Ведьма на одну ночь

Сандер-Лин Галлея

Ведьма на одну ночь

Глава 1

— Лерка, ты готова? — голос Катьки на том конце провода был требовательным.

— Уже почти, — соврала я. — Во сколько будешь?

— Даю ещё два часа на припудрить носик! — и отключилась.

Ну что сказать?! Попала я. Сегодня народ отмечает Хэллоуин, и Катерина, староста нашей группы и моя лучшая подруга, настояла на походе в клуб. Всё же в универе у нас уже почти экватор, народ захотел расслабиться и оттянуться. Чтобы было веселее, решили отмечать в костюмах и распределили, кто кем будет. Мне выпала роль ведьмы. Вот только с костюмом я прогадала! Хотелось быть красивой и не пугать своим видом окрестности. Вернее, пугать как раз в эту ночь положено, но по-другому.

Наряд ведьмы я всегда представляла в виде длинного-предлинного балахона, похожего на лохмотья окрестных бомжей, и остроконечной шляпы. В принципе, на этом мои познания в этой области и ограничивались. Не знаю, откуда пошла мода обряжать ведьм в полосатые чулки, непременно белые в фиолетовую полоску (или фиолетовые в белую?), но гламурного в этом образе я видела мало. Да и ладно, надела бы и их, если ли бы были!

Но разве я виновата, что нормальные костюмы уже разобрали?! Вот и пришлось затариваться в секс-шопе. Ну что сказать о прикиде?! Все стратегические места прикрыты, хотя остальное… Коротенькая чёрная юбчонка с подвесками-черепушками еле прикрывает пятую точку, бордовый кожаный корсет в пуш-апом открывает половину груди и живот. Бордовые чулки до середины бедра и сверху чёрные кожаные гетры выше колена выставляют напоказ стройные ноги (да, тут меня природа не обидела). Туфли, как и положено, на громадной платформе и ещё более высоченных каблуках вынуждают ходить по стеночке. Кокетливые кожаные митенки позволяют нормально нажимать пальцами на смартфон. На руках наклейки-«татуировки» в виде паучков и паутины. И, гвоздь программы, ведьминская шляпа, которая сидит как влитая!

Ну, хоть с ней всё в порядке. Чёрная такая, остроконечная и согнутая в нескольких местах, она кокетливо свисает набок этим самым остриём и без слов объясняет значение остального наряда. Потому что если её снять, то да, кроме как девочкой по вызову меня назвать нельзя. Хоть бы мантию дали, чтобы прикрыться. Но мантии в комплекте не было. Да и вообще, я со своими голубыми глазами и натуральной белокурой шевелюрой на ведьмочку не похожа совсем, хоть и подвела чёрным глаза. Ведьма должна выглядеть зловеще, пугающе или хотя бы таинственно, а не так легкомысленно.

— Кать, может, ну эту вечеринку? — попробовала отвертеться от вечернего позора, когда подруга позвонила снова, предупреждая, что заедет через пять минут.

— Никаких «ну эту вечеринку»! — категорично заявила та. — Я зря, что ли, наращивала свои когти? Буду королевой вампиров. Только попробуй меня подвести! Сегодня из наших не будет только Илонки, но там и понятно, у неё мамка просто зверь. Так что всё, спускайся, я уже почти на месте.

Ладно, Катьке легче уступить, чем спорить. Пусть сама на меня полюбуется. Может, тогда поймёт, что мне лучше остаться дома и не позориться. Или наоборот, скажет, что я прекрасно выгляжу и просто ничего не понимаю в карнавальных нарядах. Благо с погодой повезло. Хоть и конец октября, но выдалось затянувшееся бабье лето и на градуснике + 20, так что я накинула нараспашку короткую кожаную курточку, которая удачно дополняла образ, и потопала навстречу приятному (очень на это надеюсь!) вечеру.

Катя уже припарковалась под подъездом и, оглядев мой наряд, прыснула со смеху:

— Вот это ты, подруга, дала! Я думала, ты скромнее.

Сама она, насколько было видно, была в длинном чёрном одеянии с красной отделкой, декольтированном на грани приличий, у которого имелся высокий воротник на манер плаща графа Дракулы. Поскольку она брюнетка, то парик ей не понадобился, а вот над высокой причёской парикмахер явно трудился часа два, не меньше. Когти (то бишь ногти) и правда были внушительными и, разумеется, цвета крови. Как только машину с ними ведёт? Ну а полноту образа создавал яркий макияж в стиле вамп с неизменными алыми губами и струйкой «крови» возле уголка рта. И глядя на всё это великолепие, я поняла, что одна из нас на сегодняшнем празднике лишняя. И, как ни прискорбно, это я.

— Ладно, хватит топтаться, залезай! — великодушно заявила Катерина. — Будешь шаловливой ведьмочкой. Не бойся, если что, наши парни тебя в обиду не дадут.

— Как бы мне от них самих отбиваться не пришлось, — я не разделила её энтузиазма. — Пара-тройка коктейлей — и они мать родную забудут, а уж руки пораспускать только дай! Хорошо, что я под юбку хоть шортики надела.

— Слушай, давай видеть в ситуации положительные стороны, — мы тронулись с места, и Катерина стала сосредоточенно смотреть на дорогу.

Права она получила недавно, на стекле всё ещё висит значок «У», так что водитель из неё аккуратный и собранный. Потому я и не боюсь с ней ездить. Она не лихачит, как Светка, у которой обычно ветер свистит и в ушах, и в волосах.

Припарковаться было негде. Около клуба с говорящим названием «Кактус» сгрудилось множество автомобилей, так что пришлось немного отъехать и стать в одном из переулков. Выждав у входа приличную очередь, мы прошли фейс-контроль и по запутанным коридорам стали спускаться в подвал, где и располагалось это заведение, благо повсюду были указатели, чтобы не заблудиться с направлением. Мимо нас протиснулись две девушки, которые с уверенностью свернули вправо. Видимо, уже не первый раз пришли. Одна, кажется, была женщиной-кошкой, а вторая ведьмочкой в шляпе и при мантии.

Грохочущая музыка, звуки которой приближались с каждым шагом, тоже хорошо подсказывала дорогу, так что к дверям в зал мы подошли наполовину оглушённые, но почти счастливые. Народу в помещении оказалось немало, все веселились и оттягивались по полной, атмосфера царила праздничная. Большинство было в карнавальных костюмах разной степени «ужасности». Мы обошли танцпол и протиснулись к одному из столиков, за которым уже сидело несколько наших ребят, остальные должны были вскоре подойти.

Лёшка, вечный двоечник, который постоянно списывал у Катьки, галантно принёс нам напитки. Как и ожидалось, он притаранил вовсе не колу, а пару алкогольных коктейлей и отправился за следующей порцией. Я сидела за столиком и не отсвечивала, стараясь не привлекать к себе излишнего внимания, хотя Лёшка то и дело поглядывал на мои ноги, потом в зону декольте и снова на ноги, и поставил передо мной уже третий коктейль. Вот жук!

Катя тоже уже выпила два бокала и, кажется, собралась на танцпол, не дожидаясь прихода остальных одногруппников.

— Сами виноваты, что опаздывают! А я танцевать хочу! — провозгласила она, подхватила за ругу Серёгу, ещё одного двоечника, и пружинистой походкой двинулась в гущу народа, подсвеченная сиянием цветомузыки. Туда, где вовсю развлекались Светка, Наташка, Ванька и Кирилл.

Лёшка пытался завести разговор, хотя язык у него уже заплетался (видимо, до нашего прихода нехило нализался), и я просто на автомате ему поддакивала, ожидая прихода кого-то более трезвого и адекватного. Виталика, например, или Алёны.

И всё бы хорошо, но долгое стояние в очереди, бутылка воды и два с половиной коктейля сделали своё дело, мне срочно понадобилось в комнату для девочек. Осталось только узнать, где она находится. Еле отмазавшись от компании Лёшки, который хотел меня сопроводить, и крикнув Катьке, что скоро вернусь, я допросила охранника у входа, получила нужные сведения и, погрузившись в лабиринты коридоров, по указателям отправилась искать уборную.

