Помоги проекту - поделись книгой:
Кто-то негромко постучал в дверь комнаты.
— Что случилось? — спросила Велма.
Она всегда воспринимала стук в дверь среди ночи однозначно — требуется медицинская помощь. Что случилось на сей раз? Приступ наступил так внезапно, что Бэннинг Кларк не смог даже нажать кнопку вызова?
— Что случилось? — вновь спросила она.
— С вами все в порядке, мисс Старлер? — прозвучал как-то таинственно голос Нелл Симс.
— Конечно, а что?
— Ничего. Я просто увидела, что вы зажгли свет. Джим Брэдисон и его мать заболели.
Велма быстро накинула халат.
— Входите. Что с ними случилось?
Дверь распахнулась. В комнату, шаркая ногами в широких бесформенных шлепанцах, вошла одетая в ветхий халат Нелл. Глаза ее были опухшими от сна, бесцветные жесткие волосы накручены на бигуди.
— Говорят, съели что-то не то.
— Кто-нибудь еще заболел?
— Именно это я и хотела узнать, увидев в вашей комнате свет. Вы уверены, что с вами все в порядке?
— Конечно. Какие у них симптомы?
— Обычные. Тошнота, жжение в желудке. Съели что-то не то! Вздор! Какая чепуха! Съели слишком много. Взять к примеру миссис Брэддисон. Она постоянно сетует на вес, а сама никогда не работала, всегда выбирает самые жирные кусочки, даже от десерта не отказывается, норовит съесть две порции. Знаете, что я ей сказала однажды, когда она никак не могла влезть в платье?
Велма ее едва слушала. Она напряженно размышляла — нужно ли немедленно что-либо предпринимать, или все уладится само собой? В одном она была абсолютно уверена: нельзя допустить, чтобы больные запаниковали и вызвали доктора Кенуорда в столь неурочный час.
— Знаете, что я ей сказала? — повторила Нелл.
— Что? — рассеянно спросила Велма.
Нелл хмыкнула.
— Я сказала ей прямо в лицо: «Нужно помнить, миссис Брэддисон, что два пирога как один не съешь».
— Давно она заболела?
— Не знаю. По ее словам, примерно полчаса назад.
— Полагаю, мне нужно осмотреть ее, — пришла к выводу Велма.
Она направилась вслед за Нелл Симс по длинному коридору в северное крыло дома, где Лилиан Брэдди-сон и ее сыну были отведены, две спальни, соединенные общей гостиной.
Велма услышала, как кого-то вырвало, затем последовал стон. Дверь в спальню миссис Брэддисон была открыта, и медсестра уверенно, как того требовал профессиональный долг, вошла в комнату.
— Миссис Брэддисон, мне сообщили, что вы заболели. Могу я чем-нибудь помочь вам?
Измотанная приступом рвоты миссис Брэддисон бессильно откинулась на подушки, не сводя с Велмы слезящихся воспаленных глаз.
— Меня отравили. Умираю. Я вся горю. — Она схватила дрожащей рукой стакан, на треть наполненный водой, залпом выпила его содержимое и произнесла слабым голосом: — Будьте добры, налейте еще.
Велма взяла стакан и вышла в ванную комнату, говоря:
— Вздор! Беда не в том, что вы съели, а в том, сколько. Все в доме, кроме вас, абсолютно здоровы.
— Отравили только меня и сына.
— Вздор!
— Я так рада, что вы пришли, мисс Старлер. Я только что звонила доктору Кенуорду. Он сказал, что вы осмотрите меня и при необходимости позвоните ему. Думаю, его необходимо вызвать.
— А я думаю, что мы сами справимся. Какой бы ни была причина расстройства. Сейчас ваш желудок чист, и уже через пятнадцать — двадцать минут вы почувствуете себя лучше. В крайнем случае надо будет принять лекарство, чтобы наладить пищеварение. Как я понимаю, ваш сын тоже плохо себя чувствует?
— Не так плохо, как я… Он… он… — Лицо ее исказилось от боли, совершенно обессилев, миссис Брэддисон замолчала.
— Я немедленно осмотрю Джима, — сказала Велма.
С Джимом Брэддисоном, несомненно, происходило то же, что и с матерью, но организм у него был более крепкий, а потому и ум — ясным.
— Послушайте, Велма, — сказал он. — Думаю, нам нужно срочно вызвать доктора Кенуорда.
— Он столько работает днем, — попыталась возразить Велма, — что я стараюсь не вызывать его ночью без особой надобности. Очень часто причиной острых расстройств желудка является простое пищевое отравление.
