Круглосуточно моя

    - В-в-лада, - слегка заикаясь от перенесенного стресса, ответила она. -

     -Я хочу уйти от мужа.

 - А, ну это все меняет, конечно! Прямо охренительный способ, - не отдавая должного драматичности момента, присвистнула Вася. – Ты прям так уйти, чтоб не оглядываться. Налегке. Без розовенького чемодана? Чокнулась, что ли? Что случилось? Изменил?

     -Нет.

     -Избил?

    - Почти.

   - Что значит почти? Нельзя быть почти беременной. Нельзя почти успеть на поезд. Нельзя почти избить. Можно ударить. Один раз. Много раз – уже избить. Слушай, давай будем считать, что ты просто дверью ошиблась и поперлась на балкон.  Я так понимаю, муж не обрадуется, если ты ко мне сейчас, посреди ночи, придешь. Да?

     -Да, - неуверенно ответила Влада. От ее новой знакомой веяло таким спокойствием и уверенностью, что она замерла. Впервые за долгое время она разговаривала не с продавцами, не со службой доставки, не с врачами. А с ЧЕЛОВЕКОМ, который поинтересовался, что у нее случилось.

     Затравленным зверьком надежда на то, что ей не привиделась сказочная Василиса, заставила ее переспросить:

     - Я могу прийти к тебе?

     - Ты придешь ко мне! И утро вечера мудренее, - совсем как ее Премудрая  тезка, резюмировала соседка. - Раньше десяти меня не буди, а потом стучи в дверь со всей силы, потому что звонок и вежливый тук-тук не работают. И уходи немедленно с балкона. Спокушки, - бодро попрощалась она и, развернувшись, направилась в комнату, уверенная в том, что девушка не сделает глупости.

          Даже на расстоянии от Василисы исходили такие флюиды уверенности в себе и в своих словах, что Влада, словно загипнотизированная, послушно покинула обещавший быстрое избавление от боли балкон.

     Естественно, она не сомкнула и глаз ночью, с нетерпением ожидая условленного часа.

Глава 4

      На Сергея, собиравшегося на работу, она не могла поднять взгляд, словно боясь, что тот прочитает ее мысли. Слава Богу, ее подавленность и страх быть пойманной, он самодовольно принимал за последствия вчерашнего воспитательного мероприятия.

    Даже если Вася ничем ей не поможет, она сама все равно что-нибудь придумает. Ведь кругом живут люди. У каждого свои проблемы. И как-то все разрешаются. Она же вчера выбрала самый трусливый способ. Сейчас ей стало по-настоящему страшно – не будь Василисы, она не увидела бы уже сегодня солнца, и от нее осталось бы только мокрое пятно. У Влады перехватило горло, сдавило грудь, нечем стало дышать. Мокрое пятно. Расплющенное, обезображенное тело убрали бы, кровь на асфальте смыли из шланга. И это мокрое пятно к полудню высохло бы. Все!!! Неужели для этого она пришла в этот мир? !

       Влада почувствовала, как холодный пот выступил на лбу, и вздрогнула.  Ведь и, правда, утро вечера мудренее.

      Она изнывала от нетерпения. Казалось, что какой-то зловредный карлик повис своим тщедушным тельцем на стрелках часов и не дает им двигаться.

   Наконец десять!!!  Влада пулей выскочила из квартиры. Приготовившись к долгой осаде, она слегка опешила, когда дверь распахнулась после первого же вежливого тук-тука.

    - Привет! Извини, что я тебе надоедаю, но мне не к кому обратиться даже за советом, а ты разрешила прийти, - виновато поздоровалась она.

    - Да о чем ты? Брось! Заходи!- радушно пригласила хозяйка.

     Теперь  у Влады была возможность рассмотреть как следует свою спасительницу. Невысокого роста, довольно худенькая, миниатюрная,  но невооруженным взглядом видно, что эта субтильность только маскировка, а на деле это просто портативная шаровая молния. Что наглядно подтверждало цепкое выражение ее потрясающих васильковых глаз.

   Короткие шорты и майка без лифчика, подчеркивающая красивую упругую грудь – никаких томных пеньюаров или утренних секси – халатиков, видать, она не признавала.

     - Пойдем на кухню, я как раз кофе поставила варить.

     -А ты одна? - опасливо оглядываясь по сторонам, спросила Влада. Ей страшно было подумать, что сейчас выйдет ее муж или любовник.

    - Одна, не волнуйся. Я сама себе хозяйка.

     Разлив в небольшие красивые чашечки сногсшибенно пахнущий кофе, навалив в вазочку кучу вкусных конфет, Василиса указала гостье на стул напротив себя и, поставив локти на стол, требовательно сказала:

     - Ну, рассказывай свою опупею. Ой, пардон, эпопею. И кофе пей, а то остынет.

     Влада, помявшись, ответила, что лучше постоит.

    Василиса непонимающе вздернула бровь. Вопрос открыто читался в ее взгляде.

     - Муж… вы..вы, - гостья покраснела и почувствовала, как спазм перехватил горло. Она просто не могла выговорить слово, называющее то, что ей приходилось терпеть.

       Что Вася подумает?!

     - Что, выгнал?

      -Вы-порол, - едва не зажмурясь, выпалила она. Сердце затрепыхалось, как воробушек, пойманный котом.

      Философский пофигизм разом слетел с лица Василисы. Глаза ее распахнулись, и она едва не открыла рот от удивления.

     -Вы-порол? - переспросила она. – Как это? БДСМ что ли?

     - Нет, - поспешно ответила Влада, а затем после секундного замешательства, - а может это и есть оно?

     Как же ей было стыдно! Но лучше перетерпеть сейчас этот позор и попросить помощи, чем вернуться к прежней жизни.

      - И что у тебя там, так сильно болит?

       Влада только молча кивнула.

     - А ну показывай! У меня пантенол есть, сейчас намажем. Он хоть и против ожогов, но тоже пойдет, - и, подхватившись со стула, словно Мини Купер, рвущий с места 100 км, метнулась к аптечке. Затем, не обращая внимания на протесты владелицы пострадавшей попы, быстренько задрала легкое платье и стянула с нее трусики.

      -Стой смирно! Командовать парадом буду я! Стыдно быть такой дурехой, а лечиться не стыдно,- и новоявленный Айболит принялся врачевать багровые , едва не сочащиеся рубцы. Затем приложила стерильную салфетку и вернула белье на место.

      - Садись аккуратно и рассказывай. Или сначала кофе попей, а потом рассказывай.

      Однако Влада, со вчерашнего обеда маковой росинки не державшая во рту, и сейчас не могла проглотить и кусочка. Через силу протолкнула кофе.   

      По- началу она с трудом выдавливала из себя слова, а затем, словно прорвав плотину, все обиды, нанесенные мужем, выплеснулись. И только ради одного этого стоило прийти к Василисе. Душа будто очистилась от липкой паутины унижений и оскорблений. Стало легко и страшно. Теперь точно она не сможет ни дня провести под одной крышей с мужем.

     Василиса не проронила ни звука, но видно было, что если бы Сергей попался ей сейчас под руку, она бы его сытую чиновничью физиономию подретушировала основательно.

    - Теперь понимаешь, почему я собиралась …с балкона?

     - Не понимаю. Как тебя вообще угораздило так вляпаться? Да как только начал унижать – все! Либо ставь на место, либо беги, так, чтоб пятки в задницу влипали.  Это закон жизни. Если он из тебя сделал жертву – не остановится. Откуда бытовое насилие идет, думаешь? От женщин. Раз простила побои, когда он на колени упал, клялся и божился. Сто пудов – повторится опять.

    - Вась, ну а вдруг это действительно был бы единственный раз? И он все осознал?

    - Ох, и глупая ж ты! Понимаешь, человеки – это те же животные. И многие звереют от вида крови. Войдя в раж, не могут остановиться. Понимают только силу!!! Запомни. Повернешься мягким брюшком – растерзают, как Тузик грелку.  В отношениях как на войне. Либо ты прогибаешь, либо тебя.

- А как ты отстаиваешь свои права? – Влада, на собственной коже познавшая, что значит прогневать мужа, выжидающе посмотрела на нее.

    Та, глядя на недоверчиво –восхищенное лицо новой знакомой, расхохоталась.

    - Ты не смотри, что я такая маленькая. Кому между глаз заряжу, скаковую лошадь обгонит! Но это в крайнем случае. Был у меня гражданский муж, я жила с ним почти  год, пока мне не надоело. Здоровый бугай такой. Сначала носился со мной, как с японской статуэткой. Пылинки сдувал. А потом начал потихоньку, как твой, гайки закручивать. Однажды мы поскандалили, и он меня ударил. Я отлетела в угол. А он такой королем проходит мимо и роняет: - И не смей на меня голос повышать! Иначе я напомню, кто тебя содержит!

     - А ты? – Влада округлила глаза. В правильно устроенном уме хорошей девочки не было никаких приемлемых решений, кроме как выполнить то, что он сказал. Но ведь и, правда, негоже на мужчину кричать? Это унижает его мужское достоинство!

     - Посидела я в углу, поджав хвост. Потом пошла на кухню, налила в чайник холодной воды. Подкралась неслышно к нему – а он лежит на диване такой весь из себя царь зверей. Я и вылила ровной струйкой все ему на причинное место. Он вскочил, как ошпаренный, глаза бешеной селедки, мать-перемать орет! Ты б видела! Собрался было мне еще отвесить. Но я отступила на шаг. И говорю тихо так и убедительно: «Еще раз меня ударишь, и в чайнике будет кипяток! Ты понял?!» Поматерился еще, сказал, что я чокнутая. Ну, с очевидным спорить глупо, так что я уж и не стала, - и Василиса озорно улыбнулась.  Ей так шла улыбка - она и без того зашкаливавшую харизму усиливала во сто крат.

      Влада даже забыла, в каком положении находится. Она любовалась этой  безумно обаятельной, отвязной девушкой. Наверняка, у нее жизнь гладкая и благополучная. Что ж, у всех все по-разному. Кто-то счастлив, кто-то нет.

    Словно угадав мысли по слегка завистливо-грустному огоньку в глазах соседки, Василиса пристально посмотрела на нее и сказала:

     - Ты думаешь, я с золотой ложкой родилась во рту?

      - А нет, разве?

          История Василисы

       - Мама у меня уборщица в школе, папа – рабочий по ремонту там же. Они счастливы, любят друг друга. Но я считаю, мур-муром сыт не будешь. Мне осточертело смотреть, как мои, золотые и любимые родители, после зарплаты садятся за стол и на калькуляторе подсчитывают, смогут ли они в этом месяце купить мне платье или надо еще поднакопить. Понимаешь, они счастливы, хотя самое большое путешествие у каждого из них – это поездка на дачу. И дача – это просто вагончик, куда складывают инструменты. Она не для отдыха, а для того, чтобы простояв раком весь день на жаре, потом собрать то, что можно спокойно купить в магазине и без всякого геморра. Мичуринцы юные, блин.  И потом на убитой шестерке с гордостью привезти урожай в город. Это образ жизни!!! Образ мыслей!  Ни кино, ни театр, ни кафе для них не существуют – это неразумные траты! Не говоря уже о море и теплых странах. Даже сейчас, когда я им неслабо помогаю, они все равно таскаются на эту дачу, все равно считают копейки. Понимаешь?! Все в голове! Обожаю Булгакова и его Мега-цитату: «Разруха не в клозетах, а в головах»

    Влада удивленно посмотрела на Василису. Она ей безумно нравилась, такая квинтэссенция драйва, практичности,  жизненной мудрости. Но вот с сигаретой в зубах она смотрелась более органично, чем с книжкой в руках.

      Любопытство пересилило чувство приличия, и она, набравшись храбрости, спросила:

     - Вась, а ты кем работаешь?

     Василиса сначала удивилась, а потом снисходительно улыбнулась, поняв, чем вызван вопрос.

     - У меня диплом по специальности «Менеджмент», так что книжки я читаю. Между прочим, диплом красный. А работаю я любовницей. Вернее любовницами. Не путать с эскортом.

     Влада, не видевшая особой разницы, удивленно подняла бровь.

    Как это?

    - Так это! Для чего я тебе про родителей рассказывала? Я не хочу такого счастья, как у них!!! Я не хочу зависеть от начальников, боссов, от инфляции, от государства. Я планирую начать свой бизнес, возможно, за границей тоже. Но для этого нужен стартовый капитал. Деньги. И я буду  их получать от щедрых мужиков, пока не будет нужной суммы. Чтобы не брать кредиты, не занимать и делать все с комфортом. Заработать честным трудом, вкалывая от зари до зари – бесперспективнячок. Кто весь день работает на дядю, тому просто некогда зарабатывать деньги! Состаришься раньше, чем накопишь. И ни на какое саморазвитие, ни на удовольствие времени не хватит. А я хочу иметь все еще в этой жизни! А не в следующем воплощении. К тому же там любой божьей коровкой может воплотиться!

       Для Влады было откровением, что можно так жить, так думать.

     - Прости, а кто твой любовник?- смущаясь от того, что задает нетактичный вопрос, спросила она.

     - Любовники. Сейчас один местный бизнесмен, который будет скоро депутатом. Он мне эту квартиру и купил. Второй турецкий владелец заводов, газет, пароходов. У него отельный бизнес. Так что я и там, и здесь.

     - А ты не боишься, что они узнают друг о друге? И тогда тебе не сдобровать, - боязливо поежившись, Влада  представила разгневанных мужчин. Вздрогнула, потому что каждый из них был с лицом Сергея.

     - Профессиональные риски есть всегда. Но два любовника - это как катание на лыжах.  Пока они идут параллельно, ты кайфуешь от ощущения полета, куража. Но не дай Бог лыжи пересекутся – трындец. Но я знаю, где у них рычаги управления.

Глава 5

    Василиса научит плохому

- И где у них эти рычаги?

     -Я тебе уже говорила, а ты невнимательная. В животных инстинктах.

      -Прости, я не сообразила, - виновато произнесла Влада.

       - Ты третий раз извиняешься ни за что, - констатировала факт Василиса. Брось это дело.

   - Прости, - Влада прикусила язык и беспомощно посмотрела на нее. – Вася, а я не могу не извиняться. Мне кажется, что я извиняюсь даже за свое существование.

    Понимая, что перед ней клинический случай, Василиса воздела очи кверху и простонала:

    - Влада, ты молодая, красивая девушка, и то, что этот урод превратил тебя в безропотную секс-рабыню еще не значит, что жизнь закончена. Мы тебя реконструируем, реставрируем. Ты у меня одним щелчком зубов будешь перекусывать пополам таких подонков. Кстати, ты говорила, что он заставлял тебя стоять с закинутыми за голову руками. Знаешь зачем? Это еще одно подтверждение его животности. Как бы мы ни хорохорились, но древние инстинкты живее, чем мы думаем. Есть жесты, телодвижения, которые и включают эти самые древние инстинкты.. Они действуют сразу на подсознание. От них у мужиков автоматически мозг переходит в спящий режим, а либидо зашкаливает. Он готов уже сражаться за тебя, чтоб заполучить. Зная это, мужика можно, как теленка за ноздри, вести, куда захочешь.

     - Не поняла, - все еще не пришедшая в порядок голова не давала Владе схватывать информацию на лету.

     - Убери с шеи волосы и повернись этим боком к нему – мужик уже захочет впиться туда поцелуем. Засмейся так, чтоб коренные зубы были видны – и он уже либо свой язык у тебя во рту мечтает увидеть, либо член. Выставленные на обозрение подмышки – крышеснос – он уже тебя хочет. Фильм старый есть «Основной инстинкт». Там за несколько минут героиня чуть ли не до оргазма доводит кучу мужиков только своими телодвижениями. Сплошное соблазнение. Приличный набор инструментов. Рекомендую.

     Влада раньше и не догадывалась, почему одни женщины вертят мужчинами, как хотят, а другие, как она, ценят себя не выше использованной туалетной бумаги. Оказывается, у нее инструментов не было…

      Но предаться дальше размышлениям Василиса не позволила.

      - Раз ты пришла ко мне, значит, понимаешь, что возвращаться к мужу – это ждать следующего раза, когда он тебя изнасилует. Тогда ты снова на балкон, а меня может там и не оказаться. Поэтому принимай решение.

     - Я приняла, если я не смогу от него спрятаться, мне останется только  балкон. По-прежнему я не смогу. Я любую работу готова выполнять. Только помоги мне укрыться, - Влада умоляюще посмотрела  на свою спасительницу, и слезы непроизвольно потекли из глаз.

      - Не реви. Я думаю. В Ёбурге тебе не спрятаться, аппарат губернатора – это тебе не Тимур и его команда. Поднимут на уши все службы. Затеряться в Москве можно. Но, прости, без обид, ты такая сейчас легкая добыча, что не отыметь тебя может только ленивый.

    Василиса закусила нижнюю губу и сосредоточенно что-то осмысливала.

   - Языками владеешь? – вопрос застал Владу врасплох. Она мучительно покраснела и беспомощно захлопала глазами.

    - Нет, - она глотнула воздух, - то есть да, меня Сергей заставил научиться  делать это. Но я не буду, - Влада едва не заплакала. Тут же в глазах потемнело, она рефлекторно сглотнула. Услужливая память сразу нарисовала картину, которую хотелось забыть: муж, железной хваткой держа ее за волосы, прижимает к своему паху и буквально насаживает на себя. Вбивается в глотку. Не обращает внимания, что она едва не давится, что слезы текут по щекам, только подстегивает: «Языком, языком..»

     Настал черед удивиться Василисе.

   - Это что Это ты имела в виду? – подозрительно переспросила она.

     - В рот. Когда.

    - Бля-я-яшка от сандаликов! – простонала Василиса.  – Когда в рот – это минет называется. И нечего краснеть. Сам минет есть, а слова нет? А ты оказывается испорченней, чем кажешься! Я спросила про языки. Иностранные. Ты ж на инязе училась?

     Влада едва не разрыдалась, нервы были на пределе, поэтому она и услышала то, что имело место в ее жизни и сильно ее травмировало.