Интересно, кто проектировал всю эту «красоту»? Да тут чёрт ногу сломит! Немного поблуждав и таки найдя искомое, я по-быстрому «припудрила носик» и отправилась в обратный путь. Шла-шла, шла-шла, да только никак не могла выйти к залу. Указатели куда-то исчезли, коридор сменялся коридором, поворот поворотом, а ни звуков музыки, ни охранников, ни даже посетителей не наблюдалось.

Попыталась дозвониться до Катьки, но не было сети. Ну да, мы же в подвале. Стало страшно. Неужели в трёх соснах умудрилась заблудиться? Телефон всё так же показывал отсутствие сигнала, а я, спрятав его в крохотный рюкзачок за спиной, всё шла запутанными коридорами и не могла понять, куда двигаться дальше и как попасть обратно. Несколько раз возвращалась, но понимала, что вон там не проходила и вот здесь тоже. А ноги из-за жутких каблучищ уже просто отваливались.

Странно всё это, очень странно… Не знаю, сколько я так блуждала, но потом обстановка стала меняться, коридор оказался более запущенным и старым, плитку сменил каменный пол, стены тоже были выложены из массивных каменюк, а под потолком ворохи паутины. Освещение из яркого превратилось в тусклое, безжизненное. Да и вместо люстр попадались какие-то непонятные зависшие в воздухе огни.

И тут послышался гул голосов. Отдалённый, но определённо означавший присутствие кого-то живого! Я стремительно (вернее, еле-еле перебирая несчастными конечностями) ринулась вперёд. Когда толкнула тяжёлую деревянную (наверное, дубовую) дверь, перед глазами мелькнула яркая вспышка. А дальше осталось только замереть на пороге, оглядывая непонятное помещение, которое уж точно не было похоже на модный ночной клуб. Может, это особый зал и тут просто частная вечеринка «для своих», а я взяла и ввалилась без приглашения?

Обстановка, конечно, была впечатляющей и напоминала таверну из исторических фильмов или фэнтези-игр. Много тёмного дерева, массивной мебели и парящих в воздухе огней в качестве светильников. У одной из стен два огромных очага с дровами и живым огнём (никаких тебе электрокаминов) и кипящие котлы, в которых, судя по аромату, готовится что-то весьма аппетитное. Но всё же… Как-то это слишком для простой стилизации.

А уж какими взглядами меня одарили присутствующие!.. В зале повисла напряжённая тишина. Всё-таки неправильная из меня вышла ведьма, неправильная. Вон, и тот колдун в мантии явно так думает. И та тыква на ножках. Стоп, кто?! Я присмотрелась внимательнее. На меня пялилась разношёрстная компания, достойная кисти лучшего художника. Ох, кого тут только не было! Бабки-Ёжки самых разных мастей, ведьмы и ведьмаки, вампиры с бледными лицами, зомби, косматые оборотни, кикиморы, полупрозрачные привидения, парящие над полом…

Да нет, тут не только я странная, но и это место тоже!

Но тишина длилась недолго, потом все снова зашумели. Голоса, сначала сливающиеся в неясный гул, постепенно обретали чёткость и ясность. Стали понятны слова, которые, как оказалось, напрямую касались меня.

— О-о, пополнение! — расплылась в улыбке Баба Яга с громадной бородавкой на носу. — Ты откудова, девица, будешь?

— Оттудова, — кивнула на дверь, через которую вошла и к которой сейчас двинулась бочком, чтобы не выпускать из поля зрения «милую» компанию. Лучше уносить отсюда ноги по добру по здорову.

— Коль оттудова, так давай сюдой, к нам! Тудой тебе ужо не понадобится, — мерзко захихикала ещё одна, с кривым зубом, и на моих глазах спасительная дверка исчезла, будто её никогда и не было.

Вот это влипла! То ли я головой ударилась, то ли в коктейль что-то подсыпали и накачали меня наркотой, но думать, что всё это происходит на самом деле, было жутко до дрожи в коленях.

Глава 2

Битва взглядов продолжалась недолго. Потом Бабки-Ёжки, которые зазывали меня внутрь, видимо, решили взять надо мной шефство, дружно поднялись и стали неторопливо приближаться. Ух, чего мне стоило не завизжать и не броситься наутёк! Да бежать-то некуда. Только выход из таверны на противоположном конце зала, но туда ещё добраться надо. Да и неизвестно, куда он меня выведет.

— Удобно ли тебе, девица, удобно ли тебе, чёрно-красная? — вопросила та, что с бородавкой, придирчиво оглядывая мою обувку.

Как же, удобно! Да на этих жутких каблучищах, наверное, только стриптизёрши и умеют ходить.

— Да ты глянь на неё, как бы раком не встала, ежели спотыкнёться, — продолжала веселиться кривозубая.

А вот это верное замечание. В таких жутях точно не побегаешь, если придётся улепётывать, но перспектива носиться босиком по неизвестной местности тоже не особо радовала.

И вдруг первая ведьма (то бишь Бабка-Ёжка) вскинула руку, в её ладони зажёгся зелёный сгусток энергии, который полетел прямиком в мои туфли. Я покачнулась и чуть не расквасила нос о спинку ближайшего стула, но стоять стало намного удобнее, и, оглядев обувку, обомлела: высота каблуков и платформы существенно уменьшилась. Это как вообще? Или у меня и правда глюки, или это… магия?

— Ну, чего зенки вывалила? Хуч бы спасибо сказала, — вторая одобрительно поглядывала на ювелирную работу подружки.

— Благодарствую, милые дамы, — я поклонилась в пояс. Нет, ну а как ещё себя вести с фольклорными персонажами?!

— О-о, слыхали? Да-ама! — горделиво вздёрнула бородавчатый нос первая и с превосходством оглядела остальную компанию, жужжание которой становилось всё громче, хотя больше никто пока не приближался. — А вы всё «старая карга» да «старая карга».

— Энто она тебя ишшо плохо знаеть, — подал голос один из оборотней, здоровый и косматый дядька.

— Гы-гы, — осклабился зомби, у которого осталась только половина зубов.

Господи, накапайте кто-нибудь валерьянки, а! Куда меня угораздило попасть?!

— Ты, энто, корму свою на лавку-то пристраивай, в ногах правды нету, — любезно предложила вторая ведьма. — Погутарим за жизть.

— Отчего не погутарить?! — философски пожала плечами я и осторожно двинулась к столу, в любую секунду готовая сорваться на бег, если вдруг кто-то из обитателей этого странного места потянет свои лапы или решит мной закусить. Только как бы сами ведьмы в котле не сварили, помню я детские сказочки без цензуры.

Присела, даже ноги под стол спрятала, а то мужская половина местного народа стала пристально изучать длину моей юбки. Параллельно я оглядывала зал, отмечая, что атмосфера тут и правда потусторонняя, но не такая уж и страшная, если не присматриваться ко всяким зубастым, клыкастым и полуразложившимся индивидам. Кроме магических огоньков заметила в качестве фонарей выдолбленные из репы страшные морды, в которые были вставлены свечи. Ну совсем как наши хэллоуинские тыквы!

— Чего-нибудь пожуёшь? — поинтересовалась первая ведьма.

Очень смешно. Да у меня кусок в горло не полезет ещё как минимум неделю! Но в подобной обстановке отказываться от предложений и приглашений нужно со всеми возможными предосторожностями и как можно корректнее.

— Благодарю покорно, я не голодна, — и попыталась выдавить улыбку. — Скажите, а часто у вас появляются такие же, как я, посетители? — а сама продолжаю напряжённо оглядывать местный народ, не расслабляюсь.

— Не так шобы очень. Зайти-то они могуть, да выйти ешшо нихто не сподобился… — захихикала та, что с кривым зубом. — А уж куды потом деваються…

— А вот мы кожный год могём на одну ночь отсюда слинять, по другим мирам погулять. Оттого и собираемся тут, где переход отворяется, — со знанием дела сообщила ведьма с бородавкой. — Сегодня ж Самхэйн, отчего бы и не погулять?! Вот откушаем варева, — она с предвкушением глянула на бурлящие котлы, — и пойдём! Нам там сладенького дадут, шоб не пужали дюже. По домам пойдём — и на цельный год сладкого себе нагребём! Тока ты тут останешься, как и те, которые до тебя приходили, не возвернёшься тудой, не пустят.

Так-так-так, кажется, картина проясняется. Говорят, в Ночь Всех Святых (которая у кельтов как раз Самхэйном и называлась) открывается проход в потусторонний мир, из которого к нам пробирается всякая нечисть и разгуливает до утра по окрестностям, а от неё откупаются сладостями и пытаются отогнать фигурными фонарями-тыквами со священным огнём. Хотя, если не ошибаюсь, кельты фонари делали вовсе не из тыквы, а именно из репы, и вообще, в ночь с 31 октября на 1 ноября праздновали конец осени и приход зимы, другими словами Новый год. Но потусторонний мир — это всё, конечно, сказки, вот только, судя по всему, именно здесь я сейчас и оказалась. Знать бы ещё, где это «здесь».

И нормально так мы сидели с этими ведьмами болтали, да чей-то взгляд спину прожигал всё сильней и сильней. Скосила глаза, попыталась вычислить сталкера и наткнулась на клыкастую лыбу. Лицо бледное, уши заострённые, глаза красные, а под ними чёрные круги размером с блюдца. Мамочки!

— А это кто такой? — шепнула я временным товаркам и указала взглядом на ухмыляющегося субъекта. — На вампира больно похож.

— Так энто он, вомпыр и есть! — подтвердила неприятные догадки вторая ведьма. — Чего, приглянулся? — и заухмылялась, выставляя кривой зуб напоказ.

Вот здорово! Только ожившего кровососа мне и не хватало для счастья!

— Ты бы не глядела на него, — предупредила первая. — А то плясать позовёть, а потом сожрёть на полянке, не подавится. Силушки-то, гляжу, у тебя негусто.

Да у меня её вообще нет, в том-то и беда!

И тут хозяин таверны, здоровенный дядька с рыжей косматой бородой (домовой, что ли, только размером побольше) подошёл к одному котлу, потом к другому, понюхал, зачерпнул ложкой варево и объявил, что праздничный банкет готов.

Ох как все оживились! Загудели, ложками по столу застучали… И хозяин стал обносить всех полными мисками, за которые народ и принялся, сёрбая, похрюкивая, чавкая и причмокивая.

А я под шумок решила слинять. Ведьмы, они же Бабки-Ёжки местного пошиба, кажется, напрочь обо мне забыли. Я тут вопить буду «Поеда-ают!!!», а они и не заметят, пока бурду свою хлебают и брагой запивают. Короче, своими силами нужно спасаться. Ну, и двинулась через зал к выходу. Может, где-нибудь там, за пределами таверны, ещё один переход между мирами откроется, через который и я смогу пройти?!

— Не меня ли ты искала этой ночью? — мурлыкнул давешний вампир, возникая буквально из ниоткуда и загораживая проход.

— Не тебя, ирод окаянный, совсем не тебя! — и, юркнув под его рукой, на заплетающихся ногах рванула к выходу и выбежала наружу.

Да, дверь вывела меня на свежий воздух… да только в каком-то жутком местечке, где на ночном небе светило аж две громадные луны, причём одна из них была кроваво-красная! И имелась ещё одна огромная странность: пространство около таверны, больше напоминавшей избушку на курьих лапах, только очень внушительных размеров, было будто кистью художника поделено на две части. Половина избушки находилась на, если так можно сказать, летне-осенней стороне, зато на другой царила зима и сугробы по пояс. И там, и там был лес, вдоль которого шла дорога.

Кстати, именно над снежной половиной царила кровавая луна. Выглядело жутко, потому что она освещала заснеженные просторы и как прожектор в клубе придавала белоснежному покрывалу красный отблеск, создавая поистине потусторонний вид. Разумеется, для бегства я выбрала ту сторону, где было теплее: не хватало в моём совсем не зимнем прикиде ещё и по колено в снегу барахтаться.

Всё дальше углубляясь в лес и не спотыкаясь только благодаря яркому лунному свету, несколько раз оглянулась, но не заметила за собой никого подозрительного. Неужели всё-таки отстал? Зато когда посмотрела перед собой, кое-кто подозрительный не заставил себя ждать. Всклокоченный мужичок небольшого роста отделился от раскоряжистого дерева и перегородил дорогу. Я еле затормозить успела и едва не сбила его с ног.

— Ты чьих будешь? — сдвинул он косматые брови. — Чего по моему лесу шастаешь?

Ну, здрасьте-приехали!

— Не местная я. Потерялась, вот, домой дорогу ищу, — сказала чистую правду.

— Ты давай её в другом месте ищи, нечего мне живность своим топотом распугивать! — прикрикнул, если я правильно поняла, леший.

— Ты прости меня, горемычную, не хотела тебе зла, батюшка, — плела я полную чушь, на ходу вспоминая детские сказки и всякие интересные словечки и обороты. — Можешь, подскажешь потеряшке, куда путь держать? Я тогда топать перестану, — попробовала немного поторговаться.

— Ты, вот, откудова причапала, туда и возвертайся, — не повёлся он. — Нету в моём лесу для тебя верной дороги.

Ну, и на том спасибо, что в дебри на съедение диким зверям заманивать не собирается. Только куда же мне тогда бежать, что-то я поблизости ни одного посёлка не заметила. Да ещё и вампир этот по округе бродит.

— Кстати, а почему вампиры нормально разговаривают? — не удержала в узде любопытство.

— Нормально? Энто как же?

— Ну, не так, как вы.

— А-а, так арийстократы ж, — сплюнул леший. — Всё у них не так, как у нас.

— Сочная моя-а, куда же ты пропала-а? — послышался голос этого самого аристократа, а у меня душа в пятки ушла. Нашёл-таки, гад!

— Спрячь меня, дедушка-леший! — взмолилась на полном серьёзе. — А я для тебя… ну… что угодно сделаю! А главное, топать и зверей пугать перестану.

— Ну ежели топать перестанешь… — задумчиво протянул мужичок и загнал за ближайшие кусты.

Не успела опомниться, а кровосос уже ту как тут. Идёт, глазами по окрестностям шарит, принюхивается. Что б его!

— Ты девицу тут не встречал? — спросил он у хозяина этих мест. — Если выдашь, куда пошла, я в долгу не останусь…

— Никого не видал, — протянул было леший, а я уж было собралась расслабиться, когда он вдруг ехидно усмехнулся: — Ажно гляжу — ведьмочка дефективная топает, зверьё мне пугает. Да вон она! — и глянул прямо на меня, выдавая убежище с головой.

Ух, предатель!

Я стала пятиться, стараясь ни обо что не споткнуться. Поворачиваться к вампиру спиной было откровенно страшно, хотя так я могла бы улепётывать куда быстрее.

Кровосос зловеще улыбнулся, обнажая острые клычищи.

— О, куда же ты убегаешь, сладенькая моя?! — и ринулся следом. — У нас с тобой вся ночь впереди, столько всего интересного можно опробовать…

Вот присосался! Ну настоящий кровопийца.

— Вы знаете, я девушка скромная, всяким интересностям не обучена. К тому же я совсем невкусная и чеснок вечером ела, правда-правда! — а сама отступаю и в панике оглядываюсь, ища лазейку.

— Тогда пожуй ароматную травку, сочная моя, — великодушно предложил он, протягивая пучок какой-то зелени. Видимо, и сам частенько зажёвывает, раз носит с собой. — А интересностям я тебя и сам научу, до рассвета времени мно-о-ого… — и выпустил крылья, мол, беги не беги — всё равно догоню.

Вот же летучая мышь-переросток! Я приготовилась защищаться всеми доступными способами. Самым эффективным оружием были каблуки, и я уж было потянулась к туфлям, чтобы разуться…

— Хэй-хэй-хэй, ты, упырь, товар нам не порть! — громогласно заявил невесть откуда взявшийся чёрт. — Самим нужен!