Помоги проекту - поделись книгой:
— Одну минуту, — остановил его Дамблдор. — Я бы хотел…
— Да, да, я запас для тебя лимонных долек, — с этими словами Геллерт крепко взял его за локоть и потянул прочь под смешки хогвартской команды и тренеров. Минко Николов чудесным образом испарился.
— Я хотел поговорить с командой, — с обидой сообщил Альбус другу.
— После матча поговоришь, — отмахнулся Геллерт. — Не думай, Дамблдор, что я дам тебе сжульничать.
— Мерлин великий, да я и не!..
— Ага, тогда небо зелёное. Такого хитрожопого мага и легилимента, как ты, ещё поискать.
На это Альбус обиделся и до самых трибун с другом не разговаривал. Только разглядывал его украдкой: этого сосредоточенного, строгого, почти незнакомого директора Дурмстранга в красивом глубокого чёрного цвета плаще с кровавым подбоем, на спине которого вышит золотой орёл с красными глазами, герб школы. Не этот ли плащ в прошлом году подарил ему Игорь?..
— Пришли, — Геллерт ввёл Альбуса в VIP-ложу и усадил на одно из последних свободных мест. — Вот вам дольки, директор Дамблдор… Профессор МакГонагалл, рад вас видеть! Профессора Флитвик и Стебль, не менее приятно!
— А мы рады, что вы наконец пригласили нас, директор Гриндевальд! — весело откликнулась Помона. Она сидела возле сурового учителя из Дурмстранга, но глаза у них блестели как-то одинаково. От Геллерта это тоже не укрылось.
— Профессор Волохов?
— Директор? — вскинул кустистые брови Волохов.
Геллерт молча прищурился. Волохов отвёл глаза и отдал директору флягу, которую Помона проводила грустнейшим взглядом.
— Ну, вот теперь за встречу, — понизив голос, вернулся Геллерт к обычным интонациям и протянул Альбусу фляжку.
— Это не очень честно, — сделав глоток, заметил Дамблдор. «И небезопасно — отбирать у Помоны выпивку…»
— Всё в порядке, — мотнул головой Гриндевальд и чокнулся с наклонившимся к нему с ряда позади Сириусом. Вслед за ним с обиженным шипением «И я хочу!» с собственной фляжкой к гриндевальдовой потянулся и Люциус, но Нарцисса единым мощным движением вернула супруга на место. — У Волохова ещё есть. Я ж его сюда и посадил специально, чтобы публику горячительным снабжал…
— Как предусмотрительно! — хмыкнула из-за Альбуса Минерва.
Геллерт бросил в её сторону полный противоречий взгляд.
— Профессор МакГонагалл, ну не дуйтесь, — перегнувшись через Альбуса, попросил Гриндевальд. — Ваши вкусы я тоже учёл… — он требовательно махнул рукой, и Волохов незамедлительно левитировал к нему небольшой поднос. — Отменный скотч, — Геллерт продемонстрировал Минерве стакан с виски, — и имбирное печенье, — он показал вазочку, до краёв полную сдобных дракончиков.
— Сам пёк? — не удержался от подстёба Альбус, утягивая одну печенюшку.
— Нет, потому что я не хочу отравить дражайшую профессора МакГонагалл моей стряпнёй, — с достоинством ответил Геллерт, устраивая поднос у Минервы на коленях. — А вот твои дольки лимонные, кстати, прошли через мои заботливые руки…
— Все слышали! Если я умру, виноват Гриндевальд! — звучным шёпотом объявил Альбус своим профессорам.
— Мы это и так знаем, — подмигнул ему Филиус и продолжил знакомство с хорошенькой светловолосой ведьмой в очках и алой дурмстрангской мантии.
Альбус усмехнулся и перевёл взгляд на трибуны. Волны красного и чёрного перекатывались по ним, изредка разбавляемые иными цветами — часть билетов было решено просто продать, и волшебники со всего света приехали посмотреть дракоквиддич. А за этим разноцветным морем были горы и леса под весенним солнцем — так красиво! Альбус, причислявший себя к категории граждан «Эстет по случаю», наслаждался видом до тех пор, пока не затрубил рог. Тут же к нему присоединился шум зрителей — восторженный гомон, и свист, и даже отголоски гимна Хогвартса, который Альбуса так и тянуло подхватить.
— Начинается, — пробормотала Минерва, прикладываясь к виски.
Как и она, и все на трибунах, Альбус не сводил взгляда с выхода из огромного подтрибунного помещения. Зрелище и впрямь было достойным внимания. Первыми из-под трибун потянулись игроки сборной Дурмстранга — статные, в алых мантиях, верхом на своих зверях. С появлением каждого игрока комментатор выкрикивал имена:
— Встречайте хозяев — команду института магии «Дурмстранг»! Вратарь — Вильфрид Хольцер, играющий за школьную команду «Викинги» и в этом сезоне пропустивший всего одиннадцать мячей!..
— Что-то Дитрих разошёлся, — усмехнулся Геллерт, опустив взгляд в сторону комментаторской трибуны, что располагалась на уровень ниже. Там впереди приглашённых журналистов с радио и печатных изданий Европы и далеко не только сидели двое парней — один в красном дурмстрангском кителе, второй в чёрной мантии Хогвартса.
— Далее, охотники, — продолжил Дитрих с гордостью, — Валерий Ходкевич, Леонид Баратынский, Янчо Драганов! Ох и доставили же они проблем в этом году всем соперникам «Лиха»!.. Непревзойдённая связка загонщиков — Беньямин Лукач и Андреас Берг! Их бладжеры могут и пикси зашибить! И, наконец, наш ловец, гордость школы и родины, седьмой номер национальной сборной Болгарии — Виктор Крам!
Поднявшийся на стадионе рёв был такой силы, что заглушил все мысли в голове Альбуса, а Минерве пришлось зажать ладонями уши.
— Крам! Крам! Крам! Крам!.. — скандировала толпа студентов, причём не только дурмстрангских.
— Что здесь делает Крам?! — прокричала Минерва, опять наклонившись через Альбуса к Геллерту. — Я думала, он выпустился в прошлом году!
— Он должен был, — кивнул Геллерт под постепенно стихающие вопли «Крам! Крам!..», — но плохо сдал выпускные экзамены по паре предметов. Каркаров собирался закрыть на это глаза, даже оценки в аттестате «подтянуть», однако же мне взор не застилает то, что Крам — звезда квиддича. Вот, став директором, я его обратно в школу и вызвал — на второй год.
Минерва недоверчиво вскинула бровь.
— Хотите сказать, вы только заботой о его аттестате руководствовались?
— А чем же ещё? — картинно удивился Геллерт. — В отличие от вашего директора, я не стал бы…
Альбусу эти переговоры через него надоели, и он пихнул Геллерта, чтобы тот поменялся с ним местами. Друг принял предложение молниеносно, пересел и продолжил прерванный разговор как ни в чём не бывало:
— Да, так вот, я не стал бы использовать такую важную материю, как получение школьником знаний, обучение герра Крама, для получения бонусов в какой-то там спортивной игре.
— Кхм-кхм! — выразил своё недоверие Альбус, за что Геллерт пребольно наступил ему на ногу.
— А теперь — сборная школы чародейства и волшебства «Хогвартс»! — разнёсся над стадионом знакомый и любимый всеми подопечными Альбуса голос Ли Джордана. — На воротах — Майлз Блетчли, грозный вратарь команды Слизерина! Причём грозный не только на поле, уж вы поверьте…
— Мистер Джордан! — попыталась на автомате одёрнуть его Минерва, но Ли сидел далеко, да и Геллерт галантно не позволил Минерве покинуть своё место.
— Спокойней, профессор, пусть мальчишки развлекаются…
— А теперь на поле появляется тройка охотников! Посмотрите на этих бойцов — да они сами кого хочешь порвут, а уж верхом на гиппогрифах!.. Анджелина Джонсон, Гриффиндор, Роджер Дэвис, Когтевран, и Грэхем Монтегю, Слизерин, — такой сплочённой банды… то есть, тройки охотников я за все свои годы в Хогвартсе не видел!.. А вот и загонщики — близнецы Уизли, Фред и Джордж, талантища с Гриффиндора! Ха-ха, вы посмотрите, кто-то драконов словно подбирал похожих на них! Это напоминает мне шутку про собак и хозяев…
— ДЖОРДАН! — не выдержав, крикнула Минерва. Тут уже Ли явно сделал вид, что не услышал, и продолжил представлять:
— Ну и, конечно же, не стоит забывать о нашем прекрасном ловце, Чжоу Чанг! Ох-ох, какая грация, какой это будет полёт!..
Трибуны зашлись хохотом и свистом, из дурмстрангских секторов даже прилетело несколько громких сочных комментариев на тему хогвартского ловца.
Команды тем временем собрались на небольшом островке в озере — середине поля. Драконы выдыхали дым, а гиппогрифы били копытами в нетерпении. Альбус видел, как некоторые игроки наклонялись к ушам своих напарников-животных и что-то шептали, поглаживали чешуйчатые и покрытые перьями шеи, аккуратно хлопали по бокам. «Дети прониклись к этим существам», — с теплом подумал Альбус. Он сам не особо любил магических существ, не считая, конечно же, Фоукса, но был склонен считать, что для взросления, обучения, даже развития характера молодого волшебника связь с наделённой собственным умом и гордостью тварью может быть чрезвычайно полезна. Обернувшись, Альбус увидел горящие глаза сидящего на два ряда дальше Ньюта.
— Итак, все замерли в ожидании, — проговорил в волшебный микрофон Дитрих, понизив голос в наступившем затишье. — Мистер Бонне, судья от Международной ассоциации квиддича, готов дать сигнал к началу игры.
Маленький француз мистер Бонне выглядел в окружении гиппогрифов и драконов особенно крошечным. Он явно нервничал, теребил рукав и подходил к сундуку с мячами с явной опаской. Когда он пробирался мимо, гиппогриф под Анджелиной нетерпеливо хлопнул крыльями — это заставило бедного судью с перепугу отпрыгнуть назад. При этом он едва не угодил под ноги дракону одного из дурмстрангских загонщиков. Когда же дракон чихнул сажей прямо ему за шиворот, мистер Бонне ретировался к сундуку с мячами со сверхзвуковой скоростью.
— Небольшая техническая заминка, — нашёлся с комментарием Ли, пока Дитрих пробовал отсмеяться, закрыв рукой микрофон. — Конфуз с летательными средствами. Ну ничего, так бывает, что на судей и мётлы «нападают»…
— О чём это он? — полюбопытствовал Геллерт.
— Как-то раз Роланда вышла судить матч не совсем трезвой, — прошептала на ухо Геллерту сидевшая прямо за ним Помона. — Тогда она, помнится, первым делом сняла у Когтеврана двадцать очков за то, что мётлы игроков «задерживали её и не давали пройти»…
— Но вот, кажется, всё в порядке, — старательно пытался вернуться в серьёзное русло Дитрих — теперь его директор старался тихо и незаметно проржаться. — Все готовы к началу боя… игры! Судья выпускает мячи… он готов вбросить квоффл… Свисток!
— Раздаётся свисток — игра началась! — перехватил инициативу Ли. — Квоффлом тут же завладела команда Дурмстранга…
— Драганов рвётся вперёд! — воскликнул Дитрих. — Пас на Баратынского, тот на Ходкевича, Ходкевич уклоняется от бладжера, пропускает под собой Дэвиса и пасует обратно Баратынскому…
— Но Джонсон перехватывает! — восторженно заорал Ли. — Молодец, Анджелина! Её гиппогриф кусает гиппогрифа противника — а вот нечего было подлетать так близко, Драганов! Анджелина, дай ему в глаз, чтоб руки свои не тянул!.. А, за неё это делает Фред — Уизли посылает бладжер, Драганов в последний момент уклоняется, а Джонсон делает пас на Монтегю… Мистер Шкаф идёт в атаку, нежно расталкивая плечами игроков противника — любимая тактика капитана слизеринской сборной!
— Наших растолкаешь! — ненатурально обиделся Дитрих. — Баратынский и Драганов блокируют Монтегю… Происходит столкновение… Ох, их гиппогрифы сцепились! Одина ради, остановите матч!
Ещё раньше, чем он договорил, раздался тревожный свисток судьи. Схватившиеся в битве за мяч юноши дёрнулись и стали разводить своих гиппогрифов. Подлетевший Бонне жестом потребовал квоффл, и Баратынский, скорчив мину, ему его перекинул. Судья немного поорал на игроков, явно высказывая своё мнение на тему техники безопасности, а после дунул в свисток и вновь вбросил мяч. Его тут же схватила взявшаяся из ниоткуда Джонсон и ринулась к кольцам.
— Джонсон прорывается! — закричал Дитрих. — Обходит Ходкевича, уклоняется от бладжера Лукача…
— Другим охотникам её уже не догнать! — горячо добавил Ли.
— Джонсон уже у ворот! Но на её пути Хольцер на своём драконе… Да, он без проблем берёт этот мяч!
— Вот не сказал бы, что без проблем! — заявил уязвлённый Ли под негодующий свист дурмстрангских трибун. — Метнуться ему пришлось ой как знатно!..
— Дурмстранг переходит в наступление! — перебил его Дитрих. — Хольцер отпасовал на Драганова, тот на Баратынского, он вернул, Драганов на Ходкевича, Ходкевич уходит от Монтегю, обманывает Дэвиса… Валерий известен сложным броском! Его кручёный, изменяющий направление — настоящая боль для вратарей…
— Блетчли, только попробуй пропустить! — заорал на весь стадион Ли. — Тебя сам ВУД тренировал!..
— И Ходкевич забива!..
— А вот хрен! — мстительно захохотал Ли. — Блетчли берёт! Берёт! Берёт! Майлз, ах ты умница!
— Но это ещё не конец атаки! — перекричал его Дитрих. — Гиппогриф Драганова подхватывает мяч…
— Но дракон Блетчли выбивает его хвостом! — Ли аж с места вскочил от восторга, вопя вместе с трибунами. — Хвостом, вы понимаете?! Сожри меня соплохвост, это что-то невероятное! Полный восторг! Совершенно нереальные ощущения от квиддича!..
— Это даже лучше, чем я ожидал, — поделился с Альбусом Геллерт. Его глаза неистово пылали восторгом.
— Это ещё опаснее, чем мне представлялось… — простонала Минерва, и Геллерт не замедлил вновь наполнить виски её стакан. Даже лёд в форме дракончика наколдовал, такая забота.
Альбус улыбнулся этому виду и вновь сосредоточил всё внимание на происходящем на поле. Хогвартс вёл атаку, Роджер Дэвис рвался к воротам…
— Пас на Монтегю… Тот на Джонсон… Возврат, обманка, уход от бладжера, снова Дэвис… Бросок!.. Вратарь дёргается совсем не в том направлении! Это был не бросок — пас на Джонсон! Хольцер отвлечён, и Джонсон… Да, Джонсон забивает! Счёт открыт, «десять — ноль» в пользу Хогвартса!
Хогвартские студенты возликовали. Теперь уже совершенно отчётливо над озером и лугами загремел гимн:
— Это моя ученица! — громко сообщила Геллерту Минерва, схватив его за рукав. — Видели, как мы можем?!
— Видел, — мрачно кивнул Геллерт и хлебнул виски из её стакана.
Матч тем временем продолжался. Вдохновлённые первым успехом, хогвартские охотники бросились в бой за его закрепление. Но им приходилось несладко — дурмстрангские загонщики разгорячились и умело атаковали, Фред и Джордж едва успевали перехватывать бладжеры. Но близнецы те ещё хитрецы, более того, хитрецы, неплохо скооперировавшиеся со своими тварями. Их драконы били крыльями и поднимали брызги, проносясь над озером, и это отвлекало игроков не хуже бладжеров — как тут не отвлечься, когда многотонная пламенеющая на солнце золотыми чешуями тварь несётся на тебя! Поэтому Лукач и Берг переключились на Уизли, стараясь не дать тем отвлекать игроков, так что охотники бились по большей части между собой.
Игра начинала становиться результативной — «пятьдесят — сорок» всё ещё в пользу Хогвартса, и здесь стоило отдать должное потрясающей ловкости и находчивости охотников обеих команд.
— С мячом Баратынский, он прорывается к воротам… Я не могу! Посмотрите на ловца Чанг! Что выделывает, что выделывает… Вот это полёт, вот это пластика! Да она же просто единое целое со своим гиппогрифом! Ах ты, вейла моя когтевранская!..
— Коллега, не пытайтесь отвлечь игроков! — крикнул Дитрих, видя, что внимание людей не только на трибунах, но и на поле, сместилось с атакующего охотника на Чжоу. — Это бессмысленно!
— Ха, бессмысленно! Я так как-то раз сборную Слизерина отвлёк аж на целых сорок очков, — не без гордости сообщил Ли.
— И это тоже мой ученик, — со вздохом поделилась Минерва, совершенно не замечая, что последние двадцать минут они с Геллертом пьют всё прибывающий виски из одного стакана.
— Вы воспитываете очень разносторонних личностей, Минерва, — нежно заметил Гриндевальд.
Минерва вместо ответа разочарованно закричала с прочими хогвартскими — Дурмстранг забил. Оскорблённый таким пренебрежением несравненным им, Геллерт надулся и откусил имбирному дракону голову.
Матч шёл почти без остановок, и игра была красивая. Наверное, отчасти сказывалось то, что это первый матч по дракоквиддичу, и всем его участникам хотелось показать себя красавцами-профи, а не варварами на животинах. Во многом, конечно, влияли и правила безопасности, а также бесконечные защитные и превентивные чары, навешенные на игроков, существ, мячи, само поле.
В общем и целом, Альбус, никогда квиддичем не интересовавшийся, наслаждался зрелищем. В то же время он не сильно переживал за игру (хотел бы победы для своей команды, да, но за процесс не переживал серьёзно) — в отличие от большинства собравшихся сегодня на дурмстрангском стадионе. Геллерт от переживаний то и дело принимался жевать воротник своего красивого плаща, а когда ловил себя на этом, хлебал виски из стакана МакГонагалл. Та, разгорячившись, отпускала комментарии не хуже Ли Джордана — всколыхнулась в ней спортивная юность, не иначе! В какой-то момент Альбус заметил Оливера Вуда, нервно бегающего туда-сюда по кромке поля, и Маркуса Флинта, который стоял неподвижно, будто бы каменный, а затем схватил мельтешащего Вуда за шкирку и поставил рядом с собой. Неподалёку от юношей Роланда и её дурмстрангский коллега не отрывали напряжённых взглядов от неба.
За наблюдениями за игрой, за зрителями, порой отвлекаясь на короткие диалоги Геллерта и Минервы, Помоны и Волохова, Сириуса и Люциуса, Альбус и не заметил, как прошло…
— Звучит судейский свисток — прошло два часа! — с удивлением и грустным неверием воскликнул Дитрих. — Игра окончена!
— Как, уже?! — вознегодовала Минерва, пока игроки опускались на землю. Дракон Берга теребил когтями квоффл, но всем уже было плевать. — Кто придумал эти правила?!
— Вообще-то, вы тоже в этом участвовали, — хмыкнул Гриндевальд.
Зря он вообще подал голос.
— Почему вы меня не остановили?! — взбеленилась Минерва — хотя, вернее, виски в ней.
— А я должен был?!
— Должны! Вы же — ум столетия! Не могли, что ли, понять, что идея плоха!..
— Милые бранятся… — пробормотал задумчиво Волохов. Помона легко толкнула его локтем в бок.
— Профессор, вы что-то говорили про интересные аппараты для зельеварения у вас в подземелье. И про особенную систему хранения ингредиентов.
— Ах да, конечно, я покажу вам…
— Итоговый счёт, — громко объявил мистер Бонне, — «сто девяносто» Дурмстранг, «сто девяносто» Хогвартс. Ничья!
— Вот это да! — вырвалось у Альбуса, не следившего за счётом последний час.
— Мать мою гиппогриф отымей и дракон пережуй! — завыл Сириус. — Что… ик!.. за ерунда?!
— Обе команды… ик!.. стойно сражались! — не замедлил объяснить ему Люциус. — И эт… ик!.. о-очень хорошо для димпломлатии… Цисси, ну не пихай меня!
Поделиться книгой: