Помоги проекту - поделись книгой:
Стрелец благодарно кивнул Ворону и нацепил обновку на пояс поверх футболки. Все-таки его шорты были на резинке, без шлевков для ремня.
— Прыгай на лошадку, и поехали, — велел маг.
Ночь уже проглотила двух путников. Свет звезд едва дотягивался до горного ущелья, парень не видел перед собой даже холки коня. А тот безмятежно ступал по каменной дороге, эхо от восьми копыт летело вперед, превращаясь вдали во что-то зловещее.
— Не дуйся на них. Солдафоны всех салаг так привечают, — сказал Ворон.
— Вы, Темные, живете ночью. Как вы видите в темноте? — спросил Гэгэ.
— Темные в темноте… С тем же успехом ты мог бы засунуть голову в озеро и прокричать: рыбы, как вы плаваете в воде, здесь же мокро?! Наше зрение прекрасно адаптировано к ночной жизни, — ответил Ворон. — Но дневной свет приносит настоящую муку.
— И лошади ваши тоже так адаптированы?
— Лошади сами по себе отлично видят ночью… Ты, кстати, так ловко поднял мне настроение, что я забыл снабдить тебя одной полезной штукой. — Перед лицом парня вдруг возник тусклый предмет, рассеивающий робкий фиолетовый свет. Излучение с каждой секундой усиливалось, пока не отогнало мрак на три-четыре метра. Он увидел, что шарик не парит в воздухе сам по себе, а держится на шнурке в руке Ворона. — Нацепи-ка на пояс.
Он осторожно взял фонарь. Другой конец шнурка заканчивался приспособлением вроде карабина, отчего шар напоминал елочную игрушку. Стрелец без труда закрепил фонарь на пояске (которым он уже явно гордился и сгорал от нетерпения применить загадочную
— Почему свет фиолетовый?
— Это не свет. То, что ты видишь — не имеет ничего общего ни со светом, ни со звуком. Можешь называть это ощущением.
— Но я ведь вижу свет. Как можно видеть ощущение?
— Глазами, надо полагать…
Гэгэ осмотрелся кругом, дабы определить радиус действия «света» загадочного фонарика, и вдруг обнаружил одну интересную деталь:
— Я не отбрасываю тени! — и для пущей наглядности поводил ладонью перед фиолетовым шаром. Яркости света не поубавилось, даже на скалистую стену не легла тень. — Прикольно!
— Потрясающая наблюдательность, — бросил маг не глядя. — Твои родители должны гордиться тобой, ты наделен массой талантов.
Гэгэ не понял — похвала это или издевка.
— Я же сказал, фиолетовый фонарь не излучает света. Откуда, по-твоему, возьмутся тени?
— Дома у меня был такой фонарик — можно было заслонить лампочку пальцем, но свет все равно проходил через него. Вроде как огибал препятствие…
Он не совсем понимал, о чем говорит. Как я упоминал, сознание его преобразилось. Земные органы чувств бесполезны и цифровом измерении, поэтому их заменили виртуальные аналоги, программные датчики, и после расшифровки сигналов и обработки таких данных в его сознании рисовалась иная «картина мира». Проще говоря, в его голове еще жили слова «дом», «фонарик», «автомобили», «компьютеры», «телефоны», «институт» — но связать эти слова с конкретными образами Гэгэ был уже не в состоянии. «Дом» превратился в скучную комнату, где следовало отдыхать между квестами[8] и данджами; «автомобиль» напоминал маунта[9], для управления которым не требовались водительские права и знание ПДД; а «институт» — это слово он вообще стремился поскорее забыть или придать ему агрессивное, деспотичное значение. Он мог думать о Земле только набором привычных фраз, не имеющих, однако, устойчивых физических образов. А потому не смог бы сказать, чем устройство Мэрлона отличается от земного.
— Гениальное изобретение ваших ученых? — Ворон хмыкнул. — Ты снова говоришь не о том. Я тебе еще раз повторяю: наши фонари не излучают света.
— Ну, он же светится!
— Вот твердолобый… Фиолетовый фонарь не светится, скорее — излучает особые радиоволны, которые воздействуют на твои зрачки, делая их более чувствительными. Таким образом, повышается диапазон эмиссионного спектра, который зрачок может уловить. Другими словами — пока работает фиолетовый фонарик, ты можешь видеть при свете очень отдаленных звезд.
— Wow! — выдохнул Гэгэ, ничего, в общем, не поняв из объяснения мага. И посмотрел на фиолетовый шар, как на диковинный магический gadget.
— Но в крепости я видел масляные лампы, — вспомнил он.
— Архаика иной раз необходима, несмотря на затраты. У старых светильников ряд недостатков, но одно качество неоспоримо — от них падают тени. Очень удобно при обнаружении врагов на стратегических объектах. Вообще эти шарики придумали Светлые, когда началось противостояние. Чтобы проще было воевать с Темными на их «территории» — ночью.
— А что придумали Темные, чтобы воевать со Светлыми днем? — поинтересовался Гэгэ.
— Придумали?.. Солнцезащитные очки! — хохотнул Ворон.
Темные скалы разбежались в стороны и простерли широкие объятья долине, над которой россыпью самоцветов в черном небе сияли звезды. У парня создалось впечатление, будто запустили красочный салют, и огоньки не гасли, а расползались по небосводу, улетали все глубже в космические дали. И под всем этим драгоценным полотном ровно посреди долины мрачный массив города тянул вверх свои высокие башни, целясь в бесконечность острыми шпилями.
— Вот и город Вельзевул! — представил Ворон.
Глава III. Игра началась
— Раньше здесь было озеро, — сказал маг, — но высохло. Когда началась война, Темные построили здесь крепость для охраны одного из Проекторов. Место идеальное — вокруг неприступное кольцо скал, единственный проход может сдерживать натиск врага бесконечно… Ах да, я уже говорил. Под землей еще остались водные резервуары. Настоящий природный бастион. Крепость решили назвать в честь Вельзевула — бога, Прилетевшего из эфира.
По сторонам от дороги продолжалась полупустыня, однако растительность выглядела более сочно и жизнерадостно. Временами попадались даже отдельные подлески.
Равнина была усеяна подвижными фиолетовыми светлячками — Гэгэ догадался, что это другие гамеры снуют по локации. Фонари то грудились вкучу, то рассыпались в разные стороны; стояли на одном месте, бегали, прыгали, исчезали и вновь появлялись. Тут и там мелькали всполохи слабых заклинаний, лязгали ржавые механизмы, свистели стрелы и звенели мечи. Пищали, кряхтели угодившие под волну геноцида пригородные монстры.
Оборонительных стен, кроме природных, у Вельзевула не было. Впереди вдоль дороги начинали прогружаться каменные дома, выстраивались ночные улицы, которые освещали фиолетовые гирлянды, подвешенные на столбах. От их «света» Вельзевул как будто был погружен в вязкий фиолетовый туман. Мелькали вывески мастерских, закусочных, постоялых дворов, аптек, кабаков, магазинов и банков. Зодчие древнего инопланетного мегаполиса умудрились скопировать архитектуру начала XX века: Гэгэ чувствовал себя почти дома среди разноэтажных сталинок — не хватало лишь светофоров и зебр на дорогах.
Наряды гамеров пестрели спецэффектами: ботинки одного оставляли магмовые следы, у другого плащ был соткан из горького пара, третий хвастался сияющим мечом, четвертый опирался на искрящийся посох, у пятого радужно переливался стальной нагрудник… Половина деталей одежды прохожих наводила на мысль об их земном происхождении, другая половина — о подписке дизайнеров на паблики для кислотных наркоманов.
Определить эпоху, эквивалентную земной, Стрельцу никак не удавалось — средневековое оружие перемежевалось с огнестрельным, простенькие механизмы соседствовали с совсем уж фантастичными технологиями: голограммами, квантовыми телепортами, роботами, экзоскелетами. И тем, чему он никак не мог дать объяснения, удовлетворившись термином «магия».
Ближе к центру дорожное движение уплотнилось. Мелочь с GS меньше трех тысяч гоняла на однотипных лошадках, а кто мог себе позволить что-то поинтересней запрягал разнообразных ездовых животных. Встречались носороги, металлические пауки, белоснежные львы, карликовые динозавры, огромные ежи и другие представители мэрлонского бестиария.
Полуголая «зелень» сновала туда-сюда по своим нубским делам, продавала собранный с мобов хлам и завистливо глазела на старших товарищей. Каждый из этих салаг с лицом арнольда шварценегера (Гэгэ насчитал таких около семи — разной степени накаченности), а также леголасов (не меньше десятка), джеков воробьев, анжелин джоли, николей кидман, владимиров путинных, конечно, (попался даже один борис моисеев неправдоподобно толстой комплекции — явный стёб) мечтал о великих походах в данджи, интересных стратегиях на боссах. Но еще больше — о легендарном шмоте, в котором можно подойти к первому встречному, вызвать на PvP[10] и рассказать,
Степенные хаи в эпичных доспехах снисходительно поглядывали на суматоху мелочи и их завистливые взгляды, посмеивались в завитые бородки, вспоминая себя в их «годы», небрежно швыряли горсти голды[11] надоедливым попрошайкам. Герои ни одной сотни битв, виртуальные двойники спортсменов, рэперов, политиков, бизнесменов, киноперсонажей, блогеров сбивались в кучки, лениво обсуждали детали предстоящих рейдов, парафинили новичков, пощипывали загорелые, как правило, задницы боевых подруг в коротких юбках или обтягивающих штанах, или просто тупили в общественном месте.
У гамеров имелись разномастные сумки: от простого холщового мешка до габаритного рюкзака. Стрелец отметил про себя необычное свойство игровых рюкзаков пропадать из виду как только он переставал концентрироваться на них. Вот только что каждый гамер в поле видимости таскал за спиной массивную сумку (забавно выглядели воины в блистающих латах и с туристическими рюкзаками) — и вдруг они все исчезали. Будто проваливались в какой-то карман между измерениями. Он припоминал, что сумки в online-играх видны только на панели, теперь же наблюдал, как это выглядит «вживую». Однако, как должна выглядеть «панель» и чем «вживую» отличается от повседневной реальности, он не мог уже толком сообразить.
Чат по ходу забивался разговорами, сообщениями и объявлениями. Толковать о серьезных предметах посреди этого базара Ворон не пожелал.
…
[Утюжок]: — Сабераю пати на Жирнопуза! — пробежал мимо всадников молодой Инженер в комбинезоне и сварочной маске, размахивая гаечным ключом. За ним попятам следовало лупоглазое деревянно-металлическое создание на колесиках, напоминающее робота-сапера.
[Беллетриса]: — В ГПМ хилл[12] и дд[13], ласт слот! — надрывалась в рупор, чтобы услышало больше народу, магичка в блестящей сиреневой мантии, похожая на Джениффер Энистон.
[Железомен]: — Нужны детали для дымового дройда. Механик, отзовись!
«Здесь даже под шлем не нужно заглядывать — определенно Роберт Дауни», — смекнул Гэгэ.
[Молодец]: — Народ че так скучно? Го[14] зафармим[15] Раскол или АВ! Желающие +ем в чат.
[Катана]: — Всем! Всем! Всем! Гильдия «Уральские самураи» празднует второй месяц со дня своего эпического рождения! Все игровые классы, возраста, девочки и мальчики приглашаются на незабываемую тусу в особняк самураев «Солнечная минка» (рядом с монетным двором). В программе: конкурсы, подарки, викторины, а на десерт — поход на Царь-дуба! При себе иметь отличное настроение!
[Братишка]: — Помогу с кэвэ за лавэ!
[БравыйГусар]: — Добрые люди, отсыпьте голды сколько не жалко плиз.
[РыжийАп]: — Слышь [ЦельсяПли] за базаром следи своим, — донеслась до Гэгэ перепалка двух иосифов сталиных (один из которых щеголял пестрым ирокезом), вставших в позы напротив друг друга через дорогу.
[ЦельсяПли]: — Го PvP или зассал?
— Идите драться на арену, а не в людном месте! — возмущенно бросила хорохорившимся дуэлянтам мамаша из числа NPC с грудничком на руках. — А то я городской страже расскажу, хулиганы!
[ГенаНа]: — Лю-ю-ю-ди памагите убить Крококрыла! — пищал юный гарри поттер неопределенной классовой принадлежности, беспомощно усевшийся прямо на брусчатку.
…
Между тем улицы становились шире, дома нарядней и выше. Расстилались площади с театрами, библиотеками, аренами, музеями, стелами и скульптурами. Памятники изображали обколотых стероидами героев прошлого и великих правителей с мудрыми лицами. Нередко монументы раскрывали картины исторических поединков богатырей с огромными чудовищами.
Гэгэ разглядывал великолепные статуи, настолько живые, что в ночном сумраке мерещилось колыхание плащей, движение мускулов на лицах; невидимый ветер как будто трепал волосы ушедших в небытие полководцев, первооткрывателей, изобретателей.
— Молодой человек! — к нему подбежала женщина-NPC и схватила за руку, держащую повод коня. — Молодой человек, ради всех Темных, помогите, пожалуйста!
Ворон мимолетом глянул на сарафан без одной бретельки и съехавшую набок остроконечную шляпку вельзевулки и понимающе хмыкнул. Гэгэ отметил синие круги под глазами Темной и свежую бело-красную царапину. Он тут же весь напрягся, испытывая желание во что бы то ни стало помочь несчастной.
— Мой муж, он… вернулся с трехмесячного дозора у Раскола, — задыхалась от волнения женщина. — Вы, наверно, там еще ни разу не бывали… место жуткое. Все, кто возвращается с дозора, пьют целую неделю… И мой муж тоже… Пожалуйста, помогите… Он напивается и избивает меня и детей. Сил моих больше нет! Совсем неуправляемый…
— Помогу, конечно! — воскликнул Гэгэ. Дело казалось ему совершенно пустяковым. Зато женщина наверняка его чем-нибудь отблагодарит.
— Дорогая Темнина, — обратился к женщине Ворон. — Я тебе сколько раз говорил: обратись со своей проблемой в орган Городской стражи. То, что каждый новичок будет сломя голову лететь решать твои проблемы, не исчерпает ее до конца. Твой муж воскреснет и опять все повторится. К тому же у молодого человека еще нет своего оружия. Он бы и рад помочь, да не может.
— Я просто подумала, если он с вами, господин Кутх, то уже кое-что умеет в боевом плане, — шмыгнула носом Темнина. — Я женщина и ничего в этом не понимаю…
— Нет, он со мной по совершенно другой причине. Пожалуйста, отпусти повод коня. Я обещаю тебе: как только освобожусь, загляну к стражам порядка и потолкую с ними о твоей проблеме.
— Спасибо! Спасибо большое, господин Кутх!
Темнина отпустила руку Гэгэ и отошла на несколько шагов. Женщина хоть и осыпала всадников авансовыми благодарностями и в глазах ее мерцала надежда, однако в каждом ее движении чувствовалась некоторая потерянность и робость.
Стрелец провожал ее сочувствующим взглядом. Темнина, будто глубоко задумавшись, зигзагами брела по оживленной площади Аукциона, а через минуту где-то вновь раздался ее умоляющий голос:
— Молодой человек, ради всех Темных…
— Кутх?! Ты сказала: господин Кутх? — воскликнул кто-то в толпе. — Ты видела Ворона? Где?! Где этот?!. - следующие слова утонули в общем гомоне.
— Нет… ничего подобного я не говорила. Отпустите меня!..
— Бедняжка вынуждена переживать раз за разом одно и то же, — сказал Ворон. — Она даже не помнит теперь о нашей встрече и моем обещании. Это беда большинства NPC Мэрлона…
— Ты слышал? — перебил мага Стрелец.
— Что?
— Кто-то искал Ворона. Там — в толпе.
— Действительно? — маг бросил короткий взгляд на сборище возле одного из торговых шатров. — Я ничего не слышал. Скорее всего, ты ошибся.
— Да нет…
— Я всегда нахожусь там, где необходим, — сказал Ворон почти грубо. — Поэтому я и маг. В этом городе меня знают все, — произнес он уже мягче. — Не удивлюсь, если кто-то решил дать ник персонажу в мою честь.
Темнина вдруг дико завизжала, затрещал разряд электрического колдовства. Откуда ни возьмись к потасовке заспешили несколько уличных патрулей.
— А вот это он зря, — прокомментировал Ворон. — Нападать на мирных NPC не рекомендуется. У стражников зона агрессии очень обширна. Нарушителей порядка могут лишить хорошей репутации. Снизить вплоть до враждебной.
— Что с ним сделают?
— Арестуют и выпишут огромный штраф. Преступников обдирают порой до трусов, так что они долго вынуждены побираться, чтобы заново одеться. Без оружия и защиты здесь никуда.
— В тюрьму не посадят?
— У нас никого не сажают, потому что тюрем нет, — ответил Ворон почему-то раздраженно. — Это очень варварская традиция. В качестве наказания следует не поощрять преступный контингент новичками и грабить казну, а изымать то, чем все так дорожат: деньги, власть или жизнь.
Но сдаваться властям нарушитель не собирался. Сияющая плеть, описав круг, разбросала стражников. На месте преступления искрился воздух от статических разрядов.
Толпа расступилась. Мертвая Темнина лежала на брусчатке в луже собственной крови. Рядом с ней Чародей с ником Воланд запрыгивал на ящероподобного маунта и устремился прямо в сторону Гэгэ. За ним погнался шлейф разъяренной стражи. Приблизившись к Стрельцу, беглец свернул и пронесся мимо, не удостоив ни его, ни Ворона и крохой внимания.
— Вот видишь, — сказал маг, цепко наблюдавший за всем действом. — Он искал кого-то другого.
Не согласиться с этим было трудно.
Темнина вдруг ожила и села. Женщина как-то механически поводила головой из стороны в сторону, а затем поднялась на ноги.
— Смотри! — ужаснулся Гэгэ.
— Что смотреть? — бросил Ворон. — Ты думал, за ней катафалк приедет? Здесь никто не умирает по-настоящему. Только в рамках игры. Терпеть побои мужа, выпрашивать помощь, погибать — это ее квест.
— Ты не собираешься просить за нее у стражей?
— Могу, только какой в этом толк? Низшие NPC вроде Темнины еще не осознали себя и действуют в рамках Изначальной Программы. Ее существование — короткий алгоритм действий. Слова, движения, мысли — она только думает, что это ее личность, ее наблюдения и ее душа. На самом деле все это было до нее и будет после.
— Что это за начальная программа?
— Скоро узнаешь. По крайней мере, новички могут получить у Темнины одно из первых своих заданий. Тебе кажется это жестоким? — Ворон поглядел на спутника и заметил по его грустному выражению лица, что дело вовсе не в этом. — Да ты не огорчайся так! В награду за этот квест полагается пара бутылок дешевого ари ее мужа для восстановления Энергии и что-то из личной стряпни бедняжки Темнины. Какие-то булочки или пироги… впрочем, пекла она не в самом лучшем расположении духа, так что стряпня эта хорошенько подгорела.
— Эй, чувак! — донесся откуда-то умаляющий голос. — Эй, НФзыкшыр… блять, хер выговоришь… Чувак!
Гэгэ огляделся по сторонам. Внимание его привлек закуток между Библиотекой Вельзевула и Торговым домом купца Сбыслава.
— Да-да, ты, Стрелец. Помоги, please!
В темноте он различил Рубаку с лицом и фигурой немолодого седоусого актера и звезды реслинга Халка Хогана в строительной каске, провалившегося по пояс в мостовую. Левая часть тела Рубаки каким-то образом застряла в стене Библиотеки. ЛенонЖилЛенонЖ… — ник бедолаги обрывался на полуслове, так что Гэгэ так и не узнал, чем закончилась эта мини-история про Ленона.
— Помоги выбраться, — просил несчастный.
— Дурачье, сколько раз им говорили не лезть туда, — прокомментировал Ворон. — Даже объявление повесили. — Действительно, к стене на углу Библиотеки была привинчена табличка: «Внимание! Багованная[16] зона». — Этот храбрый воин застрял в текстурах, как любят выражаться гамеры, — пояснил маг. — Лучше не ходи, а то и сам провалишься. Некоторые из таких бедолаг могут нечаянно заглянуть под текстуры и увидеть там «изнанку» без пространства и времени… Это как разглядывать свои оголенные внутренности, только гораздо страшнее. Такой опыт меняет все их представление об игре и самих себе. Почти все они потом сходят с ума.
— Приведи моба или давай я лучше на тебя нападу. У меня «кузнечик» есть, — умолял застрявший Рубака. Что такое «кузнечик» и каким образом это поможет халку хогану Гэгэ не понимал, но смутно догадывался, что этим словом практичные гамеры окрестили одно из умений класса Рубак — для простоты.
— И что, его оттуда никак не достать? — он сочувствовал Ленону не меньшее, чем к тонущему в трясине.
— Есть. Рубака действительно может выскочить из бага с помощью
Умирать ему не хотелось даже понарошку.
— Может быть, веревку ему кинуть?
Ворон покачал головой:
— Правила игры не предусматривают веревки. Если только это не гарпун Лазутчика.
— Эй, ну че ты там? — не унимался застрявший.
— Давай я сбегаю попросить кого-нибудь…
— Тебе придется обойти весь город, прежде чем кто-то откликнется на чужую беду, а это займет время. Мы и без того уже порядком задержались.
Поделиться книгой: