Чужие драконы

Он взял фотоаппарат – простенький, но тут и такого хватит.

– Я встану на краю, а ты щелкай, там памяти полно, я лишнее удалила, – говорила Талли. – Вот так, ладно? Как будто я лечу…

– Не навернись! – опомнился он.

– Тут прочно, не обвалится, – она топнула ногой, и действительно – даже камешки не посыпались. – И равновесие я держать умею, даром, что ли, на танцы ходила… Давай скорее, свет уйдет!

И Вэл щелкал и щелкал – хорошо, что можно отснять еще тысячу кадров… Жаль, что это не старый пленочный фотоаппарат, и нельзя остановить это безумие просто потому, что нет запасной кассеты.

– Погоди… – Талли отошла от края пропасти, и он невольно выдохнул с облегчением. – Смотри, вон та скала похожа на спящего дракона, правда? Нет, правда? Вон голова, вон лапа, а крылья сложены…

Она выхватила у него фотоаппарат и сделала несколько кадров, потом сунула обратно и взобралась на камень.

– Щелкни меня, Вэл! Как будто это правда дракон, потом подрисуем!

Он терпеть не мог все эти «Сними меня, как будто я держу башню на ладони», но не возражал. Несложно ведь, и если Талли так хочется, то пускай…

– Теперь давай я тебя!..

– Не надо, – Вэл поднял руки, и Талли немедленно подпрыгнула, чтобы добраться до фотоаппарата, но не дотянулась. – Ну не надо мне этого, сколько тебе говорить? Любуйся лучше, зря пришли, что ли?

– Я любуюсь, только… только воспоминания потом никому не покажешь! И сама не увидишь, потому что в голове что угодно можно насочинять, неужели не понимаешь?

Талли снова вскарабкалась на камень, встряхнула головой – короткие волосы вспыхнули огнем в закатном солнце, и Вэл невольно навел на нее объектив. И правда, скала позади напоминает дракона… Может, отсюда и легенды? Свет падает так причудливо – кажется, будто чудовище приоткрыло глаза и расправило крыло, но это просто солнце причудливо осветило скалы…

Вэл продолжал снимать, даже когда прикинувшийся скалой дракон развернул крылья и бесшумно взмыл в воздух, – палец намертво свело на кнопке. Он не сумел крикнуть Талли, чтобы падала ничком, пряталась, – пропал голос… И не успел бы – чудовище оказалось невероятно проворным. Хотя… Дракон был совсем близко, а с его размерами такое расстояние – один взмах крыльев.

Вэла сбило с ног порывом ветра, когда дракон ринулся к ним. Талли вскрикнула и полетела вниз со своего насеста, но не канула вниз – чудовище подхватило ее огромной лапой и взмыло ввысь. Вэл, запрокинув голову, увидел только чешуйчатое брюхо, поджатые задние лапы и длинный хвост, и просвечивающие алым крылья, огромные, как у аэроплана.

Когда он смог встать, то разглядел только пятнышко на фоне кровавого заката. Если Талли и кричала, Вэл не услышал…

– Но как же… – хрипло выговорил он. – Как же так…

Его колотило, руки тряслись, но он все-таки подобрал фотоаппарат – пластиковый корпус треснул, уголок откололся, но экран остался цел, можно было просмотреть последние снимки. Больше всего Вэл боялся того, что их не окажется. Что это все – выверт его рассудка, случившийся… ну, скажем, потому, что Талли упала со скалы, а Вэл не успел поймать ее за руку. Тут не только в дракона поверишь, а вообще во что угодно…

Но снимки оказались на месте. Вот Талли на фоне заката, с огненными волосами, а за ней хорошо виден крылатый силуэт, он все ближе и ближе… Если увеличить, можно разглядеть детали – блестящий гребень на спине, хищный изумрудный глаз, клыки в приоткрытой пасти… Вэл готов был поклясться, что чудовище ухмыляется.

– Не поверит же никто… – вслух произнес он. Звук собственного голоса показался чужим. – Скажут, нарисовали… Скажут… Где Талли? Где…

Вэл закатил себе оплеуху – помогло, щека загорелась, в мыслях немного прояснилось.

Любую сложную задачу можно разделить на несколько простых, говорили им преподаватели. Сперва оцените условия, а потом…

Какие условия?! Темнеет, Талли неведомо где, а он… Он цел, жив, у него при себе достаточно припасов на двоих, спальники, опять же, никуда не делись. Связь есть. Можно дозвониться до начальника экспедиции, но лучше не нужно, потому что он решит – Вэл набрался местного пойла и несет чушь.

Стоп! Телефон был у Талли в кармане, и если она его не выронила, что вряд ли – карман на пуговице, – то…

Вэл трясущейся рукой нажал на вызов. «Абонент вне зоны действия сети, – любезно сообщил автоматический голос. – Пожалуйста, перезвоните позже».

Куда же ее утащила эта тварь?!

«Прекрати истерику, ты не девица! – Вэл дал себе еще одну пощечину, с другой стороны, для симметрии. – Тварь живет здесь. В Алой долине, как Талли и думала. Не может такого быть, чтобы ее не заметили: там на крышах разве что радаров нет. Или есть, только я их от антенн не отличу. Опять же, чудовищу нужно кормиться, и если оно не жрет туристов и хозяев долины, то, значит, состоит на довольствии. А Талли при чем? Для разнообразия?»

– Я тебя достану!.. – крик метнулся меж камней и рассеялся.

Но как? Идти вниз, в Алую долину? Наверняка должен быть путь, Альтор же как-то спустился! Сидит, наверно, ужинает или мчится на попутке к перевалу, на свою базу…

А что внизу? Его же высмеют, как пить дать. Фотоаппарат отберут, и ничего Вэл не докажет. Хорошо, если самого выпустят… И как он тогда посмотрит в глаза маме Рите?

Подумав, он вынул из фотоаппарата карту памяти, бережно упаковал в несколько слоев мягкой ткани, полиэтилена и… гм… прочих резиновых изделий, незаменимых для сохранения в сухости спичек и прочего подобного. Спрятал поближе к телу. Надо было бы под каким-то приметным камнем, но Вэл сомневался, что сумеет отыскать ту самую тропу и тот самый камень. Память на такие вещи у него была неважная, не то что на специальные термины: Талли зубрила названия сутками, зажав уши и отвлекаясь только на еду, а у него такое будто сразу отпечатывалось в мозгу. Зато у Талли будто имелся встроенный компас или даже навигатор, а Вэл плутал не то что в трех соснах, он никак не мог запомнить даже переходы между корпусами университета! Если бы не Талли, вечно бы опаздывал…

Талли… Талли… Талли…

Вэл сжал виски, но это не помогало. Если бы он не потакал ей, если бы не пошел сюда… И что? Она отправилась бы одна. Еще этот Альтор подвернулся, юрист, чтоб ему ни дна, ни покрышки… С ним бы и пошла. Не за ногу же ее привязывать!

– Хватит, – сказал себе Вэл. – Всё. Надо спускаться.

«Утром, иначе это самоубийство!» – вскричал внутренний голос.

«Солнце еще не село, – возразил он, – я успею поискать другие тропы».

Правда, решимость эта заметно ослабла, когда Вэл взглянул вниз со скального карниза. Все-таки он не был ни горной козой, ни альпинистом… да и альпинист бы не спустился здесь без тросов и прочего. Хотя… Вон там виднеется узкая тропка меж камней, а начинается она… Точно, чуть левее карниза! По ней еще можно сползти, хватаясь за камни и пересчитывая их же задницей. А ниже… Видно будет, решил Вэл, собрал пожитки и отправился на штурм этой проклятой высоты. Правда, лез он вниз, а не вверх, но какая разница?..

Очень хотелось вернуться назад и сознаться начальнику экспедиции в этой авантюре. Предъявить снимки, найти Альтора, наконец, чтобы подтвердил – они шли вместе, и Талли была жива-здорова…

Но это ведь лишнее время!

Впоследствии Вэл не мог вспомнить, как спускался. Кажется, с закрытыми глазами – внизу разверзалась пропасть, и если бы он взглянул туда, то упал бы почти наверняка. Он хорошо себя знал, помнил, как сводило от ужаса руки и ноги, даже когда Талли затаскивала его на чердак. Лезть вверх по шаткой лесенке было не очень страшно, если не смотреть вниз, а вот спускаться… Только так – зажмурившись, ощупывая руками и ногами ступени, то есть, конечно же, камни… Кажется, часть пути он проделал ползком. Неважно. Ничто не было важно, кроме Талли…

Вэл пришел в себя на очередном карнизе. Солнце давно село, но луна светила, как сумасшедшая, хоть иголки в траве собирай. Нужно было остановиться передохнуть, и он заставил себя напиться, перекусить… Здесь можно было вытянуться во весь рост, и Вэл раскатал спальник и лег, глядя в небо. Все тело мелко, противно дрожало от усталости и еще – от страха за Талли. Ну и страха высоты, конечно, но он как-то отступил…

Полежав немного, Вэл со стоном поднялся и собрал пожитки. Еще немного – так и остался бы лежать до утра.

Ничего. Света достаточно, да и все равно он идет, вернее, ползет почти на ощупь. Главное, рассмотреть сверху подходящую тропку, а дальше руки – уже изодранные в кровь о камни – делают свое дело. И ноги тоже. Наверно, в прошлой жизни я был ящерицей, подумал Вэл и взглянул на долину.

Он не спустился еще и до середины, и отсюда хорошо видно было озеро с отражающейся в нем луной и звездами. И замок – там светились окна, видно, хозяева были полуночниками. Казалось – до него рукой подать. Был бы как тот дракон, взмахнул бы крылом – и на месте. «Что, если он так и сделал? – мелькнуло в голове. – Вдруг сказки Талли – совсем не сказки? И они действительно здесь живут, в человеческом облике, конечно, иначе зачем им замок? И он уволок ее туда, и что теперь с ней делают…»

Вэл не умел летать, но сил и упорства ему хватало – он снова пополз вниз. Несколько раз из-под ноги выворачивались ненадежные камни, и сердце обрывалось с ними вместе. Не потому, что Вэл боялся разбиться – то есть боялся, конечно, но не настолько сильно, как потерять Талли. Просто… если он свалится, тогда точно ее не найдет… Вот он и держался изо всех сил, нащупывал ногой надежную опору, иногда скользил – хорошо, если на притороченном на спину спальнике, а не на животе, – но упорно продвигался вниз. Когда останавливался передохнуть и глотнуть воды, набирал номер Талли, но абонент все время был вне зоны действия сети.

«Она могла выронить телефон. Он разбился или в озере утонул, – уверял себя Вэл. – Вряд ли дракон ее сожрал, да и телефон он не переварит сразу. И зачем ему есть Талли? Он просто… просто взял ее поиграть! Мерзостная тварь, ненавижу…»

Кажется, он отключался прямо на склоне. Спасибо, не свалился, хотя пару раз снова проскользил вниз – одежда была в клочья, руки тоже. Но Вэл уже не обращал внимания на такие мелочи, главное, к рассвету он был внизу.

До озера – рукой подать. И окунуть в него эти самые руки, ссаженные, горящие огнем, стереть кровь с лица, посмотреть на свое отражение…

Ничего не разобрать, поднял муть… Нет, это не муть, кровь. Ничего, переживет озеро, не он первый такой, наверно…

Вэл поднялся на ноги. Его шатало, но цель он видел – замок. Там должны быть люди. Кто-то, кто скажет ему, где искать Талли.

Он двинулся вдоль берега – напрямик быстрее, но переплывать озеро Вэл не рискнул бы, даже будучи в лучшей своей форме. Холодное, наверняка со дна ключи бьют. Так схватит судорогой – и все. Спасателей тут что-то не видно. Вообще никого, как будто вымерли все…

Кажется, Вэл на некоторое время потерял сознание, а когда очнулся, его хлопала по щекам незнакомая девушка.

– Эй, – повторяла она. – Эй, ты кто? Откуда взялся? Почему в крови?

Девушка явно была местной, потому что из одежды на ней оказался только мокрый купальник.

– Он украл мою Талли… – только и смог выговорить Вэл, прежде чем снова стукнулся затылком о камни.

– Кто? Кто украл?

Ответа не было – силы у Вэла кончились разом, и его настигло спасительное беспамятство.

– Узнаю – башку отверну, – проворчала девушка. – Им шуточки, а я возись с этим телом…

* * *

Открыв глаза, Вэл увидел незнакомый потолок. Вернее, не потолок даже, а тент самого заслуженного вида, выгоревший на солнце, многажды заплатанный, но все равно сияющий сотнями дырочек – наверно, искрами от костра прожгло. Похоже, это была списанная армейская палатка, причем довольно старая – у современных материал совершенно не такой.

– Ожил наконец! – раздался рядом уже знакомый голос, и к Вэлу наклонилась… вернее, подобралась на четвереньках девушка. Лица ее он толком рассмотреть не мог, видел только заплетенные в две косы рыжие волосы.

– Я… где?.. – хрипло выговорил он.

– Да все там же, на берегу. Я не героическая медсестра, чтобы такую тушу на себе таскать. К тому же мы не на поле боя, врагов кругом нет, так что я просто тент от солнца натянула там, где ты свалился. Ну ладно, на пару шагов от воды оттащила, а то если ветер разгуляется, может волной захлестнуть. А лежать на мокром – это как-то…

Вэл приподнял руку и увидел бинты.

– Чуть не до костей содрал, чудак-человек, – добавила девушка. – Скажи спасибо, если ложку удержишь. Нет, ну если тебе приспичило полазать по скалам без нормальной амуниции, без перчаток там, так хоть тряпками какими бы руки обмотал! Совсем без соображения, что ли?

– Некогда было…

– Ага, ага… Ладно, жив остался – и на том спасибо. Я посмотрела, откуда ты сползал – там кое-где обратный уклон. Как ухитрился не сорваться-то?

– Не помню.

– Ну да, в состоянии аффекта люди и не на такое способны, – согласилась она. – Слушай, пока ты валялся в отключке, я твои вещи посмотрела, телефон и прочее. Ну, надо ж знать, кому и куда сообщать, если ты вдруг помрешь? То есть за неопознанным трупом тоже приедут, но я больше о родне и прочих…

– Талли набирала? – Вэл рывком приподнялся на локте и тут же рухнул обратно: сил совсем не осталось.

– Ага. Абонент не абонент. В смысле, недоступен.

Вэл выругался, беспомощно и неуклюже – не умел толком и не любил, но сейчас не мог иначе выразить эмоции. Стукнуть бы кулаком хоть по камню, да руки не слушаются…

– Я еще нашла твои корочки, позвонила вашему начальнику экспедиции. Сказала, что вы с подружкой загуляли в соседней долине. Ну и того, хлебнули лишку, закусили чем-то несвежим – и пожалуйста, нетранспортабельны и вообще невменяемы. Как только очухаетесь, так вернетесь. Вам обещали втык, имей в виду. Потому что выходной выходным, практике почти конец, но совесть-то надо иметь! Хорошо, записку оставил, а то б вас уже с собаками искали.

– Откуда ты знаешь?.. Про практику, выходной и…

– Я тебя умоляю! – засмеялась девушка. – Все в курсе, что у соседей студенты овец считают, знают, когда приехали и когда уедут. Будто первый раз! А с выходным все просто – я еще помню, который нынче день.

– Ты кто такая? – додумался наконец спросить Вэл. – И что тут делаешь?

– Да ты образец галантности, – был ответ. – Я, понимаешь, ворочаю твое бессознательное тело, обрабатываю и перевязываю раны, сообщаю начальству, что ты живой, а то, знаешь, оно за тебя отвечает… И что получаю вместо «спасибо»? «Ты кто такая»?

– И… извини, – выдавил он. – Я не соображаю почти…

– Не почти, а совсем, и это заметно невооруженным глазом… Ну ладно, – смилостивилась наконец девушка. – Сделаю скидку на то, что ты явно головой стукнулся. Я Лави, а ты – Вэл, судя по документам. Если ты их ни у кого не стащил, конечно.

– И что ты тут делаешь?

– Пока ты не появился – купалась и загорала. Теперь вот лазарет устроила. Кстати, ты как себя чувствуешь? Если голова кружится и тошнит, то я вызову подмогу. С сотрясением не шутят.

– А это?.. – Вэл взглянул на свою руку.

Перебинтованные пальцы казались толстыми, как сосиски, и почти не слушались. Странно, что он не чувствовал боли. Наверно, у Лави в аптечке имелось что-то подходящее… И не от этого ли снадобья он толком не мог думать?

– Заживет. Не оторвало же, – оптимистично ответила Лави. – Пузо и колени у тебя тоже ободранные, но ничего, новая шкура нарастет, прочнее будет. Стратегически важные места не пострадали, не переживай, я проверила.

И тут Вэл осознал, что раздет догола и где-то перебинтован, а где-то лихо заклеен пластырем крест-накрест. На стратегически важное, как выразилась Лави, место она озаботилась накинуть полотенце, и на том спасибо.

«Карточка!» – вспомнил Вэл. Она же была в кармане рубашки, под курткой, и…

– Ты это ищешь?

Лави покачала перед его носом маленьким пакетиком, внутри которого угадывалась карта памяти, освобожденная от всех слоев защиты.

– Отдай!..

Он даже выхватить пакетик не смог.

– Не отдам. Не переживай, там все в целости и сохранности, я посмотрела. Свой фотик ты в крошку раздавил, но я на своем глянула. Зачетные кадры! Продать можно за бешеные деньги! Ну или не очень бешеные, если не платить за экспертизу и не доказывать, что это не компьютерная графика.

– Отдай… – тихо повторил Вэл.

Как ей объяснить, что ему эти снимки нужны не ради денег, своих хватает… Просто там – Талли, живая, смеющаяся… Может быть, он уже никогда ее не увидит, но хотя бы эти кадры…

– Ну ты только не плачь, – чуточку растерянно сказала Лави и положила пакетик ему на грудь. – Держи свое сокровище. Я себе скопировала кое-что. Хорошие фотки, у тебя талант – и свет отличный, и ракурс отменный.

Вэл не нашелся с ответом. Если она видела снимки, то должна была увидеть и дракона, разве нет? Разве не на это она намекает, когда говорит об экспертизе и компьютерной графике? Тогда почему так спокойна, раз знает, что где-то здесь летает дракон? Или уверена, что ее он не тронет?

– Невеста? – спросила вдруг Лави, когда он неуклюже прижал пакетик к груди.

– Сестра.

– Уже легче… – непонятно сказала она и задом выбралась из-под тента. – Лежи, выздоравливай, я купаться пойду, скоро вернусь! Только скажи сразу: хочешь есть, пить или наоборот? Иначе придется терпеть.

– Ничего не хочу.

– Отлично, тогда я удаляюсь.