Оракул

Выхожу из душного отделения на не менее душную улицу. Солнце уже высоко в небе и начинает парить в полную свою мощь. По привычке тянусь в карман шорт за пачкой сигарет, но, ничего там не найдя, разочарованно вздыхаю. Уже и позабыл, что по неведомой причине решил оставить её в комнате. Однако, сейчас желание наполнить себя никотином яростно бьёт мне в мозг и требует срочно обеспечить дозу. Может быть, вот тот самый повод бросить курить, которого я ждал несколько лет? Если честно, то такие "поводы" уже не впервой заставляли меня отказаться от сигарет, но каждый раз удавалось продержаться максимум пару дней. То на работе проблемы, то в семье, то настроение паршивое, то просто все вокруг курят, и тебе тяжело сдержаться — все эти основания вернуться в ряды латентных самоубийц чудом возникают, как только пытаешься завязать. Заметил удивительный факт: как только ты находишь повод бросить курить, то тут же появляются десятки причин этого не делать.

Сам понимаю, что ничего хорошего в этом занятии нет, но ничего не могу поделать: уж слишком слабая у меня сила воли. А что, если попросить Люси помочь? Она ведь контролирует моё тело и вдруг сможет погасить желание закурить так же, как смогла погасить эмоции? Плюс такая просьба не сравнится с тем, что она смогла залечить моё тело. Кстати, насчёт этой дамочки.

Пытаюсь мысленно с ней заговорить и как-то вызвать, но ответа не следует. Неужели она и правда спит? Ладненько, с сигаретами разобрался: подожду до тех пор, пока Люси не скажет, сможет ли мне помочь. Теперь же… Надо съездить за одёжкой. Возникает забытое желание приятно удивить человека, хотя в моём случае не человека, а какого-то пришельца. Уверен, что девушка обрадуется, когда проснётся, а пред ней предстану я в обновках.

Рядом никаких хороших магазинов с одеждой нет, а покупать что-то с рынка не хочется. Раз уж решил раскошелиться на новый "шмот", то надо купить нечто стоящее и нестыдное. Первое, что приходит в голову — торговый центр в сердце города. Я бывал там несколько раз и могу с уверенностью сказать, что выбор богатый, да и цены адекватные. Если прямо сейчас отправлюсь к метро, то буду на месте максимум через полчаса.

Именно так и решаю поступить.

От отделения до подземки мне было идти минут пятнадцать, и вот я уже спускаюсь в метро. Толкаю тяжёлые стеклянно-металлические двери, достаю из кошелька проездной и прохожу через турникет. Мощный холодный ветер от приходящего поезда врезается прямо в меня, пока я спускаюсь по широкой лестнице на платформу. Благодаря удачному стечению обстоятельств, пришедший состав следует в нужном мне направлении. Быстро заскакиваю в

открывшееся двери: внутри вагона почти никого нет. Присаживаюсь в серёдку и опрокидываюсь на спинку… Интересно, как называется эта штука? Ни диван, ни кресло, ни стул. Одновременно с закрывающимися дверями достаю свой смартфон и начинаю искать в интернете ответ на свой вопрос. Так-с, согласно информации с какого-то форума, эти места называются просто сиденья.

Стоп! Осознаю, что почти не помню, как очутился в вагоне. Сердце скачет, словно стая лошадей, а энергия переполняет всё тело. Эффект похож на тот, который возникает после двух больших чашек кофе. Настроение пробежать несколько раз вокруг города: ноги так и просятся вскочить с места. Самое удивительное в том, что я не помню, когда это началось. Рука сама тянется к волосам и начинает их быстро чесать.

Тук. Тук. Тук.

Со всех сторон начинают раздаваться звуки биения сердца. Но при этом каждый имеет свой источник. Поворачиваю голову в направлении одного из них — он исходит от бабушки, сидящей в другом конце вагона. Резко проверяю остальные источники. Всё абсолютно то же самое: звуки идут от людей, сидящих со мной.

Вокруг всё становится расплывчато. Рука, опять же сама, падает мне на переносицу и начинает тереть глаза. Складывается ощущение, что я снова не управляю своим телом, как и при встрече с Люси. Но нет. Чуть поднапрягшись, беру под контроль принадлежащие мне по праву конечности.

