Реальность ПЛЮС

— Логичным было бы предположить, что с увеличением мощности воздействия увеличивается и сложность того, что его создает. — Если я был прав, то пользоваться маленькими перстнями с одной руной было куда более безопасно, чем их старшим собратом. — Хм, а вот очки лишены каких-либо рун…Да и крючков, способных добраться до крови носителя, на них вроде бы нет. Значит, безопасны? Или, возможно, сделаны не вампирами и не для вампиров? По идее зрительный прибор не должен требовать для своей работы столько же энергии, сколько боевое заклинание, способное снести стену.

После нескольких минут терзаний, я все же рискнул приложить к правому глазу одну из толстых выпуклых линз и взглянуть через неё на мир…И, надо сказать, несмотря на внешнюю прозрачность стекол и незамысловатость всей конструкции, эти очки действительно оказались настоящим артефактом.

— Магический прибор ночного зрения? — До рассвета оставалось еще около часа, однако сквозь толстое стекло внутреннюю обстановку квартиры было прекрасно видно. Правда, в смеси синих и серых цветов, но тем не менее подобные очки могли стать существенным преимуществом во время действий в темное время суток. Вот только покрутив головой туда-сюда, я обнаружил несколько аномалий, разительно выделяющихся из общей палитры. Причем одним из них был, похоже, я сам. — Совмещенный с тепловизором? Нет, кажется тут нечто иное…

Мои руки покрывало множество тончайших розовых нитей, а самые крупные пролегали примерно там, где находились вены. А в середине груди, там где бьется сердце, в такт его ритму мерцало алое сияние. Прямо через стенку можно было различить контуры тела Ани, лежащей на кровати. Правда, не очень четкие и значительно менее яркие. Сделав несколько шагов, я убедился, что виной этому не столько расстояние и преграды, сколько некие особенности самой девушки. Разложенные в рядок перстни были окутаны ореолами бледно-зеленого цвета, различающимися величиной и оттенком. Самым ярким ожидаемо оказался тот, что нес на себе семь рун, а вот кольца всего с одним символом почти не выделялись из общего фона. Голова вампира налилась чернотой. Встретил бы его будучи облаченным в такие очки — запросто мог бы перепутать бледнокожего кровопийцу с негром родом из самой жаркой части Африки. А еще выделялся работающий фонарик. Луч света был абсолютно незаметен через линзу, но там где под пластиком корпуса таились работающие батарейки, мерцала едва заметная желтая искорка.

— Энергия! — Озарило меня. Убрав очки, я моргнул пару раз и прислушался к своим ощущениям. Вроде бы все было в порядке. Конечно, ту же радиацию человеческий организм тоже не чувствует, в отличии от оказанного ею на живые ткани эффекта, но будем надеяться, что мне повезет. В конце-концов, артефакт явно сделан разумными человекоподобными существами для разумных человекоподобных существ. — Эта штука видит энергию!

— А? — Аня приподнялась на постели, видимо проснувшись от моего возгласа. — Что ты сказал?

— Да так, ничего особенного, — очки я твердо решил отставить себе. Возможность обнаружить какую-нибудь затаившуюся пакость не просто в темноте, а даже через стенку, будет даже ценнее боевых перстней-артефактов. И лучше девушке о моем открытии не знать, чтобы лишних соблазнов не было. — Как ты себя чувствуешь?

— Ужасно, — пожаловалось хриплым голосом девушка, чьи глаза за время недолгого сна успели как-то подозрительно посоловеть и шмыгнула носом. — Голова болит, горло саднит, перед глазами все кружится, одновременно и жарко, и холодно…

Договорить Аня не смогла, поскольку зашлась в кашле.

— Упс, знакомые симптомы. Кажется, ты подхватила от меня грипп, — я натянул очки, чтобы пристальнее изучить через них изображение девушки. Может, артефакт еще и в медицинских целях использовать можно? Вот только в толстых стеклах мною помимо розового силуэта с алым огоньком в груди было замечено нечто очень темное. Большое. И находящееся прямо за окном квартиры, расположенной на третьем этаже! — Аня…Беги. Ко мне. Быстро!

Все это я говорил, сгребая в карман свои трофеи и пятясь в глубину здания. У меня имелись подозрения, что за существо стоит снаружи дома. И драться с ним один единственный человек вряд ли был способен. Даже с помощью пистолета-пулемета и магических перстней. Особенно если очки действительно подсвечивают черным не чего-нибудь, а нежить. В конце-концов, Аня мне не жена, не сестра и даже не любовница, чтобы из-за неё так рисковать. Да, я считаю себя хорошим человеком и по мере возможностей стараюсь помогать окружающим, если это не стоит слишком большого количества времени и сил… Но есть разница между разумным альтруизмом, направленным на улучшение социума, частью которого являешься ты сам и засовыванием головы в пасть чертову тираннозавру!

— А? — Несмотря на свое состояние, девушка видимо сразу поняла, что я не шучу. И продемонстрировала не то верх благоразумности, не то отличные инстинкты выживания, прямо с кровати совершив двухметровый прыжок в коридор, несмотря на царящую вокруг темноту. И сделала она это очень вовремя! Загораживающий окно шкаф оторвался от пола и силой хлопнулся об стену, разваливаясь на кусочки, когда в помещение вломилась пасть динозавра, полная острейших зубов! Вытянутые вперед челюсти чудовища были внутри дома, а вот башка с большими глазами, испускающими довольно заметное алое сияние, так и осталась снаружи.

— Черт! — Шлепнувшаяся на карачки девушка проворно работала ногами и локтями, уползая дальше вглубь квартиры. Морда исполинского монстра не достала до неё всего каких-то полметра, захватив хранящую тепло тела кровать и перемолов её в моментально проглоченные щепки. В процессе динозавр содрал о бетонный проем окна немало лохмотьев со своей шкуры, но кровь из ран абсолютно не текла. Мой мозг мгновенно вспомнил о зомби с их абсолютной нечувствительностью к боли и наплевательскому отношению к собственной целостности. И — настойчивостью. — Степан! Степан, помоги мне!

— Я занят! — В отличии от перепуганной девушки я видел, что монстр, скребущий своими многочисленными клыками по полу и крошащий мебель в упорных попытках дотянуться до добычи, дальше не протиснется. Лишенной стекла оконной рамы он даже не заметил, но вот своротить бетонный проем своей мордой не мог, хотя и пытался протиснуть башку дальше внутрь здания. Но — не влезала она, слишком уж широка оказалась. А налечь массой всего тела у твари не получалось, все-таки квартира Ани располагалась для ящера слегка высоковато, и сейчас динозавр стоял буквально на цыпочках. Но вряд ли столь идеальные условия для стрельбы ему прямо в пасть, туда где естественной защиты у живых существ почти нет, продлятся долго. И у меня имелось только одно оружие, теоретически способное прикончить подобное существо. — Жри, тварь!

Направив печатку самого крупного перстня куда-то в сторону твари, я с силой вдавил шипы артефакта в свою ладонь, мысленно всячески пытаясь концентрироваться на желании уничтожить морду чудовища. И это сработало! Из печатки ударили тонкие лучи, мгновенно создавшие в воздухе тот самый рисунок, который был изображен на украшении. А затем произошло нечто-то странное. Больше всего это походило на чихание, вот только производимое не одной только носоглоткой, а сразу всем организмом. Больно не было, но что-то неправильное определенно чувствовалось. Все происходило очень быстро, но через волшебные линзы у меня все же получилось увидеть, как из тела обильно вырываются розовые клубы, сопровождаемые вытекающими из груди алыми частичками, чтобы спустя миг втянуться в магический символ. И стоило ему вобрать в себя этот своеобразный заряд, как руны обернулись маленькими, но очень ярко пылающими сферами, ударившими вперед со скоростью пуль. Прямо в распахнутую пасть монстра, мимо не прошла ни одна. Словно бронебойные снаряды эти объекты устремились вперед и то ли прожгли, то ли пробили в плоти чудовища настоящие кратеры, сотворив настоящие фонтаны мясных и костяных ошметков размером от едва видимых глазу, до весящих пару килограмм. Но в меня опять же не попал не один, видимо область, откуда производился столь необычный выстрел, находилась в безопасной зоне этого трофейного магического оружия. Пасть динозавра мгновенно захлопнулась и убралась из квартиры.

— А вот теперь уходим! — Аня успешно проползла мимо меня к входной двери и даже успела подняться на ноги, но в темноте никак не могла справиться с замком. — Где твой инсулин?

— На балконе, — девушка, которую я буквально вытолкал на лестничную клеткупопыталась было дернуться обратно, но тут же остановилась. Без лекарств смерть ждала её через считанные часы, но сейчас от гибели в клыках чудовища нас отделяло всего несколько метров. — Проклятье…

— Заберем потом, — успокоил её я. — Не вечно же эта тварь будет нас у окна караулить….Надеюсь. А балкон ей должен быть не интересен, если на нем нет никакой живой добычи.

— А что это вообще такое было? — Только сейчас задалась вопросом девушка. — Все произошло так быстро, что я даже понять ничего не успела.

— Динозавр, который у нас вчера под окнами топтался, — благодаря магическим очкам я видел, что монстр хоть и отошел от здания в сторону, но терять равновесие и падать на землю не собирался. Следовательно несмотря на удар боевого заклинания прямо в глотку, он остался жив…Или, скорее, не окончательно мертв. По идее, стоило бы попытаться добить тварь, но мое тело стало стремительно наливаться тяжестью. Терять сознание или засыпать пока вроде бы не хотелось, однако организм чувствовал себя так, будто его по меньшей мере полдня изнуряли тяжелыми физическими нагрузками вроде копания огорода или похода по лесу с тяжеленым рюкзаком за спиной. — Я приложил урода из того перстня, которым ты кухню разгромила.

— Ага, понятно, — неуверенно протянула девушка. Тем временем темный силуэт чудовища принялся отдаляться от здания, постепенно теряя четкость очертаний и превращаясь в одну большую кляксу. Испугался? Увидел другую добычу? Отступил, чтобы собраться с силами, а потом вернуться и отступить? — Убил?

— Не совсем. Знаешь, по-моему, он уже дохлый. Полагаю, не успел далеко уйти от дома, прежде чем околел от холода, а потом восстал из мертвых. Не волнуйся, суда ему не пролезть, здоровый слишком. — Обрадовал я девушку, уводя её по лестнице вверх к своей квартире и одновременно следя за монстром прямо сквозь стену. Пока тот не спешил возвращаться и начинать буйствовать подобно бросающемуся на дверь зомби, но как знать, может тварь еще вернется? Интересно, огонь её возьмет? Впрочем, у меня все равно самогонки осталось едва ли на понюхать, а тут его целая бочка нужна будет, чтобы такое тело как следует подпалить. — Ящер все-таки, пусть и большой. Мозгов не хватило свалить обратно в тот портал, из которого явился, а на морозе даже такая туша без системы обогрева долго не протянет.

— Звиздец, — тоскливо протянула девушка. — Кажется, я проклята. Мало мне было диабета и апокалипсиса, так теперь еще и перед домом пасется немертвый тираннозавр-мать его-Рекс!

Глава 6

По снегу, изрытому множеством самых необычных следов, стремительно скользило нечто вроде огромного комка синей слизи. И встреча с ним была отнюдь не безопасна для здоровья, судя по плавающим внутри явно живой субстанции костям. Впрочем, человеческих там не было…Кажется. Во всяком случае, при взгляде сверху я не мог различить внутри монстра ни одного характерного для людей черепа или кистей рук, а вот вытянутых остовов, раньше принадлежащих кому-то собаковидному, насчитал аж три штуки. Твари, заполнившие Новокузьминск, появились тут отнюдь не ради того, чтобы с азартом охотиться не представителей рода людского. С не меньшим удовольствием чудовища пожирали и друг друга. Или трупы тех, кто оказался не готов к русской зиме и околел от холода. А таковых тоже хватало, если бы их тела не подъедались оперативно более устойчивыми к нашему климату конкурентами, то по улице пройти бы было нельзя, не споткнувшись о чью-нибудь замерзшую тушу. Впрочем, ходить там я и не собирался, не самоубийца все-таки.

Массивная туша, явно весящая тонн пятнадцать если не больше, стремительно приближалась. Под ногами немертвого ящера хрустнули рассыпавшие кирпичи кладбищенской ограды, которую он развалил уже давно. Комок слизи вроде бы не имел органов зрения, но приближение угрозы и её масштаб каким-то образом сумел оценить. И тут же пустился наутек, развив скорость не меньше шестидесяти километров в час, что для подобного существа, имеющего в объеме около пары-тройки кубических метров, было очень даже впечатляющее. Но его преследователь все равно оказался быстрее. Причем намного. Сложно сказать, была ли эта резвость изначально присуща динозавру, стоящему на вершине пищей цепи среди себе подобных громадных ящеров или прыткости монстру добавило то, что сейчас заставляло двигаться его мертвое тело. Но результат, в виде огромнейшей туши, двигающейся со скоростью более приличествующей гоночному автомобилю, я мог наблюдать своими глазами. Как и финал короткой погони. Комок синей слизи не пожелал сдаваться без боя и брызнул в надвигающуюся на него жуткую пасть струей какой-то дымящейся дряни, мгновенно разъевшей плоть чудовища и обнажившей кости его нижней челюсти, но в следующее мгновение странное существо брызнуло во все стороны каплями своей студенистой плоти, когда на нем сошлись устрашающие зубы. Но, тем не менее, меньший из монстров не растекся лужицей. Видимо какие-то структуры, играющие роль своеобразного скелета, в нем все же имелись. А после мертвый динозавр вскинула свою башку кверху и проглотила добычу целиком и не разжевывая.

