Набери мой номер ночью (СИ)

«Только изображать. Ведь ты создан для того, чтобы брать, а не спрашивать разрешения! Так, Мастер?»

Все, мы почти в Теме, сейчас перезвонит — не выдержит и перезвонит. Секунда, две, три… Почему медлит? Хочет еще пообщаться короткими фразами или уже услышать мой голос? Я дернулась от мелодии входящего, но победная улыбка тут же сползла с лица — вызов был от другого постоянного клиента.

Пришлось зажмуриться и сосредоточиться на каждой реплике, чтобы «Казанова» не ощутил моего напряжения. И через минуту я расслабилась, окунаясь в привычную атмосферу. Разогрела довольно быстро, уже зная, что именно клиент любит, но начала сбиваться после того, как услышала тихий сигнал о параллельном звонке… Это Кир пробивается! Прямо сейчас! Ю-ху, дождалась!

Так быстро я сеанс еще не заканчивала:

— Я насаживаюсь на твой член ртом резко, ритмично. Ты стонешь и пытаешься меня остановить, но головка почти врезается в горло. Я задыхаюсь, но снова и снова глотаю, пытаясь вогнать его еще глубже.

Кончай, блядь. Кончай уже!

— А-а-а-а, — слышу в трубке сдавленное.

Я тоже стону, даю клиенту время опомниться и заканчиваю сахарным шепотом:

— Ты сделал мне очень хорошо, Казанова… спасибо.

Кое-как дождалась, когда он сам выдаст что-то настолько же тошнотворное и отключит вызов. Спешно переключила — да, пропущенный от Кира! Чаще всего клиент, если уже настроился, то не ждет слишком долго — набирает общий телефон и берет любую девочку. Хотя есть и принципиально «верные». Но в этом случае я была уверена, что он захочет именно меня — не зря же вообще позвонил после того, как реагировал на флирт.

Целых двадцать минут телефон молчал, а я его гипнотизировала, боясь даже глубоко вздохнуть, чтобы не спугнуть. Разумеется, перезванивать не стоит, он должен это сделать сам. Да и деньги мне Юрка отчислит только за входящий. И когда уже отчаялась, дисплей засветился.

— Кир? — я ответила сразу. Начинать всегда лучше с того имени, которое клиент назвал. И конкретно этот мужчина чаще всего сам обозначает момент, когда мы переходим к делу. Обычно довольно сухим «Разденься» или «Заткнись». После этого я перехожу на «вы» и «Мастера».

— Ага, я, — он говорил как-то непривычно весело. — Понимаю, что вопрос прозвучит совсем уж неуместно, но спрошу — с кем болтала?

— С мамой из Саратова, — я тоже невольно начала улыбаться, что особенно просто было сделать под его смех.

А потом вспомнила, что произошло в прошлый раз, и отошла подальше от кровати, словно именно она во всем была виновата. Встала перед окном, уставилась на текущие снизу огни.

— Сколько тебе лет? — прозвучал следующий вопрос, означающий, что сегодня он спешить не хочет.

— Двадцать, — на три года снизила я настоящий возраст. Молодых девочек любит большинство, а этот точно не производит впечатления человека, предпочитающего женщин постарше.

— И сколько из двадцати лет ты в этом бизнесе?

С одной стороны, мне не нравилось, что он тянет и уводит в сторону. Но мое отражение в стекле улыбалось. Значит, клиент сегодня хочет флиртовать? С удовольствием! У Юрки поминутная тарификация плюс стандартный платеж за каждый вызов.

— Я ведь не спрашиваю тебя, на самом ли деле тебя зовут Киром.

— Так спроси, — сегодня он вообще был на себя не похож, я пока даже стали в голосе не слышала — только улыбку.

— Ты Кирилл?

— Я ведь не спрашиваю тебя, на самом ли деле тебя зовут Евой, — повторил почти слово в слово.

— И то верно. Тогда оставим эти вопросы без ответов. Хочешь, я разденусь?

— Очень. Но теперь я однозначно хочу это увидеть по-настоящему.

— Закрой глаза — и увидишь, — совсем мягко, на грани слышимости прошептала я.

— Не слишком-то удобно смотреть на тебя с закрытыми глазами.

Он не повелся. Уже, похоже, что озадачился целью и теперь будет постоянно к ней возвращаться. Такие клиенты потом обычно или надолго пропадают, или выбирают другую девочку. Навязчивое желание увидеть, встретиться перекрывает все возможности для расслабленного отдыха.

— Кир… ты сегодня меня не хочешь? — я даже ресницами отражению поморгала, чтобы придать тону невинного сожаления.

— Хочу. В смысле, хочу, чтобы ты мне хоть какую-нибудь правду сказала. Не знаю… любую. Есть ли у тебя братья или сестры, в каком месяце родилась. Расскажи любое из того, что можешь рассказать.

— Ты опять за рулем?

— Как ты догадалась? Дмитровское шоссе и хроническая пробка. В общем, давай, рассказывай — я же плачу за то, чтобы ты со мной говорила, а тему задаю я.

— Ну, у меня три старших брата, родилась в сентябре. Что еще?

— Снова врешь? Давай теперь заново.

— Нет у меня братьев. Родилась в ноябре.

Мы просто играли друг с другом, и оба это знали:

— А еще разок? Ну же, последняя попытка.

— Выводок младших сестренок, день рождения… ну, скажем, в феврале.

— Я вычеркиваю эти варианты из правильных. Какой месяц останется, тот и будет правильным ответом.

И вдруг я поняла кое-что важное, о чем, вполне вероятно, уже сообразил и он. На такие вопросы не отвечают томным голосом, я, незаметно для самой себя, почти перешла на настоящую интонацию! А ведь есть очень внимательные люди, бывает парадоксальная память на голоса! Да вон, шефа моего хотя бы вспомнить, который взбесил как раз тем, что подметил за мной каждую деталь! Я добавила в тон придыхания:

— Теперь твоя очередь, Кир. Расскажи о себе.

— Показать пример искренности?

— Разумеется.

Он подумал немного.

— Та-ак… Ну, имя Кирилл мне всегда нравилось. Если бы я писал книгу, то главного героя так бы и назвал. Представляешь, как обидно Сережке в три года осознать, что ему не стать Кириллом? Почему-то тогда это сравнение меня раздавило. Что еще? Работаю сотрудником в мелкой фирме, но очень рассчитываю на карьерный рост. Неженат. Погряз в столице и ипотеке, но пока смотрю на мир оптимистично.

Тоже врет как дышит. Люди, считающие деньги, не тратят даром ни одной минуты разговора со мной и потому сразу укладывают на лопатки. И уж точно они не звонят, когда куда-нибудь едут, чтобы скрасить скуку.

— Вижу, мы с тобой одинаково откровенны друг с другом, — не удержалась я и вновь услышала тихий смех в ответ.

— Да дело не в том, что я осознанно что-то скрываю, Ева. Просто собираюсь ответить на все твои вопросы, но когда-нибудь потом.

— За ужином? — поняла я.

— И за завтраком, — он отозвался без паузы. — Ой, я же это не вслух сказал? За ужином, за ужином.

Он веселился и тем веселил меня. Я уже и забыла, чем вообще должна заниматься.

— Кир, а мне стало любопытно — твоя настойчивость как-то связана с твоими предпочтениями в сексе?

— Безусловно, — он и не думал отпираться и делать вид, что не понимает намека. — С ними же связано много черт моего характера, я думаю. Или наоборот, мои предпочтения в сексе являются следствием моего характера? Помоги разобраться.

— Я не психолог.

— А разве не ты помогаешь людям справляться с комплексами и каждому одинокому стесняшке даешь ложное ощущение тепла?

— Ты не похож на закомплексованного стесняшку.

— Почему же? У каждого бывают периоды слабости. Три месяца назад жена бросила — ушла к какому-то богатому мажору на крутой тачке. И я решил хотя бы по телефону отыграться на какой-нибудь женщине, выпороть ее так, чтобы весь женский род в ее лице ощутил отголоски.

И опять ни слова правды. Я услышала странный шум на высокой ноте с его стороны:

— Что это там пищит?

— Чайник. У меня с таким встроенным звонком, самого иногда бесит. И звук не убавляется — похоже, злые японцы в него вложили всю японскую ярость.

— Чайник? — я снова смеялась. — Прямо в машине?

— А, ну да. Выходит, я не в машине. Слушай, Ева, мне голос твой кажется немного знакомым. Или я уже так хочу тебя увидеть, что придумываю?

Я снова забылась? Произнесла на полтона ниже — и пусть он это изменение уловит и рассмеется, чем расслышит что-то еще:

— Мы ведь не впервые общаемся, потому это не странно.

— Точно.

Поняв, что еще немного, и я проколюсь, просто спросила в лоб:

— Кир, ты не хочешь сегодня расслабиться?

— Да тут чайник на меня орет, какое расслабление?

— Тогда до следующего раза?

— До следующего, Ева.

Я долго не отходила от окна, все пытаясь сделать выводы из этого разговора. Да, я заработала и клиента обслужила, как он того хотел. Но вряд ли отыгралась за прошлый раз. Я что же, действительно просто с ним трепалась — играла в «кто кого переврет»? Причем смеялась-то искренне, как и он смеялся… Похоже на то. Странно это. К таким поворотам меня Юрка не готовил, надо будет с Ольгой посоветоваться. С ее опытом и не такие сложные клиенты должны были попадаться.

А еще я зачем-то долго вспоминала лицо Виталия Алексеевича и пыталась сообразить, нравится ли он мне хоть немного. Конечно, в сравнении со скользким братцем — нравится, но все же для меня староват… и тяжеловат. Черт, точно пора обзаводиться любовником. И сексом можно иногда заняться, и вот так по телефону ни о чем потрещать.

Глава 5

Где искать бойфренда, если все силы высасывают две работы? И, если уж честно, то я только по телефону являю собой сексапильную барышню, а в жизни — вполне себе обычная девчонка в джинсах, блузке и с пучком волос на голове. В ближайшие выходные надо выбраться на шопинг и привести себя в подобающий вид. А потом что? По улицам ходить и всем улыбаться? Или с Ольгой почаще выбираться в кафе и клубы? Знакомство — это еще не самая большая проблема, хуже, если попадется извращенец, наподобие некоторых моих клиентов. Или, еще хуже, влюбчивый романтик, от которого потом запросто не отделаешься, когда надобность пропадет.

А в офисе все было по-прежнему. За исключением того, что на директора я теперь вообще не смотрела. Никак. Ни одного взгляда за все совещание, и уж тем более, когда мы не находились в замкнутом пространстве. Вот бы и он вел себя так же…

— Мария! Почему вы проекты вчера не развезли? Или вы не знаете, что нам платят не только за качество, но и за скорость?

Я в панике заозиралась, соображая. Развезла же! Вчера! Неужели какую-то бумажку выронила, потеряла? Все предыдущие оплошности не шли ни в какое сравнение с подобным, ведь от тех бизнес не страдал. Но до того как я успела хоть что-то ответить, Кирилл Алексеевич добавил:

— Я пошутил, расслабьтесь. Зато по бледности лица понял, что работа вам действительно нужна. Это радует.

Пошутил. Сейчас уржусь до колик. И, без малейшей улыбки, я сухо высказалась:

— Кажется, это вы ко мне проявляете повышенный интерес, Кирилл Алексеевич, раз направляете свой… к-хм, юмор только на мою персону.

— Не только. Но больше никто так забавно не реагирует. Мария, кстати, а вы не хотели бы попытать удачи в составлении очередного проекта? Хоть что-нибудь понимаете в логистике? — он дал паузу для ответа, которого не дождался. — В транспортных перевозках? В оценке эффективности управления матценностями? Даже в разработке схем товародвижения ничего?

— Кирилл Алексеевич, — я почти перебила. — У меня незаконченное высшее по специальности юриспруденция, потому вы с тем же успехом сейчас можете перейти на китайский. Но если честно, то мне вообще цель ваших вопросов неясна. Вы хотите меня повысить?

— Не хочу пока. Но думаю о том, почему одна из сотрудниц фирмы даже не отрицает, что ей здесь не нравится. Проблема в том, что мы ее таланты не можем раскрыть, или все-таки проблема в самой сотруднице?

В озвученной дилемме явственно слышалось: или обозначьте, в чем хотели бы проявить себя — и я помогу, или уже освободите место для того, кто вольется в этот почти семейный коллектив как родной. И он подтвердил догадку, продолжив:

— Я могу позаниматься с вами в субботу, могу устроить на какие-то курсы. Очень многие мои специалисты тоже начинали без базового образования. Но только при условии, что вам самой это надо. Вам это надо, Мария?

Да уж. Я бы еще субботы в его компании не проводила. Сказала с ехидцей:

— Видите ли, Кирилл Алексеевич, у меня есть талант — быстро все схватывать, потому и логистику, и матценности освою, если только понадобится. Но кто же будет проекты с вашими подписями развозить и обед на весь офис заказывать?

— Тот, кому такие задачи доставляют удовольствие. Или тот, для кого такие задачи — его верхняя планка. Не поверите, сколько в Москве людей были бы рады получить ваше место.

Опять косвенная угроза об увольнении. На самом деле, я такому странному разговору не очень удивилась. Еще когда меня принимали в штат, подчеркивали, что здесь ценятся инициативность и коллективизм, а тех, кто только «на приработки заскочил», держать не будут. Сам директор пребывал в твердой уверенности, что работа здесь — подарок судьбы. У него даже уборщица со времен открытия бессменная, потому что он делает ставку на человеческий ресурс. И сейчас ждет конкретного ответа, чтобы окончательно определиться на мой счет. Больше никакой резкости, иначе точно уже сегодня побегу по новым вакансиям:

— Я очень благодарна вам за это предложение, Кирилл Алексеевич, правда. Но дело в том, что меня все устраивает. При небольшой нагрузке зарплата приличная, мне хватает. Зато много свободного времени, которое я могу тратить на личные проблемы.

— Личные проблемы? Я заметил, что иногда у вас срочные звонки, но вы не отвечаете в отделе, а всегда выходите, — он, по всей видимости, вознамерился меня сегодня терзать расспросами до бесконечности.

— Да. Мама болеет, я всегда должна быть на связи. Вероятно, я неправильно выразилась в прошлый раз — только в этой должности мои личные дела не мешают работе. И по этой же причине я не могу учиться в выходные, приходится подрабатывать — в кафе официанткой, а там работа мне нравится куда меньше. Каждую копейку считаю. Потому не волнуйтесь, я буду стараться никогда вас не подвести. Ведь теперь все переосмыслила.

— Понятно. Где мама?

— В Саратове.

Врать всегда надо без пауз, не задумываясь — тогда у собеседника не возникает чувства фальши. Вот я и не задумывалась, а потом поняла, что именно сказала. Черт, черт, прицепился к языку этот Саратов, будь он трижды неладен! Саратов, Саратов, как будто других городов не знаю! Отцепись Саратов, прицепись Киров, чтоб тебя.

И шеф вдруг отвел внимательный взгляд, опустил лицо и улыбнулся, как если бы я напомнила ему о чем-то забавном. Все-таки он? Реакция странная, а я будто точно поняла, о чем он сейчас подумал. Не знаю, каким невероятным усилием воли мне удалось удержать покерфейс и говорить дальше на той же равнодушной ноте:

— Что вас так развеселило, Кирилл Алексеевич? Больная мама, или вы бывали в Саратове?

— Нет, не приходилось, — он снова глянул на мое лицо и посерьезнел. — Не знал, что у вас настолько сложная ситуация, мое упущение как руководителя. А мне всегда казалось, что я буквально каждую деталь улавливаю. Да и сложно было угадать… не вы ли давеча про богатого любовника упоминали?

— Он меня бросил, — опять без паузы, но теперь успев подумать миллисекунду. — Приходится снова экономить и быть вам еще благодарнее за предоставленную возможность.

— Понятно, — повторил и наконец-то оставил меня в покое, развернулся и зашагал в другую сторону.