Теломерон. Таблетки от бессмертия

Ноги, почувствовав под собой неустойчивую, вибрирующую поверхность, подкосились. Ник упал на колени, опять не удержался и повалился на живот, больно ударившись подбородком о металл. Земля стремительно удалялась. Лу, цепляясь за край кабины, висела ногами в бездну и вопила. Ник рывком подтянул ее к себе, прижал к крыше лифта, сам навалился сверху, обхватив руками и ногами. Лу била дрожь, мелкие ранки на шее кровоточили. Ник прижался к ее щеке своей щекой:

— Мы выберемся! Все будет хорошо! Только держись! — вопил он, стараясь перекричать ветер.

……

Кабина лифта начала замедляться и скоро остановилась.

— Что там? — спросил Ник у лежащей под ним Лу.

— Крыша метрах в трех от нас, — крикнула та, — да еще решетчатый парапет.

Он приподнялся, высвободил из-под себя Лу и невольно посмотрел вниз. Перед глазами все поплыло, сердце набухло и разразилось горячей волной.

«Сорок восьмой этаж», — вспомнил Ник слова Хавецкого.

— Поддержи меня! — услышал он голос Лу. — Мы выберемся на крышу и перейдем на другую башню.

Кое-как преодолевая панику, Никита сел, но, увидев, как Лу поднимается на ноги, чуть не потерял сознание.

— Я упрусь о стену, встану тебе на плечи и подтянусь к парапету.

— Хорошо, — Голос Никиты недостойно дрожал. Он тряхнул головой, стараясь разогнать черных мушек перед глазами. — Давай, я держу тебя!

Лу поднялась на плечи Никите.

«Только бы не вырубиться, тогда нам обоим конец», — страх за Лу немного взбодрил его.

Кабина лифта вибрировала. Изнутри глухо доносились голоса и звуки ударов.

— Выше, я не достаю! — крикнула Лу.

Стараясь унять дрожь в коленях, Никита начал приподниматься. Скоро ноги Лу оторвались от его плеч. Она была наверху. Сидела верхом на парапете и, держась одной рукой за перила, другую тянула к нему.

— Ник, теперь ты!

«Сорок восьмой этаж… Черт возьми!» — пульсировали в голове Никиты слова.

— Давай! Подпрыгни и хватайся за решётку, я помогу подтянуться!

Звук бьющегося стекла резанул по ушам.

Ник подпрыгнул, но сорвался. Нога подвернулась, и он упал на крышу лифта в опасной близости от края.

— Ну же! — вопила Лу. Она свесилась с парапета еще ниже.

Раздались хлопки выстрелов.

Никита прыгнул. Пальцы почувствовали гладкое железо прутьев.

Лу вцепилась в лямки комбинезона у него на спине, помогая удержаться. Он подтянулся и перевалился через ограждение. Трава приятно защекотала пальцы.

Раздался еще один оглушительный хлопок.

Глаза Лу расширились. Руки, сжимающие перила, разжались.

Никита подоспел вовремя. Схватил ее за воротник куртки и уволок на крышу.

— Поднимайся! Бежим! Бежим! — он рванул, спотыкаясь, вперед, но Лу лежала ничком на траве и не двигалась.

Никита кинулся назад к ней.

— Давай, вставай! — он потянул ее за руки.

……

Лу застонала.

— Больно, очень больно! Почему они стреляют в меня?

— Нам нужно бежать! Вставай! — Ник закинул ее руку себе на плечо и поволок за собой, озираясь по сторонам в поисках перехода на другую башню. Наконец он увидел его — круглый остекленный тоннель, перекрытый на входе кордоном из нескольких безликих силовиков в черных масках. Никита различил темные силуэты винтовок у них в руках. Он метнулся за угол невысокого строения, оказавшегося входом на парковку. Поддавшись порыву, Ник скользнул внутрь.

— Лу, ты сможешь вести автокар?

Она висела у него на плече, кое-как прыгая на одной ноге.

— Не бросай меня, пожалуйста! — в ее голосе слышалась паника.

— Да ты что говоришь-то? — не понимая, откуда берутся силы, он подхватил ее на руки и в перевалку побежал к гаражным ячейкам. — Я понятия не имею, как управляться с машиной. Это ты у нас водила. Ты нас вытащишь, Лу!

Сработали детекторы движения, и стоянка осветилась пронзительным белым светом. Стеклянный купол гаража, как гигантская лампочка, вспыхнул в ночи, привлекая не только ночных насекомых.

