Папа для двойняшек

А Виоле и не нужны никакие Одноклассники, она и так в курсе, что Лена Тимуру уже давно не просто партнёрша, а жена! У них даже пятилетний ребёнок имеется. Виолетта упустила момент, как и когда между чемпионатами Елена успела родить, но на танцах её материнство никак не отразилось. Вот что значит хорошая физическая форма и годы тренировок!

Виола, которая избегала разговоров о Гаджиеве и была бы рада ничего о нём не знать, по долгу профессии следила за крупнейшими танцевальными чемпионатами, а он постоянно там мелькал среди финалистов. Временами появлялись и Ритка с Вовой, но куда реже. Так что волей-неволей Тимур продолжал мельтешить перед глазами.

Узнав, что он стал отцом, Виолетта испытала неприятное удивление. Выходит, Гад всё-таки способен на серьёзные отношения. Вон, не только женился, а ещё и ребёночка завёл… Или это была женитьба по необходимости? Соблазнил Дорохову, но её отец не из тех, кто оставит такое просто так, поэтому заставил жениться? Впрочем, об этом можно строить лишь догадки, кто там разберёт, где правда, а где ложь?!

— И к-когда он вернулся? — запнувшись, спросила Виолетта.

— Да на днях буквально. В курсе, что Тимурчик танцевальную студию у нас открывает? — сделала страшные глаза Грибанова. — Ездил с Ленкой туда-сюда, мотался по миру (Америка, Европа, Азия), потом в столице ненадолго осел, а теперь, кажется, насовсем решил вернуться. Видимо, столичная конкуренция ему приелась, а тут (да с его-то уровнем!) можно очень хорошо устроиться.

— То есть там он всем жизнь уже отравил, теперь приедет, чтобы и нам травить, — не удержалась Виола.

— Злая ты сегодня, — усмехнулась Ритка, прихлёбывая чай. — Но если вспомнить ваше прошлое, оно и немудрено.

— Я не злая, я справедливая.

— Ладно, ладно, справедливая ты наша. Но я действительно в шоке, что ты вообще не в курсах о происходящем, — подруга отправила в рот шоколадную конфету. — Ты в соцсети хоть иногда заглядываешь? Да и вообще, погуглить можно, их пара сейчас очень известна.

— Было бы кого гуглить, сдался он мне, — пробормотала Виолетта.

— Ну и зря! Я его вживую уже года два не видела, со времён последнего чемпионата, в котором участвовала, но в Одноклассниках у него столько свежих фоточек. Ой, какой он ста-а-ал… — воодушевлённо протянула Ритка. — Тимур, конечно, гад гадом, но если бы не мой Вовка, я бы…

— Что-что? — послышался из комнаты голос Вовы. — Вы там меня обсуждаете?

— Я говорю, что ты у меня самый замечательный, муженёк! — крикнула она ему и подмигнула Виоле. — Ну что, подруга, готова снова встретить свою Немезиду?

— О чём ты? Надеюсь, мы с ним будем пересекаться как можно реже.

— Вряд ли у тебя это получится, — Рита была сама таинственность. — Тимурчик и Ленка (ой, она же сейчас стала Хелен Дор) будут танцевать на нашем школьном юбилее. Их директриса позвала.

— Угу, я как чувствовала, что добром это приглашение не кончится, — не смолчала Виола.

— Ну брось ты, хорош трагедию разводить на ровном месте! — отмахнулась подружка. — Марья Пална и нас с Вовкой звала, не знала, что я в положении…

Да, Рита таки вышла замуж за Вову, и теперь они дружили семьями. Сейчас подруга предвкушала долгожданное пополнение. Уже дважды её беременность срывалась на ранних сроках (возможно, сделанный в юности аборт таки повлиял на здоровье), так что теперь Ритка берегла себя как могла, лишь бы выносить и, наконец, родить малыша. Её амбиции относительно танцев заметно поугасли после нескольких неудачных попыток выйти в финал на крупных чемпионатах.

— Да что за чёрт?! Меня будто кто-то закодировал вылетать в четвертьфиналах! — возмущалась она, ехала снова и вновь вылетала в четвертьфинале. Ещё Рита намекала, что там всё проплачено и договорено, соответственно, места распределены заранее, но всё равно надеялась и отправлялась за очередным поражением. Хотя для рядового танцора, какими они все были не так уж и давно, выйти в четвертьфинал, скажем, на чемпионате Европы — это вообще верх мечтаний и уж точно никакое не поражение.

Наконец, ей надоели постоянные проигрыши, и она решила сделать акцент на семье. «Осела» хореографом-постановщиком в молодёжном театре и перестала предохраняться, надеясь вскоре подарить мужу наследника. Ну, или наследницу: ребята не особо заморачивались относительно пола ребёнка.

— Везёт тебе, Виолка, вы с Яром сразу двоих забабахали, — временами вздыхала подруга.

Угу, знала бы она, как Виоле «повезло» НА САМОМ ДЕЛЕ, восторгалась бы куда меньше. Единственное (и самое главное!) везение в жизни Виолетты — это то, что судьба свела её с Ярославом. И он сейчас терпеливо дожидается жену дома, так что хватит чаи распивать и айда к себе, укладывать детвору спать и придумывать танец. Времени до мероприятия совсем мало, а перед ним предстоит ещё и генеральная репетиция концерта (что б её!), где будет контрольный прогон предстоящих номеров. И если только Гаджиеву не помешают какие-то срочные дела, то именно на прогоне они и увидятся после долгой разлуки.



Виолетта молилась всем Богам, чтобы у него вдруг нарисовались срочные дела, заболела троюродная тётя или ещё что, лишь бы оттянуть неминуемую встречу. Но нет, когда они с Ярославом пришли в спортивный зал, где вскоре должна была начаться общая репетиция, Тимур с Хелен уже оккупировали уютный уголок и разминались. При виде бывшего одноклассника и гнобителя у Виолы задрожали колени.

«Спокойно! — уговаривала она себя. — Всё будет хорошо, держи себя в руках!»

А потом… потом Виолетта воочию убедилась, что все свои почётные звания, особенно в последние годы, эта пара получила не зря. На некоторое время «забыв» обо всём, что ей пришлось пережить по вине Гада, она вцепилась в ладонь Ярика, от которого исходили волны уверенности, и просто погрузилась в созерцание.

Гаджиев уверенной рукой направлял, но не подавлял партнёршу. Как же красиво он танцует, какие отточенные движения… Кто бы что ни говорил и какая бы неприязнь между ними ни витала, Виола не могла не признать очевидного: танцор из него шикарный. Ленка тоже не отставала, показывала себя настоящей женщиной: кокетливой, обаятельной, страстной. Не зря всё детство и юность эти двое были одной из сильнейших пар в своей категории, с ними так здорово было соревноваться, но ещё более замечательно — побеждать!

Сейчас они танцевали аргентинское танго. Точно, выверенно, идеально… Дополняли друг друга, демонстрировали гармоничный баланс сил. Это результат многих и многих лет совместных тренировок. И Виолетта очень пожалела, что они с Яриком за прошедшие годы гораздо реже, чем хотелось бы, становились в пару. Отчаянно захотелось компенсировать себе это время, не терять больше ни минуты, когда можно двигаться в такт в надёжных руках Ярослава.

— Ну что, Яр, оккупируем и себе уголок, пока есть свободная минутка? — предложила Виолетта и потянула его в противоположный конец просторного зала, пока танцующая парочка их не заметила. Встречу с бывшим одноклассником хотелось отодвинуть настолько, насколько только возможно.



Глава 7

Виолетта старалась отвлечься от мыслей о бывшем однокласснике и сосредоточиться на разминке, но не могла. Её даже слегка потряхивало. Какой будет встреча? Что скажет Тимур? Припомнит ли выпускную ночь? Ощутив на себе чей-то пристальный взгляд, она боялась явно обернуться, вместо этого сделала лишний поворот в связке, чтобы мельком взглянуть на заклятых соперников. Так и есть, Гад вовсю глазеет на их пару, так и дыру прожечь недолго. Виола напряглась и немного сбилась с ритма.

— Что случилось? — тут же отреагировал Ярик. — Забыла композишку? Или из-за них волнуешься? — он качнул головой в сторону соперников.

Врать было бесполезно, Ярослав и так всё понимал и спросил чисто для вида.

— Яр, у нас с ними отставание в семь лет, разница огромная, — шепнула она. — Я ощущаю себя неповоротливой коровой. Слишком мало практики в паре… А они все эти годы каждый день на пару паркет топтали.

— Эту, как ты говоришь, «разницу» можем увидеть только мы вчетвером, — попытался успокоить её муж. — Все остальные будут в восторге, поверь мне. Мы ведь будем танцевать для зрителей и гостей вечера, а не для судей международной категории.

— Я знаю, что зрителям понравится. Но мне… мне самой не нравится, я знаю, что могу гораздо лучше, — раздражённо бросила Виолетта. — Чувствую себя какой-то халтурщицей. Если бы у нас было больше времени на подготовку…

— Виол, смотрю я на тебя, и мне всё больше кажется, что ты переживаешь именно из-за того, что Гаджиев увидел нас не в самой лучшей форме. Поэтому вся на нервах? Или имеются ещё причины? — его пристальный взгляд заглядывал Виолетте в душу. — Есть то, что я должен знать?

«Что б тебя, Яр, с твоей проницательностью!» — мысленно выругалась Виола.

Ей захотелось освежиться. Хотя нет, не просто захотелось, было жизненно необходимо.

— Яр, я сбегаю в уборную умыться, тут душно, — и поспешила прочь.

Подальше от зала, где осталась неудачная первая любовь, всколыхнувшая целый ворох неприятных воспоминаний. Может, сбежать? Позвонить Яру, чтобы сказал директрисе, что жена неважно себя чувствует и… Нет, так нельзя! Она не привыкла убегать от проблем, всегда встречала их лицом к лицу. Только один раз убежала, в то утро после выпускной ночи.

Виолетта щедро плеснула в лицо холодной водой, стало легче. Плеснула ещё и ещё. Так, спокойно. Она не одна, рядом Ярослав, который поддержит и поможет пережить неприятную встречу. Промокнув лицо салфеткой, Виола вышла из уборной и тут же об этом пожалела, потому что в коридоре её поджидала персональная Немезида собственной персоной.

Тимур прожигал Виолетту хищным взглядом, почти гипнотизировал, мешал сдвинуться с места, но ничего не говорил. Ни словечка о той ужасающей ночи, ни намёка. Стало быть, не помнит? Или не придал значения? Или ждёт, что она сама заговорит? Его карие глаза, казалось, слегка поблёскивали, создавая ещё больший эффект гипноза. Горло Виолы сдавил спазм, стало больно глотать, колени второй раз за сегодня мелко задрожали.

Последние семь лет она видела Тимура только по телевизору или на фотографиях, поэтому лицезреть его вот так, вживую, было почти невыносимо. Гаджиев всегда был привлекательным и харизматичным, а теперь основательно возмужал и превратился в великолепный образчик мужчины… Жаль только, что с дрянным нутром.

Тимур выглядел едва ли не старше Ярослава, пожалуй, даже слишком взросло и мужественно. Как всегда элегантный, с модной причёской и лёгкой небритостью, он наверняка пленял женские сердца. Но всю красоту мгновенно испортила надменно-высокомерная ухмылка, появившаяся на его губах, за которой обязательно последует какая-нибудь гадость. Собственно, не зря ведь он Гад!

— Ну здравствуй, «девочка в одном платье»!

Чего и следовало ожидать… Виолетте и в страшном сне не могло присниться, чтобы снова стать с Гаджиевым на один паркет или даже появиться в одной комнате. И вот теперь они находятся друг против друга… Хуже и быть не может. Каждое слово Тимура сочилось ядом. По непонятной причине он был зол и раздражён, ударил по больному, припомнил обидное детское прозвище, прекрасно зная, как Виолетта его не любит.

Бальные танцы дорогой вид спорта, а родители Виолы имели более чем скромный доход. В детстве она искренне верила, что если у тебя есть талант, то всё остальное уже не важно: ни количество камней на платье, ни степень изношенности тренировочных туфелек. Но годы расставили всё по местам. Паши сколько влезет, однако если у тебя нет денег на вступительный взнос, обувь и платье, не говоря уже о занятиях с тренером, то ты так и останешься любителем, который будет наблюдать за паркетными баталиями из телевизора.

«Девочка в одном платье». Именно такое прозвище дали ей в танцевальных кругах из-за скудности турнирных нарядов. Она подолгу танцевала в одном и том же, пока в буквальном смысле не вырастала из платьев. Тогда поневоле приходилось доставать новые. Да и в качестве украшений Виола использовала экономвариант — пайетки, а не камни, как подавляющее большинство девчонок, потому что каждый камешек стоил ого-го сколько, а на костюм их шла не одна сотня. Платье для бальницы, разумеется, не главнее техники, но именно грамотный наряд помогает привлечь внимание судей. Иначе тебя на паркете попросту «не заметят».

А ещё нужны туфли, накаблучники и прочие аксессуары, без которых никак. С туфлями, кстати, было не намного легче, чем с платьями, их на танцевальный сезон требовалась не одна пара и не две, не говоря уже о тренировочных туфельках, которые из-за обильных нагрузок изнашивались очень быстро.

Но жизненные трудности ничто по сравнению с человеческой подлостью. Однажды Виоле прямо перед турниром испортили платье, пока они с Яром ходили на регистрацию, просто-напросто порезали ножницами, и это была катастрофа! У других девчонок были запасные наряды, а у неё нет, и об этом знали все. Пришлось выступать в чёрном тренировочном платьюшке (благо турнир был по латине, а с латиной выкрутиться легче), которое она всегда носила с собой для разогревов. Чтобы как-то придать ему нарядный вид, Виолетта посрезала уцелевшие украшения с испорченного костюма и быстро приметала их ниткой. Не фонтан, конечно, но хоть что-то.

Ярослав тем временем пытался найти виновного и даже чуть не подрался с несколькими партнёрами, но концов найти не удалось. Были, конечно, подозрения, что гадость сделал Тимур, но без доказательств они ничего не стоили. В тот день Гаджиев перед самым выходом на паркет не преминул окинуть состряпанный на скорую руку скромный наряд Виолы многозначительным взглядом. Но главное, что она выкрутилась из положения и заняла второе место, уступив победу их с Леной паре.

Однако детство кончилось, и сейчас все эти разговорчики о прошлом из уст взрослого мужика звучали как-то… Впрочем, на детстве он остановился лишь мельком, потому что перевёл разговор далеко не в детское русло.

— Ой, или я должен сказать вместо «девочка» — «мамочка»? — добавил Тимур с непонятной горечью. — Насколько я узнал, даже «мать-героиня»?! Сразу двое спиногрызов — это неплохой улов. Браво Ланину, двойное попадание в цель!

Виола растерялась, не знала, что на это ответить, и вдруг ощутила спиной чьё-то присутствие. Рядом возникла высокая фигура мужа, который приобнял супругу и притянул её к своему боку.

— Да, я очень меткий «стрелок», — парировал весьма и весьма вовремя подошедший Яр. — И это ещё не предел, мы тут подумываем о третьем. Давно пора подарить нашим детишкам братика или сестричку. Правда, Виол?

Виолетта мысленно аплодировала превосходству в голосе мужа, хотя это был чистой воды фарс. Давно эти двое мужчин не сходились на одном паркете. Хотя им достаточно просто находиться в одном помещении, чтобы искры летели во все стороны. В данный момент их скрестившиеся взгляды выжигали пространство. Но Виола поняла главное: Тимур думает, что двойняшки у неё от Ярослава. Поэтому ни в коем случае Гад не должен увидеть детей, не должен узнать, что они его!

— Конечно, Яр, — кивнула Виолетта, стараясь не показать, насколько напугана. — А можно не ограничиваться кем-то одним: подарить и братика, и сестричку, — добавила она под полыхнувшим взором Гада. — Нам, «матерям-героиням», всё по плечу!

Присутствие Ярика позволило не грохнуться без сил прямо там, в коридоре, и даже помогло найти в себе мужество парировать в словесном поединке. Рука мужа, обхватившая стан Виолы, оказалась надёжной опорой, давала возможность чувствовать супруга, находиться с ним на одной волне. Ланин был напряжён до предела и притиснул жену к себе ещё ближе.

— Думаю, нам уже пора возвращаться, а то на прогон опоздаем, — проговорил он и повёл благоверную в сторону спортивного зала.

Шагов за спиной не было, но затылок покалывало от пронзительного взгляда Тимура. Впрочем, всё равно он сейчас тоже вернётся в зал, репетиция вот-вот начнётся.

— Ты очень вовремя, — шепнула Виола мужу.

— Когда увидел, что Гаджиев вышел за тобой, решил пойти следом… — так же тихо ответил он. — На всякий случай. А теперь я и вовсе с тебя глаз не спущу!

— Оу, не собираешься ли ты стать домашним тираном и, скажем, привязать меня к кровати, чтобы уж точно не сбежала? — пошутила Виолетта, однако тут же пожалела об этих легкомысленных словах, потому что Ярослав вдруг посмотрел так, словно как раз таким образом поступить и собирался.

Виола слегка поёжилась, не любила, когда проступала эта его сторона, не любила жёсткости, появлявшейся во взгляде, когда он ревновал. Ланин старался не показывать ей такого себя, поэтому она почти забыла, что у Ярослава при необходимости отрастают такие когти, что позавидует любой хищник. Честно говоря, Виола не ожидала, что Гад решит её подкараулить, и не на шутку разволновалась, боялась, как бы эти двое снова не подрались.

После прошлого раза она взяла с партнёра обещание, что они с Тимуром будут выяснять отношения только на паркете посредством танца и больше не станут прибегать к рукопашной. Однако Ярик сделал оговорку, что это «перемирие» лишь до тех пор, пока Гаджиев не перейдёт черту, за которой Яр уже ничего не гарантирует. И Гад, будто специально, раз за разом норовил заступить за эту невидимую границу, так и ранил словами, словно напрашиваясь на мордобой.

— Конечно же я ни к чему тебя привязывать не собираюсь, — муж, кажется, ощутил её состояние и сбавил обороты, его взгляд смягчился. — Просто сделаю так, что ты и сама без меня и от меня никуда идти не захочешь, — и ухмыльнулся. По-мальчишески так, словно и не глядел совсем недавно почти зверем.

Они вошли в зал, где ведущие предстоящего вечера как раз заняли свои места и проверяли работу микрофонов. Елена, которая стояла неподалёку и напряжённо поглядывала в сторону входа, двинулась навстречу: кажется, планировала поздороваться. Её блестящие чёрные локоны после танца были в небольшом беспорядке, но выглядела она всё равно замечательно. Точёную фигурку ничуть не испортили роды, да и вообще Дорохова была помешана на здоровом образе жизни и правильном питании.



— Не знаете, где там МОЙ задержался? — спросила она после короткого приветствия.

Лена никогда агрессию особо не проявляла. Поглядывала слегка высокомерно, мол, вот какой классный у меня партнёр, а посмотрите, какая шикарная мы пара, но откровенных гадостей не говорила. В отличие от самого Гада.

— Наверное, решил немного освежиться: танец у вас был жаркий, — ответила Виола, стараясь, чтобы в голосе не проскользнуло раздражение.

— Это да, мы с Тимом горячая парочка, — шоколадные глаза Хелен слегка поблёскивали.

— Тогда надо попросить, чтобы в зале повесили дополнительный огнетушитель, вдруг паркет загорится, — подмигнул ей Ярик и увёл Виолу от греха подальше.

И правильно сделал: в зал как раз вошёл Тимур, а продолжать с ним разговор (по крайней мере сейчас) совсем не хотелось. В итоге заклятые соперники стали по разные стороны импровизированной сцены, терпеливо дожидаясь своего выхода… и, разумеется, танца конкурентов.

Глава 8

Директриса решила разнести выступления заклятых соперников, чтобы концерт был сбалансированным, поэтому танец Тимура и Хелен шёл почти в начале, а Ярослава и Виолетты — ближе к концу. Виола была очень рада такому раскладу, ей всегда было легче выступать после главных конкурентов, а не перед. В тайне она надеялась, что Гаджиев станцует… и пойдёт куда подальше. Есть же у них с женой какие-то важные дела? Но прекрасно понимала, что хотя бы ей назло он останется и посмотрит их с Яром выступление. Как минимум чтобы позлорадствовать.

Объявили выход Тимура и Хелен. И снова Виолетта любовалась их танцем, следила за каждым движением и восхищалась слаженностью и абсолютной станцованностью. А уж когда на торжественном вечере они выйдут в костюмах… В общем, сейчас, про прошествии лет, да ещё и без постоянной практики, им с Яром не удастся их затмить, если они только не придумают что-то эдакое. Был бы хотя бы месяц на подготовку… ладно, хотя бы ещё пару недель, а так…

К сожалению, Виола оказалась права, Тимур действительно остался ждать их танец. С каждой минутой, приближавшей выступление, ей становилось всё хуже. Гад пялился на неё с противоположного конца зала, а у неё к горлу подступила тошнота. Неясные картины (смутные воспоминания о «страстной ночи») снова всплыли в сознании. Обычно они приходят в кошмарах, которые время от времени настигают её по ночам. Да, куда реже, чем раньше, но они всё ещё с ней. Кровать, мужские руки, откровенные прикосновения, от которых после пробуждения хочется отмыться…

Стоит понервничать, испугаться — и всё возвращается, ничто не забыто. Да что там «понервничать»! Временами бывает достаточно, чтобы незнакомый мужчина подошёл слишком близко или тесно прижался (например, в транспорте), чтобы мгновенная паника накрыла с головой. Поэтому ещё со времён учёбы Ярослав на отцовской машине отвозил жену в академию во время сессии и потом забирал, а сейчас они уже купили собственное авто.

Только Яр, лишь его близкое соседство Виола могла выдержать, да и то, пока он держал себя в рамках. Из-за всего этого учебные практики, когда приходилось танцевать с сокурсниками-партнёрами, превращались в ад. Виолетта вынуждена была накачиваться успокоительными, чтобы выдержать рядом особь мужского пола и не сбежать, хлопнув дверью, поставив крест на учёбе и дальнейшей карьере.

Да, та ночь не прошла бесследно, Тимур Виолу надломил (хотя, наверное, всё же сломал), психику вывихнул. Страх мужских прикосновений, отвращение к интиму — это ещё малая часть всех бед. Самой большой мукой были дети, живое и постоянное напоминание об отце. Знать, чьи они, смотреть им в лицо, видеть в них его черты… и любить, любить так, как ещё никого и никогда не любила, отдавать им всю себя. Парадокс, бессмыслица, ведь обычно от детей насильников хочется избавиться. Но в данном конкретном случае ей каким-то невероятным образом удалось дистанцироваться и разглядеть в них только хорошее, закрыв глаза на плохое.

Эти малыши заключали в себе все те годы, когда Виолетта незаметно наблюдала за Гаджиевым, любовалась им самим и его танцами. Когда смотрела, как он дремлет на парте во время большой перемены, как разминается на физкультуре. Он был как цветущий кактус: красивый, но трогать руками и приближаться нельзя. И действительно, должно же было быть в нём что-то положительное, если тогда, в детстве, он сумел затронуть девичье сердце!

Жаль, что того улыбчивого Тимура, который целых полгода был лучиком света в её жизни, больше нет. Он скрылся за тучу, исчез без следа. И сейчас вместо него стоит это цинично ухмыляющееся существо, которое явно ждёт, что они с Ярославом провалятся. Как ни печально, это очень даже может случиться. Целых семь лет их с Яриком пара не танцевала на публику, последний раз был как раз на выпускном. И, словно чувствуя, как её это нервирует, Гад продолжает смотреть, почти прожигает взглядом, а у неё немеют руки и терпнут ноги. Помнит ли он ту ночь? Не помнит? Как узнать?! Неизвестность просто невыносима.

Когда пришёл их черёд выходить на сцену, Виола была на грани нервного срыва. Танец походил на кошмарный сон. Она двигалась как деревянная, тело словно кто-то взял под контроль и не давал нормально им управлять. Танцевать так румбу, самый чувственный танец латиноамериканской программы, просто преступление! Хотелось убежать, спрятаться, чтобы не чувствовать на себе подавляющий взгляд Тимура, чтобы побыть одной. На воздух, ей срочно надо на воздух, иначе…

— Всё хорошо, — уха коснулось тёплое дыхание Ярослава, а ладонь крепче, чем ожидалось, сжала его рука. — Просто продолжай танцевать…

Продолжай танцевать! Да, ему легко говорить, это не у него всё внутри сжалось в тугой комок и душит, почти лишая возможности дышать. Но из объятий Яра не вырваться, он намеренно перекрывает ей выход и гипнотизирует взглядом, не даёт отвести глаз, а её тело, пока разум в смятении, автоматически вторит его движениям.

— Да-а, следуй за мной, — Ярослав вновь приблизил губы к её уху, сделав незапланированное движение, и продолжал играть на публику, мол, всё так и должно быть.

Он вовремя заметил, что Виола вот-вот свалится в обморок. Она и на репетицию-то ехала через силу, а после встречи с Гаджиевым вообще сама не своя. Слишком красноречивая реакция, слишком говорящая, всколыхнувшая все былые подозрения. Да ещё и эти пронзительные взгляды Тимура… Пока они ждали свой очереди, Ярослав закусывал губы, отрезвляя себя болью, чтобы не наброситься на соперника. Хотелось схватить его за шкирку, выволочь из зала и приложить башкой об стену, чтобы кровью своей умылся.

Яру сейчас было плевать и на танец, и на зрителей. Он взял дело в свои руки, вёл Виолу, почти управлял ею, чтобы не расклеилась прямо на сцене, чтобы продержалась. Она не должна сорваться, ей нужно закончить этот чёртов танец-катастрофу с высоко поднятой головой! Не ради тех, кто смотрит, а ради себя самой.

— Не думай ни о чём! — прошептал ей Ярик, сделав ещё одно ложное движение. — Есть только ты и я, больше никого.

Виолетта поддалась, следовала за ним, нащупала ту опору, которой лишил её Гаджиев одним своим присутствием. Сегодня ночью у неё снова будут кошмары, и Яру вновь предстоит её успокаивать, такое состояние бесследно не пройдёт. Давно Виолка не выглядела настолько плохо. Надо срочно сообразить, как её развеять и отвлечь.

— У меня для тебя сюрприз… — быстро проговорил он перед последним поворотом.

— Какой? — повелась она, сделав финальное движение и уронив голову ему на плечо.

— Скоро узнаешь… — заинтриговал Яр и повёл её на поклон.

Последовали аплодисменты, но Виоле было стыдно их слушать. Да, даже несмотря на малое количество практики и большой перерыв, на взгляд непосвящённого зрителя, они танцевали замечательно, связка тоже была очень красивая. Однако, по мнению самой Виолетты, исполнили они её отвратительно. Вернее, это Виола чуть всё не испортила, и только благодаря Ярику удалось избежать позора.

Хотя, как и ожидалось, и Марья Павловна, и остальные присутствующие, которые были «не в теме», оказались очень довольны, никто ничего не заметил. А Виолетте было тошно и от себя, и от невозможности что-то изменить и противостоять отвратительному воздействию, которое оказывало на неё присутствие Тимура. Но сейчас проблема не только в Гаде. Яр, кажется, что-то заподозрил. Только бы не пошёл на конфликт!