Враги

Может, и хорошо, что не вышло, -- подумал Натаниэль. - Делайла должна была стать образцовой леди - и все, что она смогла, оставшись без поддержки семьи - выйти замуж, чтобы не умереть от голода. А та, кому ее приводили в пример, заставляет надменного лорда шарахнуться, лишь чуть изменив тон, а за спиной ее - сами, без принуждения, выстраиваются люди, готовые убить кого угодно по одному слову. Впрочем, не будь Мора и войны - это Делайла бы сейчас управляла каким-нибудь эрлингом, вместе с мужем, а пристроил бы лорд Брайс дочурку - еще неизвестно. Много найдется охотников иметь жену, у которой вместо балов и хозяйства - охота да оружие на уме.

И приключения. Это же Элисса тогда захотела забраться на скалу над рекой... года за два до его отъезда. Да, ему за неделю до того сравнялось двенадцать, точно. И полезла первой, а Натаниэлю пришлось карабкаться следом, чтобы не выглядеть трусом перед девчонкой. Правда, примерно на середине пути, когда корень, за который она ухватилась, вместо того, чтобы удержать, остался в кулаке, Элисса испугалась по-настоящему. Захныкала, что хочет назад - но, глянув вниз, Натаниэль понял, что назад не получится точно, остается только карабкаться дальше, а она застыла, прижавшись к скале и тихонько всхлипывая. Натаниэль пытался ее успокоить - бесполезно, тогда, разозлившись и на Элиссу, то не в меру храбрую, то не вовремя испугавшуюся, на себя, собственное неумение убедить и собственный страх, он обозвал ее трусихой. И плаксой. Добавив, что говорили же друзья - нечего связываться с девчонками, только и умеют, что сопли разводить. Элисса зыркнула на него - умей взгляды убивать, упал бы замертво - и полезла дальше.

Они таки выползли на эту скалу, и долго глядели вниз, переводя дух, не веря сами себе, что вскарабкались на этакую верхотуру. А потом долго искали обходной путь, чтобы вернуться, и едва не загнали лошадей, торопясь домой - только бы родители не узнали...

Кажется, с тех пор она разучилась хныкать на полпути.

Он вздрогнул, поняв, что Элисса окликнула - не в первый раз.

-- Извини, задумался. - Сказал Натаниэль, и зачем-то добавил. - О том, как бы все оно было, если...

Элисса тихонько вздохнула.

- Я очень часто об этом думала... Особенно поначалу. Только... еще хуже делалось. Ничего ведь не вернешь. И никого.

Она опустила голову, разом став совсем юной и хрупкой - какой и была, на самом-то деле. И Натаниэль порывисто шагнул к ней, обняв. Элисса уткнулась ему в плечо, шмыгнув носом, Натаниэль гладил неровно обрезанные пряди, то и дело смаргивая пелену перед глазами, и думал о том, что уже и в самом деле ничего не вернуть. Отец. Мама. Томас. Тейрн Брайс и тейрна Элеонора. Орианна и Орен, которых Натаниэль никогда не знал, но услышал имена и запомнил. Долгие летние вечера, когда взрослые сидят на веранде в саду, а дети носятся, предоставленные сами себе, или жгут костры - под присмотром прислуги, после того, как едва сад не спалили. Визиты. Охоты. Балы, на которые детей не пускали, но Делайла мечтала, что вот еще несколько лет...

-- Извини. - Элисса отстранилась, торопливо проведя по лицу рукавом. - Что-то я совсем плоха стала, расклеилась на ровном месте.

-- Не за что извиняться, -- сказал Натаниэль. - Так я могу чем-то помочь?

Она помедлила, напряженно размышляя.

-- Тебя учили управлять войсками? Оборонять земли?

-- Смотря что ты имеешь в виду, -- сказал Натаниэль.

-- Полководец из меня, как из мадам Вулси куртизанка. В Вейсхаупте что-то пытались втолковать, когда решили, что проще сделать меня командором и отослать обратно в Ферелден, чем ждать, как именно я наплюю на субординацию в очередной раз, но... - Элисса хмыкнула. - В общем, солдат мало. Эрлинг большой. Демоны с ним, с Амарантайном, у города стены есть, а у Эсмерель личная армия. Плюс стража. А вот сами земли... -- она взъерошила волосы -- У меня скоро голова от всего этого вскипит. Золото - ерунда, его всегда можно раздобыть. Люди... не хватает, хоть тресни.

-- Выбери стратегически важные...

-- Да учила я теорию! - перебила Элисса. - Толку-то! А на живых солдатах проверять, как когда-то на собственной шкуре дырки латала, по-настоящему драться обучаясь - этак никакого войска не хватит.

Натаниэль хмыкнул. Шагнул к шкафу, быстро оглядев полки - надо, же, не разграбили. Выбрал нужную карту, расстелил на полу - не поверх же кучи барахла, что на столе, кидать. Да и не поместится на столе. Плюхнулся животом прямо на карту, хлопнул по ней, приглашая Элиссу устроиться рядом.

-- Давай сюда. Будем разбираться.

========== 11 ==========

Они в самом деле вышли затемно. Обычно солдаты по ночам из крепости не высовывались. Незачем. Лихие люди в такое время и сами по глухим углам прячутся, а вот порождениям тьмы темнота не помеха. В этот раз с солдатами были Серые Стражи - и Натаниэлю одновременно и грустно и смешно было видеть, как отряд бывалых воинов смотрел на Стражей, больше половины которых - новобранцы, снизу вверх, почему-то решив, что с такими сопровождающими им ничего не грозит. Хотя, казалось бы, совсем недавно порождения тьмы перевернули вверх дном всю Башню Бдения, и Стражи ничем не смогли им помешать. Впрочем, те были пришлые, непонятные и чужие - да и чего хорошего ждать от орлесианцев. А эти - свои и понятные. Делом доказавшие, чего стоят. Правда, Натаниэлю не хотелось бы на своей шкуре проверять, смогла бы Элисса достойно противостоять тому нападению, окажись она в самой Башне Бдения, а не на дороге - как ни крути, появилась она, когда основные силы нападавших, прихватив пленных Стражей, исчезли - но подобные мысли он благоразумно держал при себе.

Было ли причиной тому везение, или просто Стражи исходили эту дорогу вдоль и поперек, попутно изничтожая порождений тьмы, но ни одна тварь в этот раз не попалась. Выходило, что слепая вера людей в очередной раз подтвердилась - и Натаниэль снова не знал, радоваться тому, или не стоит. Кто его знает, как потом обернется.

Веланна Посвящение пережила и наотрез отказалась "отдыхать" в замке. Страж она или нет, в конце-то концов? Или шемы по-прежнему ей не доверяют? Элисса спорить не стала: не хочет оставаться - пусть идет. Опять же, как подозревал Натаниэль, не хотела оставлять строптивую девицу совсем без присмотра - с нее станется за нескромный взгляд и огненным шаром запустить. Так хоть перед глазами будет, впервые в "шемленском" городе оказавшись. Не любили долийцы людей - впрочем, те отвечали им полной взаимностью. Поди с ходу пойми, мирный ли клан перекочевал в соседний лес, или такие, что сперва стреляют, потом разговаривают - а, значит, прощайте грибы и ягоды, промысел детский да бабий, да и на охоту придется ходить с опаской. А уж на что способна магия эльфов - они все на собственной шкуре убедились.

Натаниэль беспокоился, как бы Веланна, оказавшись среди толпы, не начала нервничать, и не учудила чего-нибудь. Но та, оказавшись уже в посаде при Амарантайне притихла, растерянно озираясь. Андерс, шепнув что-то, подставил локоть, и Веланна вцепилась в него, перестав, наконец, то и дело тянуться к посоху. Фыркнула было, когда стражник в воротах потребовал досмотреть вещи - но Элисса безропотно скинула с плеча мешок, и эльфийка молча сделала то же самое.

Натаниэль недоуменно пожал плечами, когда налетевший констебль начал отчитывать стражника за то, что тот оскорбляет командора. Элисса молчать не стала.

-- Приказ действительно звучал "без исключений"?

-- Да, но...

Она обернулась к совершенно растерянному солдату:

-- Я не могу вам приказывать, поэтому... сделайте одолжение, отлучитесь... вон, хоть к той ограде. Ненадолго.

-- Иди отсюда, - рявкнул констебль.

Солдат послушно убрался. Элисса молча уставилась на офицера - под холодным пристальным взглядом тот сбился с мысли и замолчал.

-- Я не была в Ферелдене год. За это время в местом диалекте Всеобщего языка "без исключений" стало означать "все равны, но некоторые равнее"?

-- Прошу прощения?

Натаниэль готов был поспорить - констебль прекрасно понял, о чем речь. Но не признаваться же в собственной оплошности.

-- Вы отдали приказ. Четкий и недвусмысленный. А потом прилюдно обругали своего подчиненного за то, что он этот приказ добросовестно выполнил. Вы всерьез полагаете, что после этого вам будут подчиняться с должным рвением?

-- У вас нет права меня отчитывать.

-- И не собиралась, - пожала плечами Элисса. - Я просто выразила недоумение.

"Просто" - хмыкнул про себя Натаниэль. Да от такого тона Недремлющее море бы замерзло.

-- В таком случае и я не обязан объясняться.

Элисса кивнула.

-- Я понимаю, что вы хотели выразить уважение Серым Стражам и лично мне, как их командору, - сказала она куда мягче. - Но мне крайне неприятно, что уважение это проявилось таким образом. Ваш человек не заслужил выволочку.

"В отличие от вас" - прямо-таки повисло в воздухе.

-- Тем не менее, со своими людьми я разберусь сам.

-- Как вам будет угодно. - Элисса коротко поклонилась, давая знать, что разговор закончен.

-- Дурак некомпетентный, - буркнула она себе под нос, отойдя на десяток ярдов. - Андерс, сделай одолжение, узнай, как парня зовут. Если констебль решит на нем сорваться - в гарнизон возьму, Гаревелу пригодится человек, умеющий досконально исполнять приказанное.

-- Что-то сама ты не больно таких в Стражах примечаешь, - хмыкнул Натаниэль.

И в самом деле, как на подбор. Пьяница. Беглый отступник, возможно - убийца. Впрочем, Элисса же видела тела, уж отличить, нанесены раны магией или мечом не так уж сложно. Долийка - опять же, отступница, и уж эта - точно убийца. Кровник.

-- Потому что солдатам гарнизона обычно не приходится обнаруживать себя по уши в... проблемах, из которых непонятно как выкручиваться, за них офицеры думают. А со Стражами такое случается сплошь и рядом. По крайней мере, по моему опыту.

-- Это точно, - хохотнул Огрен.

-- А может, мне просто невероятно везет, - продолжила она. - Но поскольку везение, похоже, распространяется на всех окружающих, приходится подбирать людей себе подстать.

Натаниэль хмыкнул, но решил смолчать. Вернулся Андерс, и они двинулись дальше.

Элисса привела их в "Корону и лев", оставив за столом, о чем-то долго говорила с трактирщиком, потом, велев начинать есть, ее не дожидаясь, исчезла на втором этаже, где были гостевые комнаты. Вернулась она, впрочем, до того, как все успели поесть, принялась за свою порцию, ничего не объясняя. Потом трактирщик принес ключи от комнат, и Элисса велела всем бросить вещи и дальше развлекаться на свое усмотрение - "только город ненароком не развалите", а Натаниэль пока пойдет с ней. Андерс пообещал, что непременно оставят пару зданий в целости и сохранности, пусть не волнуется.

-- Куда мы? - спросил он, едва выйдя на улицу.

-- В церковь конечно, - сказала она, - Где еще записаны все браки?

Нанатиэль обругал себя за недогадливость - сам он собирался порасспрашивать торговцев - в любой гильдии все про всех знают. Правда, захотят ли разговаривать с чужаком - неизвестно.

Мать-настоятельница заметно обрадовалась, увидев Элиссу, и совсем расцвела, когда та выложила перед ней полдюжины целительных зелий.

-- Золотом, увы, помочь не могу, - сказала Страж-Командор. - Но чем богата...

Та рассыпалась в благодарностях. Видать, дела в городе совсем плохи, решил про себя Натаниэль. Посад выглядел совсем нищим, бездомные тут и там прямо у дороги, внутри городских стен откровенных оборванцев он не встречал - видимо, стража не пускает, но то, с какой радостью настоятельница приняла целебные припарки, говорило, что на попечении церкви множество больных и увечных. Интересно, куда смотрит Эсмерель?

Нужную запись они нашли быстро, торговца, за которого вышла Делайла, мать-настоятельница знала - жертвует щедро. Значит, хотя бы живут небедно, решил про себя Натаниэль. Хоть что-то.

Где живет Альберт с молодой женой, в торговом квартале знали все. Когда Натаниэль взялся за придверный молоток, колени подгибались. Он сам не понимал, чего страшится - но сердце колотилось где-то в горле, а когда на пороге возникла женщина, лишился дара речи.

Делайлу он узнал сразу - лицо осталось почти девичьим, таким же наивным, как когда-то. Фигура изменилась - округлилась, оформилась, ведь уезжал он, когда сестра только-только начала превращаться из девчонки в девушку. Она недоуменно уставилась на высоченного мужчину в доспехах - ахнула, прижав ладонь к губам, и повисла у него на шее, смеясь и плача.

-- Ты. Живой...

Натаниэль обнял ее - создатель, каким дураком он был когда-то, отмахиваясь от "телячьих нежностей" - приподнял над полом. Бережно поставил обратно.

-- Живой... - повторила она.

-- Да что мне сделается? - криво улыбнулся Натаниэль, стараясь не шмыгнуть носом.

-- Ой, да что же это я на пороге держу, - спохватилась Делайла, ухватила за руку, заводя в дом. И застыла, увидев за его спиной Элиссу.

-- Ты?

И это "ты" звучало совсем по-другому, растерянно и почти испуганно.

-- Я сейчас уйду, - сказала Элисса. - Просто проверить, что ты и в самом деле жива.

Делайла молчала, не отрывая от нее взгляда - и так и не выпустив руку Натаниэля.

-- Пойду я, - неловко повторила Элисса.

-- Погоди... То, что говорили про тебя и... отца - правда?

-- Правда.

-- Но почему? Ты ему нравилась... Хотел Томаса женить...

Томаса? - изумился про себя Натаниэль? - На Элиссе? Отец с ума сошел? Он же ей совсем не подходил... Нет, Натаниэль любил брата, но тихоня-Томас и Элисса?

-- То, что говорили про твоего отца и мою семью - тоже правда, - сказала она.

Делайла опустила голову.

-- Я не хотела верить...

Элисса молча кивнула.

-- Тогда заходи и ты, - сказала Делайла.

-- Как-нибудь в другой раз, ладно? Дел - вот столько, - она провела ребром ладони по шее.

-- Значит, как-нибудь. Заходи, правда. Я буду рада.

Особой радости в голосе Натаниэль не услышал.

-- Зайду. Непременно

А вот Элисса вроде, не врет. Она никогда не любила недоговоренностей, а сейчас между ними словно стена ледяная повисла, как от Андерсового заклятья. Хрустальная, в трещинах, сквозь которые ничего не разглядишь. Понять-то Делайла поймет, а вот простить... Сам-то он простил, но сестра - не он.

-- Тогда до встречи.

Элисса снова кивнула и пошла прочь.

-- Заходи, - повторила Делайла. - Совсем взрослый стал...

-- Ты тоже.

-- Как ты, - сказали они одновременно, и одновременно же засмеялись. Делайла затащила Натаниэля за стол, и как тот не отнекивался, начала потчевать. Пришлось есть снова - впрочем, Натаиэль больше говорил, чем ел. Про Вольную Марку, Недремлющее море и морскую болезнь, про какую-то совершенно неважную чепуху, старательно обходя молчанием самое главное. Делайла щебетала про новых подружек, цены на продукты и что хороших тканей стало не достать - и тоже неловко замолкала, стоило разговору уйти не туда. Наконец, Натаниэль не выдержал.

-- Как ты?

-- У меня все хорошо, - сказала Делайла.

-- В самом деле? - он помолчал, подбирая слова. - Я понимаю, что деваться было некуда... Но у меня есть жалование, и... - слов не хватало, пропади оно все пропадом. - Словом, если тебе плохо с ним, незачем оставаться.

Делайла изумленно на него уставилась.

-- Погоди...

-- Если ты вышла замуж только потому, что некуда было деваться...

Она улыбнулась. Ласково, точно несмышленышу.

-- Я люблю Альберта. Я вышла бы за него вопреки воле отца. Но случилось так, как случилось.