АКОНИТ 2018. Цикл 1, Оборот 2

После недолгих поисков они обнаружили более-менее плоский и широкий камень, на который можно было улечься без опасности скатиться в какую-нибудь яму или в воду. Нагретая за день скала была тёплой, и люди, утомлённые тюрьмой, переездом на остров в вонючем трюме и местными ужасами, почти мгновенно уснули на жёстком ложе.

Шетавос проснулся посреди ночи, в час волка. Открыл глаза и тихо повернул голову, высматривая Лауда. Тот, как ни в чём ни бывало, спал, словно ничего и не произошло. Голова его склонилась влево, и Шетавос видел теперь его затылок. Правая рука разбойника лежала на животе, левая была откинута в сторону.

Бесшумно, чтобы не разбудить соседа, Шетавос протянул правую руку в сторону в поисках подходящего камня. Вскоре его пальцы нащупали увесистый обломок скалы, удобно лёгший ему в руку. Пододвинув его поближе, он слегка поворочался, словно делая вид, будто поудобнее устраивается на жёстком ложе, одновременно непрерывно следя за Лаудом. Тот явно не желал ни на что обращать внимания, сморённый долгожданным спокойным сном.

Шетавос устроился поудобнее на левом боку, ещё раз тщательно прицелился, уже держа в руке камень.

И нанёс точный, тяжёлый удар в висок разбойника.

Тот громко хрюкнул, руки его слегка дёрнулись, и тело вновь спокойно застыло, распростёртое на камне. Череп его, и без того сплюснутый, стал теперь почти плоским. По руке Шетавоса потекла липкая струйка. Толстяк напряжённо замер, сжимая в руке камень и готовясь повторить удар, однако, в этом не было необходимости.

Он достиг своей цели.

Теперь оставалось только дождаться рассвета. Свежевать добычу в полной темноте было неудобно.

Утром следующего дня, выспавшийся Шетавос принялся за дело. Отколов от подходящего камня кусок с более-менее острым краем, он начал отделять от тела полосы мяса, раскладывая их на камнях, уже прогретых солнцем. Обработанный таким образом разбойник должен был поддержать силы Шетавоса в течение ещё некоторого времени. Поглощённый своим занятием, толстяк не заметил, как солнце перевалило за полдень.

К этому времени работа его была почти завершена. То, что осталось от Лауда, представляло собой неаппетитный набор ливера и костей да неказистой одежды, которую Шетавос предусмотрительно снял с тела покойника, полагая, что и она тоже может когда-нибудь пригодиться. Все съедобные части уже вялились в тени Клыка, на нагретой солнцем скале.

Шетавос некоторое время колебался, как именно поступить с малосъедобными останками — выбросить в море или скормить чудовищу. По здравом размышлении, он выбрал первое, благоразумно решив не дразнить монстра.

Вымывшись и отдохнув от мясниц-кого труда, он принялся размышлять над своей дальнейшей судьбой.

Положение было не из лучших. Остров находился далеко от берега и обладал скверной репутацией, поэтому нечего было и надеяться на визит местных жителей. О галере, доставлявшей сюда осуждённых, речи вообще не шло. Остров, судя по всему, был совершенно безжизненен. Во всяком случае, Шетавос во время своих вчерашних перемещений по Клыку не заметил нигде даже чахлого кустика. Похоже, здесь не было и деревьев. Оставалось одно — тщательно осмотреть весь остров в поисках чего-нибудь, что могло бы ему помочь убраться отсюда.

Кроме того, Шетавос хотел посмотреть на вершину Клыка Теней, на то самое место, где человек-дракон когда-то произносил своё заклятье. Возможно, это тоже могло помочь ему в изменении своего нынешнего положения.

Около двух часов понадобилось на то, чтобы обойти остров кругом. Результат обхода оказался неутешителен. Только камни и скалы. На пустынном берегу — ни единого деревянного обломка.

Оставалось только подняться на вершину Клыка. Может быть, ключ к спасению находился там.

Поход, однако, пришлось отложить на следующий день. Солнце уже клонилось к закату, а дорога предстояла нелёгкая. Толстый колдун присмотрел несколько мест, откуда можно было бы начать подъём, не слишком напрягаясь из-за комплекции. Ему предстояло заняться не менее важным делом — сохранением своих припасов. На острове не водилось птиц, однако нельзя было исключать возможности визита стаи каких-нибудь безумных чаек, готовых покуситься на его запасы. Прятать мясо в пещере было глупо, поэтому Шетавос принялся сооружать из камней небольшое, хорошо проветриваемое укрытие. Завершив это полезное занятие, он улёгся на плоский камень, и пока расслабленное тело отдыхало от дневных трудов, колдун продолжил свои попытки проникновения в тайны острова.