— Я знаю, что такое пищевое отравление, — чуть слышно проговорил Джим Брэддисон. — Но это не тот случай. Виною всему явно какой-то яд. Мой рот как будто набит металлическими опилками, я страдаю от жажды, мучительной, неутолимой жажды. К тому же у меня боли в кишечнике. К животу невозможно притронуться. Я… я уверен, Велма, нас отравили.
— Судороги были? — как можно более беспечным тоном спросила Велма.
— Да, были! — удивленно воскликнул Брэддисон. — Я не придал им никакого значения, но сейчас, когда вы спросили… да, у меня'сводило икры. Хотя, я думаю, это не имеет никакого отношения к отравлению. Просто я слишком много ходил сегодня днем. Мы с матерью бродили по холмам, она таким образом надеется похудеть.
Брэддисон улыбнулся. Он нежно любил свою мать, но тем не менее понимал абсолютную тщетность ее спорадических усилий.
— Она только нагуляла сумасшедший аппетит, впрочем, как и я. Мы так хорошо прогулялись, а Нелл Симс как раз приготовила жареных цыплят. Мы с матерью просто набросились на них. Боюсь, сейчас начнется очередной приступ. Господи! Даже морская болезнь не так мучила меня.
— Я немедленно позвоню доктору Кенуорду, думаю, что ему следует вас осмотреть.
— Буду вам признателен весьма.
Брэддисон бросился в ванную. Велма спустилась на первый этаж, чтобы позвонить доктору Кенуорду.
— Боюсь, вам придется приехать, — сказала она в трубку после приветствия.
— Обычное расстройство желудка в острой форме? — спросил врач.
Велма прикрыла трубку рукой и сообщила:
— Типичный случай отравления мышьяком, вплоть до тонических судорог в икрах.
Велму всегда поражала способность доктора мгновенно переходить из полусонного состояния в полную готовность, как будто он сидел одетый и ждал именно этого звонка.
— Дорога займет у меня не более двенадцати минут. Не спускай глаз с пациентов. У тебя нет под рукой раствора железа?
— К сожалению, нет.
— Хорошо. Сделай промывание желудка и жди меня. Я скоро буду.
Не прошло и десяти минут, как приехал доктор Кену-орд. Последующие полчаса Велма работала как никогда в жизни. Доктор Кенуорд не тратил времени на разговоры, а немедленно занялся повторным промыванием желудка, потом ввел пациентам окись железа, чтобы в организме образовался умеренно растворимый арсенит железа, который легко можно будет вывести промыванием. Довольно быстро желаемый результат был достигнут. В два часа пациенты уже спокойно спали, а доктор Кенуорд кивком позвал Велму на совещание в ее комнату.
Велма присела на край кровати, предоставив в распоряжение врача удобное кресло, и не произнесла ни слова, пока тот не уселся и, закурив, не сделал затяжку, выдохнув дым со звуком, чем-то похожим на глубокий вздох.
Начался напряженный период ожидания, похожий на бесчисленные другие, которые она делила с доктором Кенуордом во время ночных дежурств. Он сделал все, что полагалось предпринять в подобной ситуации, но не спешил уезжать, ждал, когда пациенты почувствуют облегчение, и их жизнь будет в безопасности. В такие моменты он расслаблялся, как кулачный боец между раундами. Настроенный на интенсивную работу, мозг оставался в напряжении, но мышцам он позволял расслабиться, как можно удобнее устроившись в кресле.
— Значит, подавали жареных цыплят? — вдруг спросил Кенуорд.
— Да.
— Миссис Симс заключила контракт на обслуживание этих людей?
— Вероятно. Не знаю, какой именно. Думаю, мистер Кларк доплачивает ей некоторую сумму, помимо той, что она получает с других жильцов. Несколько странное соглашение, но жизнь в этом доме вообще полна странностей.
— Цыплят было много?
— Много.
— Их подавали на одном блюде?
— Нет, на двух.
— Одно из них стояло на том конце стола, где сидели миссис Брэддисон и ее сын?
— Да.
— Вероятно, разгадка таится в этих цыплятах, — задумчиво произнес доктор Кенуорд.
— Разгадка чего? Отравления?
— Нет, я имею в виду время, прошедшее между приемом пищи и появлением первых симптомов отравления. Жирная пища замедляет действие яда. Весь вопрос в том, каким образом пища была отравлена, если яд не попал в организм других сотрапезников. Вы уверены, что цыплят не подавали каждому на отдельной тарелке?
— Уверена. Все брали их с общего блюда, передавая его друг другу.
— Оба пациента утверждают, что ничего не ели после обеда. Значит, они приняли яд с какой-то жидкостью.
— Мышьяк?
— Вне всяких сомнений. Миссис Симс спрашивала остальных жильцов, все чувствуют себя нормально. Таким образом… Вы проверили состояние Бэннинга?
— Да, прокралась незаметно в кактусовый сад. И он, и Солти мирно храпят в спальных мешках.
— Они не обедали в доме?
— Нет, они почти всегда обедают на свежем воздухе. Солти очень неплохо готовит в походных условиях.
— Никогда не прописал бы ему подобного режима, но тем не менее он чувствует себя лучше, а это самое главное, — задумчиво произнес Кенуорд. — Я неодобрительно отношусь к подобному образу жизни, но они чувствуют себя школьниками, сбежавшими из дома. Победа почти одержана, они получают жизненный стимул. Как известно, запретный плод сладок. Вы можете себе представить… — Он вдруг умолк, заметив странное выражение лица Велмы. — В чем дело, Велма?
— Солонка, — сказала медсестра.
— При чем здесь солонка?
Слова буквально посыпались из нее, когда она полностью осознала важность своей догадки:
— Солонка… И Джим, и его мать просто обожают соль… Они постоянно все досаливают. Поэтому миссис Симс всегда ставит перед ними солонку. Они обильно солили каждый кусок цыпленка, прежде чем отправить его в рот. Больше никто за столом не притрагивался к солонке, соли в цыплятах было вполне достаточно.
Кенуорд потушил недокуренную сигарету и резко встал.
— Пойдем, нам необходимо взглянуть на эту солонку, но сделать это нужно осторожно, а главное — незаметно.
Они на цыпочках прошли по длинному коридору через весь огромный дом, спустились по лестнице и вошли в столовую. Велма обнаружила солонку на гигантском буфете. Доктор Кенуорд высыпал немного соли на ладонь и достал из кармана маленькую лупу, после чего положил солонку себе в карман.
— Я так и думал, — сказал он. — Правда, потребуется сделать анализ, чтобы подтвердить догадку. Ты просто умница, Велма. Яд был насыпан в солонку, таким образом преступник не рисковал отравить других. Никому ничего не говори. Я полагаю, нам придется сообщить обо всем окружному прокурору, а для этого мне необходимо кое-что уточнить. Несомненно, Джим Брэд-дисон обвинит во всем Бэннинга Кларка. Кстати, что ты можешь сказать о Брэддисонах?
— Джим вполне терпим, — с некоторым сомнением в голосе сообщила Велма. — У него неисчерпаемый запас шуток десятилетней давности, приличные из которых скучны, скабрезные тяжеловесны и лишены даже намека на остроумие. В целом, он старается быть любезным и милым, в чем мог бы преуспеть, если бы не его высокомерие и уверенность в собственной непогрешимости.
— А его мать?
Велма покачала головой.
— Глупа, эгоистична, всепоглощающая любовь к сыну делает ее совершенно несносной. Не может без фокусов. Обманывает саму себя. Вдруг заявляет, что садится на диету, не будет есть того-то и того-то, но тут же забывает о своем намерении и просит добавки. Или норовит незаметно стащить второй кусок пирога, как будто меньше потолстеет, если съест его тайком. Ей далеко за пятьдесят, хотя она утверждает, что ей тридцать восемь, ну а ведет себя она как двадцативосьмилетняя.
— Враги у них есть?
— Полагаю, да.
— Причина, как я понимаю, таится в том деловом предложении?
— Да, и в связи с иском о мошенничестве.
— Что тебе известно об этом?
— Немногое. Они, естественно, предпочитают не говорить о делах в моем присутствии, но разногласия очевидны. Пит Симс подложил в прииски образцы руды с богатым содержанием металла и продал несколько рудников Джиму Брэдцисону. Думаю, он действительно обманул его. Старый распутник и запойный пьяница. Натворит дел, а потом сваливает все на свое второе «я». Есть разногласия и в вопросе управления корпорацией. Ситуацию в доме вряд ли можно назвать благополучной, но все стараются делать вид, по крайней мере при мне, что все в порядке.
— А как ведет себя этот торговец рудниками?
— Хейурод Смол? Очень энергичный, живой мужчина, но я не стала бы доверять ему. Очень привлекателен внешне, таким и должен быть удачливый коммерсант. Кстати, проявляет повышенный интерес к дочери Нелл Симс — Дорине, будучи лет на двенадцать — пятнадцать старше ее.
— С Брэддисоном у него существуют деловые отношения?
Поделиться книгой: