Дорога домой

— Проводи

— Эфа.

— Проводи Эфу в гостевую палатку, скажи парням, чтоб принесли теплой воды и тоже какую-нибудь легкую пищу, а я сейчас подберу что-то подходящее из одежды.

Даккар, кивнув, повел Эфу в палатку, — я была уверена, что он меня понял правильно и не оставит женщину без присмотра, — хаврийка, не хаврийка, а осторожность к незнакомке надо проявить, даже если она безумно похожа на твою мать. Стражник же, которого подозвал к себе Даккар, забрав с собой бледную девушку, направился в сторону стоявшей недалеко палатки лекарей. Они прилетели давно, но, к сожалению, нормальный Лекарский Дом мы еще не достроили, так что им приходится все так же работать в палатке, благо погода еще позволяет. За стражником с девушкой в хвост зачем-то пристроился вампир, но я себе голову этим забивать не стала, честно говоря, не до того было.

Не обращая внимания на еще не отмерших отца и Томаниса — может это и к лучшему, я первая новости узнаю — быстро метнулась к себе обратно в палатку собрать кое-что из одежды для странной гостьи.

* * *

У нее были мамины глаза и уже немного заметные морщины вокруг них. Серые, на солнце они становились почти голубыми, я это точно знаю. Вот уже пять минут мы сидели напротив друг друга и внимательно рассматривали каждую незначительную деталь, ставя ее на полочку «сходства» или «различия». Я не спешила заговаривать, держа паузу и ожидая от этой женщины первого шага.

— Ты ведь дочь Салики, — скорее подтвердила сама себе свои выводы.

— А Вы, скорее всего, ее мать, — не люблю оставаться в долгу.

— Плохо она тебя воспитывает, — фыркнула Эфа, заставив своими словами окаменеть мое лицо, и словно уловив что-то уже более мягким тоном, — извини. Просто нелегко неожиданно встретиться лицом к лицу со своим прошлым, которое пыталась всю жизнь забыть, это она про Томаниса, что ли?

— Ну-у-у, когда-то это все равно произошло бы.

— Не будем о неприятном, — хмыкнула она на мое замечание, как будто показывая свое мнение то ли по поводу Томаниса, то ли по поводу этой встречи в целом, — значит Салика вышла замуж за тхае и этот брак дал такой неожиданный результат? Кстати где она? Приехала со своим отцом проведать дочь или нет?

— Мама умерла, — сглотнула ком в горле, — почти двадцать лет назад.

Иногда, под давлением сильных эмоций наши маски, лелеемые годами и практически приросшие к нам, как изломанная глина осыпаются кусками, оставляя на виду то, что под ней, как открытую рану, и совершенно неживые глаза.

Я видела боль. Боль, которую привыкли скрывать глубоко внутри себя. Сейчас же была не просто боль огонь, сжигающий все внутри, корежащий то, что еще оставалось живым, превращая в черную обуглившуюся массу. Я чувствовала этот огонь, как свой, заново переживая, как в первые дни после смерти мамы, когда пыталась осознать и хоть как-то примириться с происшедшим.

Это невозможно сыграть. Это можно только почувствовать. И я верила.

За ту самую боль-огонь я была готова простить этой женщине многое, в том числе и ее отсутствие в наших жизнях на протяжении стольких лет. Рука сама потянулась к сгорбившейся и ставшей, вдруг, совсем маленькой фигурке. Сама повернула ее к себе, прижала и легонько обняла. И я рассказывала. Рассказывала о том, как маме жилось в семье Томаниса в роли «сироты приблудной».

О том, что она узнала о своем происхождении уже после рождения двух дочерей.

О ее любви с моим отцом и о его гибели.

О медленно угасающей жизни в ее глазах, когда она задумывалась о чем-то глубоко личном для себя.

И о своем втором отце, который оказался достаточно сильным для того, чтобы полюбить не родного по крови ребенка. И еще и еще и еще.

Я не помнила, когда ее боль-огонь стала моей, переживая все заново. Языками пламени выжигая в себе, уже казалось бы, зарубцевавшиеся раны утраты. И уже не мои руки обнимают ее, а она меня прижимает к себе. Чувства родства с этой женщиной, не столько кровного — сколько духовного, прорвало тщательно выстроенную мной плотину на пути потока излияний чувств и эмоций.

Сколько мы так сидели, я не знаю, но я была рада своей предусмотрительности и приказу своему «хвосту» из охраны никого не впускать, пока я не разрешу.

Ее жизнь тоже оказалась не самой легкой. Никто не хотел иметь дела с нищей хаврийкой, не имеющей поддержки семьи, пока она не встретила молодого степняка, предка, теперь уже мертвого, молодого вожака племени. Мужчина оказался достаточно умен для того, чтобы пригласить Эфу жить в его, тогда еще маленькое, племя. А та, испытывая благодарность, помогала ему, используя свой Дар клана Видящих в оценке окружающих людей.

Степняк и сам дураком не был (последний потомок явно не в него пошел), потому кого надо приближал, а кто не угоден был тихо и спокойно уходил в долгий путь на перерождение. Именно благодаря дружбе и слаженным действиям этой парочки, некогда малочисленное племя, начало расти как на дрожжах, приобретая большие размеры и статус богатой и влиятельной фигуры на игральном поле в иерархии степных племен.

Наша боль была общей, точно так же как и наша любовь к моей маме ее, так и не обласканной, дочери.

* * *

— Как случилось, что вы смогли оказаться невредимыми после падения с такой высоты? Они же вас в мешках, как котят в речку, на погибель сбросили с унмусов?

— Евида, та девочка, — вздохнула мм бабушка (начинаю обрастать семьей?), — у нее способности к магии, вот она и смогла, уже во время падения, с перепугу, замедлить наш полет у самой земли.

— А Евида? Она кто? и не ревную я ни капельки свежеиспеченную бабушку к этой девице.

— У меня в племени была подруга, — от всепонимающего взгляда захотелось поёжиться, — девятнадцать лет назад она на несколько дней пропала в степи, а потом вернулась. Но уже совсем другой. Из смешливой девушки превратившись в нелюдимую и вечно хмурую, да еще и не девственной.

Семья от нее отказалась сразу, замуж ее никто брать не хотел и она бы наверняка умерла от голода изгой если бы я не попросила ее быть моей помощницей. А через положенный срок она родила девочку, Евиду. Роды были сложными и она уже не смогла оправиться от них.

Все это время Сарна ни словом не обмолвилась о том кто отец ее будущего ребенка, хотя родня хотела знать, а степняки умеют спрашивать, уж поверь мне перед тем, как уйти за грань, она сказала мне лишь то, что он был вампиром. Кто он? Откуда? Я не знаю. Так девочка со мной и осталась как дочь.

— Ладно, одним родственником больше, одним меньше — я усмехнулась, увидев такую же понимающую улыбку на лице Эфы, — поговорю с Ниэлсом, чтобы помог девочке адаптироваться в общении с новыми родственниками с их стороны. Кстати, а кто ее магии учил?

— Да, никто, — лицо Эфы погрустнело, — в этот раз у нее спонтанно получилось, на эмоциях. Сама понимаешь, я не могу учить, а для поступления в какую-нибудь магическую школу или академию она была еще слишком мала. Хотела ее в этом году отвезти на учебу, да новый вожак племени на нее глаз положил и отпускать не захотел. Тут уж не до учебы, когда ее день и ночь стережешь.

Я задумалась. Необученный магически одаренный — это детёныш тусуя с мисерской гранатой в зубах, никогда не знаешь, когда захочется ему еще и это пожевать для полноты ощущений. Поэтому учить девочку надо, вопрос в том — где?

Через час чистая, переодевшаяся и сытая Эфа со мной на пару направила свои стопы к лекарям. Она туда стремилась узнать о состоянии Евиды, я удостовериться, что у самой Эфы все в порядке со здоровьем. Каким-то образом нам удалось выйти из палатки как раз в тот момент, когда никого, из ломящихся срочно пообщаться до этого, не было, и мы смогли беспрепятственно добраться до цели, зажатые со всех сторон моей новой охраной.

С девушкой оказалось все не так уж и плохо, как мы опасались. Грязь смыта, ушибы успешно смазаны, сытость на лице и сонное блаженство глазах. Темные волосы, чуть смугловатая кожа и слегка раскосые, большие глаза карего, почти бархатного черного цвета. Слишком хрупкая для суровой степной жизни.

Пока интересовались ее состоянием, лекари быстро провели осмотр Эфы — все же мне непривычно еще ее называть бабушкой, даже в мыслях — все оказалось не так уж и плохо. Видимо Евида больше оберегала во время падения Эфу, чем себя, вот и пострадала соответственно. Это дало еще маленький плюсик в моем отношении к ней.

Рядом же, на мое счастье, обнаружился и Ниэлс, которому я сразу «просемафорила» обоими глазами, намекая о большом желании пообщаться. Нет, я, конечно, понимаю, что он мужчина видный, но это моя, пусть и новая, хоть и не кровная, родственница, а значит, теперь я и за нее несу ответственность. А раз так, то ему придется держаться от нее подальше, по крайней мере, некоторое время.

Вот так мы и выходили из закутка, где лежала Евида, молча, перемигиваясь и гуськом. Минут пять, вперив взгляд в стену и постукивая себя по губам указательным пальцем, я еще соображала, где бы нам так посидеть, чтобы некоторое время нас никто не нашел. И меня-таки озарило, что оптимальный вариант смотровая площадка на заградительной стене. Там сейчас кроме стражи никого нет, да и искать нас там будут в последнюю очередь.

— Татая Хазони — начал вампир, но я его перебила, решив сразу расставить все точки над «и»:

— Ниэлс, Евида приемная дочь Эфы, моей бабушки поэтому сразу предупреждаю, она, как моя родственница, находится под защитой моего клана и моей семьи, — ну вот, высказалась, теперь можно переходить к более конструктивному диалогу.

— Я это понимаю, — тяжелый вздох, — но ты же не можешь отрицать того, что в ней присутствует кровь моего сородича.

— Даже и не думала, — усмехнулась, взглянула на решившую пока хранить молчание Эфу и продолжила, — наоборот, хотела тебя попросить помочь установить отцовство, все же это твой сородич, а ты, мне помнится, говорил, что вы своих детей не бросаете. И еще у девочки есть способности к магии, я не знаю в каком направлении, но хотела бы, чтобы ты помог определить и порекомендовал, как лучше устроить процесс обучения.

Вампир минуту сидел, задумчиво чему-то кивая, словно соглашаясь с какими-то своими домыслами.

— Сколько девочке лет?

— Мм восемнадцать, — неуверенно посмотрела на Эфу, получив в ответ утвердительный кивок.

— Понимаешь, Таха, случай вопиющий в какой-то мере, — продолжил он, — наши дети действительно ценность и я был не просто удивлён ошарашен, увидев незнакомого мне ребенка с примесью нашей крови. Все слишком серьезно, я обязан сообщить о случившемся Повелителю. Об установлении отцовства могла и не просить, это вопрос уже решенный. Мы определим списки всех присутствовавших в вашем мире на то время, а дальше уже проведем ритуал определения родства, — я кивнула.

— Я хочу присутствовать на ритуале, как глава ее клана и старшая рода.

— Мм хорошо, — он склонился немного ко мне, — я думаю, что этот случай заинтересует Повелителя, так что

Я застонала. Свое «так что» он мог и не продолжать, по-видимому визит главного кровопускателя стоит ожидать еще раньше, чем предполагалось. Естественно данная мысль привнесла в сердце еще больше моей «любви» к степнякам и Чоровийскому корольку, чтоб ему там икалось на каждом слове.

— С магией все проще и в то же время сложнее, — последнее слово заставило меня насторожиться, — у нее способности к кровной магии, поверь мне, я это сразу почувствовал, а это значит — он замолчал, давая мне продолжить.

— А это значит, — эхом повторила за ним, повернувшись и глядя на Эфу, продолжила, — что у нас она учиться не сможет и ей придется идти в ваш мир.

Последняя фраза заставила Эфу напрячься. В чем-то я ее понимала, потерять связь с еще одним своим ребенком, пусть и не родным по крови может быть фатально для нее. И депрессии в таком случае не избежать. До чего она, депрессия, может довести уже настрадавшуюся женщину даже не хотелось думать.

— Это будут решать в первую очередь Эфа с Евидой, — повернувшись обратно к вампиру.

Он лишь укоризненно посмотрел на меня. Ну да, ситуация патовая, девочку учить надо, здесь этого никто сделать не может и пригласить сюда для обучения какого-нибудь специалиста от вампиров я не могу, потому как это нарушение одного из пунктов договора между Вышним и Повелителем. А значит либо ждать когда наша необученная «граната» в какой-нибудь из дней «рванет», да так, что мало никому не покажется, либо отправить ее учиться в мир вампиров, но как тогда обеспечить ей безопасность и поддержку клана я не знала. Мдаа-а-а, задачка.

Взглянула не Эфу, интересуясь ее мнением, все же она мою новую родственницу лучше знает, а значит, более точно может просчитать реакцию и направленность действий подопечной, но натолкнулась на «глухую стену» молчания. Ла-а-адно, поговорим об этом потом, не при посторонних.

А чего это вампир так смотрит на меня? Или это не на меня? Да нет, на меня, вернее за меня, то есть позади меня что-то очень интересное, раз он так туда смотрит.

Еще не закончив до конца додумывать свою мысль, оглянулась назад. Ох, ё-ё-ё нтиресная компания к нам направляется.

— Кстати, — раздалось у самого уха на грани слышимости, — девочка, ты сегодня молодец все сделала правильно и не вини себя в том, в чем не виновата.

Я дернулась от неожиданной похвалы, ну и, от усилившегося бешенного блеска, в глазах у Дера. Так, надо идти на перехват, а то чего доброго передерутся. А они мне оба, по-своему, дороги.

Прогресс. Меня не перебросили через плечо, не утащили в укромное местечко для очередной разборки и даже почти не трансформировались — временно повышенная волосатость по все телу не в счет — всего-то сжали в районе талии так, что не вдохнуть не выдохнуть, и рычат немного на ухо, чем вызывают удивительно одинаковые усмешки у Эфы и Ниэльса. Ну и пусть. Сейчас еще постою тут в скованном виде пять минут до обретения полного адеквата одной личности и все в порядке будет, ну почти все.

— Ну, и чего ты разозлился? почти нежно ворковала я Дасильо в встопорщенное волчье ухо, откинув голову назад и поднявшись на носочки, — Мы всего лишь разговаривали на важные темы, — так видимо не те темы он придумал, если рычит еще сильнее, — вон и бабушка стоит, — да что опять не так?! пойдем, я тебя с ней познакомлю, — так кажется наконец-то правильно выбранная тактика.

Интересно, что он такого себе напридумывал, если так реагировал до этого? Что я за Нэлса замуж собираюсь, а он, как истинный морэ, просит у моей бабушки моей же руки? Бре-е-ед. Ладно, и с этим потом разберусь. Вышний, пора уже заводить себе бо-о-о-льшой блокнот для всех моих заметок, а то никакой памяти не хватит.

— Эфа, это морэ Дервис Дасильо, мой сводный дядя по отцу и-и-и

— И-и-и, я надеюсь, будущий муж, — проснулись звериные инстинкты? Метит свою территорию? С-с-собака! — очень приятно познакомиться, — ладно, я тебя потом покусаю.

— Какая милая семейная сцена, — я вытаращилась на бабулю, — очень приятно. Я вижу, вы уже успели надеть на Тахочку, — и ее тоже покусаю, — браслеты, но где же серьги?

— А-а-а

— Татая Хазони, — не дали мне сказать и слова, чтобы все объяснить, — решила, что сначала нужно обустроиться на новом месте, а потом уже входить в новый дом в статусе замужней дамы.

— Но, насколько я поняла у Тахочки, — я уже почти не реагирую, ага, меня тут вообще нет, — уже есть трое Ваших детей, морэ Дервис.

— Таха — вдова, — ага развелась, а потом и овдовела, по собственному желанию, так сказать, — так что, к сожалению, это не мои дети, — если они сейчас не прекратят меня игнорировать, загрызу всех и виноватой чувствовать себя не буду, вот, — но думаю, что этот вопрос Вам, мора Эфа, стоит обсудить с Тахой.

Ага, понял гад, что запахло жаренным и пошел на попятный, в смысле, на меня наконец-то обратили внимание. Мда, кажется лучше бы они его на меня так и не обращали.

Рядом стоящий, вампир, уже не скрываясь, подхихикивал. Вся гоп-компания, включая и Томаниса с отцом и моими детьми, подошедшие к нам уже во время разговора, стараясь громко не ржать, давились в кулаки или в, зажавшие рты, ладони.

* * *

Спустя час все особо веселящиеся со мной и Даккаром расположились в походной столовой. У меня в палатке, к сожалению, места не хватило.

— Рэйшарт заставы Иазар Нав и еще шесть солдат живы, — первым начал Даккар, — остальные Я, на всякий случай, с квартетами послал на заставу одного из лекарей. Старший первой группы сообщил, что раненые в тяжелом состоянии, лекарь оказал им первую помощь, но нужно как можно скорее доставить их на стационарную базу.

— Значит Вышний нас не оставил, — с небольшим облегчением вздохнула, — Даккар, возьми два автофлая для перевозок, уберите оттуда все лишнее, чтобы не мешало погрузке раненых, захватите еще несколько лекарей для сопровождения раненых и отправляй их побыстрее. Как только с этим разберешься, возвращайся обсудим все остальное.

Возвращения спасательной партии я так и не дождалась, как собственно и отчета Даккара. Напряжение последних суток дало о себе знать и я просто валилась с ног. Каким образом я добралась к себе в палатку, помню с трудом, кто помог мне забраться на мое походное ложе, тоже. Надежда была на то, что папа позаботится о мальчишках. Все же насколько здорово, когда рядом есть бабушки или, на крайний случай, как у меня сейчас, дедушки, готовые возиться с долгожданными внуками. Надо перетаскивать папу с семьей сюда. Только подумаю я об этом уже завтра.

Глава 6. Кошмарная.

Маленький, скрюченный, сгорбленный, практически усохший Повелитель, выпустив клыки на всю длину, тряс меня за плечи и шипел:

— Где амбары и хранилища для зерна, где скотные дворы и скот?! Откуда воду берете?! Куда отходы деваете?! Как моим детям там жить?! Где-е-е-е?! Куда-а-а-а?! Я тебя спрашиваю!!F! он тряс меня как молоденькое деревце (и откуда только силы берутся на такое действо в столь тщедушном теле?), так что голова моя готова была отвалиться.

— Но, я же предоставила Ниэлсу все в отчете, — заикаясь, бубнила в ответ я, стараясь побыстрее от него улизнуть, — там же все написано!

Пытаясь как можно дальше отползти от зависшего на время вампира, вспоминала не злым тихим, особо матерным, словом своего клыкастого дружка, который притащил сюда эту страхолюдину. А ведь всегда думала, что Повелитель очень даже ничего себе мужчинка.

К моему несчастью, этот Вышним обделенный, недолго пребывал в раздумьях и уже через минуту схватил меня за шкирки — и это при моем-то росте! да он должен был бы сломаться пополам от моего веса! и потащил меня обратно к тому месту, где меня раньше до этого «пытал» вопросами особо визгливым голосом.

Так, что там говорили в пособиях по поводу общения с больными на всю голову индивидами? Во всем соглашаться и делать, как они говорят? Не раздражать? Ладно, попробуем.

— Ну??

— Что? ну да не самый умный ответ, но я же должна вспомнить, что писала в отчете и понять с чего начинать?

Вышний, что ж так сразу-то шипеть, у меня от этого уже уши заложило.

— То есть, с чего начать-то?

— С-с-с-с- началаааа, — ага, ну сначала, так сначала.

Что он там сначала спрашивал? Амбары?

— Значит амбары, ага, ну определенный минимум зданий для хранения запасов долгохранящейся продукции, мы подготовили на нулевом этаже в бункере городской ратуши, там же походную кухню и жилые помещения, рядом строится Дом Лекарей, тоже с бункером на нулевом этаже. Оба бункера соединены подземными переходами, как и остальными домами. Это было обязательное общее требование при постройке всех зданий ну и глаза у него, жуть, моя икота усилилась от одного их взгляда — П-п-про водные скважины я еще раньше сказала, нам их ат-таусы (хотя по-моему клан Добытчиков, но кто же вспомнит-то?), бу-бурили, вот. А-а-а, отходы мы всегда у-у-утилизируем, у-у-у нас возле каждого дома по несколько контейнеров с утилизаторами стоят для разного вида мусо-ров — ра. Я ведь морэ Ниэлсу — чтоб ему икалось, как мне сейчас — еще во время экскурсии показывала. Так что, ни-и-ичего с Вашими детками не случится.

Повелитель смотрел задумчиво так, пугающе. А потом, уже нормальным таким детским голосом сказал:

— Мама, мамочка вставай

Села на кровати еще раньше, чем проснулась окончательно и открыла глаза… Фууух, это ж надо такому присниться. Кошмар, в прямом смысле этого слова.

— Да, перетрудилась ты, Таха, — ухмыльнулся Тэр, стоящий рядом с Янке, — уже во сне отчеты по градостроительству строчишь.

— Ну-ну, шути-шути, посмотрю я на тебя, когда к тебе тако-о-ой Повелитель заявится, — а что делать? Оставалось только язвить. Б-р-р-р, это ж надо такому привидеться? а ты чего пришел?

— Видишь ли, я хотел поинтересоваться, — замялся он, — ты когда собираешься к себе Тиру забирать?

— А с чего такой интерес, — насторожилась.