Расслабив своё сознание, он позволил ему спокойно течь по Клыку Теней, охватывая весь его объём, от морского дна до самой вершины.

Через несколько минут он уже представлял себе полную картину острова. Древняя скала вмещала в себе три источника могущественных сил, способных порождать и останавливать жизнь. Один из них, самый слабый, находился в лабиринте подводных пещер острова, медленно, почти незаметно перемещаясь под их мрачными сводами — развоплощённый демон-узник Клыка. Несмотря на кажущуюся слабость, этот узник был вполне способен подчинить себе множество людей, если бы они попали в его владения. К счастью, мощь эту сдерживали два других источника сил, связанных между собой. Первый из них находился на вершине Клыка, окутывая остров тонкой, неосязаемой сетью. Несмотря на кажущуюся хрупкость, сеть эта представляла неодолимое препятствие для заключённого демона. Сеть уходила своими корнями далеко под океанское дно, полностью замыкаясь там прочным коконом. И в самой нижней части сеть касалась третьего источника сил, мощь которого, похоже, исходила из самого центра мира.

Из верхнего источника тянулась также некая линия силы, упирающаяся своим концом в движущегося монстра, не оставляя его ни на мгновение, и продолжающаяся дальше, в неведомые земные глубины. Проследив её до нижней части сети, колдун потерял дальнейшее направление нити. Похоже, линия упиралась в самое сердце земли, питаясь его неизмеримой мощью для поддержания громадной незримой ловушки.

А ещё на вершине Клыка находилось нечто, равномерно рассеивающее по всему острову силу, которая истекала из этой линии.

Убедившись, что сегодня он больше ничего не сумеет сделать, колдун погрузился в сон.

Утром, с первыми лучами солнца он отправился в путь. К тому моменту, когда он ступил на вершину, солнце уже палило вовсю. Однако, несмотря на это, толстого колдуна прошиб холодный пот.

В небольшом углублении скалы лежала чудовищных размеров железная книга. Никогда прежде не видевший её, Шетавос, тем не менее, безошибочно узнал книгу.

Ошибиться было невозможно. Чудом сохранившийся осколок древнего мира, книга слепого Вателоса — собрание непристойнейших запретных знаний, заклятий, призывающих чудовищные, непредставимые силы, неподвластные человеческому разуму. Пользоваться ими осмеливались лишь немногие маги, прошедшие высшую ступень посвящения. Эти железные книги хранились в таких местах, что королевская казна со всей её охраной в сравнении с ними выглядела проходным двором. С помощью таких книг разрушались и восставали из праха целые империи, а этот экземпляр свободно лежал на камне, открытый всем ветрам.

Однако, похоже, природные условия мало влияли на древний том. Металлические страницы, покрытые странными, внушающими ужас знаками, ярко блестели, не тронутые ни единым пятнышком ржавчины. Казалось, прежний хозяин всего лишь отлучился на минуту, оставив книгу раскрытой. Но в действительности прошло наверное много столетий с тех пор, как на вершину ступала чья-то нога.

Колдун вспомнил образ человека-дракона, извлечённый из сознания пленённого монстра.

Шетавос осторожно приблизился к книге и прикоснулся к металлическому листу. Подушечки пальцев ощутили слабый укол, словно он погладил ветку кипариса. В остальном книга не проявляла враждебности к человеку. Ободрённый успехом, Шетавос попробовал перевернуть несколько страниц, однако не смог этого сделать, как не смог и оторвать книгу от её каменного ложа. Видимо, её удерживала здесь слишком мощная сила. Книга просто исполняла свою работу, удерживая своей властью укрощённого демона, и не собиралась покидать своё место.

Разочарованный, но не слишком удивлённый, колдун принялся изучать доступный ему разворот.

Буквы, похожие на странных живых существ, слова-картины, незнакомые схемы и изображения неведомых монстров густо покрывали огромные листы книги. Однако постепенно Ше-тавос находил и кое-что знакомое. Знание древних алфавитов помогло ему. По крайней мере, можно было разобраться в смысле приводимых здесь заклятий. Несомненно, полтора листа здесь занимало мощное ограничительное заклинание, упоминавшее имя Ямму, владыки морей. Именно оно удерживало демона в каменной ловушке Клыка Теней. За этим заклинанием следовал некий текст, призывающий в мир повелителя змей моря Эдждерха, обрываясь на середине, и продолжаясь на следующей, недоступной странице. Заинтересованный колдун напряг все свои силы, обращаясь к книге с просьбой уступить ему хотя бы на некоторое время, но древний том никак не отреагировал. Убедившись в бесплодности своих попыток, Шетавос вернулся к разбору древнего текста.

Изучение, однако, затянулось. Слишком много слов и образов были непонятны, слишком много встречалось неясных обозначений предметов и Сил, необходимых для успешного исполнения заклятья. Несколько проще было с призывом повелителя морских змей, но часть заклинания, контролирующая поведение вызванного, находилась на другой стороне страницы, и добраться до неё не было никакой возможности.

Дни тянулись нескончаемой, однообразной чередой. И, наконец, на исходе второй дюжины дней и запасов вяленого мяса, на горизонте показался парус.

Корабль двигался со стороны открытого моря. Это не была галера, доставлявшая осуждённых. Корабль неспешно приближался к острову. Шетавос, сидевший на вершине скалы, поначалу даже не поверил своим глазам. Видимо, капитан не знал, или не интересовался историей Клыка Теней.

Колдун понял, что это его шанс. Он попытался проникнуть в сознание кого-нибудь из экипажа на борту, и был крайне удивлён результатом. На ментальном уровне ни корабля, ни экипажа просто не существовало.

Шетавос ещё раз попробовал пробиться к кораблю.

Безуспешно.

Он не чувствовал ни крыс, ни червей — древоточцев, что, без сомнения, должны были находиться на корабле. Не чувствовал даже слабого, почти прозрачного спектра, что порождался самим кораблём, вернее его корпусом, сделанным из некогда живых, напитанных земной силой деревьев.

Судя по всему, на корабле находился незаурядный маг, способный установить столь мощную ментальную защиту. Шетавосу ещё не приходилось сталкиваться с такой.

Уже было видно, что корабль не принадлежал ахеронскому военному флоту. Иноземный пришелец, возможно пират. Узкий, длинный корпус, непохожий на тяжеловесные купеческие суда, высокие носовая и кормовая надстройки, длинные ряды вёсел. Судя по всему — валузиец.

Колдун принялся торопливо спускаться с вершины Клыка, насколько ему позволяла комплекция. В конце концов, взять с него нечего, жизнь его не нужна никому, кроме него самого, но, по крайней мере, появилась слабая возможность покинуть это проклятое место.

Однако выбегать прямо навстречу кораблю тоже не стоило. Это вполне могли оказаться пираты, для которых случайный человек значил не больше нескольких монет, которые можно было получить за него на невольничьем рынке. В любом случае следовало присмотреться к экипажу, и только после этого решать, как поступать дальше.

Укрывшись в щели между двумя большими, величиной с дом, валунами, Шетавос терпеливо ждал.

Вскоре корабль приблизился настолько, что колдун уже различал людей, двигавшихся на палубе. Порыв ветра развернул тёмное полотнище флага, и Шетавос, наконец, понял, кого судьба привела на этот проклятый остров.

На чёрном полотнище свивал и развивал свои многочисленные чешуйчатые кольца белый змей, увенчанный золотой короной. Этот флаг мог принадлежать только одному кораблю в Закатном океане, и Шетавос невольно содрогнулся, вспомнив его имя.

Белый Аспид, жестокий пират, опустошавший северное побережье, каким-то недобрым ветром объявился здесь, почти у стигийской границы. Слухи о его зверствах бежали впереди остроносой галеры, выкрашенной в пурпур. Уроженец древней Валузии, седой от рождения, он люто ненавидел всех, осмелившихся появиться на свет не на его родине. Впрочем, иногда он изменял своему принципу, принимая в свою команду самых разных людей, от голубоглазых рыжебородых северян до чёрных жителей Куша и Пунта.

И вот этот страшный корабль приближался теперь к острову Шетавоса.

Галера остановилась в нескольких саженях от берега. С полдюжины пиратов уже выбрались на камни, неся на плечах пузатые бочонки. Очевидно, валузийцы собирались пополнить запасы пресной воды. Шетавос, надёжно укрытый от посторонних глаз, внимательно следил за ними. Сознание людей по-прежнему укрывал прочный магический щит, но теперь Шетавос мог слышать их речь.

Один из моряков обнаружил небольшой ручеёк, струившийся между камней. Воды в нём было немного, и он двинулся вверх по течению, надеясь отыскать источник, чтобы побыстрее наполнить бочонок.

Чистое небольшое озерцо находилось в одной из пещер. Чтобы набрать воды, нужно было войти под её свод, и Шетавос почувствовал свой шанс.

