Рокировка для ведьмы

По их поведению было видно, что происходит что-то необычное даже по меркам нечисти. От пересудов зевак веяло чем-то скандальным и неприличным.

- Открываемся. - напряженно сказал старик.

Все по очереди открывали свои карты.

У девчонки, судя по реакции окружающих, карты были лучше. Но Саша совсем не понимала, как это определялось.

- Туз Кубков, Туз Пентаклей, Императрица, Маг, Двойка кубков. Двойка Мечей.

- У меня меньше... - Вздохнув, выложил свои карты чернокожий.

- И у меня... - Старик, сердито поджал губы и раздраженно бросил карты на стол.

- Шестерка Кубков, Шестерка Мечей, Шестерка Жезлов, Дьявол, Шестерка Пентаклей и Влюбленные. - Назвала свои карты Старуха.

Все вокруг на секунду замерли, а потом наперебой начали обсуждать столь превосходный расклад.

Старуха потянула свои костлявые руки к фишкам, но зеленоволосая девушка резко осадила ее:

- А мои карты вы посмотреть не хотите?

И она выложила одну за одной четыре четверки, Имератора и Смерть.

У старухи от удивления отпустилась не только челюсть, но и все лицо.

Максимка радостно зааплодировал, вслед за ним стали хлопать и остальные.

Лиля тем временем, как ни в чем не бывало, забрала свой выигрыш и вышла из-за стола.

Саша, безумно переживавшая всю игру то за одного, то за другого игрока, решила, что ей тоже достаточно зрелища. «И так нервы ни к черту, не хватало еще за нечисть переживать всякую».

Девушка отошла к столу с напитками и закусками, намереваясь попробовать местные сорта вин.

К ней подошел мужчина во всем черном - пиджак, рубашка, брюки.

- Марина, чудесно выглядишь. Потанцуем? - девушка подняла на него взгляд и от неожиданности ахнула. Правая сторона лица молодого человека была обезображена. Волчий разрез кроваво-красного глаза был покрыт жесткой серой шерстью. Выступающая надбровная дуга, изгибаясь, придавала лицу надменное выражение.

Видя ее реакцию, мужчина нахмурился, но остался стоять рядом, ожидая ответа.

Саше на миг показалось, что левая сторона лица исказилась болью, и ясный голубой глаз увлажнился. Он должен был быть очень красивым, если бы не его уродство. Изящные линии губ, высокий лоб, обрамленный густыми волнистыми волосами. Саша не сразу вспомнила его имя, но стоило ему чуть повернуться, как она узнала его по тем фотографиям, что показывал Натан. Кирилл - оборотень, родной брат Карачунова. Кажется, с ним произошел какой-то несчастный случай при обращении.

Она хотела уже было ответить Кириллу, как рядом возникла еще одна мужская фигура. «Виктор Краков. Тот еще черт. Любимое занятие - заставлять девушек устраивать драки из-за него» - вспомнились Саше слова Натана.

- Простите Кирилл Александрович, но дама еще вчера обещала первый танец мне. - Виктор обнял ее талию еще прежде, чем договорил.

Саша совершенно не хотела танцевать, да и не знала, как это здесь принято. Но ощущение чужих рук на талии было неожиданно приятным, и ей не хотелось, чтобы это быстро закончилось.

Она подняла свою руку на плечо Виктора. Стоило бы позаботься о конспирации, но она, казалось, забыла обо всем. Ее ноги, не привыкшие к шпилькам, на удивление легко двигались. А сама она, казалось, была захвачена какой-то посторонней магией, помогающей делать правильные движения.

Спустя какое-то время Виктор увлек ее из центра в дальний угол зала. Он свободно и фамильярно, грациозным движением взял Сашу за руку, прикоснулся к тыльной стороне ладони губами, а затем преданно заглянул ей в глаза:

- Так не хочется отпускать вашу руку... - Виктор придвинулся ближе и шепнул в самое ухо, - вы свели меня с ума своим вчерашним исчезновением.

Саша стояла в оцепенении, сердце сделало остановку и забилось вдвое быстрее, пульс отдавался в ушах. Она буквально чувствовала, как кровь вскипает, наполняя ее желанием. Такого сумасшедшего эффекта на нее не производил еще ни один мужчина. «Это все не по-настоящему, это магия!»

Улыбка Кракова становилась все шире и шире. Саша ужаснулась - он прекрасно видел, какой эффект на нее произвел. Нужно было что-то придумать, и придумать быстро. Но как можно было думать, когда на тебя устремлен столь искренний чистый задумчивый взгляд. Он все еще не отпускал руку, поглаживая ее ладонь большим пальцем.

- Вы сняли защиту. - самодовольно констатировал Виктор.

- Мне было любопытно... - внезапно пересохшее горло отказывалось слушаться.

- И как, моя душа, вы утолили любопытство? - в голосе Виктора прибавилось бархатистых ноток, он чуть сильнее сжал ее руку. По всему телу пробежал электрический разряд возбуждения.

- О Боже...

Виктор коснулся губами ее уха и, незаметно лизнув за мочку, проговорил:

- Я здесь.

Мысли девушки путались, она еле сдерживалась, чтобы не наброситься на собеседника. Или вообще на любого мужчину, или на женщину, или... где-то на задворках сознания возникла мысль, что, наверно, именно в таком состоянии и происходят оргии. Эта мысль, а вслед за ней услужливо подсунутые воображением картины только ухудшили положение.

Неожиданно ее оттолкнули от Виктора, в глазах моментально потемнело. Она как будто резко встала, очнувшись от полусладкой дремы. Саша ударилась о стену и под чьей-то тяжестью, не удержавшись, осела на пол. Девушка ощутила, как треснуло стекло под ее бедром, и платье моментально начало впитывать в себя влагу, неприятно холодя кожу. Осколки впивались в ногу, а тот, кто придавил ее, только усиливал это. Саша закричала от боли, ей казалось, что кровь, пульсируя, выходит из нее.

Человек, который оказался сверху, наконец-то убрался. Саша с трудом открыла глаза. Рыжий мужчина выглядел потрепано. «Так, должно быть, выгляжу я» - мелькнуло у девушки в голове.

Виктор помог подняться ей и принялся убирать осколки, впившиеся в ногу.

- Нужен целитель! - крикнул он в зал.

- Какого черта ты толкнул меня, - Натан бросил уничижительный взгляд на стоявшего рядом горбатого прислужника. Тот трясущимися руками держал поднос, на котором стояли пустые бутылки из-под шампанского. Мальчик дрожал всем телом, колени были подогнуты, глаза наполнены влагой и неподдельным страхом.

Остальные благоразумные создания, стоящие рядом, поспешили отойти на безопасное расстояние.

Саша ощутила прилив энергии, все амулеты, находящиеся на ней, нагрелись, наполняя ее небывалой силой. В груди зарождался мощный поток, отдающий покалыванием в кончиках пальцев, она больше не замечала боли в ноге, все вокруг стали казаться такими маленькими и прозрачными, что губы сами собой изогнулись в ухмылке. «Раздавить. Уничтожить» - звучало в мозгу.

- Марина, не надо... это же случайность... - Саша обернулась на Виктора. Теперь она видела бесцветную тонкую сеть, скользящую вокруг него, и его самого за этими нитями - напуганного, молящего, готового трепетать от одного ее взгляда.

- Мариночка, что здесь происходит... - Карачунов решил лично поинтересоваться. «Какая честь», - саркастические мысли только усилили жар в ее груди. Ощущение власти и бескрайней силы пьянило и рвалось наружу.

Взгляд остановился на Натане. Он так хотел, чтобы она напала на него, так долго издевался над ней, пестуя ощущение беспомощности и зависимости.

Она подошла к нему, протянув руку в его сторону. Воспоминания о том, как он душил ее и заставлял подчиняться только усиливали ее магию.

- Марина Олеговна... - шепот горбатого прислужника отвлек ее на секунду.

«А почему я должна делать то, что он хочет?» - Ее взгляд упал на шампанское на подносе у мальчишки и, не давая себе опомниться, она выхватила бутылку. Мощь, рвущаяся изнутри, добавила ей силы, и она, вложив всю свою злость и желание к разрушению, ударила Натана по рыжей голове.

Заглушая музыку, стекло разлетелось на множество осколков, царапая бледное лицо, убивая прочие звуки. Натан упал и, схватившись за голову, съежился на полу.

Звенящая тишина окутала зал.

Глава 7

 - Молодой человек, куда спешите? - девушка нахальным взглядом осмотрела Кирилла. Прикинув, что деньги у него водиться должны,  она продолжила зазывать. - Хотите, я составлю компанию, вам понравится.

Кир отмахнулся от нее и, не замедляя шага, прошел мимо. Но у девицы, похоже, совсем было туго с клиентами, поскольку так просто сдаться она не собиралась.

- Зачем так сразу отказываться, ты не пожалеешь, я обещаю. Все очень недорого.

Кирилл бросил на девицу равнодушный взгляд - тощие ноги, завернутые в юбку, подчеркивающую округлость женских форм, руки уперты в бока. Девушка переступала с ноги на ногу, качая бедрами.

- Ну что, договорились?

- Отвали, - процедил сквозь зубы Кирилл. - Мне это сейчас не интересно.

- Да ладно тебе, пойдем со мной, красавчик, здесь недалеко...

Кир остановился и мысленно выругался, девушка, очевидно, приняла его остановку за согласие. Она протянула руку к его бедрам и начала поглаживать их.

Мужчина пристально посмотрел на нее сквозь непроницаемые стекла больших черных очков:

- Руку убери и проваливай. - отчеканил он.

- Да ладно тебе, красавчик, ты же хочешь, я знаю. Я уже тебя здесь видела. Пойдем со мной. - она все еще пыталась вызвать его желание.

Мужчина на секунду замешкался, затем его лицо озарилось злой усмешкой:

- Ладно, пойдем. - он крепко схватил ее за локоть одной рукой, а другой снял очки.

- Красавчик, хочешь взять меня силой? Я умею... - девушка замолкла на полуслове, губы задрожали, она инстинктивно сделала шаг назад, но железная хватка удерживала ее на месте.

- Что же ты. Пойдем, порезвимся. - Киру нравилось выражение ужаса, застывшее в ее глазах.

- От... отпусти... - задыхаясь от страха, прошипела девица. Колени ее подкосились, Кирилл отпустил руку, и она упала на землю.

Мужчина не выдержал и рассмеялся тому, как девица, безуспешно пытаясь подняться, уползала от него. Он потер правый глаз - жесткая шерсть иногда нестерпимо чесалась. Затем водрузил черные очки обратно, прикрывая ими лицо.

Кирилл взглянул на массивные часы на запястье - время приближалось. Мужчине очень не хотелось спешить, но и лишний раз обращать на себя внимание не хотелось еще больше.

Это был самый ненавистный день в году, когда приходилось одевать костюм и идти смотреть на цирк уродцев, делая при этом вид, что вокруг цивилизованные, высококультурные люди.

Мужчина петлял среди домов спального района, выбирая самые безлюдные улочки для своего маршрута. Не то, чтобы он боялся быть увиденным - черные очки полностью скрывали его уродство - однако чем ближе было полнолуние, тем сильнее его раздражали простые смертные. Настроение Кирилла становилось все хуже. Он опускал глаза, упираясь взглядом в асфальт, когда навстречу ему проходили люди. Оборотень пытался отвлечься от мыслей о приеме, но они раз за разом возвращались к предстоящему событию. Это будет девятый ежегодный прием в честь объединения могущественных кланов. Переродки объединились с нежитью, и это решило судьбу города. Кир был тогда слишком маленьким, да к тому же человеком, поэтому не был непосредственным участником тех событий. Сейчас ему казалось, что тогда он находился словно в коконе, жизнь кипела и бурлила, но без него. Солнце всходило и западало, а он все дни проводил либо дома, либо в больницах, пытаясь справиться с душившей его тогда болезнью. Но он помнил брата. Взрывной, гордый, находчивый, сумевший сплотить вокруг себя множество лиц. Его слова вдохновляли других, его поступки были образцом для подражания. Каким же он казался идеальным. Тогда Кирилл из кожи вон лез, стараясь понять причины действий Владимира. Его старший брат никогда ничего не делал просто так. Все его шаги всегда были просчитаны на много ходов вперед и всегда сходились на какой-то одной, известной лишь ему, цели.

Кирилл помнил, как впервые прикоснулся к миру, который принадлежал его брату. В квартиру, где жили они с матерью, пришла девушка. Сейчас ее лицо мужчина не помнил, но помнил впечатление хрупкой красоты, которое она производила.

Брат и девица закрылись в комнате, Кир решил подсмотреть за ним. Подковырнув хлипкий замок на двери комнаты брата столовым ножом, он надеялся застать поцелуи. Но маленький мальчик, считавший брата воплощенным идеалом, неожиданно увидел его в совершенно противоположном свете.

Кирилл тряхнул головой, надеясь отделаться от некстати нахлынувших воспоминаний. Его взгляд остановился на мелькнувшей впереди женщине. Она, в свою очередь, словно почувствовав это, обернулась, и, увидев Кира, кивнула головой в знак приветствия.

Мужчина не сразу узнал ее, коренастая, крепко сбитая брюнетка сорока с лишним лет, правая бровь застыла приподнятой, а огромный нос был похож на детскую ножку, но стоило ему приблизиться к ней, как она заговорила:

- Кирилл Александрович, здравствуйте. Не ожидала, что вы идете пешком, - мелодичный звенящий голос эхом отозвался в памяти, и мужчина тут же вспомнил ее.

- Мария?

Женщина грустно улыбнулась, и тень печали, казалось, немного сгладила черты ее лица. Кир вспомнил, как она пришла к ним в дом две недели назад - это была молодая женщина лет двадцати, необыкновенной красоты фигуры, с роскошными каштановыми волосами. Лишь беспокойный взгляд и глубокие тени под глазами портили идеальную внешность.

- Я, пожалуй, пойду... вам будет неудобно явиться на прием в моем обществе, - она улыбнулась и, склонив голову, отвернулась, намереваясь пойти дальше.

Надо было остановить ее, ведь, в конце концов, она была так же искалечена магией, как и он. На мужчину навалилась тоска. Мария была права - ему не хотелось приходить вместе с ней, и дело даже не в том, что она принадлежала к низшим слоям, дело было в том, что рядом с ней он еще сильнее ощущал собственное уродство. Он поскреб короткую шерсть на правом глазу, провожая взглядом случайно встреченную знакомую. Перед его взором предстала Маша до обряда - она, во чтобы то ни стало хотела заполучить силу. Кир не вдавался в подробности, зачем ей это надо. Она принесла в жертву молодость, красоту, и получила то, что хотела. В конце концов, она должна быть счастлива, разве не так?

С тяжелыми мыслями он добрался до места. Снаружи здание выглядело старым и заброшенным, но это была лишь фальшивая обертка для незванных гостей. Если бы посторонние решили войти, они оказались бы в полуразваленной коробке с прогнившей крышей. К счастью, оборотень посторонним не был.

Кирилл вошел в зал - приглашенные еще только начали прибывать. То тут, то там между колоннами стояли люди и нелюди. Середина зала и вовсе пустовала. На его вкус в зале было слишком много роз. От их запаха начинало свербеть в носу. Около одной из стен располагалась сцена с совершающими приготовления музыкантами.

Стоявший неподалеку человек во фраке, увидев Кирилла, побледнел и заулыбался. Он склонил голову в знак приветствия, на что Кир коротко кивнул в ответ и поспешил отойти подальше от входа. Он отошел в глубь зала, кивая знакомым лицам, но двигался достаточно быстро, чтобы никто с ним не заговорил.

Кирилл ощутил мелькнувший в воздухе сладковатый запах страха и резко обернулся на него. Сгорбленный паренек, прихрамывая на правую ногу, спешил к нему. Мужчина грустно посмотрел на приближающегося к нему коловертыша. Эти маленькие трусливые создания прислуживали ведьмам и были способны превращаться в зайцев в случае опасности. Перед ним, по сути, был такой же оборотень, как и он сам.

- Кирилл Александрович, здравствуйте! - Паренек смотрел куда угодно, но только не на собеседника. - Владимир Александрович просил проводить вас к нему.

Лавируя между прибывающими гостями, два оборотня подошли к маленькой дверке в конце зала, поднялись по лестнице на второй этаж и оказались лицом к лицу с широкоплечим светловолосым мужчиной с открытой доброй улыбкой.

Коловертыш, что-то пискнув, юркнул обратно на лестницу и поспешил удалиться.

- Кир! - брат был рад видеть его и дружески хлопнул по плечу.

- Ты так убьешь меня. Но и тебе здравствуй.

- Чего-то ты не очень веселый, что-то случилось? - Брат, очевидно, был действительно встревожен его плохим настроением, хотя Кириллу казалось, что братцу давно пора привыкнуть.

- А ты, смотрю, сверкаешь как пятак. Хотя я думал, что у тебя сейчас немало поводов для беспокойства.

- Ах, да... все эти случаи... - тон старшего Карачунова моментально стал серьезным. - Марина говорила мне, что боится, что это только начало. Но, думаю, пока серьезных проблем нет. А что тебе удалось узнать?

- Что же рассказать... - протянул Кир. - То, что знаю лично я, или все слухи, которые бродят вокруг последнее время? - он проговорил это, уже не глядя на брата: его острый, подозрительный взгляд мгновенно обежал все вокруг, задерживаясь на каждом углу.

Сделав пару шагов, он вытащил из-под низенького столика меленький чуть розоватый кварцевый камушек.

- Твой мыслелов? - Зачарованные записывать и улавливать мысли и действия окружающих, подобные камушки были редкостью, поскольку почувствовать их не составляло большого труда. Оборотни, да и многие другие представители их общества легко распознавали тонкий характерный запах пепла и соли.

- Я пытался его активировать, но здесь это не работает... - Пожал плечами светловолосый мужчина. - Что на счет слухов... меня он не интересуют. Мне нужны факты. - Владимир понизил голос.

- Факты? Двое новообращенных покончили с собой. А ты же знаешь, что оборотням это ой как не свойственно.

- Это все уже известно... И не смотри на меня так! Да, поводы для беспокойства есть, но...

- Я вообще не понимаю, как ты с таким отношением можешь кем-то управлять. Если бы я был на твоем месте, то...