Естественной реакцией молодежи на такое отношение, дополненное чрезмерной родительской увлеченностью работой и окостенелостью общественных установлений, является ее радикализм. Уровень его едва ли не самый высокий в Европе. Что ж, молодые швейцарцы такой радикализм могут себе позволить: по некоторым оценкам, сумма карманных денег, получаемых юным поколением швейцарцев за год, сопоставима с валовым национальным продуктом некоторых стран Африки.

ПРИСТРАСТИЯ И ПРЕДРАССУДКИ

У швейцарцев множество самых разных пристрастий и навязчивых идей. Одним из таких пристрастий стала вечная озабоченность состоянием воздуха.

Чистый воздух

Хотя швейцарцы чрезвычайно любят свежий и чистый воздух, в их домах любое бесконтрольное его движение возбуждает страшные подозрения в сквозняке и решительным образом пресекается. Швейцарцы глубоко убеждены в том, что даже краткое — длящееся хотя бы несколько секунд — пребывание на сквозняке чревато опасностью подвергнуться любому из известных человечеству недугов. При строительстве швейцарских домов применяется немало хитроумных решений, чтобы исключить всякую возможность проникновения в помещения сквозняков и не позволять им там свободно разгуливать. При этом каждое утро, забыв о своих страхах, швейцарцы распахивают окна настежь и выставляют для проветривания свои постельные принадлежности.

За пределами своих домов одержимость швейцарцев чистотой воздуха достигает маниакальных размеров. Свои домашние антиядерные убежища они зовут несколько неуклюжим именем — «подвалы для сохранения воздуха». Они, судя по всему, убеждены, что и воздушную среду своей страны можно герметически отделить от окружающего мира.

Газеты ежедневно публикуют отчеты и прогнозы о состоянии атмосферы, о содержании в ней озона, двуокиси серы и двуокиси азота. Уровень загрязненности воздуха — это вопрос политический в не меньшей степени, чем уровень безработицы. Политики выигрывают и проигрывают выборы в зависимости от того, как им удается справляться с проблемой воздуха. Можно сказать, что поддержка избирателей в определенной степени зависит от умения политиков «держаться за воздух».

Швейцария была первой европейской страной, которая ввела обязательную установку в автомобильных двигателях каталитических конверторов, и теперь три четверти всех имеющихся в стране автомашин оснащены этими устройствами. Все нагревательные установки в системах парового отопления и горячего водоснабжения обязательно подвергаются контролю на содержание вредных газов в выбросах продуктов сгорания. И если показатели не соответствуют нормам, то установка подлежит замене за счет владельца.

Ирония состоит в том, что при всем этом большинство швейцарцев — заядлые курильщики, а для борьбы с курением делается крайне мало. В ресторанах нет «некурящих» отсеков, а сигареты в известной своей дороговизной Швейцарии едва ли не самые дешевые в Европе. Солидная швейцарская газета «Tages Anzeiger» даже издевается над международным днем борьбы с курением, называя его днем курильщика.

Всеобщий контроль

Швейцарцами владеет ненасытное желание подвергать у себя в стране все и вся — а также всех — постоянному и неусыпному контролю. Все жители при переезде из одного района страны в другой должны зарегистрироваться в местной общине и не забыть выписаться с предыдущего места проживания.

Ускользнуть от желания подвергнуться контролю со стороны швейцарских любителей строгого порядка не удается даже матушке-природе. Швейцарским рекам уже давно не позволено свободно, как они это делали веками, виться по долинам и между скалистых утесов. Теперь швейцарские реки — с превеликой пользой для дела — текут по спрямленным и одетым в бетон руслам. Разумеется, выходить из берегов рекам теперь строго-настрого запрещено. В некоторых городах, чтобы увеличить городское пространство и сделать его более удобным, небольшие реки и вовсе загнали в подземные трубы. Правда, сейчас кое-где появилась тенденция к освобождению подземных узниц, но им все равно предписывается течь по указанному человеком маршруту, а не по собственному руслу. Тяга к регламентации не обошла стороной и горные пастбища. В целях контроля за влажностью их оснастили дренажными системами, и теперь они покрыты, кроме коровьих лепешек, еще и крышками люков, похожих на люки городских подземных коммуникаций. Лепешки, естественно, убирают на удобрения, а люки остаются.

Снегопад, снегопад…

Страсть ко всеобщему контролю и предписаниям подчиняет себе и швейцарскую зиму. Снегу в это время года иногда полагается падать. Он нужен для обновления лыжных угодий. Но в городах и весях отношения людей и снега более сложные. При виде первых снежинок объявляется снежная тревога — и на дороги выходят легионы снегоочистителей. Они распределяются по всем путям сообщения — от широких автобанов и городских улиц до узеньких тропок в сельской и горной местностях. Типы оборудования для борьбы со снегом и со льдом тоже разнообразны — от скребков, которые фермеры навешивают на свои тракторы, до мощных роторных снегоочистителей и других, еще более сложных специализированных машин.

