Вызов ислама и Православная церковь

2. Человеку, изображенному на Плащанице, сильно разбили левую щеку – когда Он сказал это, один из служителей, стоявший близко, ударил Иисуса по щеке (Ин. 18, 22).

3. Человека, чье изображение отпечаталось на Плащанице, били палками по голове, с левой стороны, сломали переносицу и рассекли скулу (ученые сумели определить даже толщину палки), – и, взяв трость, били Его по голове (Мф. 27, 30);

4. Человека, чье изображение отпечаталось на Плащанице, бичевали особым бичом, употреблявшимся римлянами, – «флягрумом», состоящим из нескольких (в настоящем случае из пяти) концов веревок с большими и тяжелыми металлическими пуговицами на концах. По всей видимости, бичевали два воина: один высокого роста, а другой более низкого, и били сначала по спине, а потом по груди и животу. Всего таких ударов было 98 – тогда Пилат взял Иисуса и велел бить[73] Его (Ин. 19, 1).

5. На Плащанице запечатлен глубокий след от тяжелого бруса Креста на правом плече Этого Человека, который Ему, по обычаю, приказали нести на место казни. Измученный и обессиленный, Этот Человек неоднократно (трижды) падал под тяжестью Своей ноши. При падении одно колено было разбито, а тяжелая балка Креста ударяла Его по спине и ногам. Следы этих падений остались, по свидетельству экспертизы, на ткани Плащаницы – и, неся крест Свой, Он вышел на место, называемое Лобное, по-еврейски Голгофа (Ин. 19, 17).

6. Человек, изображенный на Плащанице, был распят. Его плечи приподняты, а грудь имеет такую форму, как у людей, умирающих от удушья (недавно медицина установила, что люди, распятые на крестах, умирали от удушья). На руках и ногах отпечатались раны от гвоздей. Оба запястья темные от сквозных ран, кровь стекала по рукам по направлению к локтям. Отметим, что след от гвоздя на Плащанице по форме и размеру точно соответствует форме и размерам гвоздя, хранящегося в церкви Святого Креста в Риме и, по преданию, являющегося одним из гвоздей, которыми был пронзен Христос, – там распяли Его (Лк. 23, 33).

7. Ноги Этого Человека не перебиты. В 1968 году в Иерусалиме были обнаружены останки человека, распятого в I веке, причем голени его были переломаны, а гвоздь находился в том же месте, что и на Плащанице, – итак пришли воины, и у первого перебили голени, и у другого, распятого с Ним. Но, придя к Иисусу, как увидели Его уже умершим, не перебили у Него голеней (Ин. 19, 32-33).

8. С левой стороны груди Этот Человек получил рану от копья между ребер размером 4,5 сантиметра. По мнению врачей, копье пронзило плевру, легкое и повредило сердце. Под раной на Плащанице отпечаталось пятно крови[74], которая потекла, когда Этот Человек находился в вертикальном положении. В некоторых местах пятно не пропечаталось, из чего следует вывод, что кровь смешалась с водяной жидкостью, – один из воинов копьем пронзил Ему ребра, и тотчас истекла кровь и вода (Ин. 19, 34).

9. Эта рана, по мнению некоторых специалистов, не могла быть нанесена длинным и тяжелым римским копьем пехотинца («хаста») или копьем кавалериста («пилум»). Это след от копья типа «лонхе», употреблявшегося легионерами военных гарнизонов. Как известно из Евангелия, солдаты, которые совершили распятие, возглавлялись центурионом (сотником) (см.: Мф. 27, 54; Мк. 15, 39, 44–45; Лк. 23, 47) и соответственно были легионерами. Удар был нанесен одним из них.

10. Этот Человек был обвит очень дорогой Плащаницей, пропитанной благовониями (алоэ и мирра), – так во времена Христа евреи подготавливали погребальные пелены, – итак, они взяли тело Иисуса и обвили его пеленами с благовониями (Ин. 19, 40).

11. Но Сам Человек был не только не смазан ими, но даже и не обмыт (Иосиф и Никодим не имели для этого времени ввиду наступавшего часа Пасхи (см.: Ин. 19, 42)), в связи с чем на Его теле появились обильные испарения. По одной из гипотез, именно химический состав этих испарений, действуя на химический же состав алоэ, оксидировал полотно подобно химическому негативу, в результате чего и возникло изображение на Плащанице. Использование для Плащаницы такой дорогой ткани, как дамаск, свидетельствует о состоятельности погребавшего – богатый человек из Аримафеи (Мф. 27, 57) – и его уважении к Распятому – Иосиф Аримафейский, ученик Иисуса (ср.: Ин. 19, 38).

12. Судмедэксперты пришли к выводу, что менее чем через 40 часов после погребения посмертный процесс прекратился, ибо в ином случае сохранность пятен крови, лимфы и т. д. была бы существенно иной: к 40-му часу соприкосновения все отпечатки расплылись бы до неузнаваемости и были бы уничтожены тлением – из Евангелия мы знаем, что Христос воскрес через 36 часов после Своего погребения (см.: Лк. 23, 54 – 24, 1).

13. Криминалисты и медики обратили внимание на то, что тело Распятого отделилось от всех кровяных сгустков, от всех затвердений сукровицы и околосердечной жидкости, не затронув ни одного из них, то есть, по свидетельству врачей, Этот Человек вышел из Плащаницы, не развернув ее, как Христос проходил после Воскресения через закрытые двери (см.: Ин. 20, 19).

Исходя из всего вышесказанного, мы должны признать как очевидный факт, что Человек, изображенный на Плащанице, является Иисусом Христом, и никем иным. Математически вероятность совпадения всех этих факторов сводится к одной миллиардной. Это и есть современное и непреложное свидетельство страданий, распятия, смерти, погребения и Воскресения Иисуса Христа.

Пророчества

Тогда Он сказал им: о, несмысленные и медлительные сердцем, чтобы веровать всему, что предсказывали пророки! Не так ли надлежало пострадать Христу и войти в славу Свою? И, начав от Моисея, из всех пророков изъяснял им сказанное о Нем во всем Писании.

Лк. 24, 25-27

Вторым столь же, а может, даже более важным современным свидетельством являются ветхозаветные пророчества о страданиях и смерти Мессии (по-гречески Христа). Мусульмане признают Иисуса Христом, то есть ветхозаветным Мессией, и почитают всех израильских пророков, так что здесь недоразумений быть не должно. Все, что мы сейчас перечислим, написано задолго до Рождества Христова – это бесспорно – и исключает возможность «пророчества задним числом».

Предсказан сам факт: предан смерти будет Христос (ср.: Дан. 9, 26) – и цель его – искупление: Он взял на Себя наши немощи и понес наши болезни; а мы думали, что Он был поражаем, наказуем и уничижен Богом. Но Он изъязвлен был за грехи наши и мучим за беззакония наши; наказание нашего мира было на Нем, и ранами Его мы исцелились (Ис. 53, 4-5).

Нужно отметить, что ничто другое не предречено в Ветхом Завете так документально и точно, как эта Жертва, ибо в ней и заключалась миссия Мессии.

Предательство от друга так предречено: человек мирный со мною, на которого я полагался, который ел хлеб мой, поднял на меня пяту (Пс. 40, 10). Пророк даже называет цену: И скажу им: если угодно вам, то дайте мне плату мою… и они отвесят в уплату мне тридцать сребренников (Зах. 11, 12);

оставление учениками: порази Пастыря, и рассеются овцы! (Зах. 13, 7);

ложные обвинения: восстали на меня свидетели лживые и дышат злобою (Пс. 26, 12); отверзлись на меня уста нечестивые и уста коварные; говорят со мною языком лживым (Пс. 108, 2);

молчание перед обвинителями: а я, как глухой, не слышу, и как немой, который не открывает уст своих (Пс. 37, 14);

насмешки и издевательства: Все, видящие меня, ругаются надо мною, говорят устами, кивая головою: «он уповал на Господа; пусть избавит его, если он угоден Ему» (Пс. 21, 8-9);

бичевание, избиение и оплевание: Я предал хребет Мой биющим и ланиты Мои поражающим; лица Моего не закрывал от поруганий и оплевания (Ис. 50, 6) – и: тростью будут бить по ланите судью Израилева (Мих. 5, 1);

само распятие: псы окружили меня, скопище злых обступило меня, пронзили руки мои и ноги мои (Пс. 21, 17); и дали мне в пищу желчь, и в жажде моей напоили меня уксусом (Пс. 68, 22); делят ризы мои между собою и об одежде моей бросают жребий (Пс. 21, 19); можно было бы перечесть все кости мои; а они смотрят и делают из меня зрелище (Пс. 21, 18); за любовь мою они враждуют на меня, а я молюсь (Пс. 108, 4); Боже мой! Боже мой! для чего Ты оставил меня? (Пс. 21, 2);

смерть со злодеями: предал душу Свою на смерть, и к злодеям причтен (Ис. 53, 12), засвидетельствованная солнечным затмением: И будет в тот день, говорит Господь Бог: произведу закат солнца в полдень[75] и омрачу землю среди светлого дня (Ам. 8, 9); Солнце и луна померкнут и звезды потеряют блеск свой (Иоил. 3, 15); лишь в вечернее время явится свет (Зах. 14, 7);

пронзение сердца и скорбь учеников: и сердце мое уязвлено во мне (Пс. 108, 22); воззрят на Того, Которого пронзили, и будут рыдать о Нем, как рыдают об единородном сыне, и скорбеть, как скорбят о первенце (ср.: Зах. 12, 10);

погребение у богатого: Ему назначали гроб со злодеями, но Он погребен у богатого (Ис. 53, 9).

Так в Ветхом Завете описана смерть Мессии. Расходится ли она хоть в чем-нибудь с той, что была на Голгофе?

Заключение

Покайтесь и веруйте в Евангелие.

Мк. 1, 15

Таким образом, историчность распятия подтверждена самым точнейшим и подробнейшим образом самыми разнообразными источниками. И эти же факты подтверждают истинность главнейшего евангельского сказания. Ибо если Христос не умер за нас, то и не спас нас и все, что мы делаем, теряет всякий смысл и христианство из Благой Вести миру о спасении во Христе Иисусе с вечною славою (ср.: 2 Тим. 2, 10) превращается в набор моралистических реплик и красивых фраз.

Разрушается сам смысл Нового Завета, как завета любви, ибо если Бог не отдал Сына Своего Единородного, дабы всякий верующий в Него не погиб, но имел жизнь вечную (Ин. 3, 16), то любовь Его теряет свое реальное воплощение, свое великое подтверждение и превращается в абстрактный тезис, лишенный всякой почвы. Если Христос не умер, то и не воскрес, а если не воскрес, то и проповедь наша тщетна, тщетна и вера (ср.: 1 Кор. 15, 14). Но, пострадав за грехи наши (ср.: 1 Пет. 3, 18), Христос воскрес (1 Кор. 15, 20), чему мы все свидетели (Деян. 2, 32). А посему и до сего дня Кровь Иисуса Христа очищает нас от всякого греха (ср.: 1 Ин. 1, 7), ибо Кровию Своею искупил Он нас Богу из всякого народа и племени (ср.: Откр. 5, 9).

Почему христиане не считают Мухаммеда пророком?

Этот вопрос искренне волнует многих мусульман, и, наверное, его чаще всего задают христианам. Нередко он звучит в такой форме: «Вот мы же, мусульмане, почитаем вашего Иисуса Христа, как пророка, а вы вот не признаете нашего Мухаммеда пророком! Откуда такая несправедливость?».

Но на самом деле все обстоит прямо противоположным образом. Прежде признания посланничества стоит признание самой природы того, кого требуется признать. И здесь легко увидеть, что как раз мы, христиане, признаём Мухаммеда человеком, как и мусульмане, а вот они не признают Иисуса Христа Богом, как признаём мы. Итак, если мы признаём их человека человеком, а они не признают нашего Бога Богом, то кому же более пристало указывать на несправедливость?

Однако, не ограничиваясь этим, мы дадим подробный и исчерпывающий ответ на вопрос, почему мы не можем считать Мухаммеда истинным пророком Божиим.

Первая причина. Христиане не принимают его как пророка потому, что в Божественной истории спасения для такой фигуры, какой является Мухаммед согласно исламу, просто нет места.

Вспомним историю спасения. Господь заключил с Авраамом завет, произвел от него через Исаака народ, посвященный Ему, обновил и расширил этот завет через Моисея, далее непрерывно посылал пророков, вплоть до Иоанна Крестителя, которого послал как Предтечу (то есть того, кто приготовляет путь) перед Христом. И наконец, явился Христос и сказал, что все пророки и закон прорекли до Иоанна (Мф. 11, 13) и после Крестителя пророков-законодателей больше не будет. И ни Манесу, ни Мухаммеду, ни Ахмаду Мирзе Гуляму места уже нет!

Но дело не только в одной этой фразе, а прежде всего в том, что Новый Завет сам по себе являет завершение и исполнение Божественной истории спасения, как она изложена в Откровении.

Всемогущий Господь возжелал явиться на земле и обращаться между людьми (ср.: Вар. 3, 38). Он посылал пророков, чтобы подготовить человечество к Его приходу. И когда оно было достаточно подготовлено (а именно смог родиться человек такой чистоты, как Дева Мария), тогда Бог явился во плоти (1 Тим. 3, 16) и совершил задуманное Им дело спасения людей, установив посредством Таинства Крещения принципиально иные отношения между человеком и Богом, когда каждому открылась возможность личного единения с Всевышним. Ничего нового, более совершенного быть уже не может (как не может быть ничего совершеннее Бога), и ислам на это не претендует.

Но тогда какая нужда в новых пророках? Время пророков прошло. Оно было необходимо для человечества, когда то находилось в начале своего пути к Богу, так же как воспитатель необходим для малолетнего ребенка. Но если к этому же ребенку лет через сорок опять явится некто, выдающий себя за воспитателя, и станет отправлять его в детский сад, кормить из ложечки, а за неповиновение ставить в угол, то это встретит недоумение и возмущение, не так ли? Вот потому и пророческие притязания Мухаммеда встречают неприятие у христиан.

Воспитатель попросту становится не нужен, когда человек достигает зрелого возраста, также и тот, кто претендует на то, что бы вещать волю далекого Бога, уже неуместен, когда человечество получило возможность непосредственного общения и жизни с Богом и в Боге. Именно поэтому в Новом Завете нет указаний на будущих новых пророков, посланных Богом со специальной миссией, но зато есть предупреждения о том, что многие лжепророки восстанут, и прельстят многих (Мф. 24, 11).

Разумеется, Господь не отнял от Нового Израиля – Церкви Христовой – пророческого дара и среди православных были и есть благочестивые люди, наделенные пророческим даром, или, как его еще иначе называют, даром прозорливости. Но он теперь служит для помощи чадам Божиим в их жизни во Христе Спасителе, а не для новых откровений, которые уже невозможны, потому как неуместны, а неуместны, потому как нет ничего совершеннее и лучше Бога.

Представим, что некий знатный человек – допустим, президент или король – посылает к подданным одного за другим посланников, чтобы те подготовили людей к прибытию самодержца. Наконец, к народу является сам король, и кто не сочтет безумными тех, которые предпочитают посланников короля самому королю или тем более уже после явления короля принимают кого-то, кто объявляет себя его новым посланником?

Кроме того, христиане принципиально несогласны с мусульманским пониманием истории пророков как ряда более или менее безуспешных неудачников, повторяющих одно и то же. На самом деле в истории спасения нет ни одного неудачного пророка; каждый, кого посылал Господь, выполнил свою миссию, и дело каждого в свою меру исполняло замысел Божий.

Вторая причина. Христиане не признают Мухаммеда пророком потому, что его учение прямо противоположно учению Христа.

Приведем несколько примеров.

Христос сказал: Всякий, разводящийся с женою своею и женящийся на другой, прелюбодействует, и всякий, женящийся на разведенной с мужем, прелюбодействует (Лк. 16, 18); и если жена разведется с мужем своим и выйдет за другого, прелюбодействует (Мк. 10, 12). Коран же учит наоборот: если разведенные муж и жена захотят снова сочетаться браком, то для этого жене необходимо прежде выйти за другого мужчину (!), развестись с ним и только после этого вернуться к прежнему: «Если же он дал развод ей, то не разрешается она ему после, пока не выйдет она за другого мужа, а если тот дал ей развод, то нет греха над ними, что они вернутся» (2.230).

В Новом Завете есть слова: В искушении никто не говори: Бог меня искушает; потому что Бог не искушается злом и Сам не искушает никого, но каждый искушается, увлекаясь и обольщаясь собственною похотью (Иак. 1, 13-14); в Коране же от лица Бога говорится: «Мы искушаем вас то тем, то другим способом: страхом, голодом, потерею имущества, жизни, плодов» (2. 155).

Новый Завет: Не мстите за себя, возлюбленные, но дайте место гневу Божию. Ибо написано: Мне отмщение, Я воздам, говорит Господь (Рим. 12, 19). Коран: «Верующие! Вам предписана месть за убитых» (2, 178).

Это очевидное противоречие является еще одной веской причиной недоверия христиан к пророческой миссии Мухаммеда. Бог не может противоречить Себе и давать прямо противоположные заповеди для человека – следовательно, Новый Завет и Коран – это откровения из разных источников, а тот, кто принес Коран, не является пророком Бога, Который даровал христианам Евангелие.

Третья причина. Мухаммед не привел никаких объективных доказательств своим притязаниям на пророческое достоинство.

Как говорил мусульманам святитель Григорий Палама, «у вас и у нас есть обычай, утвержденный длительным временем и законом: без свидетельств ничего не принимать и не почитать за истинное. Свидетельства же бывают двоякого рода: они идут от самих дел и явлений или от людей, достойных веры.

Так, Моисей покарал Египет знамениями и чудесами, жезлом заставил море расступиться и вновь сомкнуться, по его воле хлеб выпал с неба (см.: Исх. 16, 4). Нужно ли еще что-нибудь говорить, поскольку и вы считаете Моисея достойным веры? Он был и Богом признан как Его верный раб (см.: Чис. 12, 7), но не Сыном и не Словом. Затем по Божественному повелению он взошел на гору, и умер, и соединился с теми, кто был до него (см.: Втор. 32, 49-50).

В отношении же Христа, совершившего многие великие и небывалые деяния, имеются свидетельства самого Моисея и других пророков. От начала века Он один признается даже вами Словом Бога; Он один от начала века рожден от Девы; Он один от начала века взят на небо и остается там бессмертным; Он один от начала века, как надеются, снова снизойдет оттуда, чтобы судить живых и мертвых (см.: 2 Тим. 4, 1; 1 Пет. 4, 5), которые воскреснут.

Говорю же я о Нем то, что и вами, мусульманами, признается. Вот почему мы веруем во Христа и верим Его Евангелию. Что же касается Мухаммеда, то мы не находим ни свидетельств о нем у пророков, ни чего-то необычного и достойного упоминания в его деяниях, способного вызвать веру в него. Поэтому мы не веруем в него и не верим его книге»[76].

Итак, вполне разумное замечание: чтобы принять какое-либо серьезное заявление за истину, нужно иметь весомые аргументы. Ведь и сами мусульмане далеко не всех признают пророками, кто себя таковым называет. Например, в XIX веке на территории нынешнего Пакистана появился человек Ахмад Мирза Гулям, который объявил себя новым пророком Аллаха, призванным восстановить откровение, замутненное позднейшим исламом. Он нашел себе сторонников, но подавляющее большинство мусульман не признали его притязаний и считают ахмадийцев еретиками. Подобно этому и в 2007 году некая женщина в Азербайджане объявила себя пророчицей, но мусульмане не спешат ее признавать. Наверное, потому, что не видят к тому достаточных доказательств.

Вот точно так же и христиане не видят таких доказательств в отношении Мухаммеда. Конечно, он пытался их приводить, однако, как мы понимаем, доказательства должны соответствовать уровню притязаний. Представим, что выступает некий человек и объявляет всем: «Слушайте, люди! Вы должны мне подчиняться, как своему правителю, кроме того, я – пример вам во всем, а к тому же и прямой посланник Божий». Естественно, первый же вопрос: а почему мы должны принять тебя за такового? А в ответ: «Да вот стихи у меня хорошие есть. Ни у кого таких нет, и даже близко никто так не напишет!».

Признайтесь: разве, услышав такие аргументы, вы посчитаете их достаточными?

А ведь это единственное «доказательство», которое привел Мухаммед, – свой собственный Коран! «А если вы в сомнении относительно того, что Мы ниспослали Нашему рабу, то принесите суру, подобную этому, и призовите ваших свидетелей, помимо Аллаха, если вы правдивы. Если же вы этого не сделаете, – а вы никогда этого не сделаете! – то побойтесь огня, топливом для которого люди и камни, уготованного неверным» (Коран 2.23-24). В другом месте Мухаммед требует для этой же цели представить уже не одну, а десять сур (11.13).

Неудивительно, что арабский мыслитель Ар-Раванди (ум. в 906 г.) восклицал: «Как можно доказывать истинность пророческой миссии Мухаммеда на основании его же собственного Корана? Если бы Евклид стал утверждать, что люди никогда не смогли бы создать ничего подобного его книге, неужели же на основании этого было бы доказано, что он пророк?»[77].

Итак, поверите ли вы человеку, претендующему на звание правителя и пророка только лишь на основании имеющихся у него стихов? Даже если он действительно покажет очень хорошие стихи? Думается, вряд ли. Стихи – это, конечно, хорошо, но они могут подтверждать только претензии на звание поэта. Если же речь идет о пророческом достоинстве, то здесь требуются доказательства посерьезнее и совершенно из другой области.

Чтобы понять, какие доказательства могут считаться достаточными, нам стоит вспомнить, что такое пророчество.

Пророчество – это особый дар от Бога. Пророк возвещает будущее. И это доказательство его истинной связи с Богом. Как мы знаем, время – принадлежность нашего сотворенного мира. Мы все существуем во времени, воспринимая настоящее, прошлое и будущее. То, что в действительности произойдет, нам неизвестно. Точно знает это лишь Тот, Кто находится вне времени и для Кого ясно видно и наше прошлое, и настоящее, и будущее. А вне времени и мира находится лишь Тот, Кто сотворил мир и время, – Бог. И тем, кто находится в непосредственном общении с Ним, то есть пророкам, Он из Своего Божественного знания открывает грядущее.

Именно поэтому в Библии дается четкий критерий, как отличать ложного пророка от истинного: И сказал мне Господь… пророка, который дерзнет говорить Моим именем то, чего Я не повелел ему говорить, и который будет говорить именем богов иных, такого пророка предайте смерти. И если скажешь в сердце твоем: «как мы узнаем слово, которое не Господь говорил?» Если пророк скажет именем Господа, но слово то не сбудется и не исполнится, то не Господь говорил сие слово, но говорил сие пророк по дерзости своей, – не бойся его (Втор. 18, 17, 20-22). Если какой пророк предсказывал мир, то тогда только он признаваем был за пророка, которого истинно послал Господь, когда сбывалось слово того пророка (Иер. 28, 9).

Любой из читателей может произнести формальное «пророчество». Например, он скажет: «Завтра я напишу письмо» – и действительно на следующий день напишет. Но мы прекрасно понимаем, что это не имеет никакого отношения к настоящему пророчеству. Ибо реального будущего он не знает и завтра вполне может случиться нечто такое, что ему станет совсем не до письма.

Кстати, этот же принцип используют лжепророки и гадалки, равно как и дьявол, вещающий через них, – где-то прогноз, а где-то план собственных действий. Но и дьявол не знает будущего, он так же, как сотворенное существо, находится «внутри» времени. Именно потому дьявольские предсказания, как и людские прогнозы, всегда даются на краткосрочную перспективу. И это понятно. Легко сказать: «Завтра напишу письмо» – и написать. А вот сказать: «Через год напишу письмо» – уже сложнее. Вероятность исполнения даже собственного плана становится гораздо меньше. А сказать: «Через тридцать лет напишу письмо»? Это еще сложнее – да будем ли мы живы к тому времени? А сказать: «Через сто лет мой потомок напишет такое-то письмо»? Ну, тут всякий махнет рукой, сочтя за чистую выдумку.

А вот в Библии существуют конкретные пророчества, детально сбывшиеся спустя столетия после того, как они были произнесены и записаны.

В Новом Завете есть целый ряд таких пророчеств, достоверность которых несомненна; рукописи с этими предсказаниями датируются на много веков ранее того, как они исполнились. Например, одна женщина с алавастровым сосудом возлила благовоние на главу Иисуса, и когда апостолы вознегодовали о напрасной трате столь драгоценного благовония, то услышали: истинно говорю вам: где ни будет проповедано Евангелие сие в целом мире, сказано будет в память ее и о том, что она сделала (Мф. 26, 13).

Эти слова были произнесены, когда еще не было написано Евангелие, и они содержатся в манускрипте p64, датируемом II веком по Р. Х., когда христианство еще представляло собой гонимую и очень небольшую по численности группу, так что по всем людским меркам не было никакой гарантии того, что Писание христиан вообще сохранится, не говоря уже о том, чтобы быть проповеданным во всем мире. Тем более если вспомнить, как в начале IV века император Диоклетиан постановил по всей Римской империи изымать и уничтожать христианские книги. Он действительно намеревался покончить с христианством. «Да погибнет имя христиан» – так было написано в его указе. И однако же, мы все – свидетели, что слово Господа Иисуса Христа сбылось в точности, во всех деталях, причем много столетий спустя, когда были открыты все части света на Земле.

И теперь Библия является самой распространенной книгой в мире, ее читают на всех пяти континентах, она переведена на 2426 языков, издана общим тиражом около 6 миллиардов экземпляров, и везде, где распространено Евангелие, в нем по-прежнему содержится история о женщине с алавастровым сосудом. Конкретный пример точного пророчества, которое не записано задним числом, но есть в рукописях более древних, чем исполнение его, и в этом точном исполнении может убедиться любой. В Библии немало других столь же ясных примеров, но и одного достаточно, чтобы сделать вывод: она этому критерию соответствует.

А вот про Мухаммеда такого сказать никак нельзя. В Коране он прямо говорит, что не знает, «что будет сделано со мною и с вами» (46.8). В одном из хадисов[16] Мухаммед утверждает: «Никто не знает, что будет завтра, что скрыто в утробах, что он приобретет завтра, в какой земле умрет, и никто не знает, когда пойдет дождь» (Бухари 2.17.149). Итак, он сам расписывается в том, что не знает будущего, но это еще, как говорится, полбеды. Вторая половина – в том, что, согласно мусульманским же источникам, Мухаммед все-таки делал предсказания, и они – не сбывались!

Вот пример: «Однажды в конце своей жизни пророк совершил с нами вечернюю молитву, поднялся и сказал: “Понимаете ли вы, что это за ночь? Поистине через сто лет после этой ночи не останется на земле ни одного из живущих на ней”» (Бухари 1.3.116). Любой читающий эти строки является опровержением этого «пророчества», ибо не только через сто, но и через полторы тысячи лет после сказанного земля полнится живущими.

Еще хадис: «Посланник Аллаха сказал: “Скоро Евфрат откроет сокровищницу, полную золота, но пусть тот, кто будет жить в это время, ничего не берет оттуда… Евфрат раскроет гору золота под ним”» (Бухари 9.88.235). Более чем за полторы тысячи лет это «скоро» так и не наступило.

И еще: «Никогда не преуспеет народ, который сделает женщину своим правителем» (Бухари 9.88. 219). Английский народ вполне преуспевает при полувековом правлении королевы Елизаветы II, как и до того преуспевал при правлении королевы Виктории; аналогичные примеры из истории можно продолжать, но их, впрочем, образованный читатель и так знает.

Как мы помним из Библии, по закону Моисееву даже одного несбывшегося пророчества достаточно, чтобы не только признать человека лжепророком, но и поступить с ним весьма сурово: пророка, который дерзнет говорить Моим именем то, чего Я не повелел ему говорить… предайте смерти (Втор. 18, 20).

Однако это не единственный критерий, и Божественное Откровение предлагает нам второй универсальный способ определения истинности либо ложности откровения, а также правдивости или лживости тех, кто его произносит.

Вот он, второй библейский критерий: если бы даже мы или Ангел с неба стал благовествовать вам не то, что мы благовествовали вам, да будет анафема (Гал. 1, 8). Обращайтесь к закону и откровению. Если они не говорят, как это слово, то нет в них света (Ис. 8, 20).

Вполне логично. Поскольку мусульмане знают, что у христиан Священное Писание – Библия, то, естественно, для того, чтобы признать Мухаммеда пророком или хотя бы просто человеком незаблудшим, нужно, как минимум, чтобы его учение не противоречило тому, что нам уже известно как истинное Откровение Божие.

Кстати, сам Мухаммед был совершенно согласен с этим критерием. В Коране говорится, что он был послан «для подтверждения истинности того, что было ниспослано до него, как прямой путь и радостная весть верующим» (Коран 2.97), а также уточняется: «Ниспослал Он тебе в истине, подтверждая истинность того, что ниспослано до Него. И ниспослал Он Тору и Евангелие раньше в руководство для людей» (3.3-4). В другом месте говорится, что в принесенном Иисусом «Евангелии – руководство и свет» и что оно – «с подтверждением истинности того, что ниспослано до него в Торе, и руководством и увещанием для богобоязненных» (5.46).

Наконец, для христиан прямо заповедано: «И пусть судят обладатели Евангелия по тому, что низвел в нем Аллах» (5.47).

Так мы и поступаем, но не потому, что слушаемся Корана, а потому, что это предписано в Библии и это же подсказывает здравый смысл: если мы, к примеру, имеем письмо от начальника, про которое точно знаем, что оно – истинное, и притом начальник предупредил нас, что могут принести от его имени подложные письма, то, когда нам кто-то предъявит документ, убеждая, что это – новое письмо, никто не станет сразу же доверять, но прежде сверит с уже имеющимся истинным письмом – то ли там имя стоит, та ли роспись, та ли печать и так далее.

Однако даже мусульманам хорошо известно, что между Библией и тем, что принес Мухаммед как якобы подтверждение ее, весьма существенные и даже кардинальные противоречия. Это показано, в частности, и в предыдущем пункте («вторая причина»), и в ранее бывших главах.

Следовательно, и этому критерию не удовлетворяет Мухаммед.

Наконец, четвертая причина. Мухаммед, каким он известен по мусульманским сказаниям, не соответствует нравственному образу пророка, каким его рисует Священное Писание.

Основной пункт – корысть. Все истинные пророки бескорыстны, и это не просто личная черта характера каждого из них, но свидетельство того, что тот, кто действительно имеет связь с Вседержителем, не имеет никакой зависимости от смертных людей.

Пророк Елисей силой Божией исцелил Неемана от проказы: И возвратился к человеку Божию он и все сопровождавшие его, и пришел, и стал пред ним, и сказал: вот, я узнал, что на всей земле нет Бога, как только у Израиля; итак прими дар от раба твоего. И сказал он: жив Господь, пред лицем Которого стою! не приму. И тот принуждал его взять, но он не согласился (4 Цар. 5, 15-16). А после, когда пророк узнал, что Гиезий, слуга его, догнал Неемана и от его имени выпросил денег и одежды и скрыл это у себя дома, он сказал: Пусть же проказа Нееманова пристанет к тебе и к потомству твоему навек. И вышел он от него белый от проказы, как снег (4 Цар. 5, 27).

У пророка Валаама лишь появился помысл пойти к Валаку ради личной выгоды, и уже это явилось тягчайшим грехом пред Богом, – грехом, в котором пророк раскаялся (см.: Чис. 22, 34), но все равно был убит (см.: Чис. 31, 8) и стал символом погибельного корыстолюбия (см.: 2 Пет. 2, 15; Иуд. 1, 11). Это момент принципиальный.

А в Коране христианин видит сплошную корысть в пользу «пророка». Ни один пророк Божий не изрекал таких «откровений», как: «А мне вот причитается пятая доля всей добычи» (Коран 8.41), или: «А мне вот позволено неограниченное количество жен» (4.3), или: «А вот мне позволено жениться на жене приемного сына» (33.50-51), или: «Захваченное у врага недвижимое имущество все переходит в мое распоряжение» (59.7), или: «Мне Бог позволил не соблюдать клятвы, данные женам» (66.1-2), «А еще позволил самому устанавливать очередность их посещения» (33.51), «А еще запретил после моей смерти жениться на моих женах» (33.53)[78] и так далее.

Задумайтесь: в Библии перечисляются несколько десятков пророков, а именно: Моисей, Аарон, Самуил, Давид, Гад, Нафан, Самей, Ахия, Ииуй, Адда, Илия, Одед, Елисей, Михей, Иона, Исаия, Иеремия, Варух, Иезекииль, Аггей, Захария, Даниил, Осия, Иоиль, Амос, Авдий, Наум, Аввакум, Софония, Малахия, Иоанн Креститель. Многие из них оставили записанные ими книги с откровениями, о жизни и откровениях других сообщают библейские исторические книги; и ни один из подлинных пророков Божиих ни разу не изрекал подобного откровения – более того, как мы уже показали, даже малая корысть, хотя бы и в мыслях, считалась тягчайшим грехом.

Ни один из них не брал себе в жены девятилетнюю девочку, как Мухаммед – Айшу, ни один не подвергал пленных пыткам, как Мухаммед – Кинана, ни один не насиловал женщин, захваченных во время боя, как Мухаммед – иудейку Райхану, ни один не заставлял признавать себя пророком под угрозой смерти, ни один не посылал наемных убийц, чтобы под покровом ночи расправиться с оппонентами, ни один не занимался грабежом, ни один не считал возможным нарушать данные клятвы.

Как видим, отличие Мухаммеда, по мусульманским же рассказам, от истинных пророков Божиих весьма существенное.

Наконец, в противоположность истинным пророкам Божиим он был неспособен творить чудеса. Ему многократно арабы-язычники говорили: «Сотвори чудо, и мы поверим в тебя». Однако Мухаммед все время начинал при этом отговариваться, что творить чудеса может только Аллах, а сам он всего лишь его «увещеватель». Вот пример из «Сирата» Ибн Хишама, когда курайшиты просили Мухаммеда подтвердить хоть каким-либо знамением его пророческие притязания:

«Они сказали: “Попроси своего Господа, чтобы он послал вместе с тобой ангела, который подтвердит твои слова и защитит тебя… Тогда мы убедились бы в твоем высоком положении при Господе Твоем”. И Мухаммед ответил им: “Я этого не сделаю… Господь не посылал меня к вам за этим. Аллах послал меня вестником и увещевателем”. Они сказали: “В таком случае опускай на нас небо кусками! Как ты утверждал, Господь твой, если захочет, сделает это. Мы не поверим в тебя, пока не сделаешь”. Мухаммед ответил: “Это уже дело Аллаха. Если он захочет сделать это с вами, сделает”. Они сказали: “О Мухаммед! Разве не знал твой Господь, что мы будем сидеть с тобой и спросим тебя о том, о чем спросили, и потребуем то, что потребовали? Пусть бы пришел к тебе и научил, как отвечать на наши расспросы, как поступить с нами, если не примем то, что ты принес?”»[79]

И в Коране об этом ясно сказано: «Те, которые не уверовали, говорят: „Почему ему не ниспослано знамение от его Господа?“ Но, воистину, ты – всего лишь увещеватель» (Коран 13.7). «И сказали они: „Не поверим мы тебе, пока ты не изведешь нам из земли источника, или будет у тебя сад с пальмами и виноградом… или спустишь на нас небо, как говоришь, кусками, или придешь с Аллахом и ангелами пред нами, или будет у тебя дом из золотых украшений, или ты поднимаешься на небо… Скажи: „Хвала Господу моему! Разве я только не человек – посланник?““» (17.90-93).