Выйти замуж за некроманта

Она не стала продолжать. Имя брата так и повисло в воздухе, но Мери-Джейн и не надо было называть имен. Служанка поджала губы, а ее глаза зло заблестели. Элионора знала, что ее горничная никогда не жаловала Альберта Артли, считая его никчемным и напыщенным прожигателем жизни.

В ответ Элионора всегда пожимала плечами. Слишком большая разница в возрасте делала брата и сестру почти чужими друг другу людьми, вынужденными жить в одном доме. Официально после смерти родителей Альберт считался опекуном Элионоры, но всегда пренебрегал своими обязанностями, за что девушка испытывала к брату признательность. До недавнего времени.

— Мало вам брат зла причинил при жизни! — Посетовала Мери-Джейн, — Так теперь еще и после смерти.

— Перестань! — Оборвала ее Элионора. Огонь в камине ярко вспыхнул, девушка поморщилась, понимая, что не смогла сдержать свой дар.

Но ей просто невыносимо было слышать эти причитания. Она хорошо сознавала, что невоздержанность Альберта, его постоянные попойки, на которых присутствовали и женщины — все это бросало тень и на безупречную репутацию сестры. Но у Элионоры было богатое приданое. Это искупало очень многое, и потому злопыхатели могли лишь шипеть по углам.

Это все было раньше. Теперь Альберт мертв, сложил голову на плахе, земли конфискованы, а сама Элионора.

Показалось, что кто-то поднимается по лестнице. Девушка с испугом взглянула на дверь. Даже если попросить горничную закрыть на засов, вряд ли подобная преграда остановит могущественного некроманта.

Огонь внутри с надеждой вспыхнул, но Элионора покачала головой. Не стоило применять магию, тем более по отношению к собственному мужу. Церковные обеты нерушимы, и строго карают клятвопреступников. Девушка задумчиво покрутила на пальце кольцо, которое лорд Уиллморт надел ей на палец в часовне.

Темный камень в замысловатой оправе из белого золота. Наверняка, артефакт. Элионора чувствовала легкое вмешательство чуждой ей магии. Эта магия была теперь повсюду: дом привыкал к новому владельцу.

Старинное имение, веками хранившее верность одному роду вынуждено было принимать чужака, поскольку, в этом Элионора не сомневалась, ритуал передачи имения новому роду был проведен его величеством Генрихом Десятым по всем правилам. Теперь старому дому оставалось лишь со скрипом подстраиваться под нового хозяина.

Генрих Десятый. Молодой король, вступивший на престол пять лет назад. Он тоже присутствовал при казни. Стоял на специальном помосте в окружении стражников и старательно избегал смотреть в ту сторону, где стояли семьи приговоренных. Впрочем, и семей-то не было. Две рыдающие матери, один убитый горем старик…

И Элионора, удерживаемая лордом Уиллмортом лично. «Даже не смейте отворачиваться!»

Девушка с тоской взглянула на стены, еще недавно бывшими ей родными. Отчаяние вновь охватило ее. Теперь все здесь принадлежало некроманту, в том числе и она сама.

— Триединый, — девушка закрыла лицо руками, все еще стремясь сдержать слезы. — Что я наделала!

Давно копившиеся слезы хлынули из глаз. Горничная с тяжелым вздохом неуклюже обняла хозяйку за плечи, прижала к себе, пытаясь хоть как-то утешить.

— Мери-Джейн, мне страшно, — призналась девушка чуть позже, когда рыдания утихли, и она смогла связно рассказать все события сегодняшнего дня.

Служанка лишь вздохнула в ответ.

— Не расстраивайтесь, миледи, — произнесла она, стараясь, чтобы голос звучал рассудительно. — Вы сделали правильный выбор.

— Ты так думаешь?

— Конечно! — Горничная постаралась вложить в слова всю уверенность, которую не испытывала сама. — Подумайте, что бы ждало вас в монастыре? Одинокая келья? Заточение? Молитвы? А так вы стали женой весьма уважаемого человека.

— Который является могущественным некромантом и начальником Тайной канцелярии.

— Ну, у всех есть свои недостатки, зато, говорят, он весьма щедр и не принуждает женщин.

— Он их покупает.

— Не всех. — Мери-Джейн слегка смутилась, но продолжила, зачем-то перейдя на шепот. — В столице ходили слухи, что лорд Уиллморт околдовывает женщин своей Тьмой, и те приходят к нему сами, чтобы отдаться.

— Что за глупости! — фыркнула Элионора скорее по привычке. Она вдруг вспомнила брачную церемонию и то, как не могла вымолвить ни слова, но упрямо продолжила. — Насколько я знаю, лорду Уиллморту нет нужды применять магию, женщины и так падают к его ногам.

— Тогда наверняка у милорда есть любовница, и стоит полагать, он не станет вам сильно докучать, — рассудительно продолжила горничная. — В любом случае, вам стоит радоваться этому союзу. Ну а коли невмоготу станет, монастырь и замужнюю примет, главное — одарить щедро!

— Да, возможно, ты и права, — устало отозвалась Элионора, не желая больше обсуждать эту тему. — Надо собрать вещи.

Она хотела помочь Мери-Джейн уложить немногочисленные вещи, но служанка решительно воспротивилась этому. Не помогли даже уверения, что лорд Уиллморт обещал не приходить сегодня ночью к жене.

— Тогда тем более, миледи, вам просто необходимо выспаться. Я слышала, что милорд приказывал подать экипаж на рассвете. Так что, ступайте в постель и предоставьте старой Мери-Джейн заняться своими обязанностями!

Чувствуя себя слишком усталой, чтобы возражать, девушка подчинилась. Мери-Джейн помогла хозяйке раздеться, долго расчесывала, а потом заплела огненные пряди в косу и принесла теплое молоко с травами. Элионора опасалась, что заснуть все равно не удастся, но усталость взяла свое, и девушка не заметила, как погрузилась в глубокий, вязкий сон.

Снилось ей все тоже: казнь. Некогда площадь Чести была главной площадью города. Тесная, вымощенная булыжниками, теперь она находилась на границе с трущобами. Именно там безумный король огласил свое завещание, именно там первый шиир Артли принес присягу, и именно там казнили Альберта. Символично.

Серые стены домов, плотным кольцом окружавших площадь, темные проемы окон, пестрая толпа. Элионора заметила, что многие пришли семьями и с детьми. В отличие от аристократов простолюдины не гнушались подобными кровавыми развлечениями.

Впрочем, аристократы тоже были. Генрих Десятый решил, что казнь дворянина, посмевшего поднять руку на своего сюзерена, должна послужить уроком остальным.

Представители всех знатных родов расположились на специальном балконе. Мужчины, в отличие от семей заговорщиков, женщин там не было. Слишком знакомые по прежней жизни, где Элионора Артли блистала, они теперь старательно отворачивались от сестры заговорщика.

Стоявшая в окружении стражников, Элионора то и дело ловила на себе их задумчивые, а иногда и жалостливые взгляды. Именно эти взгляды и заставляли девушку до боли выпрямлять спину и не отводить глаз от темного помоста, на котором стоял палач. Человек в красном.

Слишком напряженная, Элионора пропустила тот момент, когда народ на площади расступился, и к помосту подъехала телега. Сердце застучало.

С Альбертом они никогда не были близки. Упрямый, вздорный, своевольный, брат очень раздражал, но видеть его вот так, в белой рубахе смертника…

Приговоренный вдруг обернулся. Знакомые зеленые глаза некроманта блеснули из-под длинной челки. в них была Тьма.

— Миледи. — Кто-то схватил и затряс девушку за плечо.

Она вскрикнула и проснулась. После тьмы во сне яркий свет ударил по глазам. Элионора сразу и не поняла, что это Мери-Джейн склоняется над ней со свечой в руках.

— Миледи, лорд Уиллморт настоял, чтобы я вас разбудила, — виновато произнесла она.

— Что? — Выдохнула Элионора, все еще находясь во власти ночного кошмара. 

— Он. Что он хочет?

— Чтобы вы собрались. Экипаж будет подан через полчаса.

— Ах это, — девушка не смогла сдержать вздох облегчения.

Она послушно поднялась с кровати, едва притронулась к завтраку, принесенному горничной заблаговременно. От ночных кошмаров все еще трясло, и кусок не шел в горло.

Мери-Джейн посмотрела на хозяйку с укором, но ничего не сказала, лишь подала дорожное платье. При виде жакета, сшитого в стиле мундира королевского кавалерийского полка, девушка вздрогнула, но тут же взяла себя в руки.

— Мне позволено будет поехать с вами, миледи? — Поинтересовалась верная служанка, расправляя черные кружева рукавов.

— Конечно. Почему ты спрашиваешь? — Элионора натянула перчатки и привычно взглянула в зеркало.

Глаза покраснели, а веки припухли, но это можно было списать на то, что девушка слишком рано встала. Ей не хотелось, чтобы некромант догадался, что она плакала. Хотя… он наверняка знал и об этом.

— Возможно лорд Уиллморт предпочтет, чтобы его жену обслуживала другая горничная.

— Вот как? — Элионора бросила на Мери-Джейн быстрый взгляд. — В таком случае его ждет разочарование.

Она решительно надела треуголку и заправила под нее золотисто-рыжие пряди, выбившиеся из тугого узла на затылке. Бросив взгляд на часы, и убедившись, что отведенное ей время на сборы вот-вот закончится, девушка поспешила выйти. Если она хотела спорить мужем в принципиальных моментах, не стоило злить некроманта по мелочам.

Лорд Уиллморт уже стоял у кареты, запряженной четверкой вороных. Огромные кони с пышными гривами и золотистыми глазами, как у змеи. Элионора ахнула, узнав моро. Эта порода лошадей, весьма капризная в уходе, но обладавшая способностью распознавать магию, ценилась на вес золота. Обладать четверкой таких коней было неслыханной роскошью. Девушка вновь невольно задумалась о причинах, толкнувших первого лорда королевства на брак с ней.

Словно почувствовав, что на него смотрят, некромант обернулся, окинул пристальным взглядом хрупкую фигуру жены, одобрительно кивнул и тут же нахмурился, заметив небольшой дорожный сундук, который вынесли лакеи.

— Это все ваши вещи? — Поинтересовался некромант, подходя к жене.

— Вы ведь не сказали, куда мы едем. — Элионора побоялась, что ее слова будут восприняты как упрек, поэтому поспешно добавила. — К тому же большинство моих платьев осталось в городском доме, и я даже не знаю, что с ними.

— Ваш городской дом теперь тоже принадлежит мне. Я распоряжусь, чтобы ваши наряды привезли в мой особняк, — кивнул лорд Уиллморт, лично открывая дверцу кареты.

Элионора поставила ногу на ступеньку и повернулась к мужу, решаясь:

— Могу ли я взять с собой свою горничную?

— К сожалению, нет.

— Вот как? — В голосе девушки зазвучала сталь.

Некромант усмехнулся и миролюбиво пояснил:

— В карете нет места для нее, но я пришлю за вашей служанкой экипаж, как и за теми безделушками, которые вам так дороги. Желаете ли что-то еще?

Несмотря на то, что последняя фраза была сказана с издевкой, Элионора покачала головой.

— Вы и так слишком щедры ко мне.

— Хорошо. Тогда не будем терять время! — Лорд Уиллморт терпеливо выждал, пока жена поднимется в карету и устроится на подушках, запрыгнул следом, небрежно развалился на сиденье и прикрыл глаза.

— Вы так и не сказали, куда мы едем, — напомнила Элионора.

— Да? — Он даже не приоткрыл глаз. — Наверное. Конечно же, в Уолтерфолл. В особняк Уиллмортов.

— Конечно же, — эхом отозвалась девушка, досадуя на саму себя.

Куда еще ехать начальнику Тайной канцелярии, как не в столицу королевства. Сама Элионора не была уверена, что хочет появляться в высшем обществе так скоро.

Девушка не знала, сможет ли она вытерпеть любопытные, а зачастую и презрительные взгляды, злобный шепот за спиной: «Как, вы не знаете?.. Сестра того самого… и ей хватило дерзости».

Утешением было лишь то, что Элионора находилась в трауре по брату, и, следовательно, не должна посещать светские мероприятия. Возможно, некромант, насладившись новизной брака, позволит жене вскоре вернутся в Артли. Девушка еще раз взглянула на мужа. Он дремал, скрестив руки на груди и откинув голову. Слегка успокоенная этим, а также мягким покачиванием кареты, Элионора все-таки задремала.

Проснулась девушка от толчка. Карета резко остановилась. Сквозь завывания невесть откуда взявшегося ветра было слышно тревожное ржание лошадей. Лорд Уиллморт встрепенулся и приоткрыл окошко.

— Реджи, что там?

— Прошу прощение, милорд, лошади волнуются и отказываются идти вперед! Некромант помрачнел и внимательно посмотрел на Элионору.

— Вы хорошо знаете эти места. Здесь есть поблизости кладбище?

Девушка выглянула в окно. Поля заканчивались, а за невысокой каменной оградой, означавшей границу владений, виднелся алеющий осенний лес.

— В полумиле отсюда есть развалины часовни, — спокойно сказала Элионора.

— Около нее есть кладбище?

Девушка покачала головой.

— Кладбище находится у церкви. Но по преданию под часовней находятся могилы монахов.

Некромант забористо выругался и выскочил из кареты, даже не потрудившись закрыть дверцу. Элионоре ничего не оставалось делать, как последовать примеру мужа.

Форейторы уже распрягли лошадей, а сам лорд Уиллморт рисовал вокруг экипажа и людей огромный круг, попутно наполняя его рунами. Показалось, что над его головой мелькнуло что-то белесое.

— Что происходит? — Спросила Элионора, даже не надеясь на ответ.

— Нападение мертвяков, миледи! — Отозвался один из форейторов, стараясь успокоить лошадей. Моро то и дело били копытами и косились своими огненными глазами в сторону леса. — Похоже, кто-то поднял их из могил.

— Мертвяки? — Растерянно переспросила девушка.

— Боб, Томас, вы будете следить за лошадьми, Реджи пойдешь со мной! — Распорядился лорд Уиллморт, подходя к форейторам.

При виде жены, стоящей у карты, он недовольно поморщился:

— Элионора, вам лучше вернуться в экипаж. Не думаю, что вам понравиться это зрелище.

— Возможно, я смогу помочь? — Тихо предложила девушка.

При мысли о том, что ей придется сидеть в карете, закрыв дверцы, и гадать, что происходит с остальными, становилось страшно.

— Пожалуйста, — прошептала она одними губами.

Но некромант все равно услышал. Он хищно прищурился, и как показалось Элионоре едва заметно улыбнулся:

— Вы знаете, как поддерживать защитный круг?

— Да.

— Займитесь этим. Мое кольцо у вас?

— Да, — Элионора продемонстрировала кольцо, уже подстроившееся под новую хозяйку и плотно сидевшее на пальце.

— Хорошо. Никогда не снимайте его, что бы ни случилось, — лорд Уиллморт отвернулся и широким шагом направился к границе нарисованного на земле круга. Выжидающе замер и оглянулся на жену:

— Быстрее!