Нелюбезный Шут

Как ни обидно было это слушать, не признать правоту Шута я не могла. Кронтуш был слишком огромен, и, положа руку на сердце, этим он меня и манил и пугал одновременно.

— Не волнуйся, по городу погуляешь: мы задержимся здесь на пару дней, — успокоил меня Джастер. — Но сначала ярмарка.

Всего два дня в таком городе? Да я же ничего не увижу, кроме своей работы!

— А ты чем займёшься?

— Делами, — усмехнулся он, вставая из-за стола. — И найду место для ночлега. Кровати тут хорошие. В кои веки поспать можно, а не мучиться.

Отдыхать и приводить себя в порядок — это он не пошутил, как выяснилось. Едва служанка сообщила, что купальня готова, а я успела подосадовать, что придётся после мытья надевать пыльное платье, как в дверь комнаты постучали, и на пороге возник невысокий коренастый человек в зелёном костюме. За его спиной стоял худой подросток со свёртком в руках.

Представившись мастером Подериусом, портным, неожиданный гость без лишних церемоний разложил передо мной красивое чёрное платье из тонкого муслина. Идеально для летней жары, но в лесу от такого очень быстро останутся лохмотья.

— Ваш охранник сказал, что госпоже нужен подобающий наряд для приёма посетителей, — пояснил он в ответ на мой безмолвный вопрос.

— Сколько? — Я вдруг испугалась, что у меня может не хватить денег. Не так и много я заработала в Стерлинге и к тому же потратилась там на обновки…

— О, не волнуйтесь, госпожа, ваш «пёс» уже передал мне оплату, — улыбнулся мастер Подериус.

Мне ничего не оставалось, как в очередной раз сдержать изумление и, сделав вид, что так и надо, кивнуть в ответ.

Проводив портного с подмастерьем, я подумала, что опять Джастер платит за нас обоих, а я пока ничем ему не помогла…

Когда я вернулась из купальни в новой одежде, меня уже поджидала Тарьяна, чтобы забрать старое платье в стирку и починку.

— Что-то ещё? — Я посмотрела на девушку, переминавшуюся с ноги на ногу.

— Да, госпожа, если позволите.

— Говори, — милостиво кивнула я. Мне определённо нравилось быть такой госпожой ведьмой. Ещё бы Джастер вёл себя наедине как при людях…

— От вас так чудесно пахнет, госпожа! Что это? Волшебство? — Девушка поспешно опустила взгляд. — Простите за дерзость…

— Это называется духи. — Я улыбнулась, понимая, зачем Шут заставил меня намазаться ими. — Завтра я буду их продавать на ярмарке.

— Почём, госпожа?

В голубых глазах была настоящая мука, смешанная с жаждой получить такую вещь. А ведь я даже не думала, по какой цене продавать новые зелья и эти самые духи, потому что последние дни была занята совсем другими мыслями.

— Не дёшево. — Уклончивый ответ, но точнее я сказать не могла. — Но тебе я сделаю скидку.

— Благодарю, госпожа!

Счастливая Тарьяна упорхнула за дверь, оставив меня в неожиданных воспоминаниях и размышлениях.

Не ценю себя и того, что делаю, да?

Ох, Джастер…  Умеешь же озадачить…  Я покачала головой, достала сумку с магическими запасами, и села за стол.

Себя оценивать мне ни к чему, я не уличная девка. Платье теперь новое, выгляжу хорошо: мужские взгляды я видела, — и хватит.

А вот как теперь оценить уже готовые зелья? За золото и серебро продавать, не дешевле? Хмм…

Я задумчиво достала перо и макнула в чернила, пожертвовав под запись один из листов своей книги.

Надеюсь, Джастер появится к ужину, чтобы я успела с ним обсудить эти вопросы.

Продешевить с новыми зельями на ярмарке Кронтуша мне совсем не хотелось.

Джастер появился намного раньше, чем я рассчитывала. Солнце только клонилось к вечеру, а я ещё раздумывала над ценами, когда он без стука распахнул дверь.

Я вздрогнула от неожиданности, а Шут закрыл дверь и прислонился к косяку, сложив руки на груди.

— Собирайся и пойдём, — заявил он без всяких церемоний. Никаких тебе «госпожа», «как скажете», «позволите»…

— Куда? — Я отложила перо и закрыла книгу.

— За покупками, — усмехнулся он в ответ на моё недоумение. — Заодно город посмотришь. Или ты передумала?

Передумала? Ещё чего!

Фыркнув в ответ, я спрятала книгу обратно в сумку с зельями и потянулась к торбе, где хранила деньги.

— Не бери. — Джастер смотрел на меня с усмешкой. — Ты же госпожа ведьма, забыла?

— То есть мне без денег за покупками идти? Да мне же никто…

Шут снисходительно усмехнулся, и я замолчала, подавив лёгкую обиду и ожидая пояснений.

— Это не деревня, это Кронтуш, ведьма. Здесь достойные и уважаемые дамы ходят за покупками без денег. За них расплачиваются мужья, отцы или управляющие.

— И кем ты себя считаешь? — Я хмуро смотрела на невозмутимого Джастера. Вот как ему удаётся сказать приятное и задеть мою гордость одновременно?

— Наёмником, — парировал он, привязывая кошель на пояс рядом с Живым мечом, — охраняющим госпожу ведьму. Заработаешь завтра и будешь рассчитываться за себя сама.

— Идём. — Я взяла ключ от комнаты и сердито бросила его Шуту. Хочет, чтобы я вела себя как госпожа, — получит.

— Как скажете, госпожа. — Усмехнувшийся Джастер ловко поймал ключ, сунул его в кошель и, изобразив поклон, открыл передо мной дверь. — Прошу.

— Куда мы идём? — Я сменила гнев на милость, когда мы прошли несколько улиц, и я попривыкла к многолюдью вокруг и к высоким домам в несколько этажей. К тому же Шут больше не произнёс ни слова, заставив меня томиться в полном неведении и изнывать от любопытства.

Джастер, как обычно, уверенно шёл впереди, и хотя его спина закрывала мне обзор, идти за ним было спокойно. Как ни странно, люди предпочитали уступать ему дорогу, а затем многие смотрели нам вслед. Я же старалась не подавать виду, что замечаю эти косые взгляды, но обратила внимание, что вокруг слуги следуют за женщинами, а не наоборот.

Впрочем, Джастер же играл роль охранника, а не слуги. Да и не знала я города, чтобы вот так уверенно идти к неведомой цели.

И хотя вокруг нас люди расступались, я несколько раз чувствовала, как меня словно невзначай толкают или задевают рукой. Виновники тут же растворялись в толпе, а я молча радовалась тому, что по совету Шута не взяла ни торбу, ни кошелёк. Очень уж лёгкими и характерными были такие столкновения, чтобы счесть за простую случайность.

Джастер же держал кошель хоть и на виду, но под рукой, очень недвусмысленно лежащей на рукояти Живого меча. И этого предупреждения любителям лёгкой наживы вполне хватало.

— За покупками, — откликнулся Шут, обернувшись через плечо. — Потерпи и увидишь. Почти пришли.

С этими словами он свернул на очередном перекрёстке, и мы оказались на улице стеклодувов.

Как здесь всё сверкало! Солнечные лучи пролегли вдоль улицы, и выставленный в лавках товар сиял и искрился на свету, ослепляя и восхищая одновременно. Вазы, графины, бокалы, чаши, низки разноцветных бус и бисера…  Можно подумать, я попала в настоящую сокровищницу из сказки…

— Идём. — Негромкий голос вернул меня на землю. Джастер снова шагнул вперед, и чёрная рубаха мягко заиграла в разноцветном мерцании. Сморгнув, я вспомнила, что должна вести себя как госпожа ведьма, а не деревенская девчонка. Приняв серьёзный вид, я последовала за Шутом, размышляя, зачем же мы сюда пришли. Всё необходимое для приготовления зелий у меня уже есть, покупать что-то про запас рано, я ещё ничего не продала. Бусы и бисер, как бы красивы ни были, я не ношу: не ведьминское это дело. Да и жалко будет потерять такую красоту в лесу или в дороге…

— Прошу, госпожа. — Джастер остановился перед одной из лавок и с лёгким поклоном указал на распахнутую дверь. — То, что вы искали.

Я искала? И что же это такое, хотела бы я знать…

И почему Шут выбрал именно эту лавку? Вон, у других-то, народа куда больше толпится. Мужчины и женщины посуду покупают, девушки бусины и бисер выбирают…  А здесь и не выставлено ничего.

Из открытой двери выскочил взлохмаченный подросток-подмастерье. Волосы у него отливали рыжим, а лицо было усыпано веснушками.

— Заходите, почтенные! — радостно и щербато заулыбался он. — У уважаемого мастера Извара самый лучший товар на всей улице!

Джастер всем своим видом дал понять, что я должна идти первой. Мне ничего не оставалось, как скрыть недоумение и, приподняв юбку, перешагнуть порог лавки.

— Госпожа ведьма, добро пожаловать, — отозвался откуда-то из полумрака старческий голос. — Чем могу служить?

— Госпоже Яниге нужны флаконы для зелий, — наконец-то озвучил причину нашего визита Джастер, пока мои глаза привыкали к переходу от яркой улицы к сумеречному небольшому помещению, перегороженному поперёк прилавком. — Маленькие и изящные.

— Кхе-хе, — раскашлялся сидевший по ту сторону пустого прилавка мастер. Седой и в таких же веснушках, как стоявший в почтительном молчании мальчишка. — Вижу, госпожа ведьма понимает толк в настоящих изделиях.

— Разумеется, — не дал усомниться во мне Шут. — Что вы можете предложить?

— Какого рода флаконы нужны госпоже? — Старик переключил внимание на Джастера, как ни в чём не бывало. Видимо, такие разговоры слуг и продавца в присутствии «достойной дамы» тут считались нормой.

— Для мазей и жидкостей. На маленькие порции.

Улыбка уважаемого Извара несколько поблёкла. Тем не менее, мастер кивнул, и мальчишка послушно выставил на прилавок несколько невысоких ящичков, в ячейках которых лежали небольшие круглые баночки с притёртыми крышками и плоские узкие флаконы, наподобие тех, что я обычно покупала по три «шипа» за пару. Только эти склянки были раза в два меньше по размеру. И зачем они мне?

— Два «листочка» за пять штук, госпожа. — Мальчишка жестом указал на товар, предлагая мне выбрать.

Сколько?! Они что, с ума посходили с такими ценами?! Да за две серебрушки таких склянок можно у любого стеклодува почти два десятка купить!

Сдержав возмущение, я только приподняла бровь, недоумевая: неужели ради этого мы сюда шли?

— И это всё, мастер? Люди говорили, у вас есть особенный товар. — Спокойный и невозмутимый тон Шута заставил старика негодующе выпрямиться и внимательно присмотреться к таким странным посетителям, точнее — к кошелю на поясе Джастера, пытаясь определить нашу платежеспособность. И теперь я поняла, почему Джастер не пожалел денег мне на новое платье. Будь я в старом, потрёпанном, этот уважаемый мастер меня и на порог бы не пустил.

Как же отличается этот город от всего, что я раньше видела… ..

Я постаралась принять невозмутимый и скучающий вид, решив полностью довериться Джастеру.

— Есть ещё кое-что, почтенные. Нанир, принеси ларец с фиалами.

Мастер Извар кивнул, и подмастерье скрылся в глубине дома, чтобы через некоторое время вынести и поставить на стол невысокий и широкий ларец. Под резной крышкой, в ячейках, обитых синим бархатом, лежали настоящие драгоценности.

Точнее, там лежали крохотные пузырьки такой формы и красоты, что назвать их иначе у меня просто язык не поворачивался. Фигурки зверей, цветы, огранённые кристаллы и сосуды, украшенные узорами, с крохотными, плотно притёртыми красивыми пробками — эти фиалы, как назвал их стеклодув, стоили, наверное, целое состояние.

— Вам нравится, госпожа? — Хитрый старик внимательно наблюдал за мной. Я кивнула, постаравшись не показывать эмоций. Не знаю, сколько он хочет за эту красоту, но мой восторг поднимет цену ещё выше.

— Неплохо. — Я с деланным равнодушием отошла от ларца. — Сколько вы за это хотите?

Мастер Извар расплылся в такой улыбке, что мне захотелось немедленно сбежать из лавки, пока нас догола за эти пузырьки не раздели.

— Две «розы» только для вас, юная госпожа!

Я чуть не поперхнулась от неожиданности. К таким ценам я оказалась совершенно не готова.

Джастер же шагнул вперёд, наклонился к ящичкам и по-детски наморщил нос, пальцем демонстративно пересчитывая количество пузырьков и шевеля губами с таким видом, словно счёт давался ему с большим трудом.

— Э…  Почтенный…  Что вы делаете?

Стеклодув с недоумением смотрел на Шута. Кажется, он сталкивался с подобным поведением впервые. Впрочем, я была удивлена не меньше. Но, помятуя об устроенном представлении перед воротами, поняла, что, скорее всего, это новый спектакль Джастера.

Сильно я сомневалась, что он настолько плохо считает, как это сейчас показывает.

— Что-то я не понял. — Шут выпрямился и озадаченно почесал в затылке. — Откуда тут две «розы»? Здесь и на «бутон» не набирается.

— Постойте-постойте, почтенный! — Мастер коршуном навис над товаром по ту сторону стойки, пока я пыталась прийти в себя от неожиданности и не рассмеяться от такого резкого снижения цены. — Как это — не набирается?!

— А где набирается-то? — Джастер недоуменно смотрел на стеклодува. — Вот этих — два десятка, этих столько же. Один «листок» за пять штук, получается четыре «лепестка» за всё. И этих пятнадцать. Всего…

— Но эти же по «лепестку» за штуку стоят! — Возмущённый мастер обхватил ларец руками. — Это же произведения искусства! Вы таких даже в столице не найдёте!

— По «лепестку», значит…  ага…  — проигнорировал возмущение Джастер, задумчиво возведя глаза к потолку. — Тогда «бутон» получается и девять «лепестков». Всё равно меньше «розы». Вот если вы ещё столько же ваших замечательных склянок добавите, тогда да-а…

Лицо стеклодува, ошеломлённого подобным заявлением, покрылось красными пятнами. Мальчишка-подмастерье за его спиной старательно зажимал рот руками, с неподдельным восхищением глядя на торгующегося Шута, а я так же старательно пыталась сохранить невозмутимый вид.

Джастер же, не давая мастеру прийти в себя, развернулся ко мне.

— Что скажете, госпожа?

Я только кивнула, потому что сказать мне было совершенно нечего. К счастью, этого оказалось достаточно.

— Вот и чудесно. — Джастер двумя золотыми «розами», припечатанными о прилавок, решительно поставил точку в торге, не давая открывшему было рот мастеру даже слова сказать. — Госпожа Янига становилась на Торговой улице, в «Праздничном гусе». Все фиалы нужно доставить сегодня до заката. Приятно иметь с вами дело, почтенный Извар. Прошу, госпожа.

После поклона-приглашения к выходу, я только кивнула мастеру, сердито хмурящему брови, и, подхватив подол юбки, вышла на улицу, сощурившись от яркого света.