Держать глаза открытыми становится всё сложнее из-за боли в них. Закрываю лицо руками и пытаюсь успокоиться. Я отчётливо слышу биение каждого сердца в этом вагоне.

Господи, да что ж с моими глазами! Они просто горят! Будто целый день за компьютером сидел. Прикусываю губу, чтобы не закричать от жжения, и чувствую, как в рот начинает капать тёплая кровь.

Тук. Тук. Тук.

— Что с тем парнем? — слышу слева голос девушки. Вот её сердце. Она сидит в самом конце вагона.

— Хрен знает. Устал, — отвечает мужской голос. Он находится почти на том же месте, где и девушка.

Приоткрываю левый глаз и слегка расставляю пальцы, чтоб посмотреть на эту парочку. Там оказывается женщина лет тридцати и лысый мужчина того же возраста. В один миг они отворачивают головы, но… Я чувствую, как быстро начинают биться их сердца. Неужели я такой страшный? Мужчина, не поворачивая голову, пытается незаметно (так ему кажется) коситься на меня. Его зрачки сильно расширены, дыхание сбито… Ему явно страшно. Чёрт, как я это всё определил? Стоит мне встретиться с ним взглядом, как он тут же его отводит. Я

тоже хочу так поступить, но что-то непонятное мне мешает. Во рту начинает выделяться слюна.

Вот сейчас всё совсем ненормально. Не может такого быть! Нет!

С помощью огромных усилий смыкаю пальцы перед собой, чтобы ничего не видеть. Не могу сдержаться. Не могу!

— Станцыя Мiхалова, — объявляет женский голос на весь вагон.

— Выходим, — говорит тот самый мужчина, и я чувствую, как он хватает свою спутницу за руку.

— Но…

— Выходим! — кричит лысый.

Сердца парочки поднимаются и быстро выбегают из вагона. Так и хочется рвануть за ними. Сильно впиваюсь пальцами себе в лицо. Да что со мной, блин, происходит?!

— Асцярожна, дзверы зачыняюцца. Наступная станцыя — Грушаўка.

Проезжаю в таком состоянии ещё две станции. На каждой заходят люди, отчего количество сердец становится больше, и моя голова уже раскалывается от звука их стука. Это абсолютно асинхронные ритмы, которые давят со всех сторон. Но это ещё не всё. Я слышу каждый шёпот, каждое слово в этом чёртовом вагоне. Помимо всего прочего, мной овладевает чувство тревоги. Кажется, будто я в опасности.

— Станцыя Плошча Ленiна, — объявляют по динамику.

Моя.

Стоит поезду остановиться, как я вскакиваю с места и быстрым шагом выбираюсь на платформу. Убираю руки от лица, чтобы не выглядеть подозрительно, ведь второй раз за день быть на допросе желания нет. Боль в глазах уже почти отпустила, но окружение до сих пор размыто. Иду по ходу движения поезда. Мне срочно нужно добраться до туалета, чтобы умыться и прийти в себя. Если память не изменяет, то на этой станции уборной нет, так что придётся топать до торгового центра. Он совсем рядом, так что это не проблема.

Несомый потоком людей, я, почти ничего не видя, то и дело в кого-то врезаюсь и сталкиваюсь со всеми плечами.

— Посреди белого дня набухался! — слышится снизу раздраженный голос бабульки.

— По сторонам смотри! — возмущается мужик.

— А ты не оборзел, малый? — кто-то сильно толкает меня в плечо. Я бы с радостью ответил, но вместо обидчика я вижу лишь нечеткий силуэт человека, так что шансов у меня нет. А как же его сердце? А как же вообще все сердца вокруг? Я больше их не слышу.

Кое-как, весь обруганный, добираюсь до выхода из метро. Поднимаюсь наверх и выхожу на душную улицу. Через дорогу меня встречает товарищ Владимир Ильич Ленин, с высоко поднятой головой следящий тут за порядком со своей трибуны. По крайней мере, так было обычно. Сейчас же я едва могу различить его очертания на фоне Дома правительства позади. Торговый центр с символическим названием «Столица» находится под землёй, так что мне приходится опять спускаться под землю. Делаю парочку шагов вниз по лестнице и едва не падаю, но вовремя успеваю схватиться за поручень. Держась за него, спускаюсь. Мне кажется, что проходящие мимо меня люди пристально вглядываются мне в глаза, но подтвердить или опровергнуть это я не в состоянии.

Помимо расплывчатости, из вагона за мной увязалось и чувство тревоги. Не могу его объяснить, но кто-то будто следит за мной.

Минуя различные магазинчики и кафе, добираюсь до входа в торговый центр. Стоит мне открыть двери, как тут же встречаюсь взглядом с охранником: он щурится и осматривает меня снизу вверх, но, видимо, не находит, к чему придраться. Чем же я привлёк его внимание? А вдруг у меня сейчас глаза, как у наркомана в поисках дозы?

Сам торговый центр имеет три этажа и носит неофициальное, но довольно символичное название «Подземный город». Я стою прямо напротив атриума с огромным стеклянным куполом над ним. Слава Богу, помню, где здесь находится туалет, ведь когда-то мне пришлось ждать застрявшего там на полчаса знакомого. Сориентировавшись, двигаю к эскалатору и спускаюсь со второго на первый этаж. Людей тут сейчас немного, что вполне очевидно: все на работе.

Добравшись вниз, по памяти иду вперёд среди магазинов и сворачиваю налево в узкий коридор, который ведёт прямо к заветной двери. Твою ж мать. Я не могу определить, где находится мужской туалет, а где женский: они обозначены кружочком с треугольником, которые для меня в данный момент выглядят, как одно серое пятно.

Правая дверь открывается, и оттуда выходит нечто, похожее на мужчину. Буду надеяться, что не прогадал. Не успевает дверь закрыться, как я влетаю внутрь и первым делом мчусь к зеркалу с умывальником. Только вот отражение моё такое же нечёткое, как и всё вокруг. Поворачиваю кран на максимально холодную воду и, собравшись с духом, ополаскиваю лицо. Тело тут же дёргается от неожиданности и пропускает по себе вагон мурашек. Сознание вроде вернулось в привычный лад, так что решаю снова глянуть в зеркало.

Прикольно.

На меня смотрят два ярко-жёлтых глаза на фоне черного белка. Радужная оболочка вместе со зрачком имеют насыщенный жёлтый цвет, а склера черна, как ночь без луны. Выходит, вот почему та парочка в вагоне была напугана. Теперь и я напуган. Со всей силы сжимаю ребро мраморной столешницы, в которую вмонтированы умывальниками и вглядываюсь в своё отражение. Окружение снова становится размытым. Быстро обдаю лицо холодной водой, но лучше от этого не становится — четкость картинки не возвращается.

Да на что же я подписался? Не считая спасения моей жизни, пока идут сплошные минусы от симбиоза с Люси. А ведь она говорила, что будет множество преимуществ. Ладно, Артёмка, давай решать проблемы по мере их поступления. Надо что-то придумать насчёт глаз. Их внешний вид сейчас далеко не самая важная проблема: в наше время и не такие странности у людей увидишь. Нужно ещё одеться во всё тёмное, нос проколоть и тогда ко мне никаких вопросов точно не будет.

Гораздо важнее то, что я почти ослеп.

— Красивые глаза, не так ли? — сзади раздаётся размеренный мужской голос.

Поворачиваю голову.

Высокий серый силуэт стоит напротив меня. Вероятно, он вышел из кабинки.

— Не видишь меня, да? Ну, ничего страшного: такое со всеми случается в начале.

По помещению эхом разносится стук каблука об плитку. И ещё один. Медленно, но уверенно мужчина в туфлях делает шаги ко мне. Я полностью разворачиваюсь к нему и спиной упираюсь в столешницу.

— Не бойся, — его голос звучит приятно и успокаивающе. — Вот, держи.

Незнакомец протягивает мне какую-то стеклянную баночку с бордовым оттенком.

— Что это? — настороженно спрашиваю я. Чёрт, чувствую себя беспомощным ребёнком.

— Лекарство. Оно сразу вернёт тебе хорошее зрение, — мужчина второй рукой открывает пузырёк с характерным звуком лопанья.

Что это за запах? Раньше никогда такого не встречал, но он невероятно аппетитный. Во рту появляется слюна, прямо как тогда в метро. Мозг погружается в туман, и здравый смысл быстро испаряется. Хочется кушать.

Выхватываю баночку из рук мужчины и, не проверив содержимое, заливаю его в себя. Божественно… Солоноватый, отдающий металлом вкус кажется знакомым, но в то же время абсолютно новым. Тёплая вязкая жидкость стекает по горлу, и с каждой попавшей в желудок каплей я всё больше погружаюсь в нирвану. Голова начинает кружиться, как от выкуренной

сигареты после долгого перерыва. Колени подкашиваются, ноги становятся ватными, отчего медленно сползаю на пол и падаю на пятую точку.

Пару секунд нахожусь в прострации, пока, наконец, окружение не начинает приобретать чёткие очертания. Смотрю на свои руки: из непонятных прямоугольников они стали превращаться во вполне привычные конечности с пальцами. Первым же делом поднимаю голову к незнакомцу. Надо мной стоит хорошо сложенный мужчина в начищенных до блеска коричневых туфлях, сером клетчатом костюме-тройке, белой рубашке и узком красном галстуке. Короткие чёрные волосы с поднятой чёлкой аккуратно уложены; идеально выбритое лицо совершенно спокойно и не выражает никакой озабоченности, будто бы такое случается каждый день.

— Легче?

— Да, — отвечаю и тыльной стороной ладони вытираю с губ оставшуюся жидкость. У неё, оказывается, тёмно-красный оттенок. Начинаю осознавать, что я наделал и смотрю на пустую баночку в правой руке: на её стенках остались капли… Крови.

Прикрываю рот и отворачиваюсь. Терпеть не могу кровь: меня тут же всего выворачивает наружу и я еле сдерживаюсь, чтобы не блевануть.

— Все вы, новички, одинаковые. Давай помогу, — мужчина протягивает мне руку. Я сейчас не в том положении, чтобы отказывать, так что хватаюсь за неё и встаю.

— Спасибо.

— Тут не за что благодарить. Я лишь делаю то, что должен делать каждый человек: помогаю нуждающимся. Жаль, однако, что люди забыли об этом обязательстве.

— Но откуда вы…

— Узнал, что ты оракул? Потому что я такой же, — мужчина жестом показывает мне повернуться к зеркалу. Так и поступаю. В отражении меня снова встречают чёрно-желтые глаза. Незнакомец делает шаг в сторону, чтобы выйти у меня из-за спины и тоже оказаться в отражении.

— Какой ещё оракул?

Незнакомец внимательно смотрит на себя:

— Надеюсь, твой в данный момент спящий носитель уже успел рассказать об орах. Слово оракул происходит именно от них и превосходно подходит для обозначения таких, как мы. Оно не имеет ничего общего с пророками и прорицаниями.

— Таких, как мы?! То есть я не один такой? — перевожу взгляд с себя на мужчину в отражении.

— Далеко не один. С радостью рассказал бы больше, но мне пора идти, да и у тебя есть свой ор, который наверняка просветит обо всём, когда проснётся. Возьми эту визитку, — мужчина достаёт из нагрудного кармана пиджака чёрно-золотую картонку. На ней, кроме витиеватого узора, нет ничего.

— Она же пустая, — оборачиваюсь и осторожно беру визитку.

— Напряги глаза. Может возникнуть лёгкая боль, но это вполне естественно для новичков.

Не совсем понимаю, что он имеет в виду под словами «напряги глаза», но пробую максимально сфокусироваться на картонке. Ничего. Прищуриваюсь и мысленно пытаюсь заставить появится там хоть какие-нибудь буквы. И, о чудо! Они действительно появляются: «Медведь. [phone]».

— Если захочется кушать, то позвони по этому номеру. Медведь отвечает за всё, связанное с едой в нашем городе. Голод настигнет тебя примерно через четыре часа, так что рекомендую не тянуть, иначе будет ещё хуже, чем недавно.

— Что Вы подразумеваете под едой? — с плохим предчувствием спрашиваю я, опустив вопрос о том, как мне удалось увидеть буквы, ведь о таком можно будет спросить и у Люси.

