Убийство в отеле «Киннен»

− Значит, я возвращаюсь к убийству в отеле «Киннен»?

− Убийство меня не интересует, − ответила Уайт. − Им займется лейтенант Дорри. Наше задание – наше единственное задание − найти порохового мага. Ясно?

Адамата прошиб пот. Все вдруг пошло наперекосяк. Рикард обречен на гильотину, Мелани не дождется правосудия, а сам Адамат на пару со слугой Королевского совета будет ловить преступного порохового мага?

Интересно, не ждут ли его резкие изменения в карьере?

− Да, констебль Уайт, − ответил он хрипло.

− Хорошо. Капитан Хиви, вы согласны?

Хиви кивнула.

− Если будут спрашивать, мы с детективом-констеблем на особом королевском задании. А теперь, мой дорогой Адамат, не будем терять ни секунды.

Адамат собрался последовать за Уайт, но Хиви встала и, обойдя стол, поймала его за рукав. Встретившись с ней глазами, он с удивлением заметил в них тревогу.

− Адамат, − произнесла она, − будьте очень, очень осторожны. Эта женщина из тех, кто идет по трупам.

* * *

− Вопросы есть?

Совершенно безобидная фраза: так может поинтересоваться секретарь, после того как вы заполнили несколько страниц документов. В устах атташе − точнее, констебля − Уайт в ней слышался зловещий оттенок. Конечно, у Адамата были вопросы − сотни вопросов. Однако их нельзя задавать особе вроде Уайт.

Она смотрела в окошко наемного кэба, а Адамат изучал ее профиль. Кэб стоял перед полицейским участком. Уайт была погружена в себя, и за ее горящими глазами будто вращались шестеренки. Вдруг она повернулась к Адамату, и он отвел взгляд, устыдившись, что пялится на нее.

Ноздри у нее затрепетали.

− Не вижу смысла играть в игры. Вы догадываетесь, кто я, и, хотя наше задание вполне может оказаться опасным, с моей стороны вам ничего не угрожает. Мы оба на службе у государства, каждый по-своему. Если у вас есть вопросы, спрашивайте напрямик.

Адамат не мог определиться, то ли вздохнуть от облегчения, то ли укрепиться в своих подозрениях. Для тех, кто на службе у государства, лицемерие − нечто само собой разумеющееся. Любое его слово может стоить карьеры или, о бездна, привести на гильотину.

− Почему я? − спросил он.

Уайт снова улыбнулась одними глазами.

− Это же очевидно, Адамат. Могу я вас так называть?

− Да, мэм... э, констебль Уайт. Прошу прощения, но для меня это не очевидно.

− Видимо. − Она ненадолго замолчала, и Адамат решил, что если бы она относилась к тем женщинам, которые любят вздыхать по любому поводу, то непременно бы вздохнула. − Я слуга с сотней специализаций. Некоторые связаны со шпионажем, другие − с насилием. Как ни странно, навыков поиска людей в многолюдном городе среди них нет.

− В первом участке обо мне не лучшего мнения, − признался Адамат. − На самом деле я только что перевелся. От кого-нибудь другого вам было бы больше толку.

У него зародилось смутное подозрение, что именно поэтому его можно пустить в расход.

− Сомневаюсь, − отозвалась Уайт. − Я знаю, на что годится первый и его констебли. Они стараются поддерживать − и не без оснований − иллюзию порядка, а не выполнять свою работу. Вы же, напротив, истинный следователь. Полиция стремится к результатам, любым результатам, а вы − к настоящим. Мне нужно то же, что и вам.

Адамат облизнул губы. Похоже, ему не отвертеться.

− Откуда вы столько обо мне знаете?

− Знаю? Перед тем, как прибыть в кабинет вашего капитана, я прочитала ваше личное дело и ваш отчет о вчерашнем расследовании. Этого хватило, чтобы убедить меня, что вы подходите.

− Спасибо, − сказал Адамат. «Наверное».

Опять эта проклятая улыбка в ее глазах.

− Не благодарите, пока мы не выйдем живыми из стычки с пороховым магом.

«Она говорит об этом, будто о прогулке в парке. Может, для нее это обычный день, но мне нечасто приходится иметь дело с магией».

− Уайт, − медленно произнес Адамат. − Насчет расследования убийства.

− Мы не расследуем убийство.

− Но из него все вытекает.

Улыбка исчезла из ее глаз.

− Кажется, я ясно дала понять, что мы в него не вмешиваемся. У моих хозяев только один интерес − найти порохового мага.

− Я... − Адамат осекся. Возражения бесполезны. Уайт не даст ему свободы действий, и не пройдет и месяца, как Рикард отправится на гильотину, если комиссар настоит на своем.

В голове Адамата роились подозрения и наполовину оформившиеся версии. Он старался держать их в узде: версии, основанные на подозрениях, никому не помогут. Ему придется убедить Уайт в том, что обвинение Рикарда в убийстве любовницы противоречит интересам Королевского совета, или найти другой способ помочь другу.

− Я понял, − наконец сказал он.

Уайт коротко кивнула и постучала в потолок. Кэб тронулся.

− Куда мы едем?

− Куда скажете. Расследование ведете вы. Как мы будем искать этого порохового мага?

Адамат ненадолго задумался. Уайт не хотела касаться убийства Мелани, однако его версия была полностью завязана именно на нем. C Рикардом придется поговорить − чем раньше, тем лучше. И не при Уайт.

− У вас есть какие-нибудь зацепки? − спросил Адамат. − Полагаю, в вашем распоряжении приличная сеть информаторов. Не было ли донесений о пороховом маге в городе?

− Пороховые маги находятся под строгим наблюдением Королевского совета, но еще строже за ними следит генерал Тамас. Он сам пороховой маг и, хотя король к нему благоволит, не хочет, чтобы его собратья по магии орудовали в городе, привлекая внимание совета. Подозреваю, что он с женой сделали бы за нас всю работу, если бы сейчас находились в стране. Он почти так же безжалостен, как и мы.

Последние слова Уайт произнесла неохотно и провела языком по зубам, словно пытаясь избавиться от неприятного привкуса.

− Значит, нет? − уточнил Адамат.

Уайт раздраженно кашлянула.

− Пару месяцев назад ходили слухи, что на одну из банд в доках работает пороховой маг. Никаких подтверждений наши люди не нашли. Больше мне сказать нечего.

− Что ж, оттуда и начнем.

Адамат заставил себя отвлечься от тревог – многочисленных опасностей, связанных с расследованием, и неопределенности насчет карьеры после того, как Уайт вернется к своим хозяевам, – и полностью сосредоточился на текущем задании. Он выглянул в окно:

− Кучер, отвезите нас к таверне «У Уильяма» на набережной.

* * *

− Вы знакомы с «Брадобреями с Черной улицы»? − спросил Адамат, когда они почти приехали.

Доки Адопеста, раскинувшиеся вдоль западного берега Адроанского озера, представляли собой скопище ветхих строений и вонючих улочек, по которым рыскали бандитские шайки. Во время правления Железного Короля значительная часть Адопеста была перестроена, но доки оставались трущобами и отчаянно нуждались в реконструкции. Добропорядочные горожане избегали этого района так же, как визитов к дантисту.

− Я про них слышала, − сказала Уайт. − Одна из мелких шаек в этой части города?

− Да, − подтвердил Адамат.

Легко разбрасываться словом «мелкая», когда работаешь на адроанский Королевский совет. Обычным людям «Брадобреи с Черной улицы» внушали ужас.

− Мой контакт в таверне − их молодой новичок. Нервный парень, все время крутит в руках бритву.

− Вы меня предупреждаете, чтобы я не испугалась? − В голосе Уайт проскользнул намек на веселье, будто она сказала: «Как мило!»

− Нет. Я предупреждаю, чтобы вы его не убили из-за того, что он просто дерганый.

Уайт посмотрела на свои длинные ногти.

− Адамат, запомните, если я начинаю дергаться, то не кидаюсь сразу убивать того, кто открыл бритву.

Она вздернула подбородок и искоса глянула на Адамата. Если бы он не знал, что к чему, то решил бы, что задел ее чувства.

Они вышли у таверны в двух шагах от набережной. Это было одно из тех огромных заведений, в которых ошивается всевозможное отребье, постоянно стекающееся в город в поисках временного заработка в порту.

Адамат подождал, пока глаза привыкнут к царящей внутри темноте, и начал пробираться между столами. В будний день в одиннадцать утра основную часть посетителей составляли портовые рабочие, которым не повезло с до зарезу нужной работой и которые ждали нового дня, чтобы снова попытать удачу. Чаще всего они оказывались либо как стеклышко трезвыми, либо мертвецки пьяными.

Наконец Адамат заметил бледного мальчишку лет пятнадцати с грязной всклокоченной шевелюрой, в черной куртке, будто снятой с несвежего трупа. Мальчишка развалился в дальнем углу таверны на грязной деревянной скамье, задрав ноги на старый ящик с надписью «Рыбные консервы». Рядом двое ребятишек бросали кости, и он старался не выказывать интереса к игре, то открывая, то закрывая старую бритву.

− Тиф, − позвал Адамат, нависнув прямо над ним.

Мальчишка нахмурился.

− Я думал, ты больше не покажешься в этой части города.

− Нужно поговорить, Тиф.

− Я занят.

Адамат почувствовал руку Уайт на своем плече.

− Это отродье − твой осведомитель? − тихо спросила она.

− Приходится работать с тем, что есть. Тиф, идем.

Адамат ткнул тростью в грудь мальчишки. Тот оттолкнул трость.

− Я же сказал, что занят. Я...

Адамат схватил его за грудки, стянул со скамьи и поволок по полу, не обращая внимания на то, что тот молотит руками и ногами. В любой другой день он бы проявил терпение, постаравшись заинтересовать Тифа, но не сегодня. Усадив мальчишку на стул у стены, Адамат расположился напротив. Тиф тут же попытался подняться, но Адамат тростью пригвоздил его к месту.

Уайт осталась стоять. В тусклом свете ее сухопарая фигура казалась зловещей.

− Бездна, это еще кто? − проскулил Тиф, посмотрев на Уайт.

− Мой новый напарник, − ответил Адамат.

− Я ее не знаю.

Тиф раскрыл бритву и через силу закрыл, будто очень хотел пустить в ход. Он окажется последним глупцом, если нападет на полицейского, но, по мнению Адамата, все «Брадобреи с Черной улицы» хоть немного, но больные на голову, поэтому он не спускал глаз с бритвы.

− Ее зовут Уайт. Уайт, это Тиф. Вот и познакомились.

Адамат сильнее надавил тростью, пока Тиф не заерзал.

− Доброе утречко, мэм, − наконец произнес тот дерзко.

− Очень хорошо, Тиф. Я ищу информацию о пороховом маге. Ходили слухи, что осенью он обитал в доках, работал на какую-то шайку. Я хочу знать, кто он, на кого работал и где его найти.

Тиф затряс головой еще до того, как Адамат договорил.

− Нет, нет, нет. Не буду говорить ни про каких пороховых магов. Ничегошеньки. Мне нечего сказать.

− Правда? − Адамат надавил тростью.

Тиф не отреагировал.

− Да, правда.

Отложив трость, Адамат достал бумажник, отсчитал несколько банкнот и сунул их в нагрудный карман грязной куртки Тифа.

− Мне нечего сказать, − повторил мальчишка. − Нечего. Ничего не знаю о пороховом маге.

Адамат достал еще пару банкнот и добавил их в карман.

− Правда, − настаивал Тиф. − Ничего. А если бы что-то знал, все равно бы не сказал. Пороховые маги − это не к добру. − Он посмотрел на Уайт, будто ища одобрения. − О них только вякни, тут же явится Королевский совет и начнет вынюхивать.

Адамат откинулся на спинку стула. Тиф и не подумал вернуть банкноты. Он явно что-то знал, пусть и какие-то крохи, но, видимо, страх пересиливал жадность. Адамат прошелся рукой по волосам и рассеянно подумал, не поредели ли они. Его отец рано облысел. Не пойдет ли и он по его стопам?

− Тем не менее, − произнес Адамат. − Нам нужно знать.

Тиф покачал головой.