Функция-2

— Чего? — захлопала ресницами рыжеволосая няша. Вадим, перегородивший выход из кухни, дернул уголком рта. Понял, зараза, что я сказал, ему же лет под сорок было. Но пояснять ничего не стал.

— Правила, говорю, рассказывай. Что вы тут за масонские кодексы напридумывали.

— Правила общежития. — быстро вернула самообладание девушка. — Так сложилось, что новусы живут родами и плохо реагируют на чужаков.

— Львы, типа?

— Что-то вроде. Новосибирск — чужая для нашего рода земля. Но это бы еще полбеды. Например, если в Благовещенск без злых намерений приезжает новус из Хабаровска, ему нужно лишь встретиться с уполномоченным представителем клана и получить разрешение на нахождение.

— А тут?

— Здесь по-другому все. Исторически, Новосибирск массово заселялся во время Великой Отечественной, сюда свозили промышленные мощности и научные элиты страны…

— Я умею пользоваться Википедией, кстати. На случай, если ты решила продолжать считать меня быдлом микраховским

— Не перебивай. — Вадим не повысил голос, но напустил туда столько угрозы, что я мгновенно ощетинился. — Тебе нужно четко понять, как обстоять дела, чтобы не сдохнуть самому и нас не подставить. Так что закрой рот и внимательно слушай.

Несмотря на бешенство, которое вызывал во мне этот престарелый франт с посеребренными сединой висками, я был вынужден признать его правоту. И молча кивнуть, подавляя эмоции. По большому счету он прав, а я выделывался. Мне информация нужна? Нужна! Значит надо слушать, что говорят новусы. Даже если они и будут привирать для пользы дела. Но я ведь тоже не полный чайник, смогу правду ото лжи отличить.

Но бесил меня франт конкретно! Вот прям бесил! Причем не столько даже Охотника, сколько меня лично. Странно, да?

— Прости, Антонина. Продолжай.

— Спасибо. — девушка словно бы не заметила перепалки. Сверкнула зубками и повела рассказ дальше. — Так вот, со времен войны, в Новосибирске живет пять семей. Территория города разделена между ними примерно в равных пропорциях. Рода связаны договорами о неприкосновенности границ, нарушать которые можно только в чрезвычайных обстоятельствах. Это что касается местных. Приезжим еще тяжелее. Любой чужак в городе может быть убит, если до этого не предстал перед Комитетом и не получил право здесь находиться. Понимаешь теперь?

Я медленно кивнул. Вечер, как говорил перед каждой пьянкой один из моих университетских знакомцев, стремительно переставал быть томным.

— Поэтому до съезда мы должны сидеть в квартире и ждать.

— До съезда?

— Съезд Комитета. Каждый клан делегирует на съезд по одному члену. Пять представителей говорят за кланы. Решения Комитета обязательны для исполнения.

— Совдеп какой-то… Комитет, съезды… Что за тупые названия!

— Ой, Вань, ты даже не представляешь насколько! Кланами управляют бывшие партработники, так что названия органов управления оттуда. Как и много другое, кстати… Тебе еще только предстоит осознать в какой замшелости мы живем. Но сейчас тебя не это должно волновать.

— А что?

— Ты Ликвидатор, забыл?

Забудешь такое, ага! Я действительно не относился ни к одному из типов, имевшихся в составе клана Ланских. И вообще был неведомой зверушкой, среди русских новусов раньше не встречавшейся. Ликвидаторы и Чистильщики, как мне сказали, раньше лишь приходили из Китая, убивали всех сверхлюдей, до которых могли дотянуться, после чего валили обратно. Они ни с кем не разговаривали, не вступали в переговоры, просто чистили землю от новусов и все.

И тут я такой нарядный — здрасьте, родичи!

А, да! Суперы в кланах делились по типам. Первым среди них, можно сказать, низовым, был Воин. Новус этого типа не обладал никакими особыми способностями, кроме силы, скорости и безумной, превосходящей даже мою, регенерации. Самая частая мутация, как среди клановых, так и у диких. И именно они чаще всего слетали с нарезки, превращаясь в неуправляемых, живущих на одних инстинктах, животных. Почему — никто не знал. Или не посчитал нужным мне объяснять, хотя я и спрашивал.

Следом, если снизу считать, шел Аналитик. Тип редкий и за пределами кланов не встречающийся вообще. То есть, может они и бывают среди диких, но никак себя не проявляют, да и мрут, видимо, быстро. Аналитики слишком слабы физически, слишком неприспособленные к самостоятельному существованию. Если в процессе пробуждения что-то идет не так, этот тип, как правило, просто умирает, даже в монстра не превращается. Он не может крушить черепа, не способен восстанавливаться после ранений, ну, не больше, чем обычный человек. Зато у него мозг работает, как мощнейший суперкомпьютер. Аналитик ничего не забывает, способен оперировать огромными массивами данных и находить взаимосвязи даже в совершенно не стыкующихся событиях. В общем — компьютер на ножках. Квантовый.

Наставник — третья ступень в типологии новусов. По виду и возможностям не слишком-то и превосходит обычного человека. Чуть сильнее, чуть быстрее, чуть живучее. Мозгами, как у Аналитика тоже не блещет. Но имеет какие-то ментальные способности. Про них мне, понятное дело, никто, подробно рассказывать не стал, но главная и, скажем так, типообразующая, известна. Наставник может корректировать Пробуждение. И исправлять, в зависимости от уровня развития этой самой способности, последствия неудачной мутации. Все дети в кланах рождаются под присмотром Наставника и благодаря этому, никто из них не становится диким мутантом.

Дипломат вообще зверь редкий. У Ланских только один такой — Антонина свет Игоревна, и клан ей гордится невероятно. Как и сама девушка. Простым новусам, а уж тем более кандидатам на принятие и нубасам вроде меня, про способности Дипломата ничего не говорят. Но и так из названия типа понятно, что они специалисты по укатыванию всех и вся. Меня вот, например, Тоня в клан притащила. Хотя это и не полностью ее заслуга. Просто карты так легли.

Ну и вершина эволюции новусов — Лидер. По нему, правда, информации еще меньше, чем по Дипломатам, но я так понял, что Лидер — что-то вроде псионика. Может подчинить своей воле любого новуса, ну и человека тоже. Предполагаю, что именно эту способность старикан Ланской применил против меня. Только вот она не сработала: то ли бил он не в полную силу, то ли на Ликвидаторах она не срабатывала. А может и вовсе пуля в моей голове давила на мозг в той его части, что отвечает за внушаемость.

В общем, благодаря своим способностям, Лидер держит клан, не дает ему распасться и ведет его в светлое, одному ему видимое, будущее.

Ну и я. Ликвидатор. Внеклассовый персонаж. Охотник на новусов, к ним присоединившийся. Сильный, быстрый, обладающий ментальными способностями и с пулей в башке. Хрен его знает, почему эволюция такой изгиб создала, но факт остается фактом. Мой тип заточен на борьбу с другими «новыми людьми». Что, естественно, доверия и любви ко мне не добавляет.

Есть еще типы, тот же трехлетний стрелок, но они, как я понял, появились недавно и по ним вообще ничего неизвестно.

— Нет, не забыл!

— Первый Ликвидатор в составе какого бы то ни было клана! — посчитала необходимым подчеркнуть Антонина.

— Формально, я еще не Ланской. — буркнул я.

— Заткнись… пожалуйста! Ляпни такое на съезде и живым с него не выйдет никто из нас.

— Тогда какого хрена мы сюда приехали, Тонь? На хате безвылазно чалиться я бы и в Благе смог!

Против ожидания я не получил с ноги в печень, а ведь совсем недавно девушка превращалась в фурию, стоило только мне сократить ее имя. Но в этот раз она лишь сморщила носик и произнесла.

— Съезд послезавтра. И тебе все равно будет не до прогулок. Сейчас приедет Наставник, начнет с тобой работать.

А вот это было интересно! Но я, продолжая отыгрывать пацанчика с района, выдал:

— На фига?

В смысле, я же переломался уже и больше не дикий! Контролирую себя и все такое. Зачем Наставник?

— Учить тебя быть новусом. — вместо Антонины пояснил Вадим. — Ты же не думаешь, что на одних только новообретенных способностях сможешь долго протянуть?

Ну, вообще, думал. Как-то же до сих пор протянул… Хотя ладно, если вспоминать, то примеры все сплошь неудачными выходят. Так что Наставник мне не помешает. Наверное.

— А что конкретно он будет делать?

— У него и спросишь. — зловеще хихикнула девушка.

Я на этот развод не повелся — пять лет в российском вузе, если что, а там так пугали с самого первого курса. Мол, не думайте, школота, что мы вас тут как-то угнетаем, вот вернется Боря Паровоз с академа и тогда вы поймете, что такое старшие курсы. Что характерно, на проверку Боря Парвоз оказывался добрейшим увальнем в толстенных очках на пол лица, никогда даже и не думавшим гнобить младшие курсы.

Так что намеки Тони меня не напрягли. Ну, Наставник. Ну, будет учить. Даже интересно, если уж на то пошло!

Вадим, видя, что конфликт исчерпан, ушел в зал и закрыл дверь. Мы же с девушкой еще какое-то время еще болтали на кухне, скача с темы на тему, как та блоха по… Часто тему меняли, в общем. Например:

— У нашего рода в Новосибирске есть анклав. Территориально он расположен здесь, в «Родниках». Что-то вроде филиала клана, дипмиссия, постоянно здесь проживающая. Состав небольшой: Наставник, Аналитик и три Воина. Этого достаточно, чтобы поддерживать отношения со здешними родами, и чтобы отбиться первое время, если до такого дойдет. В Комитет Ланские не входят, на съездах имеют только совещательный голос. Но уважением пользуются, по крайней мере Наставник — Родион Павлович Мелехов, он у нас звезда для всей страны. Даже безнадежных почти вытаскивает. Он с тобой и будет заниматься.

Или:

— Ты не думай, мы про Ликвидаторов от тебя ничего не скрываем, я, во всяком случае. Кланам про них почти ничего не известно. Может быть Мелехов знает больше, старику ведь уже за сотню и повидал он на своем веку много чего.

И даже так:

— Нет на тебя каких-то прямо четких планов, пойми! Твоя уникальность уже достаточный повод взять тебя в клан. А там уже ясно будет, как твой тип себя проявит.

На последней реплике, я уточнил.

— Вадим с нами для этого? Чтобы грохнуть меня, если что-то не так пойдет?

Антонина на удивление юлить не стала.

— Ну а ты как хотел? Чтобы серийного убийцу отпустили без присмотра? Вадим один из сильнейших Воинов клана.

— Я же его могу Криком обездвижить.

— Вот про это он и пытался тебе сказать — слишком ты полагаешься на свои способности. А их одних маловато для выживания в нашем мире.

Далее последовала десятиминутная лекция о бытие нового биологического вида. Перемежающаяся вставками о том, что на таких крутых, как я, достаточно комитетского патруля, вооруженного по последнему слову науки и техники человечества. Увлекшись, девушка не сразу обратила внимание на кислое выражение моего лицо, а когда заметила, смилостивилась и завершила речь словами:

— Всего-то пару дней взаперти пожить придется. Потерпи.

Я заметил, что Тоня, вырвавшись из Благовещенска стала меняться в лучшую сторону. Она все реже включала мод «богатая стерва» и чаще вела себя, как нормальный человек. Видимо, установленные в клане ограничения давили на нее, и она была рада оказаться вдали от заботливых родственников. Я лишь однажды встречавшийся с их Лидером, вполне девушку понимал.

Было еще одно наблюдение. Могу ошибаться, в сердечных делах я докой не был, но кажется, Вадим с Антониной неровно в сторону друг друга дышали. И воспринимали командировку в Новосибирск, как возможность побыть вместе. Я бы этому и вовсе внимания не придал, если бы не оговорка девушки, что они с Вадимом не кровные родственники. После этого их переглядки стали выглядеть понятнее. Несчастные, разлученные семьей влюбленные. Ми-ми-ми!

В принципе, не мое дело. Пусть хоть все время друг другом любуются, мне даже и легче — меньше внимания моей персоне. Охотник, циничная рожа, дальше пошел — предложил использовать предполагаемую связь Дипломата и Воина в своих целях. Усыпить бдительность примерным поведением и, в момент, когда они меньше всего будут ждать нападения, атаковать. Я даже обдумывать его предложения не стал — альтер эго стабильно желало помножить на ноль всех новусов в окружении. Но я его контролировал.

А вот старина Лях, замечая каждый раз многозначительные взгляды суперов впадал в меланхолию. Что-то щелкало у в груди и перед глазами появлялась Люся. Верная моя Скалли, погибшая на берегу Зеи от руки китайского Ликвидатора. Я торопливо прогонял из памяти образ гикнутой девчонки, ставшей, кто бы мог подумать, моим настоящим другом. Но желание убить какого-нибудь мутанта становилось только сильнее.

Наши кухонные разговоры были прерваны трелью дверного звонка. Тоня встала и пошла в прихожую, я последовал за ней.

— Здравствуйте, Родион Павлович! — голосом примерной восьмиклассницы прощебетала девушка, впуская внутрь пожилого мужчину. — Рада вас видеть!

— И я, дочка.

Наставник оказался невысоким, но очень коренастым мужичком лет эдак семидесяти. Живым и очень бодрым, но не как пенсионер из американской рекламы, а больше похожим на деревенского активиста. Который и в Кремль сходит, чтобы уточнить свой вопрос у президента, и местного буяна успокоит добрым словом и увесистой оплеухой. Аккуратно подстриженная седая борода, цепкие, с легкой безуминкой карие глаза, иронично сложенные губы. Ему только баяна не хватало для завершения образа. И самокрутки в углу рта.

Рука Мелехова потрепала Тоню по волосам совершенно отеческим жестом, хотя та была выше его сантиметров на тридцать.

— У деда как со здоровьем?

Голос у него был скрипучим, про такой еще говорят — пропитый или прокуренный. Но не дребезжавшим по-стариковски, а полным силы.

— А то вы не знаете! — хихикнула девушка. — Каждый день в скайпе зависаете!

Вышедший из зала Вадим коротко кивнул Наставнику, получил ответный кивок и ушел обратно. А взор старика, тем временем, переместился на меня.

— Этот?

— А тут еще кто-то есть?

Да-да, язык мой — враг мой! Знаю! Но бесит же! Зная, что из Благовещенска в Новосибирск прилетают трое, зная двоих из них и с каждым уже поручкавшись, задавать такой вопрос как-то не очень. Мог бы сказать, например, с вопросительной интонацией: «Иван?» и все было бы нормально. Но нет, нам же надо показать превосходство над сопляком-новусом! Поставить его на место и очертить границы дозволенного! Вот так — одним словом! Этот? Тот, блин!

— Матвей говорил, что ты ершистый. — старик тронул Антонину за плечо, разворачивая от себя. — Ступай, дочка. Мы с Иваном пока поговорим. На кухне.

И двинулся в сторону обозначенного помещения, предлагая следовать за ним. Ну я и пошел. Давя всполохи ярости Охотника и подбирая слова, которые бы не сагрили Наставника еще больше.

На кухне он уселся на место, которое занимала Тоня и молчал до тех пор, пока я не занял место за столом напротив него.

— Давай так, хлопчик. Я понимаю, что ты себя чувствуешь очень сильным и опасным. Еще и уникальная функция в тебе. Но ты это придуши. Иначе у нас с тобой ничего не выйдет. Я не твой враг, а тот, кто способен сделать тебя еще сильнее и опаснее. Договорились?

Мне осталось только кивнуть — ну не лезть же в бутылку! Разум, тем временем, зацепился за одно слово, сказанное стариком.

— Что значит функция?

— Тип. — моментально ответил тот. Слишком быстро. — Обычно используется слово тип, но развалины вроде меня порой говорят функция.

«Врет!» — тут же поделился своим мнением Охотник.

«Скорее, что-то недоговаривает». — согласился Лях.

— Как вы будете меня учить, Родион Павлович?

— Делать, Иван. Я не буду тебя учить, я буду тебя делать. Уже делаю.

— В смысле?

— Попробуй двинуть рукой.

Чувствуя, как в животе начинает расти ледяной колючий шар паники, я попытался поднять руку, но не смог.

— Как вы это?

— Не пугайся!

— Да я и не пугаюсь!

— Ты сейчас как будто спишь. Это будет не совсем верная формулировка, но я будто погрузил тебя в транс. Сейчас мы в твоем сознании.

— Да ладно!

Правду он говорил или нет, но я воспринимал окружающую действительность, как привычную реальность. Только вот пошевелиться не мог, будто меня опять Криком приложило.

— Эта девочка тебе очень нравилась?

Прямо за его спиной появилась Люся. Нет, не появилась, не соткалась из воздуха, она все время там была, но я ее почему-то не видел. Малиновые волосы, яркий макияж, улыбка на полных, чуть приоткрытых губах. Живая!

— Нет, не живая. Она умерла. Ликвидатор убил ее. У тебя на глазах. Сломал ей шею, в труху размолотил нижнюю челюсть. Ты же видел. Ты сам все видел.