Суд теней

Я почувствовала, как дрогнули мои губы, растягиваясь в слабую улыбку, но сдержалась. Возможно, однажды он снова заговорит со мной как друг. Единственное, что мне оставалось, – не сдаваться.

– Ну, с этим как раз проблема. – Я сделала маленький шажок к нему по скату крыши и вытащила сложенное письмо из кармана фартука. – Оно на гэльском языке, и я не могу прочитать ни слова.

– А твой дорогой друг мистер Морнингсайд разве не может тебе помочь? – насмешливо спросил он.

Трудно было удержаться и не ответить колкостью. Но я знала, что должна проявлять доброту и терпение, поэтому сделала глубокий вдох, развернула письмо и уставилась на непонятные слова.

– Он мне не друг. И нет, он не станет мне помогать. Он просто сказал что-то невероятно покровительственное и отправил меня прочь. – Я недовольно поджала губы и вздохнула. – Как обычно.

Ли хрипло рассмеялся и глянул на меня через плечо, готовый что-то сказать, но его взгляд зацепился за цепочку у меня на шее. Я опустила взгляд. Ключ принял свою первоначальную форму. Это снова была ложка, которую он преподнес мне в подарок. Письмо задрожало в моей руке, и я увидела, как глаза Ли становятся все чернее и чернее, словно по белкам и бирюзовой радужке растекались густые чернила, проявляя живущую внутри него тень.

Его глаза оставались черными всего одно мгновение. Потом Ли резко отвернулся, дернув головой. Казалось, он ищет и не знает, что сказать. Опущенные вдоль тела руки сжались в кулаки.

– Ты все еще хранишь ложку, – хрипло произнес он.

– Конечно.

Я спрятала письмо, понимая, что здесь, на крыше, не найду ни уединения, ни помощи.

Он кивнул и посмотрел на холмы, раскинувшиеся до границ поместья. Ветер снова растрепал его волосы, но на этот раз Ли не стал их приглаживать.

– Луиза… тебе сейчас лучше уйти. Пожалуйста, уходи.

И я бы ушла, действительно ушла. Но едва я повернулась, чтобы уйти, как заметила вдали какую-то фигуру, несущуюся с неба. Как только она показалась, меня пронзил ледяной ужас. Я застыла на месте, словно часть моей сущности, которой я не могла найти названия, услышала слова предостережения. Это был какой-то древний призыв, подобный влечению к зеленой двери мистера Морнингсайда, – но на этот раз мне велели не подойти ближе, а спрятаться.

Казалось, с небосвода падает звезда – золотистая, сверкающая. Она становилась все ближе и ближе, и мы замерли в изумлении, молча следя за ее приближением, которое сопровождалось громким воем. Наконец загадочный сверкающий объект, спустившийся с неба, с глухим стуком приземлился где-то в поле к востоку от дома.

Я не вняла предупреждению, звучавшему в моей душе. Не говоря ни слова, мы бросились на чердак и побежали к маленькой дверце, стремясь поскорее добраться до загадочного бедолаги, который только что рухнул с неба.

Глава 5

Запыхавшись, мы вывалились на залитый солнцем двор и увидели, что все работники переполошились. Они услышали грохот, когда что-то – или кто-то – упало на поле к востоку от особняка. Это было отнюдь не мягкое приземление, и высокий столб пыли, травы и перьев, поднявшийся от удара, был заметен из окна кухни.

– Пошевеливайтесь! – крикнул Чиджиоке.

Он выскочил из дома и метнулся мимо нас к сбитым с толку работникам. Мы с Ли поспешили в поле, пока Чиджиоке перехватывал их и подталкивал в сторону шатра.

– За работу! Все! Вам платят не за то, чтобы вы отвлекались по пустякам.

Я слышала, что они что-то отвечают ему, но бежала дальше. Мне было трудно угнаться за Ли, ноги которого были гораздо длиннее. Я чертыхалась, проклиная свои длинные юбки, и подхватила подол, чтобы перебраться через шаткий забор, проходивший вдоль границы владений Холодного Чертополоха.

– Ли! Подожди!

Но я крикнула слишком поздно. Он добежал до забора и резко остановился, рухнув на землю, словно врезался в стену. Темная магия, которую использовала миссис Хайлам, чтобы его воскресить, привязала Ли к дому, и легче было лошади протиснуться в мышиную нору, чем ему покинуть пределы поместья.

Задыхаясь, я остановилась рядом, наклонилась и осторожно коснулась его плеча. Его ботинки и брюки были испачканы в грязи. Он слепо отмахнулся от моих пальцев.

– С тобой все в порядке? – спросила я.

– Нет, – пробормотал он. – Оставь меня в покое.

Я переводила взгляд с него на облако пыли в поле. Ли снова меня оттолкнул. Я выпрямилась, подхватила юбки и перелезла через низенькую ограду.

– Я пойду взгляну, – сказала я ему. – Оставайся здесь, и я расскажу тебе, что там.

Не подав даже виду, что услышал меня, Ли поднялся на ноги и принялся отряхивать грязные брюки.

Когда я повернулась к образовавшейся в поле воронке, знакомое уже ощущение снова пронзило меня холодом. Я вздрогнула и крепко обхватила себя руками за плечи. Такое странное чувство! Я прекрасно осознавала, что на небе сияет яркое весеннее солнце, но мое тело находилось словно во власти зимней стужи. Я заморгала и, ахнув, потрясенно уставилась на облачко пара, вылетавшее с моим дыханием в теплый весенний воздух. Как такое возможно? С другой стороны, пора уже было перестать удивляться странности того нового, темного мира, в котором я теперь жила.

Внутри снова раздался шепот. Он звучал все громче, и вместе с ним пришло ощущение некоей скованности, словно предупреждение, звучавшее в моей голове, пыталось меня удержать, не пустить к воронке в поле, заставить уйти прочь, вернуться в дом. Я по-прежнему носила маленькую серебряную булавку, которую мне дал мистер Морнингсайд в знак того, что мне позволено выходить за границы владений Холодного Чертополоха. Тем не менее я чувствовала странную скованность и холод. Звуки вокруг меня постепенно стихали, пока не остался только внутренний голос, панический и отчаянный.

Глупое дитя, беги. Уходи отсюда!

Хотя эти слова звучали на незнакомом мне языке, я почему-то знала, что они означают. Вернуться… Какой-то скрытый внутри голос хотел, чтобы я повернула назад. Это был женский голос, тонкий, как лезвие ножа. Я боролась с желанием бежать, наблюдая за тем, как взметнувшееся в воздух облако пыли постепенно оседает. Смутная сгорбленная фигура приобретала все более отчетливые очертания. От холода я двигалась все медленнее, а картина перед моими глазами становилась все четче.

Как можно выжить после такого падения? Тем не менее человек выпрямился и шагнул вперед, отмахиваясь от клубов пыли. Казалось, он раздвигает туманный занавес. Когда он подошел ближе, меня до рези в глазах ослепила вспышка света, словно раскаленная сверкающая спица рассекла окружавший меня холод. Я схватилась за голову и вздрогнула, отшатнувшись, ошеломленная резкой болью. Голос уже не пульсировал в голове, а кричал, стенал и завывал, как привидение, когда боль достигла апогея:

Проклятый небесный страж! Священник-вор!

Я буквально согнулась пополам от боли, упершись руками в колени, чтобы не упасть. Спустя мгновение я почувствовала, как что-то давит мне на спину. Рука. Боль постепенно отступила, и когда я снова смогла вдохнуть, то увидела перед собой молодого человека, озабоченно хмурившего густые темные брови.

Его окружало какое-то желтоватое свечение, потом оно померкло, и наконец я смогла рассмотреть черты его лица. На нем не было видно ни синяков, ни ссадин от падения. И даже его изысканный серый костюм был словно с иголочки.

Когда я на него уставилась, внутренний голос еще раз прошептал ту же самую фразу. Голос был какой-то потусторонний и по-матерински суровый.

Проклятый небесный страж! Священник-вор!

– Священник-вор? – пробормотала я.

Это была какая-то бессмыслица. На самом деле, глядя на молодого человека, сильного и ухоженного, с темно-коричневой кожей и буйной копной черных волос, я и представить себе не могла, что он может быть вором. Он выглядел безупречным лондонским джентльменом до кончиков ногтей, хотя я не встречала никого, похожего на него.

– Простите, не могли бы вы повторить? – Он по– прежнему смотрел на меня с тревогой. – С вами все в порядке, мисс? Вы выглядите больной.

– Я? – заикаясь, переспросила я. – Все ли со мной в порядке? Вы… Как вам это удалось? Я видела, как вы упали. Как вы вообще смогли выжить после падения с такой высоты?

Молодой человек открыл рот, чтобы ответить, но тут из клубов пыли появилась еще одна фигура. Она тоже была одета в чистый светло-серый костюм, очень похожий на костюм молодого человека. Как для женщины в мужских брюках, она явно не стеснялась своего странного наряда и подошла к нам, высоко держа голову и вызывающе покачивая бедрами. Она была прекрасна, и вокруг ее плеч разливалось такое же желтоватое сияние. Большие сапфировые глаза, пшеничные волосы – она была полной противоположностью молодого человека.

– Распугали всю местную живность, да? – бросила она, растягивая слова.

Она была намного выше меня. От возмущения я не нашлась, что ответить, когда она подошла, взяла меня за подбородок и приподняла мою голову. Никто, кроме мистера Морнингсайда, не рассматривал меня столь пристально и с таким холодным интересом.

– Надеюсь, вы извините мою сестру, – сказал молодой человек, убирая ее руку от моего лица. – Она напрочь лишена такта.

– Крылья, коротышка, – пояснила девушка, игнорируя брата. – У него есть крылья, поэтому для него это не проблема. Хотя, должна признать, это было не самое грациозное приземление.

У обоих был жесткий лондонский выговор, который полностью соответствовал их нарядам, хотя мне также слышался иностранный акцент, который я никак не могла распознать. Конечно, ходили слухи о состояниях, которые привозили в Англию из Ост-Индии, и я подумала, что, может, эти двое родом из тех краев, хотя, вообще-то, они могли быть откуда угодно. Как они могут приходиться друг другу родственниками, я не понимала.

У них есть крылья, глупая; они не могут быть ни из одного уголка Земли!

Я искоса глянула через плечо юноши ему за спину, но не увидела никаких крыльев – ни больших, ни маленьких. Девушка заметила мой взгляд.

– Ха! Это не такие крылья, которые можно увидеть, дорогуша. Не обычные крылья, в любом случае.

– Я – Финч, – сказал юноша, вежливо поклонившись, и указал на девушку, – а это очаровательное создание – Спэрроу, моя сестра-близнец. Я не собирался приземляться так неуклюже, но, похоже, в Холодном Чертополохе теперь более серьезные защитные меры, чем в прошлый мой визит.

Финч и Спэрроу? Зяблик и воробей? Тут что, все поведены на птицах?

– Ваша сестра-близнец? – повторила я, переводя взгляд с него на нее.

– Ах, видите ли, п-представители моего в-вида получают тела не совсем традиционным способом, – объяснил он, очаровательно заикаясь. – Мы зарождаемся как маленькие пятнышки света, а когда совершаем первый акт служения – кому мы помогли, на того и становимся похожими. Спэрроу и я «родились» в одно и то же время, поэтому она мой близнец.

– Это довольно мило, – произнесла я, подумав.

Они уже смотрели в сторону особняка, отвернувшись от огромного кратера в поле. Далеко-далеко за этой ямой я заметила стадо овец на холме. На нас смотрела пушистая овчарка пастуха. Она несколько раз коротко гавкнула и убежала.

Холод по-прежнему сковывал все внутри меня, но я медленно двинулась вслед за сестрой и братом, размышляя, как именно они могут летать на своих невидимых крыльях. Мне оставалось только верить им, так как они упали сверху, не получив при этом никаких травм, лишь волосы растрепались.

– Вы бывали здесь прежде? – по-прежнему смущенно спросила я, горя желанием завязать разговор.

Взглянув вперед, я увидела, что Ли исчез, а Чиджиоке ожидает нас, облокотившись на забор и держа в руке выцветший рабочий картуз.

– Много раз, – ответила девушка, Спэрроу.

Ее длинные светлые волосы были собраны в тугую замысловатую косу, которая, уложенная короной вокруг головы, заканчивалась узлом на затылке. На мизинцах правой руки у них блестели одинаковые золотые кольца.

– По-прежнему совершенно отвратительное место, как я посмотрю. Генри следует прекратить нанимать столько горничных. Лучше бы ремонт сделал.

– Мы прибыли на Суд, – пояснил Финч, взглянув на меня через плечо.

У него было благородное лицо с широким носом и улыбчивым ртом. И не будь я так потрясена их внезапным появлением, я бы даже сочла его привлекательным.

– Кажется… Кажется, здесь в последнее время случались неприятности – достаточно серьезные, чтобы созвать Суд. А это значит…

– У кого-то пробле-емы, – пропела Спэрроу, с усмешкой закончив фразу за брата. – Генри влип в неприятности, и это совершенно никого не удивляет.

– О… – только и сказала я, нервно дергая ложку на шее. – Да, здесь действительно несколько месяцев назад случилась потасовка. Я никак не думала, что это привлечет столько внимания. Все, должно быть, довольно серьезно, раз вы прибыли сюда… э-э-э… откуда бы вы там ни прибыли, чтобы в этом разобраться.

Молодая женщина внезапно остановилась, резко развернувшись на каблуках. Она прищурилась и посмотрела на меня – гораздо пронзительнее и пристальнее, чем брат. Все мое существо снова пронзил холод, и голос в голове угрожающе зашипел. Чем бы ни был этот странный голос внутри меня, ему однозначно не нравились эти двое.

– Кто ты? – спросила Спэрроу, наклонившись ко мне. – Или, скорее, что ты?

– Ирландка? – Я переводила взгляд с брата на сестру, сжимая свою ложку в кулаке. – Горничная из Ирландии?

Финч хмыкнул и криво ухмыльнулся.

– Ты считаешь себя очень умной, да?

– Не особенно.

– Не следует мне лгать, умница-разумница, – сказала Спэрроу, прищурившись. – Я могу узнать от тебя правду независимо от того, хочешь ты этого или нет.

– Этого не потребуется, – проворчал молодой человек, вклиниваясь между сестрой и мной, и предостерегающе махнул рукой. Спэрроу отстранилась от меня, но лишь немного. – Она просто хотела спросить, как вас зовут и кто вы.

Мне не понравилось, что эта девушка угрожает мне, в то время как я всего лишь забочусь об их благополучии. Любопытство не преступление, и меня задела ее изначальная жестокость. Я знала, что мне никогда не достичь ее уровня, но могла постараться сохранить достоинство и показать, что она не произвела на меня того впечатления, которого добивалась.

– Сначала вы, – резко ответил я. – Хотя я и знаю ваши имена, но до сих пор понятия не имею, кто вы такие.

– У Генри все слуги такие невежественные? – со вздохом спросила девушка, закатив глаза. Она уперлась руками в бока и испустила еще один вздох. – Мы обитатели Надмирья, Арбитры, – именно поэтому от одного твоего вида мне становится нехорошо. А поскольку меня от тебя просто тошнит, значит, ты одна из подопечных Генри. Или нечто столь же свирепое и злобное. Так что давай выкладывай! Для бэрна ты слишком высокая. Заклинатель душ? Ведьма? Точно не суккуб, слишком невзрачная.

– Как мило с вашей стороны, – мрачно пробормотала я. И не дожидаясь, пока она оскорбит меня еще больше, добавила: – Меня зовут Луиза, и, по словам мистера Морнингсайда, я Подменыш.

– Оборотень? – Это был момент моего триумфа, поскольку глаза девушки расширились и она потрясенно отпрянула. Она смотрела на меня с испугом, что мне польстило. – А я думала, вас уже нет. Считается, что вы уже все исчезли.

– По-видимому, нет, – пожала я плечами. – Но если вам от этого будет легче, я единственная из перевертышей, и других я не встречала.

Губы Спэрроу скривились, будто она унюхала что-то неприятное. Ее взгляд зацепился за серебряную булавку, поблескивающую у меня на переднике, и она с силой щелкнула по ней пальцем.

– Неудивительно, что решено было созвать Суд, – заявила она, всплеснув руками, и повернулась к забору, где стоял Чиджиоке. – На этот раз он однозначно проиграет – тюремщики тут в камерах, а заключенные вышли из-под контроля.

Глава 6

Чиджиоке встретил незнакомцев без улыбки. Когда мы подошли ближе, он сидел на заборе, как на насесте, и меланхолично напевал себе под нос какой-то мотивчик. Насколько я могла предположить, он уже встречался с Финчем и Спэрроу раньше, и, судя по опыту моего краткого общения с этой девицей, она успела произвести на Чиджиоке неприятное впечатление. Садовник сердито уставился на Спэрроу, даже не взглянув на Финча.

– Можете оставаться на месте, по ту сторону забора, – вместо приветствия произнес он. Потом бросил на меня быстрый взгляд и улыбнулся. – Конечно, тебя, Луиза, это не касается: тебе тут всегда рады.

– Да, Холодный Чертополох с годами подрастерял свою любезность и учтивость, – произнесла Спэрроу с нарочито театральным смешком.

Меня не прельщала идея неуклюже перелазить через забор, выставляя себя дурочкой, поэтому я подошла как можно ближе к тому месту, где сидел Чиджиоке.

Финч остановился на приличном расстоянии от нас и перевел взгляд своих больших темных глаз на сестру.

– Очевидно, моя близняшка хочет сообщить, что мы прибыли на заседание Суда. Мы не ожидаем от вас гостеприимства, но, мне кажется, будет правильно, если вашему работодателю сообщат о нашем появлении.

Чиджиоке кивнул и снова водрузил картуз себе на голову.

– Очень вежливо с вашей стороны.

– Ну-ну, будь великодушен, – приторно-сладко протянула Спэрроу, захлопав ресницами. Чиджиоке же продолжал сверлить ее взглядом. – Мы проделали такой долгий путь и так устали! Неужели нам нельзя выпить хоть чашечку чаю? Глоток бренди?

– Ха! – фыркнул он, отворачиваясь. – Нет.

– Вообще-то, нам не требуется твое разрешение. У нас есть право прохода.

– Ох, леди, вы можете иметь полное право в своем мире и в моем, можете даже вырезать его у себя на лбу, мне все равно. Я скорее приглашу скорпиона в свой сапог.

Он махнул рукой, и мне пришлось, наплевав на изящество, снова карабкаться через шаткий забор. По крайней мере, Чиджиоке протянул руку, чтобы помочь мне, хотя так и не оторвал глаз от нарядно одетых близнецов за моей спиной.

– Не доверяй им, – прошептал он, помогая мне спуститься. – Ни этой грубиянке, ни тому, с дружелюбной улыбкой. Они не наши и здесь не для того, чтобы помочь, что бы они там ни говорили. Помалкивай и держись поближе к дому. Миссис Хайлам говорит, что, пока тут будет проходить заседание Суда, в доме все будет вверх дном. Это все очень опасно, девушка, и нам лучше держаться вместе.