«Ну вот и все, идиот! Ловушка…»

Частные автокары стояли ярусами на подвижных платформах. Никита подергал двери одного, второго, третьего — заперто. Он метался по гаражу с притихшей Лу на руках, но тщетно.

«Выбить стекло… без браслета владельца машина не тронется с места», — лихорадочно соображал он.

— Большой кондо, здесь должны быть CityCar, — пробормотала Лу слабеющим голосом.

— Точно! — воодушевился Ник и побежал дальше.

Сам он никогда не пользовался прокатными автокарами, но часто встречал их на улицах города.

Ник обследовал все закоулки гаража, и только в самом конце, уже совсем выбившись из сил, заметил подсвеченную табличку «CityCar».

— Нашел! — завопил он.

Парковочные места «CityCar» были пусты, лишь в самом углу притулился горбатый двухместный PopTour. Толстуха в красном выгружала из багажного отделения пластиковые пакеты. Никита кинулся к дверце в салон. Та оказалась не заперта. Игнорируя возмущенные окрики незнакомки, он усадил Лу на водительское сидение. Сам быстро обежал машину, выдернул электрокабель подзарядки аккумулятора и вернулся к ней.

— Тут… заряда… на несколько минут, — сбивчиво проговорила Лу.

— Давай просто уйдем с крыши. А там — как получится.

Дверь салона распахнулась. Поливая Никиту отборной бранью, толстуха ломилась в внутрь.

— Да отвали ты! — остервенело заорал Ник, отталкивая женщину и захлопывая дверцу.

— Хорошо, — Лу продиктовала автодиспетчеру номер водительской лицензии Захара Осина. — Курс?

— Северо-Западный City.

Автокар тронулся с места и скоро взмыл в небо, прошибая крышей стеклянный купол гаража. Не пролетев и пары километров, он замигал аварийными огнями. Лу перешла в режим снижения и направила машину на одну из самых широких улиц в поле зрения.

— Как автомобиль, он проработает еще несколько… — Лу закашлялась. Автокар провалился в воздушную яму. Ник поймал штурвал и помог Лу удержать его. Она выбрала координаты и переключилась на автопилотированную посадку. Машина благополучно приземлилась на парковочное место.

«Кажется прорвались», — Ник облегченно выдохнул.

— Дайка, я посмотрю, — он торопливо поднял штурвал и осторожно развернул к себе Лу. В ярком свете уличной рекламы, цвет ее лица менялся каждую секунду, становясь то красным, то синим, то молочно-белым. Она дрожала и, кажется, прилагала все усилия, чтобы не отключиться. Зрачки то и дело убегали под веки.

— Лу, потерпи еще немного. Я знаю, тебе очень больно, — кровавое пятно расплывалось по левому бедру. Он попытался проверить, есть ли выходное отверстие. Лу застонала, дернулась и крепко вцепилась в руки Никиты. Боль привела ее в чувства.

— Проедем сколько получится, — Ник вбил в навигатор адрес. — Отсюда совсем недалеко… Все будет в порядке. Потерпи немного.

Глава 14

Пот заливал глаза. Дыхание сбилось и больше походило на хрип умирающего. Никита бежал с Лу на руках уже несколько кварталов. Она отключилась еще в автокаре.

«Еще немного… немного…» — уговаривал себя Ник, в сотый раз мысленно преодолевая нужный маршрут. «Подвесной мост, а за ним торговый центр „Марсианин“, где я покупал Вале смарт-очки, дальше несколько жилых башен и корпус клиники Красного креста, но нам туда не надо. Хотя, если… Нет! Нельзя!» В клинике обязательно обратят внимания на отсутствие браслетов и немедленно сообщат в соцнадзор. А дождаться врача — та еще эпопея! И даже если их примут, рана от огнестрельного оружия… Ник сам с такими никогда не сталкивался, а уж он-то повидал разное. Сразу начнутся вопросы, вызовут охрану… Нет, в клинике появляться и опасно, и бесполезно. А в «Последнем приюте» он найдет все необходимое. Уроки Хавецкого не прошли даром. Ник сам справится и, если нужно, вытащит пулю, только бы раздобыть хирургические инструменты и антисептик. сам справится и, если нужно, вытащит пулю, только бы раздобыть хирургические инструменты и антисептик.

На улицах было темно, тихо и влажно. После часу ночи рекламные билборды и голограммы повсеместно отключали, оставляя лишь свет редких уличных фонарей и дорожных знаков. Прохожие практически не встречались. Тех же, у кого было специальное разрешение City на передвижение ночью, Ник замечал издалека по зеленому свечению браслетов. Он успевал спрятаться за выступом здания или перебежать на другую сторону улицы, радуясь комендантскому часу, который так возмущал его в юности. Вот уже и мост, и башни, и Красный крест остались позади. Никита проскользнул мимо центрального входа в «Последний приют», нырнул в подворотню и со всего размаху врезался спиной в дверь служебного выхода.

Закрыто.

«Конечно, еще слишком рано!»

Он неловко перехватил Лу, стараясь высвободить руку, чтобы подставить пальцы к детектору замка:

«Лишь бы не удалили из базы данных!»

Он подобрался к детектору, но вдруг замер.

«А если обнаружу себя? Ведь здесь будут искать в первую очередь. Нужно остановить кровотечение прямо сейчас! Если пробита артерия, ей уже ничто не поможет…»

Дверь распахнулась до того, как Никита принял решение. На пороге стоял татарин.

— Рамиль, ты тут зачем посреди ночи? — выпалил Никита.

— Да я эта… — замялся тот и начал теребить кончик носа. — Катафалк нада приготовить. А эта кто? — он прищурил и без того узкие глаза, с интересом рассматривая Лу.

Никита нахмурился:

— Не твое дело!

Он нагло оттеснил сослуживца, вошел внутрь и сразу направился вниз по лестнице в анатомический зал. Нужно спасать Лу, а после он разберется с чем угодно и с кем угодно, если понадобиться.

— Ана, эта… живая? — Рамиль не отставал.

— Еще как живая! — сказал он, развернулся к Рамилю и начал сгружать Лу ему на руки. У того вытянулось лицо, он попятился, но врезался в стену узкого коридора. — Слушай, давай, помоги мне.

Испуганно тараща глаза, Рамиль принял девушку.

— Положи ее на свободный стол в прозекторской, — Ник судорожно сжимал и разжимал дрожащие пальцы.

— Давай… без мина, — Рамиль попытался избавиться от ноши. — Я вабще пайду. У мина там катафалк…

— Неси на стол, я сказал! — бешено заорал Никита. — Она ранена, нужна перевязка. Шевелись!

Рамиль послушно заковылял в прозекторскую и аккуратно уложил Лу на стол под хирургическую лампу. Едва переведя дух, Ник последовал за Рамилем. Он принялся быстро обыскивать шкафы в поисках хирургических инструментов, бинтов и антисептика. Собрав все необходимое, метнулся назад к Лу. Она лежала без сознания, распластавшись на белом кафеле. Никита развернул ее и положил на бок. Потом распорол ножницами мокрую от крови штанину и с облегчением обнаружил выходное отверстие пули с внутренней стороны бедра. Кровь вытекала из ран тоненькими темно-бордовыми струйками. Никита бросился к умывальнику. В поле зрения попал Рамиль, он стоял в углу прозекторской и что-то быстро строчил в свой допотопный бумажный блокнот. Ника передернуло от бешенства. Он подлетел к Рамилю и выхватил блокнот:

— Из-за таких тварей, как ты!..

Пробежался по строчкам с каллиграфическим почерком.

«Я больше так не буду, прости!»

«Я больше так не буду, прости!»

«Я больше так не бу…»

— Это что? — Ник быстро пролистал блокнот, исписанный одной и той же фразой.

— Савсим ни то, щто ты думаишь, — сказал Рамиль, пуча черные узкие глаза.

Ник отбросил блокнот и быстро вернулся к умывальнику.

— Эта проста слава, — продолжал оправдываться Рамиль. — Я, кагда валнуюсь, должин писать что-нибудь.

— Забудь, — Ник с остервенением намыливал руки.

— Мина мать сильна в дестве наказывал, заставлял писать, просить прощения там…

— Да понял я! — Ник быстро вытер руки полотенцем, потом ополоснул их перекисью из бутыли. — Помоги лучше. Ее надо подержать, чтобы не дергалась.

Рамиль подошел к столу и послушно навалился на Лу. Никита обработал рану, потом сильно надавил чуть ниже кровавого отверстия. Лу очнулась и вскрикнула, но Рамиль держал крепко.

— Потерпи немного, — Ник погладил Лу по голове, — нужно пережать вену, остановить кровотечение.

Он засыпал раны коагулянтом и антисептиком, утрамбовал тампонами, крепко обмотал бинтом.