Наутро после ночного снегопада, еще задолго до рассвета владельцы домов уже расчищают дорожки. Тяжелая техника работает на улицах. Огромные самосвалы увозят снег с глаз долой. И вот улицы и остановки городского и пригородного транспорта очищены от снега и льда. Автобусы, трамваи и поезда следуют строго по расписанию, снежные завалы не препятствуют своевременному вылету и прилету самолетов. Рабочие и служащие занимают свои рабочие места вовремя, без опоздания. И это в условиях, которые в мегаполисе какой-нибудь другой страны, скажем, в Лондоне или Нью-Йорке, парализовали бы жизнь на несколько дней.

Унесенные ветром

Что еще неподвластно швейцарской тяге к контролю, так это ветер. Управлять ветром они пока не научились. Среди различных ветров, время от времени пролетающих над Альпами, особую досаду среди швейцарцев вызывает стремительное воздушное создание под названием «фён» (Fobn). Этот теплый ветер приходит с просторов Средиземноморья. Его именем немцы назвали всем известный аппарат для сушки волос[2]. Фен действует почти так же, как и электросушилка, время от времени обдавая швейцарцев потоками теплого воздуха — иногда он дует подолгу, иногда его порывы кратковременны. Но переключатель, увы, жителям страны не подвластен.

Но было бы ошибкой думать, что теплый воздух фена смягчает суровость швейцарской зимы, особенно на севере страны. Это совсем не так Порой он становится настоящим проклятием, унося с собой радостное настроение и хорошее самочувствие. Резко изменяя погодные условия, он увеличивает число заболеваний. Когда дует фен, швейцарцы страдают от головных болей, ползет вверх кривая самоубийств, растет количество автомобильных аварий, а всегда спокойные и уравновешенные швейцарцы делаются раздражительными. В общем, вся Швейцария начинает тихо сходить с ума. И если в других странах народ во всех бедах обычно винит правительство и политиков, то швейцарцы считают, что все несчастья на их головы приносит именно фен.

Экологическое богатство

Достигнув самых высоких в мире стандартов жизни, швейцарцы уже в 70-е годы обратились к проблеме окружающей среды.

Самое крупная в стране урбанистическая агломерация (то есть очень плотное скопление городов, практически не отделенных друг от друга видимыми границами) расположена вокруг Цюрихского озера. При столь плотном сосредоточении проживающих здесь людей и всех связанных с этим прелестей городской жизни можно было бы ожидать, что озеро превратится в некое подобие сточной канавы или отстойника нечистот. Похожая судьба, казалось бы, угрожает и другим швейцарским водоемам. Между тем ничего подобного не происходит. В том же Цюрихском озере вода абсолютно чиста, озеро служит источником водоснабжения всех окрестных городов и городков, а в летний период оно готово предоставить каждому желающему возможность искупаться в нем.

Это о состоянии природы. А теперь о другой экологической проблеме — утилизации отходов. Все, что только может быть переработано, или, пользуясь модным словечком, подвергнуто «ресайклингу», перерабатывается. Это и стекло, и алюминий, и жестяные банки, и газеты, и даже, пардон, туалетная бумага. Кстати, отработанный кулинарный жир в Швейцарии тоже нельзя просто взять да и смыть в канализацию. Его в специальном контейнере надо доставить в приемный пункт, а там уже решат, как с ним поступить или куда отправить.

Чтобы заставить товаропроизводителей использовать меньше бумаги и картона, покупатели часто оставляют упаковку от покупок в магазинах. Это даже поощряется. Молоко пакуется главным образом в мягкие пластиковые литровые пакеты, что помогает уберечь деревья от превращения в картон и экономить пространство в мусорных баках Что касается бумажных и пластиковых сумок, то они, похоже, находятся в постоянном процессе переработки.

Жителям страны приходится дважды, а то и трижды подумать, прежде чем вынести сор из своей избы. При этом надо еще решить куда и как В некоторых районах мусорщики забирают выставленные перед домами мешки с отходами только в том случае, если это мешки установленного образца или имеют специальные, опять же официально утвержденные наклейки или другую необходимую маркировку. Одним из самых страшных преступлений считается попытка выбросить «ненадлежащим образом оформленный мусор». Но «официальные» мешки стоят во много раз дороже, чем обычные. Этикетки тоже далеко не дешевы. Все эти скрытые фискальные поборы привели к появлению такого любопытного явления, как «мусорный туризм»: обыватели из общины, в которой власти поддерживают режим дорогостоящих строгостей в отношении бытовых отходов, подхватывают мешки со своим драгоценным мусором и везут их к соседям, у которых правила гораздо более либеральны. Чтобы такие «мешочники» с «неправильными» мусорными мешками не подвергались соблазну подбрасывать бытовые отходы в урны, установленные в общественных местах, те украшают надписью «Не для домашнего мусора». Эти таблички, видимо, призваны отпугивать возможных злоумышленников.

Веши длительного пользования, такие, как холодильники или морозильные камеры, продаются вместе с обязательным купоном, за который покупатель вносит отдельную плату. Эти деньги ему возвращают в установленных пунктах приема отслужившей свое аппаратуры, в которой используются вредные для озонного слоя хладагенты.