— Итого, счет между мертвым тираннозавром и всякой приблудной фауной двенадцать — ноль, хотя публика каждый раз болеет за другую команду и желает успеха новичкам. — Констатировал я, наблюдая за очередным успехом монстра, из-за которого нам с Аней пришлось сесть в осаду. Возможно, прятаться в здании от такого чудовища было глупо, да только выбраться на улицу, когда оно рядом, было бы еще глупее. По крайней мере в здание динозавр вломиться больше не пытался. Пока. — Мда, чтобы охотиться на такую ящерку, танк нужен… Лучше бы тяжелый, и не один.

— Он все так же там и маячит? — Тоскливо спросила Аня, бросая взгляд на окно, из которого открывался вид на двор, идущую рядом с домом дорогу, а также неровные ряды крестов и памятников. А еще на новые достопримечательности старого кладбища: двухэтажный автобус с тонированными стеклами, который почему-то так никуда и не уехал и мертвого тираннозавра. И если первая из них стояла на одном и том же месте, то вторая периодически смещалась или вовсе ненадолго пропадала из виду. Но в течении часа возвращалась на чем-то так приглянувшийся ему старый погост. Может, ему там фон родственной силы какую-то подпитку обеспечивает? Проверить данную гипотезу, к сожалению, возможностей не имелось. Максимальное расстояние, на котором магические линзы засекали скопление какой-либо энергии, составляло лишь двадцать-двадцать пять метров.

— Да, наш ископаемый друг не только не собирается ложиться и помирать, чтобы его удобнее было закопать в могилу, но и по-прежнему неприлично бодр, быстр и свиреп для явного покойника. А еще он явно намерен объявить старое кладбище под нашими окнами своей любимой площадкой для прогулок, видно понравилось ему могилы шипованными пятками давить. И даже если мы ящера из окон не видим, это не значит, что можно выходить наружу. Сама знаешь, как быстро эта зубастая ископаемая курица умеет бегать, если хочет. — Вчера вечером мимо нашего дома проехал автомобиль. Вернее, попытался проехать. Динозавр догнал его, одним пинком перевернул, а после выгрыз из кабины отчаянно кричащих пассажиров. Причем помочь им я не сумел бы при всем желании, все случилось буквально за десять-пятнадцать секунд, если верить наблюдавшей трагедию Ане. Кстати, при свете дня стало заметно, что чудовище убил отнюдь не холод. Его левый бок, обильно покрытый коркой засохшей крови, пересекало пара дюжин крупных ровных отверстий с рваными краями, выстроившихся в почти ровную линию. Ящера расстреляли из крупнокалиберного пулемета или чего-то подобного…Вот только пули, увы, не избавили наш город от ужасного монстра, а лишь перевели его в несколько иное качество. Возможно, даже более опасное. — Да ты не отвлекайся, а то я настолько голоден, что уже задумаюсь о том, не откусить ли от тебя кусочек.

— Это несправедливо, — пробурчала Аня, шмыгая носом и недобро посматривая на меня. Нож в её руке метался туда-сюда, мелко шинкуя малость пожухлый кочан капусты. Голод нам в ближайшую пару недель не грозил, поскольку мы презрели право частной собственности и совершили кражу со взломом. Неоднократную. Короче, планомерно обыскали все квартиры нашего дома с третьего по пятый этажи на предмет вещей, которые могли бы нам пригодиться. Благо на железные двери потратилась всего парочка соседей, а когда у физически крепкого человека есть топор, ломик и кувалда, его не остановят даже они. Продовольственных запасов по шкафам, кладовкам и холодильникам нашлось немало, но первыми надо было съесть те продукты, которые не могли долго храниться на морозе или в комнатных условиях. — Почему если я женщина, то сразу должна готовить?

— Хочешь — поменяемся, — предложил ей я, сидя в глубоком кресле с высокой спинкой и меланхолично почесывая пушистого персидского кота, мурлыкающего во всю мощь своего маленького тельца и упорно пытающегося залезть повыше. Хотя, казалось бы, куда уж выше, если его холодный мокрый нос то и дело приходится от своего лица убирать. На голову, разве что…Воистину, нет лучшего средства для завоевания чьего-нибудь расположения, чем самая обычная вода. Ну, если тот, кому её нальешь, не пил уже двое суток. Или больше? Все-таки это с начала конца света уже пара дней прошла, а хозяева животного, едва не отдавшего концы от жажды в крепко запертой квартире, могли покинуть свое жилище еще раньше, забыв наполнить миску питомца. — Ты будешь перетаскивать с нижних этажей все полезное и интересное сюда, а я возьму на себя готовку, уборку, поддержание огня и наблюдение за окрестностями, чтобы спасателей не пропустить…

— Я, если честно, сильно сомневаюсь, что нас будут спасать, — Аня тяжело вздохнула и высыпала капусту в кастрюлю, которую поставила тушиться в печку…Вернее, здоровенный толстостенный казан, назначенный одновременно на роль кухонной плиты и обогревательного прибора. Отопление или электричество не спешили возвращаться в наш дом, а потому пришлось соорудить нечто вроде камина. Печь бы безусловно подошла лучше, но как её сделать, если нет ни инструментов, ни материалов? А потому пришлось довольствоваться открытым огнем, который поддерживали при помощи разломанной на куски мебели. Жаль только, до конца холодов обстановки брошенных квартир вряд ли хватит. Но есть и альтернативные виды топлива, даже целых два: книги и тряпки, от штор до одежды. — К обломкам вертолета так никто и не наведался, а уж если ради военной техники и её пилотов группу послать не удалось, то вытаскивать неудачников, подобно нам застрявших на верхотуре, власти тем более не станут.

— Значит, надо продолжать наш прежний курс действий и обустраиваться тут надолго. Тем более, с такой цепной собачкой у дверей дома случайных монстров или мародеров можно почти не бояться. А что она нас самих на улицу не пускает уже другой вопрос. — Я в очередной раз переложил кота с груди на колени и принялся почесывать ему уши. — Говорят, как новый год встретишь, так его и проведешь. Интересно, а к апокалипсису это правило тоже относится? Пока вроде примета сбывается. Начало Конца Света я провел в свое квартире, предаваясь неге и безделью, и в ближайшее время, чувствую, буду вынужден заниматься, в общем-то, тем же самым, пока остальные выжившие бегают, воюют и вообще всячески суетятся.

— Ну и мы тоже тогда давай займемся чем-нибудь полезным, — Аня ненадолго задумалась над тем, чем можно скоротать время, пока сидишь в осаде. — Зарядкой, например.

— Ага, парной. На кровати. Калории сжигать будем точно также, да и мышцам придется потрудиться, а удовольствия не в пример больше. — Усмехнулся я, намекающее кивая в сторону лежака, где мы сегодня ночевали в обнимку. И все равно замерзли, поскольку огонь на ночь тушили на всякий случай.

— Извращенец, — припечатала меня девушка, впрочем без особого накала возмущения в голосе. А в отношении прекрасного пола это почти уже декларация о сотрудничестве. Эх, если бы не холод и проблемы с гигиеной, я бы точно её дожал…Все равно больше заниматься нам тут вдвоем по большому счету нечем. Но увы, придется ждать потепления. Не то, чтобы я был идейным противником ролевых игр, но косплей эскимосов как-то не относится к числу тех фетишей, которые хотел бы попробовать.

Лезущий в лицо кот совсем обнаглел, а потому был безжалостно скинут на пол и ушел жаловаться на жизнь Ане, раздраженно поводя по сторонам пушистым хвостом, и оставляя где попало белые шерстинки. Линяет, однако…Впрочем, плевать. Проводить уборку или хотя бы просить об этом свою невольную спутницу я, если честно, в ближайший месяц точно не планировал. В конце-концов, мужчину бардаком не напугать, а трехкомнатная квартира, где мы в итоге обосновались, все равно не моя. Зато с массивным запором с внутренней стороны входной двери и целыми окнами, поскольку она располагалась с другой стороны дома от взорвавшегося вертолета. Кое-где, правда, стекло все равно треснуло…Но скотч решил проблему сквозняков. Впрочем, без особой нужды ни я ни Аня все равно старались не покидать одну единственную комнату с плотно запертыми дверьми, пол и стены которой мы в несколько слоев покрыли коврами и одеялами ради лучшей теплоизоляции. Внутри все равно было холодно, но хотя бы просто холодно, а не лютый февральский мороз.

— Апхчи! — Девушка едва успела отвернуться в сторону от капусты, тушащейся в компании нескольких сосисок.

— Будь здорова, — машинально пожелал ей я, а после задумался, что еще можно сделать в нашей текущей ситуации для повышения шансов на выживание или хотя бы облегчение быта в нелегких условиях апокалипсиса. Или уже постапокалипсиса? Где та тонкая грань, что отделяет одно от другого?

Во вскрытых квартирах нашлось не так уж много интересного или полезного. Старый пятиэтажный дом рядом с кладбищем уж точно не относился к числу элитного жилья, а потому и обитали в нем те, кто в лучшем случае тянул на средний класс. В основном к перечню награбленного относилась еда, которая не испортилась, несмотря на отключение электричества и замерзание дома. Инструментов было обнаружено немало, но топоры, молотки, ножи, сверла и прочие острые предметы все же в моем понимании скорее острый металлом, чем оружие. Даже если сделать примитивные копья или утыканные гвоздями дубинки. На мертвого динозавра с ними будет охотиться только самоубийца, на живого в принципе тоже. Более-менее успешно любители холодного оружия смогут справиться лишь с чем-то вроде убитой мною при знакомстве с Аней свинособаки. Ну, если они настоящие асы, пусть сразятся с каким-нибудь иномировым аналогом медведя. Вот только любая полученная ими рана за время честной сшибки грудь в грудь станет болеть, будет требовать долго лечения и снижать работоспособность, а то и вовсе сведет в могилу…Зато появился запас алкоголя, почти из каждой квартиры оказалось изъято по две-три бутылки хорошей водки или коньяка, приберегаемых на праздники.

— Семен, а чем ты занимался до того, как все это началось? — Спросила Аня, отвлекаясь от перемешивания овощей. — Я вот гастроэнтеролог по образованию, хотя работать пришлось детским терапевтом, поскольку в поликлинике других вакансий не было. Пошла в медицину, чтобы понимать, как себя лечить и лекарства всегда под рукой были.

— Ну а я инженер-электрик, чинил бытовую технику, — я встал с кресла, чтобы пройтись туда-сюда по комнате и размять ноги. — Но боюсь, мои навыки сейчас нам мало чем помогут. Чтобы соорудить из кухонных ножей, утюга и батареек огненный клинок для охоты на динозавров, надо быть настоящим гением…Вернее героем комиксов и видеоигр, потому что в реальности даже у Эйнштейна на пару с Кулибиным вряд ли бы чего-нибудь дельное получилось.

— Клинок не надо, а то ведь вместе с ним и сожрут за один укус. Лучше зажигательные дротики или баллисту, стреляющую горящими копьями смастери. — Хмыкнула девушка, мешая ложкой свое варево. По всей видимости, она тоже разделяла мое предубеждение в отношении холодного оружия. Нет, возможно в руках профессионала оно действительно может стать смертоносным…Но только против врага, который выйдет из боя поручив пару-тройку ударов. Нежить к этой категории точно не относилась. К тому же профессиональным фехтовальщиком быстро не стать, нужны годы тренировок и специфические рефлексы. И самый обычный арбалет, для овладения которым пары дней хватит, с лихвой заменит их в противостоянии один на один. Про огнестрел вообще молчу. — Выход на крышу у нас есть, сможем оттуда достать эту надоедливую тварь.

— Соорудить средневековую осадную технику теоретически возможно. А вот насчет её эффективности сильно сомневаюсь. — Я вновь вернулся к созерцанию пейзажа за коном. Монстр, так сильно портящий нам жизнь одним фактом своего существования, вернутся на кладбище и замер как истукан практически в самом его центре. Почему, ну вот почему он не уходит?! Обиделся на нас и дожидается возможности расквитаться?! — То заклинание, которым я приложил дохлятину прямо в морду, имеет явно выраженный зажигательный эффект. И хорошую бронебойность. Однако этой твари на него оказалось чуть менее чем наплевать. Если мы все же умудримся собрать нечто стреляющее, не промажем и воткнем в урода какую-нибудь горящую доску со стальным наконечником…Он тупо отбежит подальше, чтобы следующим выстрелом не попали.

— Но раны же на нем не заживают? — В голосе Ани слышалась отчаянная надежда.

— Вроде нет. — Провести мертвому тираннозавру стоматологический осмотр, чтобы изучить результаты воздействий боевой магии на плоть чудовища, не представлялось возможным. Однако свою добычу дохлый динозавр пастью хватал без малейших колебаний. И пусть даже дыры от пуль на его боку заживать не спешили, однако раны ничуть не мешали чудовищу бегать так быстро, что гарантированно уйти от него удалось бы только хорошей машине на ровной дороге без каких-либо препятсвий. — Но скажи, разве похоже, будто они ему сильно мешают?

— Явно меньше чем мне мигрень, кашель, насморк и температура. — Аня отошла от плиты, чтобы запить очередную порцию таблеток стаканом компота. Еды у нас было много: заготовленные на зиму соленья, чуть-чуть консервов, сыры, колбасы, мясо…А вот с водой и жидкостями на её основе дела обстояли похуже, пусть и не критично. Ванну принимать мы, конечно, не могли себе позволить, но умирать от жажды в ближайшую пару недель точно не собирались. Консервированные соки, несколько бутылок газировки и снег, который можно было собрать с крыши, отфильтровать и прокипятить, вполне позволяли всего двум людям держать настоящую осаду без необходимости выходить во двор. — И что ты предлагаешь? Снова взяться за эти проклятые перстни?

— Возможно, это не лучшая идея, но других у меня нет. — Я внимательно изучил ранку, оставшуюся на ладони после использования артефакта. Она выглядела чуть-чуть воспаленной, но в общем и целом заживала вроде нормально и на работоспособность ни капли не влияла. Еще одна или даже две-три таких проблемы не составят. Да и не обязательно в себя те шипы втыкать, опыт Ани показал, что достаточно легкого пореза. — Единственным, что может кардинально расширить наши возможности, является магия…К тому же разве у тебя самой не захватывает дух от самой возможности прикоснуться к чему-то подобному?

— У меня скорее поджилки трясутся при мысли о том, к чему может само существование подобных штук привести. — Девушка насупилась, а после подошла к окну и во все глаза уставилась на мертвого динозавра, изображающего из себя особо большой и реалистичный памятник посреди кладбища. — Вот только боюсь я магии или не боюсь, она есть и с ней приходится считаться. Да и солгу, если скажу будто не думала о возможности вылечить свой диабет при помощи тех средств, которые не имеют ничего общего с современной наукой.

— Думаю, науку нам придется теперь создавать новую. Или как минимум серьезно старую подкорректировать. — Степень опасности применения трофейных перстней с каждым часом казалась все менее и менее серьезной, чем риск выйти на улицу без поддержки волшебства. Особенно, если там будут те, у кого она есть. Чудо что, пока никто добраться до нас не пытался. Не то везет, не то наличие поблизости ходячего трупа хищного ящера заставляет менее серьезных человеоядных существ передвигаться очень тихо и искать себе иные охотничьи угодья. А те, кто слишком нагл или нерасторопен — съедаются. — Подстрахуешь во время экспериментов с перстнями?

— Как? — Скепсис из голоса девушки можно было ведрами вычерпывать. — Помолиться за тебя или добить в случае чего, чтоб не мучился?

— Ну, хотя бы и так… — Я вздохнул и принялся одеваться в уличную одежду. — Пойдем, спустимся в твою квартиру. Она все равно разгромлена, а через дыру на месте окна удобно заклинаниями на улицу швыряться.

— А как я тебя сюда обратно тащить буду? — Девушка возмущенно уперла руки в бока. — По частям? Всего целиком мне по лестнице не поднять!

— На площадку вытащишь, а дальше сам оклемаюсь как-нибудь. Но я обещаю проявлять осторожность и себя до обмороков не доводить. — Аня после создания мощного боевого заклинания практически сразу же почувствовала себя плохо, а еще у неё наружу вылез грипп…Но обострение текущих заболеваний и упадок сил были вполне терпимыми побочными эффектами. А я же ждал-ждал, пока слабость станет ну вот совсем нестерпимой, да так и не дождался, через пару-тройку часов начав постепенно приходить в норму. И спать лег только с наступлением темноты, и наутро чувствовал себя вполне нормально, с учетом не до конца долеченной инфекции, холода в чужой квартире и творящегося за окном безумного хаоса. Причина благодаря волшебным линзам была достаточно очевидна: если артефакт для создания чар выкачивает из носителя жизненную энергию, то болезненной худенькой девушке пользоваться им куда менее удобно, чем выросшему на экологически чистых деревенских продуктах здоровенному бугаю…Ну ладно, не бугаю, а нормальному крепкому мужчине. Хм, получается, по такой логике, чтобы быть сильномогучим колдуном и разбрасываться заклинаниями направо и налево, надо быть чем-то средним между штангистом и сумоистом?

— Итак, перстень с одной руной. Название ей будет присвоено по результатам эксперимента, в зависимости от создаваемого эффекта. Кстати, те чары, которые нам уже известны, предлагаю назвать градом пульсаров, поскольку на полноценные файреболы те горячие мячики не тянут. — Я надел волшебные очки и взял в руки один из трофейных перстней и тоненькую иголку из запасов Ани. Заодно и проверим, достаточно ли будет для активации артефакта упавшей на него капли или потребуется прямой контакт с кровью источника энергии. — Найди где-нибудь тетрадку, чтобы делать записи и саму руну в неё перерисовать. Может потом найдем, кому выгодно продать эту книгу заклинаний…

Капли крови, падающие на артефакт, не могли его активировать, сколько бы я их из себя не выжимал. А вот стоило дотронуться порядочно исколотым пальцем до одного из шипов украшения, направленного печаткой на изуродованный оконный проем, как перстень заработал. Опять я словно чихнул всем телом, оставаясь совершенно неподвижным, но на сей раз ощущения оказались заметно слабее. Да и через магические стекла было видно, что из моего тела вытащило совсем немного розовой энергии, в которой была лишь одна единственная алая искра. А вот с тем, чтобы определить на что именно пошла эта сила, возникли некоторые проблемы. Зависшая на доли секунды в воздухе руна трансформировалось в какое-то облачко, похожее на смесь тумана и дрожащего горячего воздуха. И полетело оно не вперед, а назад, прямо в меня! По телу разбежалось множество холодных колких мурашек, но никакого негативного эффекта заклинание вроде бы не оказало.

— Не сработало? — Нервно спросила Аня.

— Сработало, — я стянул с головы трофейные очки и прислушался к своим ощущениям. Пока все было нормально, разваливаться на части мое тело не спешило. В коленках чувствовалась некоторая слабость, но это было скорее всего вызвано моими же нервами. — А ты ничего не видела? Так…Будем разбираться.

Глава 7

— Я выгляжу в этой сбруе как огородное пугало, — недовольно пробурчала Аня, крутясь туда-сюда перед зеркалом.

— Не смотри на меня так, ты сама её шила. Я только дал идею, да помогал потом с металлическими компонентами. — Горячие девочки в кожаных мини-шортиках и скудном бикини, увы, даже после апокалипсиса будут встречаться только в мужских фантазиях. А климат в России не тот! Сейчас холодно и в куртках ходить придется минимум до мая месяца. А после начнут летать гудящими эскадрильями комары, солнце будет оставлять на бледной человеческой плоти ожоги, а голые коленки и лодыжки к тому же слишком легко оцарапать, если занимаешься чем-нибудь кроме неспешной прогулки по ровному асфальту. — И потом, пусть эстетика несколько пострадала, но функциональность то выросла! В этой шубе тебя теперь кто попало не сожрет…Ну или сожрет, но в процессе как пить дать порежется.

Постижение магии оказалось очень выматывающим процессом, даже если использовались меньшие из волшебных перстней. Творя при помощи своих трофеев по одному заклятию в два-три часа, я вымотался так, словно целый день пахал как лошадь. И это еще с учетом того, что Аня смогла переселить себя и использовала одно колечко с тремя рунами на нем. И тоже мгновенно устала до безобразия, но по крайней мере в этот раз не испытала немедленного желания заснуть. Нельзя сказать, что время оказалось потрачено зря, все же теперь в нашем распоряжении имелся целый волшебный арсенал, который было понятно как применять, но на следующее утро мы дружно решили заняться чем угодно, но только не колдовством. И стали мастерить броню из того, что сумели награбить. Как делать латы я не знал, но зато много раз видел животных, что несмотря на отсутствие прочных панцирей большинством хищников успешно игнорируются. Ежиков.

— Ладно, черт с ней, с красотой. — Тяжело вздохнула Аня, наклоняясь то в одну, то в другую сторону и внимательно следя, не нанесет ли она этими движениями сама себе пару уколов или порезов. Горло, плечи и рукава девушки прикрывали самодельные нашивки, ощетинившиеся короткими но острыми лезвиями ножей и бритв вшитых в ткань так, чтобы случайно не поцарапать владелицу одежды. Расставленные квадратно-гнездовым способом по поверхности шубы шипы из коротких гвоздей защищали живот, бока, и нижнюю часть спины. Лопатки должен был прикрывать рюкзак, который тоже обзавелся антивандальным и антизвериным покрытием. Ну а из двух зимних шапок мы сделали настоящий шлем, снабдив верхнюю из них множеством коротких острых рожек, торчащих по периметру вверх и в разные стороны. — Но двигаться мне тяжеловато! Целый день я такую тяжесть на своих плечах протаскать не смогу.

— Зато не укусят…Если не зомби. — Среди монстров, которых удавалось заметить из окон, подавляющее большинство выглядело живыми существами. Да и массового поднятия трупов со старого кладбища почему-то не происходило. Та троица покойников, которая встретилась нам в первый день, видимо являлась не правилом, а исключением. Как и тираннозавр, что упорно продолжал ошиваться вблизи выхода из подъезда, никогда не пропадая из виду дольше чем на час. — Теперь бы еще с нижней частью что-то придумать, чтобы за ляжки не схватили. Может, как с шапкой? К первому слою крепим гвозди, второй для тепла поддеваем под издырявленный верхний…

— Бронештаны можно сделать, но не надо туда острых железяк, — запротестовала девушка, которая как оказалось, умела неплохо шить. У меня во всяком случае имелась полная уверенность, что самодельный костюм для выживания в Новокузьминске мы раньше вечера следующего дня не закончим, а справились меньше чем за сутки. — Я же когда шагаю, могу запросто задеть ногами друг об друга!

— Мда, действительно. — Все-таки ежик с его коротенькими лапками и привычкой передвигаться на четырех конечностях пузом к низу лучше приспособлен к обороне при помощи колючек, чем прямоходящий человек. — Ну ладно, будем думать…

— Думай-думай, — покивала Аня. — Только к штанам не лезь, я сама ими займусь. И твоей курткой — тоже сама, а то вчера больше исправляла последствия чужих ошибок, чем делом занималась.

— Да разве ж я против? — Хмыкнул я и пододвинул кресло к столу, на котором лежала тетрадка, куда мы с Аней записывали вчера результаты наших колдовских опытов. Правда, немного пришлось повоевать с котом, который полагал будто источнику тепла, еды и чесания за ушами надлежит уделять все свое внимание его пушистому величеству, а не каким-то там сомнительным запискам оккультиста-естествоиспытателя. Не то, чтобы информации о практической магии получилось собрать много, но кое-какие сведения у нас все-таки появились. И у меня была твердая уверенность в том, что их стоит переписать и перерисовать на другой носитель. Чтобы легче оказалось систематизировать новые данные, чтобы был запас, которым можно поделиться и чтобы покрепче запомнить уже известные сверхъественные символы. Ведь не просто же так на золотых перстнях изобразили те или иные руны в определенном порядке? Наверняка изображения, которые непонятным образом оказывали на реальность довольно заметный эффект, являются часть некой более крупной системы!

Мощность доставшихся нам волшебных предметов и количество выпиваемых ими сил напрямую зависело от числа рун, нанесенных на перстни. А вот предназначение и полезность трофейных артефактов оценить оказалось чуть посложнее…Проще всего дела обстояли с теми безделушками, которые создавали заклинания, способные чего-нибудь разрушить и очевидно наносили вред живому и неживому. Среди принадлежавших вампиру украшений целых четыре были изготовлены как раз для ведения боя на средней и дальней дистанции. Причем целиться из них оказалось на удивление легко, удары волшебства может и нельзя было назвать в полной мере самонаводящимися, но если выпалить чары в нужную сторону с погрешностью в тридцать-сорок градусов, то они гарантированно поражали мишень. Вернее то, что считал таковой держатель перстня, спусковым крючком для столь своеобразного оружия служило сочетание крови на его шипах и агрессивные намерения.

Опаснейшим из артефактов, понятное дело, мог считаться тот, который нес на себе целых семь рун и создавал бронебойные горячие пульсары. Чуть менее разрушительным и выматывающим для колдующего являлся перстень с пятью таинственными символами, названный нами пустотной кляксой. Там созданные из жизненной энергии знаки сливались в одном большое и словно кипящее нечто, которое потом летело вперед…И место, куда оно попадало, просто исчезало. Во всяком случае, ни единого следа бетона в ассиметричной дыре примерно двадцати сантиметров глубиной и такого же диаметра обнаружить не получилось. Украшенное четырьмя символами кольцо создавало бешено вращающийся и перемещающийся по воздуху ледяной диск с зазубренными краями, полетом которого секунд десять можно было управлять силой мысли. И последний артефакт, один из самых маленьких, никакого видимого ущерба цели не причинял извергаемым из себя широким конусом, который был виден исключительно в магическом зрении. Проверено на бетоне и банке с квашенной капустой, которую жрать было невозможно из-за количества вбуханной туда соли. Но когда я вспомнил про способность вампира каким-то образом блокировать огнестрельное оружие и поразил заклинанием часы, то они встали на целых три минуты и пятнадцать секунд. Электрическая зажигалка, ставшая второй испытательной мишенью, впустую щелкала курком то же самое время.

Два артефакта явно относились к числу защитных. Первый из них, с тремя состыкованными вместе рунами, окружал владельца перстня едва заметным голубоватым ореолом, ни капли не мешающим движению, но останавливающим быстро летящие предметы. Прочность его измерить было сложно, но бросаемые Аней камешки почти полчаса отскакивали от меня только так. Еще один, на сей раз с пятью знаками, создал переливающийся всеми цветами радуги барьер габаритами примерно два на два метра. Я пять минут об него со всей дури молотком стучал, прежде чем он вдруг взял и рассыпался быстро погасшими искрами.

Последний перстень, тот самый с которого мы и начали испытания, идентифицировать так и не удалось. Что-то оно делало, но мы не могли понять, что именно. Предположительно это тоже была защита, причем вроде бы воздействующая сразу на все тело, только не совсем понятно, от чего же ограждало данное заклинание. Солнечный свет? Громкий шум? Неприятный запах? Похмельный перегар? В любом случае, нам оно вряд ли в ближайшем будущем принесет какую-нибудь пользу.

Когда на улице внезапно резко потемнело, несмотря на то, что сейчас вообще-то было два часа дня, я сильно удивился и отложил в сторону ручку. Спустя пару секунд, к сумраку добавились вспышки молний и грохот грозовых раскатов, заставив меня насторожиться, встревожиться и броситься к окну…Чтобы успеть затормозить в последний момент. Ане тоже вдруг стало резко интересно, что творится на улице, и поскольку девушка до сих пор была обряжена в нашу самодельную шипастую броню, близкий контакт с ней мог оказаться чреват изрядным количеством царапин или даже парой лишних дырок в организме.

— Это то, чем кажется?! — В голосе девушки, видевший своими глазами апокалипсис, шок мешался с изумлением.

— Ага, — только и смог подтвердить я, во все глаза взирая за творящимися на старом кладбище страстными обнимашками в исполнении двух бронированных ящерообразных чудовищ. — Наш дохлый друг нашел себе подружку…

— Хм, — Аня наклонила голову сначала влево, а потом вправо, видимо пытаясь взглянуть на катающихся по погосту чудовищ с чуть иного ракурса. — А ты уверен, что это не самец?

— Ну, первичных половых признаков же не видно, — впрочем, аргумент был так себе. У ящериц и змей они, по-моему, вообще на всеобщее обозрение не выставляются, в отличии от млекопитающих. — Хотя я ничего не отрицаю. Кто его знает, как там все устроено у драконов…Тем более, не очень живых.

На старом кладбище сошлось в жестокой битве два существа, которые не должны были находиться в нашем мире и одним своим существованием попирали законы природы. Громадный тираннозавр, не способный быть живым из-за многочисленных ран, которые так и не думали заживать сражался с ящером, у которого помимо четырех лап имелось два больших крыла, напоминающих таковые у летучих мышей. Все косточки в них мы могли видеть крайне отчетливо, поскольку они не были прикрыты кожей и мясом. В существе, которое заявилось почти к самому порогу нашего дома, вообще не имелось ни клочка плоти. Один лишь скелет, окруженный темным облаком…Почти таким же как то, которое сейчас закрывало небо и время от времени лупило молниями куда придется. Вот только размеры этого костяного дракона малость подкачали. Нет, он был крупнее любой виденной мной лошади, но не сказать, чтобы очень сильно. Раза в два, если крыльев не считать. Зато сопровождаемая погодной аномалией бестия проявляла буквально чудеса проворства, наскакивая на своего гигантского соперника с разных сторон и одновременно кусая его, царапая когтями на кончиках лап и хлеща хвостом, имеющим на конце стреловидное лезвие.

— Мне конечно было бы интересно узнать, кто победит в этой схватке…Но нам драпать то не пора, пока ближайший альфа-хищник занят разборками с конкурентом? — Аня покосилась в угол, где были сложены рюкзаки, набитые наиболее необходимыми вещами. Сменной одеждой, лекарствами, наиболее легкими и вместе с тем калорийными продуктами длительного хранения вроде мясных консервов и шоколада. Рядышком с ним стояла парочка самодельных копий, отличающихся от некогда принадлежавшей девушке халтуры большей надежностью и наличие поперечной перекладины, не позволяющей нанизаться на оружие, чтобы добраться до его владельца.

— Возможно, что и пора, — полагаю, сейчас был наиболее оптимальный момент для бегства, поскольку двум дерущимся чудовищам ну вот совсем не до двух людишек, выбравшихся из ближайшего дома. Из тираннозавра, тщетно пытающегося схватить юркого и вдобавок летучего соперника своей устрашающей пастью или пнуть колонноподобной лапой с огромными когтями, вырвали уже не меньше пары центнеров мертвого мяса. Его крылатому сопернику пока прилетело всего один раз, да и то вроде бы случайно. И хвостом, который несмотря на свои габариты являлся относительно безобидным, поскольку не нес на себе ни шипов, ни какого-нибудь иного оружия. Вот только этот удар заставил прокувыркаться дракона по земле метров пять и едва не стал для него фатальным. Загребающий кладбищенскую землю всеми конечностями включая крылья костяной монстр едва-едва успел отскочить в сторону, прежде чем угодил в захват способной разгрызть его как карамельку пасти. — Но мне кажется рановато чуть-чуть…Они ведь еще оба целые. Достаточно целые, чтобы устроить погоню, если заметят добычу. А от крылатого ящера, который к тому же может протиснуться в любое окно, мы точно не уйдем. И вообще, как насчет идеи поднять ставки, попытавшись добить победителя?

— Ты сумасшедший, — посмотрела на меня круглыми глазами девушка.

— Ну, может ты и права. Но подозреваю, что после апокалипсиса наличие каких-либо психических отклонений стоит признать примерно такой же непременной частью человеческого бытия, как и обитающие во рту бактерии. — Изволил пошутить я, наблюдая за дракой двух чудовищ и грозовым небом. Последнее точно сотворил дракон, но зачем, если молнии лупят куда угодно, но только не в его соперника…Стоп! А куда они лупят?! Те точки, которые поражают грозовые разряды, расположены отнюдь не на возвышенности! Удары стихии раз за разом бьют в металлические кресты на могилах и, если мне не кажется, они повторяются! — Но мы ведь не знаем толком куда идти, верно? В районе вокзала после той ночной бомбардировки больше не грохотало, но это отнюдь не значит, что победили военные. Танков же по улицам не ездило. И самолеты-вертолеты не летали. Так может лучше оставить в тылу надежную базу, куда в любой момент можно вернуться?

— Это безумие! В прошлый раз, когда ты спустил на тираннозавра град огненных пульсаров, он его едва заметил! — Аня сначала ответила, а потом задумалась. И медленно перевела взгляд на запасы, которые мы собрали в этой квартире и ну вот никак не могли унести с собой, поскольку они занимали слишком много места. А ведь их ценность в мире, пережившем апокалипсис, трудно было представить. Возможно она не так уж и велика, как нам кажется, но уж точно ценнее резанной бумаги с нарисованными на ней картинками. — Ты думаешь, мы из окна до них заклинаниями добьем?

— Сложно сказать, — на испытаниях пустотная клякса и ледяной диск летели вперед довольно далеко, может быть километра на полтора. Ну, если раньше никуда не врезались. Вот только двигались они хоть и быстро, но отнюдь не со скоростью пули. И кто знает, сработает ли на большой дистанции наведение на цель магических перстней. — Но проверять станем, только если победитель этого боя окажется сильно израненным. И лучше бы это был дракон, он кажется верткий, но относительно хрупкий…Ты глянь! Ты глянь, что делается!

Железные кресты, которые неоднократно поражались разрядами молний, внезапно дружно заискрили подобно неисправным линиям электропередач. Одновременно с началом иллюминации слегка помятый, но в общем-то целый костяной дракон взлетел в воздух, разрывая дистанцию со своим соперником. И даже тот факт, что одно из его крыльев оказалось перекушено пополам, не помешал владеющему магией чудовищу зависнуть в воздухе. Тираннозавр может и заподозрил, к чему все идет, но предпринять ничего не успел. С десятков кусков железа ударили разряды, которые били в одну точку. Ну, вернее все-таки в разные, но мертвого динозавра поразило по меньшей мере восемьдесят процентов всего того магического электричества, которое за все время искусственной грозы впитывалось в металл. Каждый удар волшебной молнии по отдельности был не столь уж и страшен для ожившего трупа. Подумаешь, новая обугленная рана, от которой в разные стороны ошметки взорвавшейся плоти разлетаются. Но их было много, очень много. И в результате плоть крупнейшего из чудовищ стесывалась буквально на глазах. Получив десятки попаданий обрушившихся на него со всех сторон, труп исполинского ящера зашатался и рухнул, конвульсивно дергаясь. Из его тела заструились в воздух потоки темного тумана, которые было хорошо видно благодаря тому, что тучи в небе стали стремительно рассеиваться. У создавшего их костяного дракона имелись более важные задачи, чем поддерживание погодной аномалии, уже выполнившей свою роль. Словно коршун он бросился к телу поверженного соперника и начал рвать когтями, крыльями и пастью ту субстанцию или сущность, которая исходила из трупа гигантского динозавра. Его добыча, в размерах превосходящая ту тварь которую Аня факелом сожгла в десяток раз, пыталась сопротивляться, хлеща победителя чем-то вроде постоянно меняющих свои очертания лап или щупалец, но в лучшем случае лишь оттягивала момент своего окончательного уничтожения.

— Эта костяная гадина разумна…Может не совсем так, как человек, но само наличие у неё интеллекта не вызывает сомнений. — Констатировала Аня, наблюдая за работой тщательно подготовленной ловушки. На стороне тираннозавра были размеры, выносливость и грубая мощь…Но победитель в этой схватке обладал кое-чем куда более полезным. Мозгами и магией.

— Вынужден согласиться, — для того, чтобы испепелить соперника в один момент костяному дракону все-таки не хватало волшебной мощи. Но он смог разработать тактику, которая привела его к победе, использовав самого себя в качестве отвлекающего фактора, не дающего сопернику выйти из заботливо подготавливаемой ловушки. — Пустотную кляксу осилишь? Я попробую сразу двумя перстнями ударить. Бьем на счет три.

— Ну, град пульсаров же меня не убил, значит выдержу, — девушка от волнения закусила губу, но все-таки решилась взяться за протянутое ей магическое кольцо. — Но если дракон выживет и убьет нас, я буду пилить тебя всю загробную жизнь!

— Серьезная угроза по нынешним временам, когда есть наглядные доказательства тому, что сверхъестественное реально, — нервно хмыкнул я, распахивая окно и впуская внутрь помещения холодный воздух. А после мысленно сконцентрировался на победителе в битве монстров и зажимая в ладонях оба трофейных перстня так, чтобы их печатки смотрели в нужную сторону. — Раз, два…Три!

Мне казалось, что одновременное формирование двух заклинаний из жизненной энергии может оказаться более опасным для здоровья, чем если использовать артефакты по очереди. В конце-концов, два относительно слабых удара наносят меньше вреда, чем один сильный, равный им по совокупной мощности. Сначала я активировал град пульсаров, а потом, когда формирование чар было завершено и комки энергии унеслись в сторону костяного дракона, вдавил в ладонь перстень, создающий ледяной диск.

Занятый не то пожиранием побежденного соперника не то просто его убийством костяной дракон заметил угрозу слишком поздно. Он успел судорожно дернуться и развернуть свою жуткую морду с зажатым в зубах побежденным соперником к несущимся прямо на него пульсарам, но семь комков разрушительной энергии уже были слишком близко, и все они попали в свою цель. Три прошили состоящую из черного дыма тварь навылет и врезались в верхнюю часть груди нежити, круша обнаженную реберную клетку. Два, также пройдя через полуматериальную тварь, проделали в обнаженном черепе крылатой рептилии здоровенные оплавленные дыры. Один почти перерубил шею, непонятно как разминувшись с преградой на своем пути. Последний окончательно отломал итак пострадавшее от зубов тираннозавра крыло. Сила ударов швырнула монстра на землю, но тем не менее запущенная Анейпустотная клякса все равно нашла свою цель, сожрав его тазовый сустав и оставив от него лишь отдельные обломки, от которых просто отвалились задние лапы. А заодно она и разорванные остатки поверженной сущности, ранее управлявшей телом динозавра, в себя втянула. Прибывший к месту назначения секунды на четыре позже ледяной диск прошелся по остаткам монстра циркулярной пилой, отделив от шеи изуродованную голову и наискосок проехавшись по каше на месте груди чудовища. Из останков ударили вверх струйки едва заметного на такой дистанции черного дыма, но в единое существо они так и не сложились, а просто рассеялись в воздухе.

— Мы сделали это, — ахнул я, чувствуя, как в теле постепенно нарастает усталость, усиливающаяся с каждой секундой. По всей видимости, большая потеря жизненных сил оказывала на организм примерно такой же эффект, как и отсутствие значительной части крови. Первые несколько секунд в организме все работает в общем-то как и прежде, а настоящие проблемы начинаются потом! Разом заболело все, даже то, что казалось бы болеть не может. Стало не хватать воздуха, каждое движение грудной клетки превратилось в настоящий подвиг, мысли стали путаться, глаза закрываться. Удерживаться в сознании получалось лишь неимоверным усилием воли. К сожалению, укрепить подкашивающиеся коленки она не могла. — Мы убили….Этих…Тварей!

Кое-чего я все-таки не учел. Надо было рядом с окном стул поставить. Или лучше одеяло подстелить, чтобы упасть на мягкое. Столкновение с холодным жестким полом получилось болезненным, причем настолько, что даже подступающее забытье ненадолго отступило.

— В битве тигра с драконом побеждает старая мудрая обезьяна, сидящая на дереве. — Опустившаяся рядышком Аня нервно ухмыльнулась, вспомнив старую китайскую поговорку. Или не китайскую? — Вернее, маги, спрятавшиеся в своей высокой башне и обстрелявшие победителя с безопасной дистанции.

— Мы не маги…Мы лишь пользователи волшебных колец… — Говорить получалось с трудом, думать тоже. Хотелось спать, а глаза закрывались сами собой. — Но это надо исправить…

Глава 8

— Семен, что ты делаешь? Стой…Не надо…. — В голосе Ани недоумение и изумление постепенно сменялись возмущением с нотками гнева и чуть ли не панки. — Остановись! Хватит!

— Ну не вопи, я постараюсь сделать все быстро, — попытка успокоить девушку звучала откровенно жалко и потому особого успеха не имела. Самое обидное заключалось в том, что процесс мне в настоящее время даже не нравился! Хотя по идее должен был. Однако, некоторые нюансы портили весь процесс, от которого в юности буквально захватывало дух. Кто-нибудь менее упорный давно бы плюнул и все бросил, но я не останавливался и продолжал, твердо намереваясь довести начатое до закономерного финала. В конце-концов, некоторые вещи просто должны быть сделаны! — Потерпи, пожалуйста, пять минуток. Или десять….Хотя нет, думаю меньше чем четвертью часа тут обойтись не получится.

— Ты сдурел?! — Взвыла Аня, а после судорожно задергалась на кровати, заходясь в кашле. — Мне…Мне нечем дышать! Прекращай!

— Ну, еще чуть-чуть потерпи, самое страшное ведь уже позади, — принялся уговаривать я девушку, аккуратно сводя вместе горячие и сочащиеся каплями расплавленного пластика рукояти более-менее одинаковых с виду кухонных ножей. Черт возьми, из какой дряни китайцы их отлили, раз она так воняет?! — Сейчас процесс прерывать нельзя, иначе вместо нормального оружия, над изготовлением которого я бьюсь уже битый час, получится полная ерунда.