Мужчина смотрит мне в глаза.

— Какой орган съел твой ор?

— Сердце.

— Неплохо. Тогда тебе нужны сердца. Оракулы питаются тем, чем становятся их оры. И только тем видом, кем являются сами.

— Ты же…

— Ты будешь питаться человеческими сердцами, иначе погибнет твой паразит, а вместе с ним и ты. Скажу сразу: даже не пытайся противиться голоду — это бесполезно. Несомненно, придётся переступить через некоторые привычные для общества принципы, но лишь так можно выжить и стать сильнее. Что ж, я и так задержался, — мужчина протягивает мне руку.

Стою в полном шоке. Мозг вот-вот взорвётся от полученной информации, но, на удивление, это не мешает критически и рационально мыслить. Хочется узнать как можно больше от этого мужчины, но прекрасно понимаю, что ему некогда. Судя по виду, он человек деловой и серьёзный. Смотрю на своё отражение. Точно!

— Последний вопрос: как мне избавиться от этих глаз?

— Выколи их.

Повисло молчание.

— Шучу, — с каменным лицом говорит незнакомец. — Не думаю, что ты сейчас способен сам убрать их. Этот взгляд пробудился из-за голода, так что он скоро исчезнет. Но рекомендую купить солнцезащитные очки, чтобы не пугать людей, пока не научишься контролировать глаза.

Мужчина протягивает мне руку, и я жму её.

— Как тебя зовут, парень?

— Артём Климов.

— Добро пожаловать в новую жизнь, Артём Климов, — мужчина разжимает руку и направляется к двери. — Уверен, что мы ещё увидимся.

Глава 6. Возвращение

" В душе люди редко меняются, просто многие с возрастом преуспевают в умении менять обличья. "

Джоан Харрис. "Другой класс"

Как только за незнакомцем захлопывается дверь, впиваюсь руками в волосы:

— Господи, да во что я влип? Какие, нахрен, человеческие сердца?

Чувствую, как руки слегка дрожат. Люси, да сколько ж можно спать?! С каждой минутой у меня возникает всё больше вопросов, так что будь уверена, что стоит проснуться, как я завалю тебя ими с твоих вымышленных ног до вымышленной, блин, головы. Мне теперь страшно даже просто стоять на месте, ведь никто не знает, что ещё случится с моим организмом. Вдруг сейчас рога и крылья вырастут?! С ними спокойно перемещаться по улице точно уже не получится. Хотя этот мужчина… Он выглядел вполне обычно, а ведь сказал, что такой же, как и я. Как же плохо, что не удалось узнать чего-нибудь побольше от него.

Вспоминаю о визитке в своей руке. Ещё раз смотрю на неё: снова пусто. Фокусирую взгляд, и буквы волшебным образом появляются. Медведь. В свете последних событий не удивлюсь, если это не прозвище, а действительно говорящее животное. Слышу приближающиеся шаги с разговорами. Так-с, я вообще-то приехал в торговый центр за одеждой, так что самое время её купить. А с вопросами насчёт этих «оракулов» разберусь, когда Люси соизволит проснуться. Надеюсь, что не умру к этому времени.

Бью себя ладонями по щекам, чтобы собраться, и направляюсь на выход из уборной.

Выйдя, вновь следую по узкому коридорчику и, дойдя до просторного холла, оказываюсь напротив фирменного магазина известного бренда одежды — именно это мне и надо. Прохожу между красными рамками и молюсь, чтобы ничего не запищало, ведь сейчас и такое возможно. Охранник, как и на входе в сам торговый центр, внимательно смотрит на меня, но ничего предъявить не может. Линзы у меня такие, старина.

Первым делом ищу мужской отдел и двигаю туда. Никогда не любил долго возиться с выбором одежды, так что спустя пару минут беру понравившиеся вещи и иду в примерочную. Затем, оставив то, что мне подошло, направляюсь к кассе. Там, наряду со всякими безделушками, висели на стенде и очки. Мой выбор пал на абсолютно чёрные квадратной формы. Оплачиваю покупки, выхожу из магазина и надеваю свои «окуляры».