Апофеозом швейцарского «ресайклинга» является предельно рационализированное использование мест захоронения. Швейцарские кладбища перестают быть последним и вечным приютом для почивших. Поскольку страна маленькая и полезную площадь (как впрочем и все остальное) надо экономить, могилы швейцарским покойникам предоставляются на 25 лет или чуть более, после чего покойники еще могут послужить в качестве удобрения, а освободившаяся «жилплощадь», если это слово применимо к усыпальнице, предоставляется подоспевшему очереднику.

Автострасти

Отношения между швейцарцем и автомобилем — это сложные отношения любви-ненависти. С одной стороны, в Швейцарии любят машины, и количество «феррари» на душу населения здесь намного выше, чем в других странах. С другой стороны, много в стране и «автонелюбителей», яростно выступающих против «четырехколесных чудовищ».

В последние годы автовладельцы пережили не одно наступление на свои права. Городские власти сократили и продолжают сокращать чисто и площади стоянок, реле светофоров настраиваются таким образом, чтобы пропускать на зеленый свет только полдюжины машин, а при остановке на красный водитель обязан выключать мотор. За всякое нарушение правил и нововведений автолюбителей ждет немалый штраф. Кроме того, в течение года они платят сотни франков за право стоянки на улице около своего дома без всякой гарантии закрепления за ними места. Вводятся строгие ограничения скорости движения, а допустимые пределы снижаются. Цены же на бензин за последнее время повысились не меньше чем на 20 процентов. Антиавтомобильное лобби сумело добиться даже приостановки строительства и реконструкции скоростных шоссе и автобанов, Защитники автомобиля и прав автомобилистов объединились в созданную ими «Авто-партию» (AutoPartet), которая недавно была переименована в Партию свободы. Ей удалось даже выиграть с десяток мест в федеральном парламенте.

Белый крест на красном фоне

На свете не так много народов, которые столь часто и охотно поднимают свой национальный флаг. У каждого, кто пересечет границу Швейцарии, не останется ни малейшего сомнения относительно того, куда он попал — везде он увидит развевающиеся швейцарские флаги. Флаг страны отражает характер ее народа — бесхитростный и прямолинейный. Белый крест на красном фоне — просто и ясно. Флаг этот не спутаешь ни с одним другим. Даже его полотнище отличается от прочих — оно квадратное, а не прямоугольное.

Для того, чтобы украсить мачту или флагшток «швейцарским крестом», не нужно никакого особенного повода. Флаг можно увидеть развевающимся перед фасадом гостиницы; вот он реет над дачным участком, словно вырос там на огороде; а вот осеняет собой здание фабрики, символизируя по-швейцарски высокое качество ее продукции. Впрочем, приехавший в Швейцарию турист увидит там не только федеральный флаг, но и флаги кантонов, которые швейцарцы поднимают так же охотно, как и общенациональный. Владельцы горных ресторанов и гостиниц вывешивают на мачтах перед входом кантональные и государственные флаги. Но это не просто патриотический порыв. Хозяева преследуют и весьма практические цели — реющие над любым таким заведением флаги сигнализируют потенциальным клиентам, что оно открыто и их там ждут.

Выше стропила, плотники!

Швейцарцы уже потеряли надежду научиться производить дешевые товары. Им давно пришлось занять те прилавки всемирного рынка, где продаются дорогие вещи. Понятное дело, такой товар продать можно только в том случае, если он отменного качества. Швейцарцам не оставалось ничего другого, как сделать понятие «швейцарское» синонимом самого высокого качества. Качество стало их навязчивой идеей. В строительстве дело обстоит так же, как и во всем другом. Швейцарцы не могут опуститься до того, чтобы их дома были оборудованы пластиковыми водосточными трубами, как это делается во многих странах мира, не исключая и США. В Швейцарии водосточные трубы и внутренние трубопроводы домов делаются из высококачественной меди, они прочны как броня и, как все швейцарские изделия, рассчитаны на тысячелетия.

Бетон, похоже, — любимый строительный материал швейцарцев. Они используют наиболее прочные его марки, а стены делаются чуть ли не метровой толщины. Бетонные конструкции можно увидеть повсюду — это церкви и садовые ограды, горные туннели и эстакады на шоссе… Приверженность швейцарцев к этому материалу настолько велика, что поневоле складывается впечатление, что он кажется им безумно красивым.

Все швейцарские города находятся в постоянном процессе обновления. Строительные краны являются основным украшением городского пейзажа. Дома ремонтируются и реставрируются один за другим. «Внутренности» домов удаляют, оставляя один каркас, который затем заполняют новой начинкой: перекрытия, полы, кондиционеры, водопровод и прочие инсталляции, электропроводка и освещение, оптико-волоконные кабели и тройные стеклопакеты вселяются в заново отделанные стены, увенчанные сверкающей новизной крышей. Но после окончания всех работ дом почему-то выглядит точно так же, как выглядел и до перестройки. Рабочие, между тем, приступают к следующему дому, а только что отремонтированный будет отдыхать от них лет двадцать. Потом все повторится сначала. В Швейцарии капитальный ремонт — процесс перманентный.

В некоторых странах автобусная остановка — это просто выросший из асфальта шест с табличкой наверху. В Швейцарии не так — это огромные сооружения стоимостью чуть ли не в миллион франков каждое. Они подключены к магистральной сети освещения и оснащены электронными билетными автоматами. На постаменте — конечно же, из неизбежного бетона — установлена скамейка, рядом урна для использованных билетов (а отнюдь не для домашнего мусора).

Проезжая часть вблизи остановок, как и тротуар вокруг них, имеют специальное покрытие, которое не позволяет скапливаться дождевой воде или талому снегу, так что пассажиры, ожидающие автобус, могут чувствовать себя в безопасности — проезжающий транспорт не окатит их из-под колес потоками жижи весьма сомнительной чистоты. Ясное дело, столь солидная постановка дела превращает остановки в нечто, достойное чего-то большего, чем просто надпись «автобусная остановка». Каждому такому мини-автовокзалу поэтому присвоено собственное имя.

ДОСУГ И РАЗВЛЕЧЕНИЯ

В течение столетий швейцарцы, по складу ума страшные консерваторы, полагали, что их горы с лугами и пастбищами на поросших сочной травой склонах пригодны только для того, чтобы разводить там коров или от души подудеть в огромный альпийский рог — Alpenborn[3]. Однако в начале XX века, благодаря причудам высших слоев европейского общества (особенно знатных и богатых британцев) с их тягой к экзотическим видам спорта, обстоятельства изменились. Нет, швейцарцы не перестали доить коров и предаваться меланхолической игре на альпенхорнах. Но они по достоинству оценили новые открывшиеся возможности использования природных данных страны для развлечения туристов.

Лыжный рай

Все швейцарцы появляется на свет с врожденным умением кататься на лыжах, но они никогда не относились к лыжному спорту с тем фанатизмом, какой присущ туристам из равнинных стран. Для них горы, снег и лыжи дело настолько обычное, что уже не могут казаться какой-то диковинкой или особенным развлечением. В массовом порядке швейцарцы становятся на лыжи лишь в очень хорошую погоду и только при отличном снежном покрове. При этом, выезжая в лыжные места, швейцарцы предаются не только катанию и стремительным спускам, но и пешим прогулкам, солнечным ваннам, не забывая ни о хорошей трапезе, ни о ее винном сопровождении.

Сами довольно равнодушные к лыжным приключениям, жители альпийской страны, тем не менее, рады тому, что внезапно открытое снежное Эльдорадо так привлекает любителей горнолыжного спорта со всего мира и те готовы тратить целые состояния, чтобы отдаться своей страсти на склонах швейцарских гор.

Многие лыжные угодья принадлежат крестьянам. Владеют они и собственными подъемниками. Во многих горнолыжных районах частные подъемные линии не связаны между собой по всей протяженности даже одного склона. Лыжникам приходится пешком преодолевать расстояние между точкой, где кончается маршрут одного подъемника, и началом следующего. А владелец одного подъемника, какой-нибудь герр Мюллер, почему-то упорно не видит никакого резона вкладывать деньги в то, чтобы доставлять лыжников к подъемнику другого фермера, герра Майера. Швейцарским горнолыжникам это, однако, нисколько не мешает. В разрывах подъемных линий они видят лишнюю возможность размяться и совершить пешую прогулку.

Беседы на проселках

Горные прогулки, то есть энергичный моцион по скалистым дорожкам, относятся к любимым видам отдыха швейцарцев, особенно тех, кто живет в германоязычной части страны. Крепкие и выносливые, они особенно охотно делают такие вылазки. Большие дороги для пеших прогулок, проселки, дорожки и тропы паутиной покрывают весь этот регион. Время от времени встречаясь на таких дорогах, путники приветствуют друг друга, произнося особый, только им понятный пароль. Одна из его вариаций — слово «Грютци!» (Grutzif). По тому, как этот пароль произносится, собеседники получают друг о друге массу самых различных сведений — из каких мест происходит встречный, к какой социальной среде принадлежит и так далее. Приветствие перерастает в оживленную беседу, которая приостанавливается, когда появляются новые путники, но после очередного «Грютци!» возобновляется с новой энергией.

Франкоязычные швейцарцы меньше любят эти прогулки, чем их говорящие по-немецки собратья. В италоязычной части страны прогуливающимися по дорогам можно увидеть только забредших сюда на выходные дни немецкоговорящих швейцарцев. Их легко можно узнать по неизбежному «Грютци!».

Лето — это маленькая жизнь

В июле и августе города заметно пустеют, швейцарцы отрываются от своих рабочих столов и спешат в отпуск. Трамваи и автобусы в это время ходят реже — число пассажиров в летний сезон резко уменьшается, а водители тоже хотят отдохнуть.

Многие швейцарцы с удовольствием отдыхают, не уезжая за границу. Горные ландшафты красивы везде и всегда, так что стремиться к другим вершинам они не видят смысла. Но зато проводя отпуск в Швейцарии они по крайней мере уверены в качестве питания, в удобстве и исправности унитазов и другого гостиничного оборудования, в чистоте воды в реках и озерах. А отправление на отдых в соседний кантон вполне может считаться заграничной поездкой. Это, однако, отнюдь не значит, что швейцарцы не поддаются чарам музы дальних странствий. На самом деле они известные «землепроходцы» и часто посещают даже самые отдаленные края мира. Высокие доходы и твердые позиции франка вполне позволяют им это делать. Если вам придет в голову пороскошествовать и, заняв где-нибудь денег, отправиться в отпуск куда-нибудь на Бали (чтобы потом вспоминать об этом всю жизнь), не удивляйтесь, обнаружив в этом райском уголке целые толпы славно проводящих там время кассиров из швейцарских супермаркетов, которые легко оплатили путешествие наличными из очередной своей зарплаты.

Нелегкий отдых

Летом города и веси страны заполняются толпами народа, которые собираются, чтобы посмотреть турниры по народной борьбе под названием «швинген» (Scbwingen). Окруженные плотным кольцом болельщиков, горячие швейцарские парни, крепко сложенные и мускулистые, одетые в теннисные майки и мешковатые шорты поверх брюк, сходятся в схватке, пытаясь уложить соперника на землю. А недалеко от Берна, в маленьком местечке Уншпуннен, населенном в общем-то вполне разумными людьми, жители придумали себе другое развлечение. Им, видимо, надоело швырять друг друга на землю на состязаниях по «швингену», и они теперь борются с огромной глыбой камня, известной под названием «Уншпунненштайн» (Unspunnensteiri) - камень из Уншпуннена. Окрестные здоровяки обхватывают камень весом около центнера, пытаясь приподнять его и отбросить как можно дальше. А те, кто все-таки не хочет подвергать себя риску заработать грыжу, отдаются не менее занимательному виду спорта — «фаненшвингену» (Fahnenschwingen), то есть «борьбе с флагом». Со стороны это единоборство напоминает попытку человека в одиночку установить шестиместную палатку. Победителем в таких схватках обычно выходит флаг. Такой вот нелегкий отдых.

Еще одна милая забава швейцарцев — это игра в «хорнуссен» (Homusseti), местную разновидность гольфа с элементами лапты или бейсбола. Игроки мощными ударами изогнутых клюшек подают с конической подставки небольшие камни на игровое поле. Задача соперников — перехватить летящие со страшной скоростью снаряды. Это достигается с помощью больших бит, но уже другой формы — нечто вроде ракеток. На самом деле они кажутся позаимствованными на соседнем пастбище колышками с табличками «Осторожно, злые быки». Чтобы не подвергаться опасности быть убитыми на месте, сорвиголовы-перехватчики не гоняются за камнями со своими битами, а действуют ими как ракетами «земля — воздух», то есть бросают, пытаясь сбить камни в полете.

Кроме этих отчаянно веселых развлечений любят швейцарцы и цирк. В стране насчитывается двадцать девять официально зарегистрированных цирковых трупп. И трудно найти город или поселок, в котором в течение года какой-нибудь цирк не побывал бы с гастролями.

Швейцарцы известны как страстные футбольные болельщики. Их азартность проявляется и в заметном интересе к карточным играм. Самая популярная игра — «йасс» (Joss). В нее играют особой колодой карт, а правила способны понять только те, кто родился и получил воспитание в Швейцарии. Вы просто не найдете ресторана, где не сидело бы по несколько компаний, которые, забыв обо всем на свете, не дулись бы в эту игру. На телевидении для любителей «йасса» есть даже специальная еженедельная программа.

Известны швейцарцы и как страстные коллекционеры. Помимо традиционных предметов коллекционирования их может увлечь собирание самых заурядных и будничных вещей. Одно из последних модных увлечений — коллекционирование станиолевых крышечек от сливок для кофе. Разнообразие рисунков на крышках делают их интересными для собирательства. В ресторанах вы легко можете увидеть посетителей, старательно вытирающих бумажной салфеткой внутреннюю сторону такой крышки перед тем, как спрятать ее в карман. Но поскольку находятся чудаки, которые считают это хобби занятием несерьезным (а некоторые даже просто скучным), то, убирая крышку в карман, счастливый обладатель нового, может быть, достаточно редкого экземпляра, иногда считает нужным заметить собеседнику, что несет ее в подарок своему любимому племяннику. Между тем в канцелярских магазинах можно даже купить специальные альбомы или кляссеры для этих крышек. А некоторые редкие выпуски продаются на аукционах — и цены на такие серии достигают нескольких тысяч франков.

Когда страну вдруг наводнили фальшивые 5-франковые монеты, из нескольких тысяч подделок полиции удалось получить лишь один или два экземпляра — все остальное разошлось по коллекциям. До недавнего времени эти фальшивые монеты обращались на коллекционных рынках по достаточно приличной цене, поднимаясь до 150 франков за экземпляр.

У домашнего экрана

Телевизор в Швейцарии смотрят гораздо меньше, чем в других странах. Это свидетельствует не столько о высоком интеллектуальном развитии среднестатистического швейцарца и его сопротивляемости массовой культуре, сколько о довольно убогом уровне местного телевидения. Каждая страна имеет такое телевидение, какого она заслуживает. Швейцария здесь не исключение. Отличие в том, что Швейцария, видимо, заслужила еще телевидение и всех других стран, передачи которых здесь легко принимаются.

Покрытая горами территория страны, затрудняющая вещание и ретрансляцию, и ярая ненависть к телевизионным антеннам (кое-где их установка на крышах и балконах строго-настрого запрещена) предопределили чрезвычайную распространенность кабельного вещания. Большая часть швейцарских домов имеет подключение к кабельной сети. Те, кто дал этой сети себя опутать, имеют доступ по меньшей мере к 25 каналам, а в некоторых районах число каналов может быть и раза в два больше.

Телевидение, разумеется, приходит в дом к швейцарцам прежде всего на «швейцарских» языках — немецком, французском, итальянском, а в определенные часы — и на ретороманском. Основное содержание — многочасовые дебаты «за» и «против» по вопросам ближайшего референдума. Можно посмотреть и состязания по швейцарским видам спорта, мало известным даже швейцарцам. Юмористические сериалы (их здесь называют «швейцериалы», или что-то вроде того), всякие комедии положений и тому подобное в программах бывают редко, а веселят еще реже.

Как и везде в континентальной Европе, телевидение держится на телеведущих и дикторах. В Швейцарии это преимущественно женщины, которые достаточно подробно и пространно объясняют, какие передачи зрителям предстоит посмотреть, о чем эти передачи, каково их основное содержание. Достаточно бывает их послушать, чтобы уже не терять времени на сами программы. А у кого есть занятия более важные, тот может спокойно выключить «ящик».

ЕДА И НАПИТКИ

Еда в Швейцарии столь же разнообразна, как и сама страна. Почти каждый город или поселок предлагает к столу нечто особенное, только ему присущее — это может быть печенье, пирог, десерт, колбаса, вино и много разных других вкусных вещей. Если в городке или селе до недавнего времени своего специалитета не было, то, будьте спокойны, его скоро придумают, чтобы только заинтересовать падких на такие вещи туристов.

Гастрономическая жизнь бьет в Швейцарии ключом. Об этом свидетельствует огромное число ресторанов. Ни одна уважающая себя гора не может обойтись без ресторана, венчающего ее вершину. Во всей стране вы не найдете ни одного пустого кабачка. Ресторанный бизнес процветает, и его услуги пользуются большим успехом.

Как питаются швейцарцы? К еде они приступают довольно рано — настолько рано, что это может даже показаться сомнительным с точки зрения здорового питания. Ранний завтрак служит неплохой разминкой для пищеварительного тракта среднестатистического швейцарца. К 9 часам он уже не прочь снова подкрепиться — наступает время второго завтрака. После него швейцарец часа два живет относительно спокойно. Но вот дело идет к полудню- и «недремлющий брегет уже звонит ему обед». А часов с одиннадцати швейцарцы, чтобы хорошо подготовиться к этой трапезе, приветствуют друг друга словами «Приятного аппетита!» — и в течение всего околополуденного времени слова эти звучат на всех присущих швейцарцам языках: «Mahlzeit!», «En Goute!», «Bon appetit!»…

Обеденное время в Швейцарии — час священный. Настолько священный, что длится до полутора, а порой даже и до двух часов Все, что не относится к кулинарии и гастрономии, на это время замирает. Офисы и магазины закрываются, дети приходят из школы домой, а если время и расстояние позволяют, то к домашнему столу отправляются из своих контор и отцы семейств.

Священный статус обеда в Швейцарии признается даже государством: независимо от того, где швейцарец питается — в общепите или дома — государство предоставляет ему налоговые льготы в сумме 2400 франков в год (без малого полторы тысячи долларов!). Те, кто работает по ночам, тоже получают такие же налоговые послабления. Но у них свои трудности: найти место, чтобы поесть где-то в городе после десяти вечера, не так-то легко.

Начиная день ранним завтраком, большинство швейцарцев и заканчивают прием пищи относительно не поздно: уже к половине седьмого они завершают свою вечернюю трапезу. Выход в город вечером, разумеется, может быть дополнен ужином. Но обычно ранний отход ко сну позволяет швейцарцам проснуться достаточно рано, чтобы встретить рассвет уже плотно позавтракавшими.

«Мюсли» и скакуны

Что такое «мюсли», теперь знают во всем мире. Во многих странах эта смесь злаковых хлопьев, орехов и сушеных фруктов стала излюбленным блюдом для завтрака. А изобрел «мюсли» швейцарец — доктор Бирхнер-Беннер. Полезность и питательность этого блюда так высока, что, перефразируя Декарта, можно было бы сказать: «Ем «мюсли», — следовательно, существую». «Мюслевая» каша, обволакивая стенки желудка и кишечника, предохраняет пищеварительный тракт от разных гастритно-язвенных неприятностей. Между прочим, швейцарцы частенько едят сдобренные сливками «мюсли» не только на завтрак, но и на обед.

Но не едиными «мюслями» сыты швейцарцы. Они любят хорошо и вкусно поесть. Едят они «с чувством, с толком, с расстановкой», то есть со вкусом и не торопясь. Еду готовят заботливо и тщательно. Полуфабрикатов, мороженых продуктов, концентратов и прочей рекламируемой по телевидению лабуды они избегают, предпочитая натуральный и свежий исходный материал. Точно так же не доверяют они и микроволновым печкам. Даже электрические чайники они считают совершенно бесполезной — а, может быть, даже не очень полезной — вещью. Быстрая готовка и быстрая еда (fastfood) - нет, это не для швейцарцев.

Есть, конечно, довольно простые блюда, которым швейцарцы особенно привержены. Обжаренные в топленом масле ломтики картофеля — «рести» — уже вам знакомы. Именно это блюдо дало название границе между франкофонской и германоязычной частями Швейцарии. Говорящие по-немецки швейцарцы — не только «едоки картофеля». Большой популярностью пользуется у них также и «метцгете» (Metzgete) - что-то вроде свиного рагу, которое готовится из ножек, кусочков кровяной и ливерной колбасы с добавлением других субпродуктов.

Швейцарцы любят животных. Но эта любовь имеет и гастрономическое измерение: по ресторанным меню, в которых предлагаются самые разные виды мяса и птицы, видно, что они еще и умеют их готовить. Из мясных блюд, предлагаемых в ресторанах и не совсем привычных для остальных европейцев, выделяется бифштекс из конины. Это мясо довольно популярно в стране, и в каждом городе есть один или несколько мясников, специализирующихся на его продаже. Их лавки несколько отличаются от других мясных магазинов — они единственные, у которых нет витрин. Наверное, оттого, что их немного смущает характер предлагаемой ими продукции.

Рубрики ресторанных меню меняются в зависимости от сезона. Осенью они изобилуют блюдами, приготовленными из дичи и других охотничьих трофеев. Например, оленье мясо, запеченное с каштанами и приправленное красной капустой и мучными клецками «шпэцли» (Sp tzli), способно доставить удовольствие самому утонченному гурману. Такое жаркое хорошо запивать «заузером» (Sauser) - молодым, еще недобродившим вином[4]. Но будьте осторожны с этим напитком — настроив вас на благодушный лад, оно вполне способно расстроить ваш желудок.

Напитки

Считается, что швейцарцы пить умеют и, по европейским меркам, неплохо «держат удар». Выпив, швейцарцы — да и то не всегда — лишь становятся чуть более разговорчивыми. Обычно они знают свою критическую дозу и редко перебирают меру.

Утолить жажду в Швейцарии несложно, какого бы рода эта жажда ни была. Все напитки, в том числе и алкогольные, легко доступны. Уличные продавцы сосисок, например, предлагают клиентам холодное пиво, чтобы запить «хот-доги». Пиво в Швейцарии делают в десятках разбросанных по всей стране пивоварен, но вкус у всех сортов один, откуда бы они ни происходили. Пиво, стоит отметить, здесь дешевле минеральной воды.

Кстати, на примере минеральной воды легко показать, как работает швейцарская экономика. Вы знаете какую-нибудь марку швейцарской минеральной воды? Нет? Ну, вот, например «Перье»? Что? Вы думаете, это французская марка? Вы только отчасти правы-, сама вода, действительно, французская. Но один ее важный ингредиент — акции компании, производящей воду, — швейцарский. Вот такая минеральная политэкономия.

Швейцарские вина не приобрели громкой мировой славы. Широкое признание обошло их потому, что вина эти практически не экспортируются — швейцарцы выпивают все производимое сами. Пьют они и шнапс. Другие виды крепких напитков широкой популярностью у швейцарцев не пользуются и стоят довольно дорого. Но если вас станут угощать джином или виски на фоне какого-нибудь прекрасного пейзажа, то наполнят стакан щедро и от души.

У швейцарцев есть и свои безалкогольные напитки. Придумав знаменитые «мюсли», доктор Бирхнер-Беннер создал нечто одновременно полезное и приятное. Нечто подобное сделала и швейцарская фирма «Ривелла» (Rivelld). Она изобрела безалкогольный напиток, столь же типично швейцарский, сколь и сырье, из которого он изготавливается, — это молочная сыворотка, отход от производства молочных продуктов. И, как ни странно, напиток получился весьма недурной, совсем не противный, как, наверное, может показаться. Швейцарцы пьют его очень охотно, а молодежь решительно покидает ряды поколения «Пепси». «Ривелла» идет дальше и продолжает завоевывать рынки, выпустив недавно новый продукт — «Ривеллу-лайт», без сахара.

Что касается горячих напитков (в самом невинном смысле слова), то швейцарцы огромных достижений добились в умении обращаться с кофе. Кофе они готовят очень хорошо, лучше многих других в Западной Европе. Он у них получается крепким, ароматным и никогда не бывает горьким. О чае, который готовят швейцарцы, увы, такого не скажешь. Конечно, можно найти вкусный и хорошо заваренный чай. Но швейцарцы, вероятно, полагают, что чай можно делать из чего угодно, а Швейцария — чуть ли не родина чая. Во всяком случае, во всей стране нет травы, цветка или былинки, которые швейцарцы бы не собирали, не сушили, не заваривали бы и не подавали под видом чая. Для них чай — это прежде всего лекарство. Поэтому все такие зелья предназначены для лечения печени, сердца, желчного пузыря и много чего другого: есть бодрящий чай, есть успокаивающий и даже усыпляющий. И если вы еще не уснули, то самое время поговорить о швейцарском здравоохранении.

ЗДРАВООХРАНЕНИЕ

В Швейцарии существует целый ряд фондов, которые весьма эффективно работают в области здравоохранения. Деятельность этих фондов напоминает деятельность учреждений и организаций медицинского страхования в других странах, с той только разницей, что швейцарские институты здравоохранения не стремятся делать бизнес на состоянии здоровья их подопечных.

Однако фонды не оплачивают своим клиентам стоматологические услуги. Если бы они это делали, то давно пошли бы по миру. Услуги дантистов дороги настолько, что швейцарцу выгоднее отправиться для лечения за границу, чем обратиться к зубному врачу у себя дома. Некоторые бюро путешествий не без успеха занимаются «стоматологическим туризмом», отправляя желающих в такие страны, как, скажем, Венгрия. Авиабилет в обе стороны, пребывание в пятизвездочном отеле, питание и даже шоппинг между ежедневными сеансами у врача, — все это в сумме обойдется дешевле, чем курс зуболечения в Швейцарии.

Несмотря на все это, Швейцария просто переполнена зубными врачами. На каждые 1443 рта приходится один дантист. Это неплохой показатель; в Великобритании, например, он в два с лишним раза хуже. (Сколько жителей Швейцарии приходится на одного психиатра, мы не знаем.) Высокая стоимость стоматологических услуг заставляет швейцарцев заботиться о состоянии своих зубов и постоянно принимать профилактические меры. Это понятно, если учесть, что стоимость одной пломбы составляет 250, а коронки — 2000 швейцарских франков. Частые обращения к дантисту могут обойтись в целое состояние.

Лекари и знахари

Швейцария занимает одно из первых мест по соотношению численности пациентов и врачей, а также пациентов и больничных коек, А еще Швейцария демонстрирует высокий показатель соотношения младшего медперсонала и численности врачей. Разумеется, все это помогает Швейцарии поддерживать и достаточно высокие показатели средней продолжительности жизни — 75 лет для мужчин и 83 — для женщин.

Правила, регулирующие врачебную практику в Швейцарии, достаточно строги. Исключением является только кантон Аппенцелль на северо-востоке страны. Здесь заниматься медицинской практикой позволено всякому. Этот уголок страны просто переполнен всевозможными целителями и сторонниками нетрадиционных методов лечения — травниками, знахарями, даже шаманами, а людей «со съехавшей крышей» здесь тоже можно найти сверх всякой меры.

Вся страна просто усеяна бальнеологическими курортами — это минеральные источники и организованные рядом с ними санатории, профилактории и реабилитационные пансионаты. Если рядом нет источника, то можно просто подышать целебным горным воздухом. Швейцарцы всячески культивируют и лелеют свою медицину и целую индустрию восстановительных процедур. Что ж, если есть эксцентричные миллионеры, готовые отдать состояние за эликсир молодости или какой-нибудь трансплантационный материал, скажем, мозг, то отчего же не помочь человеку?

Любимые болячки

Швейцарцы, известные своим массовым пристрастием к 'курению, почему-то не очень заботятся о его последствиях. Так же мало заботятся они и о режиме питания. Их как будто совсем не волнует уровень содержания холестерина в потребляемой пище. Самое распространенное заболевание — воспаление легких За этим недугом следуют болезни, связанные с нарушением кровообращения. Диапазон подобных заболеваний очень широк — от закупорки сосудов до случаев полного сосудистого коллапса. Каждый такой недуг может оказаться фатальным для больного. Жители страны часто страдают от этих болезней, причем не только от какой-нибудь одной, а иногда от всех сразу.

Любопытно, что швейцарцы относительно редко берут больничный лист, чтобы остаться дома хотя бы на один день. Секрет их выносливости — чай. Не простой — лечебный. Поставив диагноз, швейцарец (или швейцарка) покупает соответствующий выявленному заболеванию чай, заваривает себе литр-другой, выпивает это на ночь и… на следующее утро как ни в чем не бывало является на работу — вовремя и в отличной форме.

Большинство швейцарцев, перешагнув 25-летний рубеж, частенько страдают от люмбаго, которое здесь чаще называют «прострел» (Hexenschuss, буквально — «ведьмин выстрел»). Ведьмы поражают швейцарцев в спину (и чуть ниже), отличаясь завидной меткостью. Жертвы снайперш спасаются от напасти сеансами физиотерапии, которые оплачиваются медицинскими фондами. И, конечно же, подходящим к случаю травяным чаем.

Являясь лидером во многих сферах жизни, Швейцария не уступила другим странам Западной Европы и пальму первенства по заболеваемости СПИДом. Швейцарские медики поспешили Объяснить столь высокие показатели необыкновенной точностью и глубиной своей медицинской статистики, позволяющей лучше знать положение дел в стране.

Туалет и туалеты