Выбравшись из укрытия, он громко закричал, с непривычки коверкая ва-лузийские слова:

— Остановитесь! Не входите! В пещере смерть!

Цели своей он достиг. Пираты разом остановились, удивлённые этим явлением. Цель похода на время была забыта.

Один из них, рослый, бородатый валузиец с длинными чёрными волосами, оценивающе взглянул на колдуна.

— Кто ты, и что делаешь здесь? — раздался вопрос. — Почему это мы не можем войти туда?

Шетавос был готов к такому вопросу. Стараясь отчётливо выговаривать слова, он коротко объяснил пиратам, какая тварь поджидала их в непроглядном мраке пещер, стараясь подчеркнуть неземной ужас, окутывавший проклятый остров.

Моряки — народ суеверный, Пираты не оказались исключением. Выслушав историю Шетавоса, предводитель отряда произнёс уже более мирным тоном:

— Значит, чудовище? Хорошо, а где же нам тогда набрать воды?

Мысленно Шетавос возликовал. Первый успех был достигнут — его согласились выслушать.

— Здесь полно источников — сказал он, — и для этого совсем не нужно играть со смертью в пещерах. Я готов показать вам их, правда придётся слегка пройтись.

— Что ж, идём, — задумчиво проговорил вожак, мрачно глядя на Шетавоса. — Посмотрим, заслуживаешь ли ты жизни…

Процессия двинулась вперёд, ведомая Шетавосом. Вожак пиратов, шедший чуть позади указывавшего дорогу колдуна, проговорил, словно про себя:

— Демон в пещерах? Странно, почему Апни ничего не сказал нам?

Шетавос обернулся к главарю.

— Кто этот Апни? Ваш колдун? Или…

Предводитель грубо прервал его:

— Не твоё дело! Взялся вести — иди тихо и ни во что не вмешивайся! Долго ещё?

— Да нет, ещё пару шагов, вот, пришли.

Шетавос остановился перед углублением между валунами, наполненным прозрачной водой. Однако это не совсем убедило пиратов.

Их главарь подтолкнул Шетавоса к роднику, так что тот чуть не свалился в воду. Серые колючие глаза пристально глядели на изгнанника.

— Пей! — указал он на родник. — Докажи, что это действительно хорошая вода без демонов и прочей мерзости.

Шетавос пожал плечами, и наклонился к роднику, стараясь, однако, не терять пиратов из вида, Конечно, вряд ли они станут убивать его прямо сейчас, но кто знает…

Жара, поход на вершину Клыка и нервное напряжение сделали своё дело. Шетавос и без того потерял немало влаги за это утро и теперь с наслаждением припал к источнику.

Поведение его подтолкнуло остальных. Шетавоса оттеснили от источника, погрузив туда бочонок, Вскоре все ёмкости были наполнены, и отряд пустился в обратный путь.

За то время, пока пираты ходили за водой, галера успела подойти к самому берегу, отыскав безопасное место для причаливания. Впрочем, никто из команды не спешил спускаться на берег.

— Эй, Харг, кого это ты там подобрал? — заорал кто-то с корабля, увидев Шетавоса среди посланных за водой пиратов. — Это человек или груша? Если все жители этого острова выглядят так же, я, пожалуй, останусь здесь на месячишко, глядишь и поправлюсь!

— Замолкни, дурень! — ответил предводитель отряда, вскарабкавшись на борт. — Может он и не такой умелый рубака, как ты, но зато он, похоже, знаком с магией, а это уже что-то. Где капитан и Апни? У меня есть кое-что для них, особенно для мальчишки.

— Ты хотел что-то сказать мне, Харг? — раздался голос, исходивший из кормовой надстройки. — Не мешай ему, Блаал, — обратился он к тощему насмешнику, который тут же замолк и отступил на шаг в сторону, освобождая место капитану.

— Да, капитан Ксан, — ответил Харг. — Мы нашли источник, и кое-что ещё. На острове мы встретили человека, который рассказал нам странную историю. По его словам на острове живёт чудовище, но оно не опасно, если не входить в пещеры. Мы послушались его совета, но я хотел бы узнать, что по этому поводу скажет Апни. Если то, что говорит этот толстяк — правда, мальчишке не поздоровится.

Шетавос уловил обрывок этого разговора, перебираясь через борт. Вид экипажа галеры отнюдь не прибавил ему спокойствия. Рослые, мускулистые люди, большей частью обнажённые по пояс, в коротких сапогах и свободных полотняных штанах с широкими щегольскими поясами, на которых висели ножны, из которых выглядывали богато разукрашенные рукояти кинжалов и сабель. Среди этой грозной толпы выделялся невысокий человек во всём белом. Волосы его, цвета снега, покрывавшего горные вершины прибрежного хребта, доспех из незнакомого, матово-белого металла, жёлтые змеиные глаза с вертикальными зрачками — всё это внушало какой-то безотчётный ужас.

Шетавос, уже ступивший на палубу пиратской галеры, почувствовал непреодолимое желание убраться куда-нибудь подальше, лишь бы не чувствовать на себе этот странный пронизывающий взгляд. Но его мечте не суждено было сбыться.

Белый Аспид поднял руку. Указательный палец его упёрся в Шетавоса.

— Так значит, ты утверждаешь, что в этих скалах живёт какой-то демон? — проговорил он. — Почему же мы ничего не знаем об этом? Апни, мальчик мой, подойди ко мне, — крикнул он в сторону надстройки.

Через несколько секунд оттуда показался невысокий худощавый юноша лет пятнадцати. Шёл он медленно и неуверенно, словно ожидая наказания. Не дойдя до капитана, остановился настороженно, словно опасаясь удара.

— Малыш, недавно ты говорил нам, что на этом острове нет никого кроме этого человека, — проговорил капитан. — Однако ты почему-то не сказал, что человек этот — колдун, и что на острове кроме него есть ещё и чудовище. Будешь ли ты возражать против этого?

— Но, господин капитан, вы же видите, что этот демон совершенно безопасен, — неуверенно проговорил парнишка. — Взгляните, ведь все вернулись живы и здоровы.

— Уж не потому ли, что они послушали этого человека? — с нехорошей улыбкой спросил его Ксан. — Впрочем, всё это можно легко проверить. Если, как ты утверждаешь, эта тварь совершенно безопасна, и ты не ощущаешь её присутствия, то сходи туда сам и вернись. Это будет лучшим доказательством твоей правоты. Если же нет… что ж, буду надеяться, что толстяк сможет заменить тебя. Так как, Апни, пойдёшь?

Шетавос во время этого разговора всем телом ощущал нескрываемые волны страха, исходившего от юноши. Парнишку буквально трясло, но когда колдун попытался проникнуть в его сознание, чтобы хоть немного успокоить, то натолкнулся на мощнейший бл ок, не допускавший никакого чуждого проникновения. Шетавос понял, что этот юноша и был тем самым магом, державшим защитный ментальный купол над кораблём. Судя по всему, Апни, видимо, не смог почувствовать присутствия демона на острове, несмотря на то, что увидел его, Шетавоса. И ещё толстяка поразила способность парнишки продолжать блокировать мысленный фон команды, несмотря на своё подавленное состояние.

«Способный юноша, но не овладел ещё и сотой частью своих возможностей», — с сожалением подумал Ше-тавос.

Апни медленно бледнел, слушая Белого Аспида. Сам того не желая, он допустил некую оплошность, которая только по счастливой случайности не стоила никому жизни. И вот теперь он должен был понести за это наказание.

В пещеру ему совершенно не хотелось. Тем более что он уже ощущал присутствие затаившейся там грозной силы.

В этой ситуации юноша предпочёл выбор в сторону меньшего зла и осторожно обратился к своему капитану:

— Мой повелитель… я признаю свою ошибку. Толстяк прав, на этом острове есть какая-то очень опасная тварь. Я умоляю вас не высаживать меня на берег, поверьте, я искуплю свою вину!

— Он прав, господин, — подал голос Шетавос. — Парень мог просто не знать о мощном связывающем заклятьи, наложенном на этот остров. Прошу вас не лишать его жизни — юноша действительно талантлив, но почти не обучен. Жаль терять хорошего мага. Не скрою, мне хотелось бы поработать с ним, — осторожно закончил Шетавос.

— Вообще-то это мой корабль, — лениво проговорил Белый Аспид, — и мне здесь решать, кого терять и с кем работать. Море и виселица любого примут.

Апни испуганно отшатнулся, услышав эти слова.

— Не бойся, — успокоил его Ксан. — На этот раз тебя всего лишь протащат под килем, да не вздумай подохнуть, ты нам ещё понадобишься. О лечении позаботишься сам. Я сказал!

С этими словами Ксан, словно потеряв всякий интерес к несчастному юноше, двинулся к носовой надстройке, мимо Апни, которого уже вязали двое пиратов. Проходя мимо Шетавоса, капитан пристально посмотрел на него и приглашающе кивнул головой, предлагая последовать за ним.