Мерле и Стеклянное Слово

— Возможно.

Вы здесь не потому, что сфинксы ваши друзья. И вы не будете просить сфинксов, чтобы они помогли вам убить нас.

— Ты действительно думаешь, что для этого мне понадобится помощь?

— Да, — сказал Фермитракс. Это было его первое слово за несколько часов. — Я думаю, понадобится.

Оба противника обменялись пристальными взглядами, но никто не хотел обострять положение. Момент был неподходящий.

Юнипа снова разрядила обстановку. Ее мягкий, очень спокойный голос завладел вниманием Сета:

— Вы попытались убить Барбриджа, а когда вернулись из Ада, нашли страну, превратившуюся в ледяную пустыню. Почему вы не отправились сразу во дворец Фараона или в храм жрецов Хоруса? Почему прилетели в крепость сфинксов? Мне это кажется довольно странным.

— И что же это, по-твоему, значит, маленькая зеркальная девочка?

— Огонь в вашем сердце, — сказала она загадочно.

Мерле уставилась на Юнипу, потом поймала взгляд обсидианового льва. На мгновение холод в глазах Фермитракса сменился удивлением.

Сет наклонил голову.

— Огонь?

— Любовь. Или ненависть. — Зеркальные глаза Юнипы светились в золотом сиянии льва. — Скорее ненависть.

Жрец молчал, раздумывая.

Голос Юнипы продолжал атаковать:

— Я думаю, месть. Вы ненавидите сфинксов, и вы здесь, чтобы уничтожить их.

— О боги! — пробормотала Королева Флюирия в мыслях Мерле.

Фермитракс прислушивался все внимательнее, глядя то на Юнипу, то на Сета.

— Это правда?

Жрец Хоруса не удостоил льва ответом. Он теперь не обращал внимания даже на Мерле. Казалось, он находился в лодке наедине с Юнипой.

— Ты и впрямь удивительное создание, малышка.

— Меня зовут Юнипа.

— Юнипа, — медленно повторил жрец. — Удивительно.

— Вы больше не являетесь правой рукой Фараона, не так ли? Вы потеряли все, когда там, внизу, вам не удалось убить Лорда Света. — Юнипа задумчиво теребила пальцами прядь своих светлых волос. — Я знаю, что права. Иногда я вижу не только внешнюю сторону вещей, но и их суть.

Сет глубоко вздохнул.

— Фараон предал жрецов Хоруса. Он дал мне задание убить Лорда Света. Сфинксы предсказали Аменофису, что кто-то придет из Ада и уничтожит его. Поэтому он хотел, чтобы я убил Лорда Света, а еще лучше, чтобы и сам я при этом погиб. Аменофис приказал схватить всех моих жрецов и угрожал казнить их, если моя миссия не будет иметь успеха.

— Что ж, — злорадно сказал Фермитракс, — ты потерпел неудачу. Мои поздравления.

Сет бросил на льва яростный взгляд.

— Аменофис уже знает, что Лорд Свет жив, — продолжал он. Сет опустил глаза, и Мерле стало почти жаль его. — Мои жрецы убиты. Культа Хоруса больше не существует. Я единственный, кто еще остался. А сфинксы заняли наше место рядом с Фараоном. Они задумали это с самого начала. Мы должны были воскресить Аменофиса и основать Империю. А теперь сфинксы пожинают плоды наших трудов. Они держались в тени, а потом выбрали подходящий момент и перетянули Фараона на свою сторону. Они вынудили его предать нас. Сфинксы использовали Аменофиса и манипулировали нами. Хотя нет, это не так. Другие меня предупреждали, но я им не верил. Я не допускал мысли, что сфинксы ведут двойную игру с Империей. А ведь так было всегда: Империя завоевывает мир, а сфинксы завоевывают Империю. Они сделали нас своими подручными. А я был самым наивным и закрывал глаза на правду. Мои жрецы заплатили жизнью за мою ошибку.

И теперь вы прибыли к сфинксам, чтобы отомстить, — сказала Юнипа.

Сет кивнул.

— По крайней мере, это я умею.

— Ах, мне дурно, — язвительно заметила Королева.

Мерле не обратила на нее внимания.

— Как вы хотите уничтожить сфинксов?

Казалось, что Сет немного испугался собственной откровенности. Он, верховный жрец Хоруса, разрушитель многих стран и палач целых народов, открылся двум детям и ожесточенному каменному льву.

— Пока не знаю, — сказал он после некоторого раздумья. Но я найду способ.

Фермитракс презрительно фыркнул, но не так громко, как он фыркнул бы до признания Сета. Его тоже поразила и даже немного впечатлила откровенность жреца.

Но все же никто из них не считал Сета своим союзником. Если ему понадобится, он пожертвует всеми, не моргнув глазом. Этот человек одним взмахом руки уничтожал десятки тысяч людей. По его приказу сжигались города и осквернялись кладбища целых народов, чтобы из трупов наделать воинов-мумий.

Сет не был союзником.

Он был самим дьяволом.

— Занятная трагедия, — сказала Королева Флюирия. — Хорошо, что он не обвел всех вас вокруг пальца.

Мерле взяла Юнипу за руку.

— Что еще ты знаешь о нем? — спросила она, не обращая внимания на испепеляющий взгляд Сета.

Зеркальные глаза отражали золотое сияние Фермитракса так сильно, что копия Мерле горела в них, как насекомое в пламени свечи.

— Он злой человек, — сказала Юнипа. — Но сфинксы в тысячу раз страшнее Сета.

Сет отвесил иронический поклон.

— Хорошо бы написать это на твоем надгробии, — мрачно заметил Фермитракс.

— Я распоряжусь, чтобы его высекли из твоего бока, — парировал жрец.

Фермитракс поскреб когтями по палубе, но отказался от дальнейшего словесного поединка. Он предпочитал сражаться когтями, а не колкостями.

Мерле наблюдала за Юнипой с возрастающим беспокойством. Потом ее взгляд упал на смотровую щель. И она увидела… нечто жуткое, поднимавшееся изо льда, сковавшего дельту реки.

— Это и есть Железное Око?

Сет продолжал смотреть на Мерле. Никто не нуждался в его подтверждении, все и так знали ответ.

Юнипа тоже прижалась лицом к узкой щели иллюминатора. По его краям расцвели ледяные цветы, тонкие, длинные пальцы, нащупывающие их отражения.

Сначала это выглядело как гора, острый конус изо льда и снега, неестественная складка на равнинной поверхности, словно кто-то смял горизонт, как лист бумаги.

По мере приближения Мерле смогла рассмотреть подробности. Перед ними предстало строение пирамидальной формы, но с более крутыми гранями. Острый верх пирамиды был отсечен, как будто его срезали косой. На месте вершины из сугробов поднималось скопление башен, фронтонов, балконов, балюстрад и колоннад. Что бы ни пряталось внутри Железного Ока, там, наверху, находился настоящий глаз. Мерле он показался перископом гигантского корабля, который держит под наблюдением всю страну и, может быть, даже всю Империю. Корпус пирамиды — из стали, камня или железа показался Мерле сооружением строгим, практичным, рациональным, без единого архитектурного излишества. Зато строения наверху отличались изяществом: причудливые дома, хрупкие, тонкие мостики и красиво оформленные оконные рамы. Если было такое место, где сфинксы действительно жили, а не правили, то оно находилось там, на вершине Железного Ока.

Крепость была высокой, чуть ли не до неба, но тяжелое серое покрывало из облаков нависало над ней так же, как и над всем остальным. Железное Око было могущественным, но не сверхъестественным. Не небесным.

«Сфинксы в тысячу раз страшнее Сета», вспомнила Мерле слова Юнипы.

Лодка описала широкую дугу вокруг всего сооружения. Мерле не поняла зачем. Может, Сет хотел напоследок продемонстрировать им свою магическую силу? Или, наоборот, показать им могущество живущих в крепости сфинксов? Или предостеречь?

Наконец он направил лодку к горизонтальной щели на южной стороне Ока, на покрытой снегом, ослепительно белой стене. Там внутри одного из бесчисленных проемов Мерле разглядела целую эскадру солнечных лодок.

Дюжина лодок-разведчиков кружила вокруг крепости. Они контролировали замерзшую дельту реки. Но затянутое тучами небо лишило солнечные лодки их подвижности, и они еле двигались. Как будто хищные птицы превратились в тяжелых на подъем уток.

— Что вы теперь намерены делать? — спросила Мерле.

Сет снова закрыл глаза, сосредоточившись на посадке.

— Я должен посадить лодку в ангар.

— Но нас же заметят!

— Это не моя забота.

Фермитракс шагнул к Сету.

— Она может легко стать твоей.

Жрец открыл глаза, но посмотрел не на угрожающего ему льва, а на Юнипу.

— Я мог бы попытаться приземлиться наверху на платформе. Патрульные это заметят, но, если нам повезет, мы успеем скрыться за зданиями.

— Почему он рискует ради нас? — подозрительно спросила Королева.

— Это ловушка, — проворчал Фермитракс.

Сет пожал плечами, снова закрыв глаза.

— У вас есть другие предложения?

— Увези нас отсюда, — сказал лев.

— А где найдешь правду, которую ищешь? — усмехнулся Сет.

Фермитракс не ответил. Мерле и Юнипа тоже промолчали. У них был выбор: либо снова очутиться в снежной пустыне, либо спрятаться где-нибудь в Железном Оке, пока они не придумают подходящего плана дальнейших действий.

У ворот ангара лодка развернулась и стала подниматься вверх по спирали. Мерле попыталась не выпускать патрулей из виду, но ограниченный обзор позволял рассмотреть вдали только отдельные летающие серпы. Наконец она сдалась. Ничего не поделаешь. В данный момент их жизнь находилась в руках Сета.

Им потребовалось еще несколько минут, чтобы достичь цели. Мерле перешла на другую сторону лодки, чтобы лучше разглядеть постройки. На крышах, балконах и эркерах лежали сугробы, а незастроенный край платформы был занесен глубоким снегом. Смогут ли они вообще вылезти наружу? И как можно по такому снегу уйти от преследователей?

Сет совершил мягкую посадку. Лодка опустилась на снег, с хрустом проломив ледяную корку. Они находились примерно в двадцати метрах от первых зданий. Через окно Мерле увидела многочисленные крыши и башни, узкие улочки между домами, настоящий лабиринт улиц и переулков.

Мерле невольно подумала о Серафине. Вот кто сумел бы остаться незаметным в этом лабиринте. На то он и лучший вор Венеции! Где-то он теперь?

— Выходите! — Голос Сета заставил ее забыть о Серафине. — Быстрее, быстрее!

А потом она бежала. Держа за руку Юнипу. Иногда без нее. Потом снова вместе с ней. Спотыкаясь. Замерзая. Не смея посмотреть вверх из страха перед лодкой, летящей, может быть, прямо на них.

Только когда они все, один за другим, спрятались за стеной (даже Сет и Фермитракс почти миролюбиво стояли рядом), Мерле отважилась перевести дыхание.

— Что теперь? — Лев напряженно смотрел на край платформы, где сияющее снежное поле внезапно обрывалось и переходило в серую бездну облаков.

— Вы можете идти, куда хотите.

Сет искоса посмотрел сначала на Мерле, потом на Юнипу. От Мерле не ускользнуло то, как внимательно Сет изучал Юнипу, и тогда в лодке, и теперь здесь, снаружи, и ей это совсем не нравилось.

Сама Юнипа ничего этого не замечала. Она оперлась рукой о стену здания и тут же сдавленно застонала. Юнипа резко отдернула руку и посмотрела на ладонь — огненно-красную, с капельками крови на коже.

— Железо, — сказал Фермитракс. — Стены действительно из железа.

Мерле озабоченно склонилась над рукой Юнипы.

Сет усмехнулся.

Лев осторожно принюхался.

— Не прикасайтесь к стене! На таком морозе кожа приклеится! — Тут он вспомнил, что Юнипа уже совершила эту ошибку. — С тобой все в порядке? — спросил он ее.

Мерле промокнула кровь на руке Юнипы рукавом. Крови было немного, и она больше не сочилась. Юнипе повезло. Но в нескольких местах — там, где тонкий верхний слой кожи содрался, прилипнув к железной стене, образовались маленькие ранки. У обычного человека они зажили бы не скоро, но Юнипа носила в себе Каменный Свет.

— Уже проходит, — сказала она тихо.

Сет отодвинул Мерле в сторону, взял руку Юнипы, что-то прошептал и снова отпустил. После этого покраснения исчезли, а раны закрылись.

Мерле уставилась на руку Юнипы. «Почему он помогает нам?»

— Не нам, — сказала Королева Флюирия. Юнипе.

«Что ему нужно от нее?»

— Не знаю.