Магистр! Вы, кажется, влюбились

Этого стоило ожидать, я должна была заметить, что его руки изящнее многих мужских рук. Да его пальцы были тоньше моих!

— Полный провал, — простонала я, принимая не подошедшее кольцо. Обессиленная, я села там, где стояла.

Дасти опустился на пол рядом со мной, обнял за плечи и попросил:

— Только не плачь.

— И не думала даже.

Мы не были друзьями, встречались иногда на лестнице. Два раза обедали, случайно столкнувшись на улице. Я мало что знала о нем, он совсем ничего не знал обо мне, но мы были симпатичны друг другу. Именно поэтому я пошла к нему, когда возникла проблема, и поэтому он не отказал. И сейчас сидел рядом со мной и думал, как мне можно помочь.

И уже только за это я готова была помочь ему с уборкой.

Мы не были друзьями, но совершенно точно могли ими стать.

— А знаешь, — вдруг сказал он, встряхнув меня за плечи, — у меня есть идея. Совсем сумасшедшая, но может сработать.

— Что?

— Сержант Нирей. Вот уж из него точно выйдет образцовый фальшивый муж.

Я усмехнулась. Если бы не жалела себя сейчас, рассмеялась бы в голос, такой забавной мне показалась эта идея.

— Совсем ненормальный? — спросила я. — Зачем бы ему помогать мне?

— Спасать прекрасных дев его хобби, — серьезно ответил Дасти. — Поднимайся, пойдем к нему.

Он уже все решил и собирался во что бы то ни стало мне помочь. Кажется, не только у его сержанта было такое странное хобби…

***

— Может, не стоит? — с сомнением спросила я, когда Дасти уверенно потащил меня по лестнице к добротной двери. — Время позднее, да и вообще… что мы ему скажем?

— Что ты в беде и он единственный, кто может тебя спасти. — Дасти снисходительно похлопал меня по руке, зажатой в его тощих пальцах. — Говорить буду я, тебе достаточно изредка жалобно вздыхать и выглядеть несчастной.

Жил сержант в приличном районе в хорошем доме, где квартиры не походили на мышиные каморки, а улицы были хорошо освещены.

Я не могла представить, чтобы человеку, проживавшему сытую и спокойную жизнь, было дело до проблем кого-то вроде меня. Той меня, в которую я превратилась после побега…

Я ничего не знала о жизни городских стражников и оказалась несправедлива к сержанту.

Он не выгнал нас, стоило Дасти только заикнуться о помощи. Впустил в квартиру, предложил чаю, выслушал.

— Девушка в беде, — значимо закончил рассказ мой несостоявшийся фиктивный муж, — и только вы можете ее спасти.

— Почему же? — удивился сержант. Представить нас Дасти не удосужился, потому имени своего возможного спасителя я все еще не знала.

— Я пытался. Но кольцо не подошло.

И вы уверены, что оно подойдет мне? — Вопрос был задан мне, но ответил на него Дасти, за что я была ему очень благодарна.

— Можем проверить.

Сержант не колебался.

— Что ж, давайте.

Я завозилась, разыскивая колечко по карманам. Успела даже испугаться, что потеряла его. Дасти в нетерпении ерзал, неосознанно толкая локтем и тесня меня. Небольшой диванчик не был предназначен для нашей неспокойной компании.

Сержант терпеливо ждал.

Кольцо в конце концов нашлось и, несмотря на все мои опасения, село как влитое.

— Ну вот же! — торжественно озвучил свершившееся Дасти.

— Подошло, — не веря своим глазам, прошептала я.

— Хорошо, я помогу, — решил сержант и, не теряя времени понапрасну, спросил: — Во сколько завтра мы должны быть в академии?

Мне не пришлось ничего решать или планировать, получив всю нужную информацию, он пообещал быть около нашего дома в нужный срок.

И лишь на пороге я вспомнила, что не узнала главного.

— Простите… но как вас зовут?

— Даян Нирей. Полагаю, для вас просто Даян. — После недолгой заминки он исправился: — Для тебя.

— А я Рэйна… Рэй.

Сержант улыбнулся.

— Рад знакомству. 

Глава вторая

Когда я вывалилась из прохладного полумрака подъезда, запыхавшаяся после быстрого спуска с шестого этажа, сержант встретил меня улыбкой.

Весь такой представительный в своей темно-серой форме, с сияющими на плечах стилизованными крыльями. При свете дня мой фиктивный муж был особенно хорош. Подтянутый, голубоглазый, очень располагающий к себе молодой человек.

И даже солнечные лучи путались в его светлых волосах как-то по-особенному продуманно.

Будь я чуть впечатлительнее, мое сердце уже было бы безоговорочно покорено.

Он терпеливо дождался, пока я переведу дыхание, предложил руку и даже попытался отнять портфель с документами. За руку я ухватилась, портфель не отдала, но искренне поблагодарила за заботу.

Я была воспитанной, а в особенно хорошие дни даже милой.

Но сегодня был плохой день.

Всю ночь я не могла уснуть, переживала из-за скорого разговора с ректором, задремать сумела лишь утром и чуть не проспала все самое важное. Из-за этого так спешила, что умудрилась вывернуть на платье баночку с джемом. Пришлось переодеваться, а я осталась без завтрака и без самого своего красивого платья. Но и на этом проблемы не закончились.

Я обожглась слишком горячим чаем, чуть не сломала ноготь, запирая дверь, подвернула ногу на лестнице…

И с ужасом ожидала, что за испытания ждут меня дальше.

Но вот приятная неожиданность: рядом с сержантом мое невезение присмирело. Дорога до академии — три длинных улицы и небольшая площадь с фонтаном — оказалась для меня совершенно безопасной.

На голову не свалился ни один цветок в глиняном горшке, фонтан не взорвался веером брызг, когда я проходила мимо, и даже мальчишки, разносившие газеты, не уронили меня в собравшуюся после ночного дождя лужу.

Жизнь наладилась, а я крепче сжимала руку сержанта, опасаясь, что стоит мне только его отпустить — и какая-нибудь неприятность вновь меня заметит.

— Я подготовил бумаги, — как ни в чем не бывало сообщил он на подходе к академии.

— Какие бумаги?

— Подтверждающие наш брак. — Даян вытащил из нагрудного кармана несколько аккуратно сложенных листов. Справка о заключении брака, справка об отказе от заключения брачного договора… Читая ее, я хмыкнула:

— Какие мы беспечные.

И подпись моя на всех этих бумажках уже стояла. Фальшивая, та самая, которой я скрепляла договор аренды… Дальше я не смотрела, вернула бумаги сержанту. Меня не могло не насторожить то, с какой легкостью у него получилось так быстро подделать документы, но я старалась не подать виду.

После такого открытия мне с ним точно не стоило ссориться.

— Но когда вы успели их сделать?

— Это совсем не сложно, если в городской канцелярии имеется должник… — Несмотря на все старания, сержант заметил мое беспокойство. — Вам не о чем переживать. Магически документы не заверили. Подделку обнаружит любой законник. Это хорошо сделанная фальшивка, но она всего лишь фальшивка. И для вашего спокойствия мы торжественно сожжем ее после того, как вы получите работу. Договорились?

— Да. — Я смущенно улыбнулась, стыдясь своего облегчения. С недавних пор меня безумно пугало все, что хоть как-то могло ограничить мою неожиданно обретенную свободу. Внезапное озарение стерло с моего лица улыбку. — А ректор? Что, если он заметит?

— Если не инициирует проверку, не заметит.

— А если инициирует?

— Зачем? — удивился сержант. — Он вас в чем-то подозревает?

— Н-нет, кажется. Не знаю.

— Тогда перестаньте беспокоиться. Если вы не будете выглядеть виноватой, никто ничего не заподозрит.

— Ладно. — Я расправила плечи. Никогда раньше я и представить себе не могла, что врать так сложно, а главное — страшно. — Только… а вам за это ничего не будет? Подделка документов все же.

Сержант фыркнул.

— В прошлом году командор такой же подделкой отбивался от родственников. Поверьте, Рэйна, ничего страшнее выговора мне не грозит. Вам же вовсе не о чем беспокоиться. Вас никто ни в чем не обвинит.

Когда мы ступили на территорию академии, миновав приветливо распахнутые кованые ворота, сержант склонился ко мне и, понизив голос, напомнил:

— Меня зовут Даян. Если сможешь, зови милым. Не стесняйся. И на «ты».

Я кивнула и покрепче сжала ручку портфеля. Там была вся моя жизнь — ничем не примечательная, но стоившая мне значительной части сбережений карьера скромного библиотекаря Рэйны Шад. Единственное настоящее, что было во всех этих документах, — мое имя.

Это была даже не совсем подделка — настоящая история девушки, умершей во время мора несколько лет назад. Ей ее прошлое уже было не нужно, а меня оно спасло.

Хотя образ настоящей Шад все еще порой являлся мне в кошмарах. В такие моменты я жалела, что решилась изучить оригинал и увидела ее фотографию, обтрепавшуюся от времени, монохромную и нечеткую…

В приемной ректора было неожиданно людно и шумно. Прекрасные девы, с завитыми локонами, в своих лучших платьях, порхали по светлому помещению, доводя до нервного тика немолодую секретаршу.

Проскользнув по стеночке, намертво вцепившись в рукав мундира ДаВилора, вынуждая его следовать за мной, я подкралась к столу дамы… Флаффи Тоерти — именно так звали секретаршу, если верить табличке, — и шепотом спросила:

— А кто все эти девушки?

— Леди, — выплюнула пожилая женщина, и из ее уст слово прозвучало ругательством. — Соискательницы на место библиотекаря.

— Они? — опешил сержант. — Так много?

— До сегодняшнего дня их было меньше, — охотно отозвалась дама Тоерти, страдальчески морщась от каждого всплеска нежных девичьих взвизгов. — Но вчера вечером объявление о свободной вакансии было снято, и леди решили пренебречь договоренностями.

— Какими договоренностями? — Я на всякий случай подтащила ДаВилора поближе, заметив оценивающий взгляд одной из дев. Пока он являлся моим фиктивным мужем, я собиралась оберегать его честь всеми силами. В глазах ректора наш брак должен был выглядеть крепким!

— Леди составили список и на собеседования приходили каждый день. Парами.

— Но… зачем?

— Слухи, моя дорогая, слухи. Ни для кого не секрет, какое безумие творится в академии. Когда наследник одного из сильнейших домов Валграда женился на коменданте женского общежития, об этом писали все газеты. Все эти леди убеждены, что и им улыбнется удача. Каждая из них верит, что, как только она получит работу, кадет, наследник какой-нибудь влиятельной семьи, обратит на нее внимание. — Еще вчера секретарша испепеляла меня презрительным взглядом, а сегодня уже проявляла исключительное расположение и охотно все объясняла.

На фоне всех этих громогласных прелестниц мои скромность и заурядность выглядели выигрышно. Я тут была единственной, кто пришел устраиваться на работу ради самой работы, а не для поиска женихов. И дама Тоерти это наконец поняла.

Одна на два десятка красавиц…

Размах катастрофы поражал.

Стены сотряс яростный вопль ректора:

— ВОН!

И через несколько секунд из кабинета вылетела заплаканная леди. Ни на кого не глядя, она бросилась прочь из приемной.

Придержав дверь, с победной улыбкой, проигнорировав ропот тех, кто ждал своей очереди, в кабинет Гэдехара решительно нырнула очень самоуверенная брюнетка.

— А некоторые нацелены на самого магистра, — прокомментировала увиденное секретарша.

Не прошло и минуты, как дверь вновь распахнулась, и ректор самолично вывел из своего кабинета воинственно шипящую на него леди.

Обведя приемную диковатым взглядом, он заметил меня. Рада этому я не была.

— Ты.

Почудилось ли мне облегчение в его голосе или нет, но я на всякий случай спряталась за Даяном, едва слышно подтвердив: