь с подоконника! Тебе не подобает так себя вести!

Я теряюсь такому грубому тону, не зная, что ответить. Раньше бы грубо ответила и послала лесом, но слова застревают в горле. Мне плохо, а на меня ещё и кричат. Незнакомые люди!

— Прости, — мужчина так же резко меняет свой тон, сжимая мои ладони. — Ты и так слаба, а холод может сделать хуже. Не переживу, если снова тебя потеряю. Альнель, ты и представить не можешь, как я счастливы сейчас. Моя дочь вернулась… — отходит на шаг, качая головой. — Не верил, что получится… Да и ещё так вовремя! Просто чудо, милая. Настоящее чудо.

— Вовремя? — единственное, за что цепляется мой разум.

— Оставалось всего три дня, — будто для себя произносит… король? Отходит от меня, повторяет мои метания по комнате. — Три дня, а тут… Нужно скорее найти тебе мэтра, фрейлину и подготовить к отбору. Если постараться, то мы всё успеем. Поднимайся, нам пора.

— Я никуда не пойду! До тех пор, пока вы мне всё не объясните. Какой отбор?

— Отбор принцев, Альнель. Ты проведешь его. И выберешь себе жениха.

Глава 2. О чудном отборе замолвите слово

Прикладываю ладони к пылающему лицу, по стеночке отхожу от мужчины. Отбор принцев. Какой к дьяволу отбор? Ощущение, что на меня вылили ушат холодной воды и сбросили в море. А плавать я не умею.

Магия, какое-то королевство, отец. Хочется ущипнуть себя, чтобы проснуться. Я так и делаю, а после тру покрасневшую кожу. Больно.

Рассматриваю мужчину передо мной, пытаюсь найти сходство. Угольные волосы, морщинистый лоб. Ему далеко за пятьдесят. А может меньше, если тут все ходят в старинной одежде и поят отварами…

Нет, это точно не мой отец. Не собираюсь в это даже верить. Когда-то меня уже собирались забрать из приюта, оформляли все документы. И я надеялась, что у меня будет семья, каждый вечер не могла уснуть, ждала, что вот-вот заберут. А в итоге никто не забрал.

И я не хочу повторения, не хочу, чтобы снова было больно. Поэтому незнакомцу, как бы он не старался, доверять не буду. Для начала мне нужно убедиться, что это действительно реальность.

— Так, — машу головой, пока комната не начинает шататься перед глазами. — Какой отбор?

— Принцев.

— Зачем?

— Чтобы выдать тебя замуж.

Замуж?

Киваю, не понимая всего этого. Какой замуж? Меня дома Игорь ждёт, чудесный парень, который учился на программиста и помогал мне с высшей математикой.

У меня в планах с ним сходить на свидание в новый кинотеатр, а не выбирать каких-то принцев. Мне интересно на них поглядеть, одним глазком. Нежели не смогли найти себе принцесс без какого-либо отбора?

— Зачем выдавать меня замуж?

Так странно. По словам мужчины, он только что нашел свою дочь. А при этом рассуждает о каких-то отборах, свадьбах. Разве не нужно, наоборот, дольше держать меня в семье? Наверстывать упущенное время.

Нет, я точно не понимаю этот мир и их правила. И для начала нужно разобраться с тем, куда я попала. И как. И насколько далеко от цивилизации.

— Потому что это традиция, Альнель. Когда наследнику престола исполняется девятнадцать лет — он выбирает себе пару.

Почему не в восемнадцать, не в двадцать один? Делаю пометку в голове спросить позже. Потому что фальшивый папа не спешит ничего объяснять, а я и так теряюсь в количестве информации. Слишком много и сложно.

Тру глаза, меня жутко клонит в сон. А ещё хочется есть. И вернуться домой, к Игорю. У него получаются удивительно вкусные блинчики и коктейль из кофе и колы. Который отгоняет усталость.

— Это всё очень интересно, — произношу медленно. Мужчина смотрит выжидающе, коротко хмыкает на мой ответ. — Рада за наследников. Но при чём тут я?

— Ещё не догадалась, милая?

Не догадалась. И не собираюсь. Раздраженно вздыхаю, не понимая, что от меня хотят. Поправляю распущенные волосы, вытаскиваю оттуда веточки и листочки, зацепившиеся в кудрях.

Пытаюсь мыслить здраво.

Получается плохо.

Если допустить то, что мужчина говорит правду, то…

— Ты — принцесса Альнель Алроузская, член правящей династии. В будущем Алроуз — твоё королевства.

— Послушайте. У меня нет никакого королевства. И не нужно. Это просто ошибка. В конце концов, вы не можете быть уверены, что я ваша дочь. И…

Вздыхаю. Перевариваю. Осознаю. Если меня считают принцессой, то теперь понятно, почему все видели её, а я — нет.

Мне кажется, что с каждой секундой на меня вываливают всё больше информации.

Встряхиваю головой, прихожу в себя. Мысли укладываются по полочкам. Королевство Алроуз, которого нет на картах. Отец, которого я никогда не видела, и который уверен в том, что я его дочь. И странный отбор, как вишенка на торте.

Но зато всё ясно.

Я просто сплю. Слава Богу! Осталось дождаться, когда зазвонит будильник и это безумие закончится. А пока… Можно ведь и узнать что-то о моей ночной фантазии. Когда ещё мне будет сниться такой реалистичный сон?

— Не спорь со мной. Я знаю, кто ты такая.

— Откуда?

— Пойдём со мной. Только не задавай лишних вопросов, ни с кем не говори.

Мужчина протягивает мне ладонь, и я, посомневавшись, сжимаю её. В любом случае, так лучше, чем сидеть в комнате. Возможно, я найду признаки интернета и спишусь с друзьями.

Или найду доказательства того, что это всё происходит на самом деле. Замок с длинными коридорами, удивительные пейзажи, запах пыли и паутина в углу — явно не за день всё рисовалось.

— Расскажите, куда вы меня ведете?

— Нет. Ты должна увидеть всё сама, Альнель. Убедишься в том, что действительно моя дочь.

Ускоряет шаг, тянет за собой. Рука у отца… Мужчины! Незнакомца! Поправляю себя, чтобы не забыться. Иногда я могу быть действительно доверчивой, когда говорят о самом важном для меня.

Рука у мужчины горячая, приятная. Ни одного рубца, никаких мозолей. Лже-отец уверенно ведёт меня за собой, кивая на ходу случайной прислуге. Мне приходится придерживать подол платья, чтобы поспевать.

Рассматриваю каждый уголок: красные горы, россыпь звезд на небе среди дня, горящие факелы в стенах. Пытаюсь найти какую-то ошибку — машину или пролетающий самолёт.

Но вся картинка цельная, никаких неточностей. И это порождает смутное сомнение в происходящем. В моей адекватности. Какова вероятность, что мужчина говорит правду?

Мой разум мечется, не в силах определиться. Сон, галлюцинации или реальность? Не могу никак решить, как относиться к происходящему.

— Послушайте… эм… король?

— Я не король, трон принадлежит не мне. Королевством управляет моя мать — твоя бабушка, — говорит устало и раздраженно, будто повторяет одно и то же. Но я ведь не знаю того, что знают остальные! — Я… Не столько важно, наедине можешь называть меня отцом. Или Аласдэр, если тебе ещё сложно поверить. На людях только «Ваша милость», это правила этикета.

— Хорошо, Аласдэр.

Ещё и имя такое странное, у нас максимум Эриком называют или Даниэль встречаются. А тут… Альнель, Аласдэр… Ещё у того старичка, который поил отварами, тоже было необычное.

Двое мужчин открывают перед нами дверь, склонив голову. На них одежда, чём-то напоминающую военную форму, только черного цвета. И это даёт шанс, что я не просто спятила.

Крепче сжимает мою ладонь, когда слышит голоса вблизи. Поторапливает меня, заводя в тёмное помещение. Жмурюсь, стараясь хоть что-то рассмотреть. А после, как по взмаху волшебной палочки, зажигаются факелы.

Пораженно оглядываю комнату, наполненную картинами. Они везде: под потолком, стоят на полу. Несколько сложены друг на друг у камина. Старинные портреты разных людей. Девочка с пушистым котом, хмурый мужчина в кресле. А ещё странный мужчина с крыльями за спиной. Как у ангела, только серые.

Но я замечаю особенную картину в золотой рамке.

И всё остальное блекнет.

Делаю несколько шагов вперёд, желая рассмотреть. И Аласдэр меня не сдерживает. Позволяет подойти вплотную к портрету, прикоснуться пальцами к масляным краскам.

Девушке лет девятнадцать, как и мне сейчас. Голубое пышное платье, как у меня, букет разноцветных роз. У незнакомки светлые кудри, пронзительные золотистые глаза. И широкая улыбка, которую невозможно оставить без ответа.

— Я был уверен, что ты сразу всё поймёшь, как увидишь её портрет.

— Кто… — в горле сухо, будто наждачкой дерёт. Кашляю, прикладывая ладонь к груди. Так тяжело стало, невозможно вздохнуть. — Кто это?

— Это принцесса Мейр Каролайн. Твоя мама, Альнель.

Я смотрю на старый портрет, с потрескавшейся краской и незнакомой женщиной.

А вижу своё отражение.

Глава 3. Кто чья копия?

— Мама?

Не могу оторвать ладонь от холста. Веду по потрескавшейся краске, поднимаюсь на носочки, чтобы дотянуться до листа. Портрету много лет, но девушка там — я.

И я не понимаю, что это значит. Но… Мама красивая. Комплимент, скорее мне самой, но это действительно так. Горящий взгляд на рисунке, тонкие запястья. А на голове маленькая корона.

Невозможно, чтобы была такая схожесть. Точная копия на портрете. Или я точная копия портера? В общем, невероятно! Стою, открыв рот, не могу отвести взгляда. Как же странно…

— Да, Альнель, мама. Хочешь, расскажу тебе всё?

— Хочу.

У меня от волнения потеют ладони. И я понимаю, почему мужчина принял меня за свою потерянную дочь. Сходство — поразительное. Я и сама начинаю верить в происходящее.

Мы усаживаемся в глубокие кресла, возле камина. Пока я в очередной раз отвлекаюсь на многочисленные юбки — уже горит огонь. За секунду. Смотрю на это, пока Аласдэр зовёт слуг.

Тут какая-то система подачи огня? Никогда о таком не слышала. Но сегодня сплошной день «никогда».

Девушки расставляют на столе разные сладости, чайник и милые белые кружки с красной ручкой. Кланяются, быстро покидают комнату. Успела лишь увидеть, как отец отдаёт несколько монет им.

Это ведь хорошо? Значит, ценит свою прислугу. Многое говорит у мужчине. И, немного, расслабляет меня. Цепляю пирожное в виде розы, а желудок стягивается. На вкус как… мёд! Сладко и хочется ещё.

— Простите, — смущенно бормочу, доедая третий по счету десерт. — Вы хотели мне всё объяснить.

— Ты ешь-ешь, голодная, наверное.

Я внимательно слушаю каждое сказанное слово. Мужчина говорит быстро, не давая мне времени осмыслить. Жалею, что под рукой нет любимого блокнота с ручкой, чтобы всё записать.

Удаётся понять, что меня считают пропавшей принцессой. Очевидно, дочерью Аласдэра и той девушки с картины. Мужчина уверен, что я всё вспомню, а я не понимаю — как.

Если верить сказанному, то я пропала пятнадцать лет назад. Когда мне было четыре года. А все мои воспоминания начинаются лет с семи, да и то отрывками. И я точно не отличу фантазии от реальных событий.

Слушаю, как долго Аласдэр искал меня, как они с женой переживали. И у меня сжимается сердце. Это… так приятно, что я хоть кому-то была нужна в этом мире.

Пусть сон, пусть просто фантазия, но не хочу просыпаться.

— Вы правда… — мой голос дрогнул, и мужчина заметил это. Коротко улыбнулся, пытаясь приободрить. — Искали меня пятнадцать лет?

— Альнель, я бы искал тебя все пятьдесят лет! Лучшие гонцы были разосланы по всему королевству, в соседние. Конечно, секретность замедляла результат…

— Секретность?

— Никто не должен был знать, что наследница трона пропала. Это политика, милая. Звучит ужасно, но это так. И ты была в большей безопасности, если никто не искал тебя. Кроме меня, конечно же.

— Хорошо. А можно вернуть меня домой? Как-то. У меня там учеба и парень! Я не могу пропасть и всё.

— К сожалениею, Альнель, возврат невозможен. Когда мастер Архиер понял, что тебя не найти в этом мире… Мы начали искать по другим мирам.

Качаю головой, выпивая чай в два глотка. Жую кусочек сахара, не желая отвечать. Что же… Существуют другие миры? И лже-отец так просто говорит об этом?

Эмоции взрываются фейерверками. Мне хочется и смеяться, и плакать. А ещё покрутить у виска. Или зажать уши, чтобы ничего не слышать. Сделать вид, что я не в каком-то параллельном мире.

Но рациональность, которой я всегда гордилась, просто соглашается. Со всем, что сказал мужчина. Тогда ведь всё приобретает смысл! И странные красные горы, и портрет матери с моей внешностью. И даже то, с какой уверенностью мне рассказывают за этот отбор.

— Ну как-то вы меня сюда перенесли? Значит, и назад можно вернуть. У меня дома своя жизнь, никак не связанная с отбором и… прочим.

— Твой дом — Алроуз, это не обсуждается!

Фальшивый папа с грохотом ставит кружку на стол. Подрывается с места, запускает руку в волосы. Мне кажется, что сейчас меня или ударят, или снова будут кричать.