Помоги проекту - поделись книгой:
Большой глиняный или чугунный горшок в форме репы, с узким дном знали как корчагу, макитру. Корчажное, то есть вареное в корчаге, пиво, мед, щи. Корчажничать — пивоварничать, варить брагу, угощать: «Пропадай корчага и с брагою». Корчажник — гончар, который делал корчаги для варки пива.
Жаркое и пироги сажали в печь на противне — четырехугольной сковороде из листового железа. На круглых чугунных сковородах в печном жару тесто запекалось сразу сверху и снизу. Стряпня особенно удавалась, когда мука нужного помола да хорошо просеяна. Сито и решето у хозяйки всегда под рукой, пока мельницы не появились, зерно мололи вручную, толкли в ступе (ступке, толкушке, итоге) — чугунной, медной или выдолбленной из дерева. И позже ступа выручала, когда требовалась крупа, дробленка из зерна: «Не ест ступа толокна, а мир кормит».
В кухонной утвари из посуды, как украшение стола, хозяйка выделяла кувшины. Они носили разные названия — кулган (кубган, кумган — медный с рыльцем, ручкой и крышкой). В семействе глиняных — коноб, кухоль, кухлик, горлач, балакир и т. п. («Не велик кувшин, да емок»). Встречался в виде кувшина глиняный рукомойник — гилек.
Жители не только лесных районов предпочитали посуду из дерева. Прежде всего в хозяйстве требовалась дежа, или квашня, заторник — емкость, в которой квасили и месили тесто на хлебы. Квашенкой считали небольшую квашню. Валяли хлебы в чаруте — широкой и плоской чашке. В кадях, кадках, сделанных в виде полубочья, хранили печеное, крупу, муку. («Была бы мука да кадушка, по воду и сам схожу»), В деревянных ушатах и бадьях держали воду, квас, которые черпали ковшом (он же корец, корчик, кашик, кауль, уполовник): «Хватил коречком, да ушел ковшом».
Хозяин, у которого инструмент не падал из рук, сам мастерил из дерева посуду и всевозможные чашки. В миске, или мисе, — глубокой чаше (иногда она делалась глиняной) подавали на стол щи, похлебку («Только и знает, что из мисы да в рот»). Кандея, калабашка, коновка, калаушка, калга, кумка, чеплашка — это и по виду и по названию не похожие одна на другую чашки. Богаты именами и формой кружки — жбан, жбанчик, жбанец (большая кружка наподобие бочонка), коновка, карватка, канька. К жбанчикам да к чаркам народ относился неодобрительно: «Как бражки жбан, так всяк себе пан», «Чарка вина не прибавит ума», «Кому первая чарка, тому первая палка». Каждая местность признавала свой вид ложек: межеумок — это простая, широкая; бутырка — потолще и погрубее первой; боская — продолговатая, тупоносая; носатая — остроносая тонкая — чистой отделки.
Царствовал же на кухне самовар, медный, с трубой и топкой внутри. Начищенный до блеска песочком, мелким порошком из кирпича, он сиял всеми своими боками на хлебосольном крестьянском столе.
Русскую печь выложить — надобны и навык, и расчет, и верный глаз. Сами печники убеждены, что в их деле требуется особое чутье, под которым, судя по рассказам, они подразумевают пространственное, объемное воображение.
Печники (печебои) в деревне всегда были людьми уважаемыми, из тех, что известны далеко окрест. Мастер своей маркой и в меру гордился, и безмерно ею дорожил. Каждую свою печь знал, исподволь, если было возможно, интересовался, как она в деле, в случае чего, наставлял хозяев, обучая уходу.
Сложенный таким специалистом очаг действовал исправно и долго, отдавал тепло сполна. Считалось, что в хорошей печи один фунт дров вскипятит три фунта воды.
Когда печь прожорлива на дрова, медлительна в обогреве, никакие ухищрения перемен не произведут, разве только переложить ее заново.
Древнейшее из ремесел — печное — в миру было в чести в самые заповедные времена. Печник принадлежал к «живому инвентарю» любой барской усадьбы. Кладкой печей промышляли в XV–XVI веках крестьяне, в межсезонье уходя от семьи на заработки. Перехожим ремесленникам «вместе с детенышами» (учениками) выдавали харч и по 10 денег на рукавицы, не считая платы «от дела». На Псковщине и в других местах за великое благо для семьи почиталось, что хозяин дома или хозяйский сын «вышел в каменщики», стал печного дела мастером, что тогда значило одно и то же. В «Послании и наказании от отца сыну» протопопа Сильвестра в Домострое из мастеров в рукоделии каменщики и кирпищики отмечены самыми похвальными словами.
В расходных книгах различных монастырей плата за печные работы — а при отсутствии специалистов из своей братии нанимали крестьян из ближайших сел — составляла постоянную статью.
Так же высоко ценилось издавна и искусство топить печи. Еще пять веков назад прижимистые управляющие княжеских дворов, монастырских хозяйств раскошеливались на «истобников», как они поименованы в документах.
Одно и то же топливо в одной и той же печи произведет неодинаковое действие при разном уходе за топкой. Иной хозяин, доверху набив топливник дровами, ждет быстрого потепления. Топливо же, прополыхав, пользы даст меньше возможной, потому что дым беспрепятственно вылетел в трубу, не охладившись до конца по дороге.
Расточительные люди сжигают за зиму по огромной поленнице дров и тепла не видят. Опытный человек растопит печь самыми дешевыми дровами и потом регулирует силу огня добавкой более качественных и умеренно просушенных поленьев (свежесрубленное дерево содержит до 42 процентов воды).
Если дрова очень сухи, в таких случаях, как ни странно, сырое полено, брошенное в жар (полено, а не охапка — от нее повалит черный дым), несколько замедлит горение сверху, дым при всех открытых душниках поползет устало, оставляя по пути большую часть заключенного в себе тепла. Когда же действительно понадобится усилить жар, хорошо подбросить на угли березовые дрова или кокс, сгорающий медленно. Произойдет то же самое, что с закипающим самоваром, который прикрывают крышкой, отчего жар внутри трубы ускоряет кипение.
Вначале береста на березе коптит, так что топочную дверцу надо открывать почаще, чтобы от притока воздуха сами дрова занялись поскорее. От березовых поленьев золы остается всего 1 %, от липы — 5 %, от елового дерева — 8 %.
У того, кто умеет обращаться с печью, за четыре часа и печь протоплена, и обед готов.
У печных мастеров существовали свои христианские патроны — святые Фома и Павел, им приносили молитву до того, как в фундамент ложился первый камень.
Работали печники, будто священнодействовали, спокойно и невозмутимо. Печь вырастала на глазах.
По обычаю в эти дни в доме готовился праздничный обед, которым хозяева потчевали мастеров. Если заказчик не держал уговора, экономил на работниках, обязанность хозяйки была в том, чтобы найти способ эту неловкость закрыть, досыта накормить и уважить людей.
Когда же хозяева и подрядчики рассчитывались суммой, меньше условленной, скупой платил дважды. Известный исследователь народной жизни С. Максимов в своей книге «Нечистая, неведомая и крестная сила» пересказывает характерный эпизод: «Из Шуйского уезда (Владимирская губерния) пишут: «Сговорились плотники с печниками и всадили в трубу две пустые бутылки по самые горлышки. Стали говорить хозяева: «Все бы хорошо, да кто-то свистит в трубе — страшно жить». Пригласили других печников. «Поправить, — говорят, — можно, только меньше десятки не возьмем». Взялись сделать, только вместо бутылок положили гусиных перьев, потому что не получили полного расчета. Свист прекратился, но кто-то начал охать и вздыхать. Опять обратился хозяин к плотникам, отдал уговорные деньги на руки вперед, и все успокоилось». Подобными шутками мастера-строители (печники, плотники, а еще каменщики) прославились по всей земле. Все же повсеместно люди щепетильно точно рассчитывались с печниками. Ведь за ними ходила слава знавшихся с домовыми, нежитью.
Но ясно же, не в нечистой силе была причина, мастера в совершенстве знали свое дело. С помощью нехитрого инструмента такие избы и печи ладили — по сотне и более ста лет стояли. Скажем, печники, которые клали печи из кирпича, вплоть до начала XX века ничего в руках, кроме печного молотка, не держали. А состоял он из обушка квадратной формы и носка в виде лопаточки-кирочки. И управлялись. У печебоев на вооружении был бушмарь, или чекмарь, пест, кий, долбня, ручная баба, тоже единственный помощник. Видно, любили его мастера, раз столько прозвищ надавали.
Сейчас печники, кроме молотка, располагают похожей на него кирочкой с острыми лопатками на обоих концах, кельмой — лопаткой с полотнами разной формы (обе служат для укладки раствора). Необходима для затирки или швабровки поверхности печной кладки кисть мочальная. Толстой деревянной линейкой длиной от 1500 до 2000 мм и сечением 30x40 мм — правилом — проверяют кладку и делают разбивку формы печей. Вертикальность кладки и ее размеры определяют веском (отвесом) с помощью шнура. А еще в набор инструментов печника входят уровень, ватерпас, угольник, деревянное тесло и лопата (ими приготовляют и перемешивают глиняный раствор), нож-цикля для тески изразцов.
Хватает и различных приспособлений. Это ящики, в которых готовят и хранят раствор. Сито для сухих материалов. Рамка для подноски кирпича. Популярны подмости, но еще удобнее козелки. Готовят их сами, 1500 мм в вышину, с перекладиной на половине высоты, на которую укладывают доску. Наиболее подходящими для кладки считаются козелки ростом в 600–800 мм над полом, то есть вначале можно стоять на полу и выкладывать печь до этой высоты, а затем перейти на подмости. Эту специальную скамью с двумя полками размером 1500x250x500 мм устанавливают на рабочем месте параллельно кладке, в 500–600 мм от нее. На верхнюю полку ставят воду, ящик с раствором, кирпич, мочальную кисть. Более легкая нижняя полка служит только для инструмента. Направляющие стойки изготовляют из точно отфугованных досок или брусков.
В печных работах много времени отнимает проверка кладки по вертикали и горизонтали веском, уровнем, правилом, угольником. Если же установить направляющие по углам печи строго по весу и укрепить их к полу и потолку планками так прочно, чтобы не сбить во время работы, проверки по вертикали не потребуется.
Аналогично можно обойтись без горизонтальной проверки рядов кладки при условии, что на стойках будут размечены ряды кладки рисками, пропиленными пилой.
Почитай, всякий, кто сладил сам печь-другую, постиг множество секретов печного дела. Жаль только, что настоящих мастеров становится все меньше и меньше, специальность, можно сказать, исчезающая. На эту тему когда-то в журнале «Крокодил» была напечатана юмореска, очень напоминающая быль. В одном колхозе с помпой, как заморского именитого гостя, встречали всем миром и с оркестром… печника Пупова. Предположение нездешнего гражданина в толпе о том, что Пупов, вероятно, большой начальник, с негодованием было отвергнуто: «Начальства много, а Пупов один!»
Остается надеяться, что печное искусство все же не канет в Лету, что сменят Пупова люди помоложе, с российской хваткой в мастерстве: кому другому нужны на обучения годы, а эти — в считанные месяцы скопленное веками усвоят самобытно. Стоит взяться.
Рис. 2.
а — колка поперек (правильная); б — колка поперек (неправильная); в — колка вдоль; г — рабочая поза при колке; д — рабочая поза при теске
Рис. 3.
а — рукой, с разравниванием; б — положение руки перед укладкой; в — раствор подгребается ребром; г — прижатый кирпич выдавливает лишний раствор
Рис. 4.
а — наложение раствора с предварительным разравниванием; б — выравнивание раствора по краям кладки; в — окончательное разравнивание
Рис. 5.
в — впустошовку; б — вподрез; в — расшитый выпуклый; г — расшитый вогнутый
Рис. 6.
а — молоток; б — кирочка; в — кельма; г — расшивка; д — нож-цикля; е — лопата; ж — кувалда; з — отвес; и — метр и рулетка; к — угольник; л — гибкий водяной уровень; м — соколы; н — терка; о — полутерка; п, р — уровни
Для сооружения своего очага человек поначалу довольствовался подручными природными материалами — известняком и глиной, валунами и бутовым камнем, при этом неустанно экспериментировал. Так, когда-то в Киеве для прочности кладки добавляли в известь паклю, толченый камень, а в Смоленске — золу и уголь. Завезенный из Византии квадратный кирпич применялся только в южных поселениях Руси. В Новгороде предпочитали местный камень, во Владимиро-Суздальской земле также строили из своего белого камня. Между тем, «плита жженная», плита, плинфа пошла по Руси как удобный строительный материал и за несколько веков получила значительное распространение. В Софийской II летописи 1475 года читаем: «И кирпичную печь доспе за Ондроньевым монастырем в Калигников, в чем ожигати и как делати: нашего русского кирпича уже, да продолговатее и тверже; егда его ломать тогда в воде размачивают…» В дальнейшем кирпич претерпевает ряд изменений, и прежде всего в форме, а его производство уже при Петре Великом ведется промышленным способом. Чуть ли не тысячелетие испытывались и все другие материалы, из которых сегодня строят русскую печь.
Чтобы она хорошо и длительное время действовала, не докучая хозяину поломками, еще до кладки предстоит тщательно подобрать все необходимые материалы, способные выдерживать высокие температуры, быть огнестойкими и прочными при нагревании, иначе печь «раздувает жаром».
Вот перечень всего, что должно быть припасено на печь: тина, кирпич, песок, известь, цемент, бетон, бутовый камень, песок, войлок, толь, гвозди, мешковина, металлические уголки, стальные листы и проволока, а также весь набор печных чугунных изделий. В общей сложности вес печи составит около 4 тонн.
Рис. 7.
а — верхний чугунный настил; б — духовой шкаф; в — водогрейный бачок; г, д — печные заслоны; е — вьюшка; ж — задвижка; з — поворотная заслонка; и — чистка-коробочка; к — негерметическая дверца; л — герметическая дверца; м — дверца с лапками (кламмерами); н — дверца поддувала
В какой бы местности печь ни клали, больше всего понадобится кирпича и глины; на простую русскую печь — около 1 тысячи штук кирпича и 0,6 куб. м глины. На печь с подтопком и того больше: примерно 1200–1300 штук кирпича и 0,7–0,8 куб. м глины. Глина красная, или обыкновенная, в чистом виде почти не встречается. Ее считают жирной, если примесь песка в ней 2–3 %, средней (до 15 %) и тощей, в которой песок занимает почти одну треть, — около 30 %. В работе каждая из этих глин ведет себя по-разному. Добавки влияют на пластичность, усушку от высоких температур. Общее же свойство этого материала в том, что глина много впитывает воды, но столь же активно отдает ее при нагревании.
Все это учитывается, когда из глины изготавливают кирпич обыкновенный или огнеупорный, растворы, в которых глина — вещество вяжущее, заполнитель — песок и другие компоненты.
На печь хорош красный кирпич, нормально обожженный, стандартных размеров — 25x12x6,5 см и весом 3,2–3,5 кг. На постукивание он отзывается звонким звуком. Бледнее цветом кирпич недожженный, «недопек», при стуке звучит глухо. Такой допускается только на кладку разделок. Железняк, или «перепек», хоть и прочен, плохо колется, берут его лишь на фундамент печи.
Много значит для качественной кладки песок. Его уйдет на печь 0,8–0,9 куб м. Самым удачным признан горный песок. По своему строению — мелким и острым песчинкам — он всего выгоднее на кладку, крепко сцепляется с глиной и дает в растворе ровный и тонкий шов. Песок речной такой прочности не имеет, у него зерна отшлифованы водой. Мелкий песок барханов и дюн и вовсе в раствор не годен.
Любой песок непременно нужно просеивать.
Из других материалов важно знать о поведении извести. Негашеная, промышленного производства, порошком — она может вноситься в раствор сразу. А вот с известью в виде комка придется позаниматься, тем более что этот материал капризен в хранении и даже в сухом помещении с увлажнением воздуха теряет свои качества. Поэтому комковую известь придется обработать. Для этого готовят специальные, так называемые творильные, ямы, укрепляемые досками. На край ставят чуть внаклон прочно сбитый ящик с заслонкой, через которую пойдет известковое молоко. Негашеную известь слоем в ладонь заливают водой. Гашение идет бурно, с брызгами. Если сразу реакция не проявится, воду подливают медленно, дав процессу вызреть. Потом через заслонку молоко сливают в яму и повторяют процедуру, очистив ящик от осадка и сора.
Известковое молоко доходит до состояния теста за несколько суток и может храниться под слоем просеянного песка довольно долго. Для кладочных работ достаточно двухнедельной выдержки. И тогда состав отлично возьмется и в фундаменте печи, и в оголовке труб над крышей.
Кто видел работу печника, заметил, с каким усердием он составляет растворы. Основной из них — глиняный — используется для кладки печи внутри помещения. Всю наружную кладку производят известковым, цементным или известково-цементным раствором.
Как правило, печник сделает не одну пробу глины, прежде чем замесит из нее раствор. Он ищет «золотую середину» в пропорциях между глиной и песком. Он как бы соединяет в лучшем сочетании свойства этих материалов. Тут опасно допустить высокую жирность раствора, тогда неминуемы трещины в кладке, пустоты от уменьшения объема глины при высыхании. Так называемый тощий раствор нехорош тем, что непрочен, крошится. Практики смотрят, как раствор задерживается на лопате: очень прилипает — жирен, совсем скатывается — тощ.
Глину обычно замачивают за сутки или немного меньше, потом послойно выкладывают с песком и настойчиво размешивают, пока состав станет однородным.
Для верности раствор процеживают через сито.
В среднем на печь расходуют по 2,5 ведра раствора на 100 штук кирпича.
Практики нередко для прочности вносят на ведро 100–150 г поваренной соли, однако не переусердствовав, потому что и небольшой излишек может сыграть коварную роль: сквозь штукатурку выступят пятна, которые ничем не забелишь.
Хорошую пластичность и прочность дает раствор из одной части глины и одной песка, иногда песка берут вдвое больше. Воды вливают около одной четверти объема глины. Простейший материал на печь до трубы — это кирпич-сырец. На него берут два или три вида глины с различной пластичностью и добавляют песок. Все компоненты тщательно перемешивают, лучше сухими. Чтобы глиняная масса стала пластичной, ее заливают хотя бы на 10–12 часов при толщине глиняного слоя до 10 см, чтобы его хорошо перемешивать.
Теперь можно приступить к изготовлению сырца. Но надо учесть, что глина дает большую усадку в процессе сушки — от 6 до 10 %. Кирпич длиной 250 мм, высыхая, уменьшится на 25 мм. С учетом этого изготавливают форму под сырец.
Формы делают из струганых досок толщиной 20–25 мм, на гвоздях или шипах, но очень прочно. Для форм без дна желательны поддоны, то есть доски на 50–60 мм длиннее самой формы. До начала формовки сухую форму и поддон смачивают водой и посыпают песком (опудривают). Затем комья глины с силой бросают в форму. Уплотнив, срезают излишки массы скребком или куском доски.
Форму осторожно опрокидывают на сушильную доску, вываливают сырец плашмя для просушки. Как только он немного подсохнет (через 6–8 часов), его переворачивают и ставят на ребро. Сушат, пока не станет жестким, и тогда его укладывают ребром в штабеля.
Долгое время она была единственной конструкцией, распространенной и в центре России, и в сибирской деревне, на Алтае. В черной избе печь служила для обжига посуды. Во избежание пожаров потолки тут делали повыше, чем в избах белых, хотя саму печь ставили примерно по одним правилам.
По обыкновению для этого хозяин созывал помочь, ведь печь должна быть сбита в один день, пока не высохла глина. В помощи участвовали 6–8 человек: одни подносили глину, другие ее разминали тяжелыми деревянными киями, третьи такими же киями били печь.
Вот как описывают дореволюционные авторы сам процесс.
В том углу избы, который предназначен для печи, пола нет (казалось бы, толстые половицы лучше выдержат давление тяжелой печи, чем тонкие доски, на которые она устанавливается, но печь с голбцом занимают одну четвертую часть избы, и, вместо того, чтобы употребить на пол 5 дерев лесу, как это делается, пришлось бы потратить 10 дерев, ведь на устройство пола под печью идут горбыли, отпиленные от тех тесин, которые составляют пол остальной половины избы).
Так вот, на край отверстия в полу параллельно кладутся брусья, а концы их вдалбливаются в стены. На брусья помещают поперечные доски: на них потом ляжет печная глина. На брусья ребром ставят доски, которые, отгораживая угол, образуют две стороны ящика. Доски устанавливают под прямым углом. Третьей и четвертой стороной служат стены избы. Этот ящик зовется опечек.
У стены и на угол ящика прикрепляются по брусу, концы которых упираются в брусы у основания ящика, то есть в пол. Между вертикальными брусами крепят посередине еще один и сверху все той бруса соединяются перекладиной. Под углы опечка подставляются по столбу, оба они вкапываются в землю.
Это деревянные части печи. Теперь о кладке глиняных частей.
Глина берется луговая. (С лугов, которые затопляются водою, вероятно, идет не глина, а речной ил).
Поделиться книгой: