Дарт Бейн 2: Правило двух

— Сложновато будет их разыскать в таком-то местечке, — пробормотал он. — А больше тебе не с кем связаться? Может, на Руусане остался какой-нибудь друг семьи?

— Мне надо на Ондерон, — упрямо повторила Занна.

— Ясно, — кивнул фермер, а затем поднялся на ноги и повернулся к Иртанне. — Нашей юной гостье позарез хочется убраться с этой планеты.

— До Ондерона мы тебя не довезем, — заявила собеседница, — но можем взять с собой, когда полетим с Руусана.

— Куда взять? — подозрительно спросила Занна.

— Дождинка, у нас на орбите целый флот кораблей. Там безопасно — да и будет кому тебя выходить.

— Я сама умею за себя постоять, — огрызнулась ученица ситха.

— Да, это я вижу, — вмешался Бордон. — Но в одиночку-то, небось, тоскливо.

Так и не дождавшись ответа, он продолжил:

— Вот что, на дворе уже темнеет. Давай-ка покамест отвезем тебя на флот? А завтра уже подумаем, как дальше быть. Если ты так рвешься на Ондерон, попробуем помочь. Ну а коли передумаешь — можешь остаться на Руусане у нас с мальчиками. Хотя бы до поры, пока твою семью не разыщем.

От такого предложения Занна только рот раскрыла.

Бордон наклонился и мягко потрепал ее по плечу.

— Не бойся, — улыбнулся он. — Никто тебя с ответом не торопит. Будет над чем подумать.

Девочка еле сумела кивнуть и снова уткнулась в еду. Голова все еще шла кругом.

— Пойду готовиться ко взлету, — сообщила Иртанна и направилась в рубку.

Бордон угукнул и снова обратился к Занне:

— Мне надо помочь Иртанне. Посидишь тут, пока не доешь?

Занна опять кивнула. В тоне Бордона было что-то успокаивающее — словно он оберегал ее, но в то же время уважал. Пока девочка провожала своего спасителя взглядом, он скрылся за дверью, отделявшей грузовой трюм от рубки.

— Если что понадобится — зови, — донеслось до нее.

Минуту спустя двигатели ожили, и челнок взмыл в воздух — но Занна едва заметила взлет. Девочку раздирали противоречивые чувства. Безмолвный голос в голове вопил, что нельзя сидеть сложа руки — надо срочно что-то предпринять, иначе ее сейчас увезут на флот. Там слишком много свидетелей, слишком много джедаев. Кто-нибудь неизбежно заметит ее особый дар и начнет задавать вопросы. Они узнают про Дарта Бейна, и тогда все, что он ей сулил, — и тайные знания, и могущество темной стороны — уплывет из рук.

И в то же время Занна ловила себя на мысли, что попасть на флот ей тоже отчаянно хочется. Ведь Бейн предупреждал, что путь ученицы будет долог и тернист, а бороться она уже устала. К тому же учитель ее бросил — а Бордон готов пустить в свой дом, принять в семью. Что ей мешает попросту согласиться? Бейн нарек Занну наследницей древних ситхов, но этого ли она хочет?

Ответить на свой вопрос она не успела. Послышались шаги, и из рубки показался Венд, младший из двух сыновей Бордона, — видно, решил пообщаться с гостьей. Занне показалось, что ему около тринадцати — всего на пару лет больше, чем ей самой.

— Папа говорит, у тебя нет никакой семьи, — сказал он вместо приветствия.

Занна не знала, что ответить, — только кивнула.

— Они погибли на войне? — спросил Венд. — Их ситхи убили?

Она пожала плечами — не хотелось вдаваться в подробности, чтобы ненароком не выдать себя какой-нибудь мелочью.

— Моя мама была солдатом, — сообщил ей Венд. — Она была очень храбрая. Отправилась сражаться с ситхами, как только они заявились на Руусан.

— Что с ней случилось? — Занна спрашивала только потому, что этого вопроса от нее ожидали, иное показалось бы странным. Ей не хотелось привлекать к себе лишнее внимание.

— Погибла в Четвертой руусанской битве. Ее ситхи убили. Папа говорит…

— Венд! — донесся из рубки голос Бордона. — Дуй сюда. Дай Дождинке спокойно отдохнуть.

Мальчик смущенно улыбнулся, затем повернулся и оставил ее наедине с собственными мыслями. Впрочем, благодаря его словам Занна наконец-то приняла решение.

Бордон позвал ее с собой. Предложил принять ее в семью. Он сулил ей простую, но счастливую жизнь… Вот только слова его были пусты. «Покой — это ложь».

Что толку от семьи или друзей, если не можешь их защитить? Бордон потерял жену, а Талло и Венд лишились матери. Когда явились ситхи, им не хватило сил спасти своего самого близкого человека.

Занна знала, каково это — чувствовать себя беспомощной. Она помнила, как бывает больно, когда у тебя забирают самое дорогое. И поклялась, что никогда больше такого не допустит.

Бордон с семьей оказались лишь жертвами — рабами собственной слабости. Нет, Занне надоело быть жертвой. Бейн пообещал обучить ее таинствам темной стороны. Он покажет ей, как раскрыть в себе внутреннюю силу и сбросить мирские путы.

«Могущество приносит победу. Победа сорвет с меня оковы!»

Как только Занна осознала, кто она, — как только приняла свою судьбу, — от нерешительности не осталось и следа. Сперва девочка попыталась воззвать к темной стороне, чтобы набраться сил, но сейчас она была слишком измождена. Занна не стала падать духом, а принялась рыться в ящиках с припасами, пытаясь придумать, как помешать спасателям доставить ее на флот.

Но как только она нашла то, что искала, в трюм ворвался Талло — и поймал ее с поличным.

— Папа послал узнать, не надо ли… Эй! Ты чего удумала?

Занна едва успела схватиться за рукоятку бластера — мгновение спустя Талло бросился на нее и сбил с ног.

— Вот же воровка мелкая! — ругнулся мальчик, пытаясь прижать ее к земле и вытащить у нее из рук оружие. Они покатились по полу: Талло весил килограммов на тридцать больше, но Занна так ожесточенно отбивалась, что ему никак не удавалось как следует ее ухватить.

Заслышав шум драки, в каюту вбежал Бордон.

— Это еще что за кавардак?! — заорал он.

И в этот самый миг из бластера вылетел разряд. Сложно сказать, чей палец нажал на спусковой крючок: и Талло, и Занна вцепились в оружие обеими руками, пытаясь вырвать его друг у друга. Но в момент выстрела — по воле удачи или злого рока — ствол был направлен прямиком на Талло. Мальчик умер на месте — в груди осталась зияющая рана.

Руки подростка обмякли, пальцы разжались. Его тело рухнуло вперед, придавив Занне ноги. Глаза Бордона расширились от ужаса. С воплем отчаяния он бросился к сыну через весь трюм.

Увидев, как к ней несется отец мальчика, которого она только что убила, Занна машинально выстрелила снова. Разряд угодил Бордону чуть выше пояса. Крик оборвался — фермер рухнул на колени. Глухо застонав от боли, он схватился за дымящуюся дыру в животе и потянулся к Занне окровавленной рукой. Девочка вскрикнула от ужаса и отвращения и выстрелила еще раз — насмерть.

— Бордон! — донесся из бортового интеркома голос Иртанны. — Я слышала стрельбу! Что у вас там творится?

Занна торопливо вылезла из-под трупа Талло и помчалась в кабину. Там она увидела, что Венд все еще пристегнут к пассажирскому сиденью — мальчик ерзал, пытаясь разглядеть, что происходит. Иртанна уже поднималась с кресла, торопясь на помощь Бордону. Она не могла покинуть свой пост, не запустив автопилот, и эта задержка подарила Занне несколько драгоценных секунд.

— Сядь обратно и не двигайся! — крикнула Занна, наставив на Иртанну бластер. В тесной рубке ее голос звучал пискляво и гулко — просто визг испуганного ребенка.

Иртанна помедлила, но подчинилась.

— Что случилось? — спросила женщина подчеркнуто ровным тоном. — Кто-нибудь пострадал?

— Проложи курс на Ондерон, — приказала Занна, не ответив на вопрос. Сердце так оглушительно колотилось, что она едва слышала собственные слова.

— Хорошо, — медленно проговорила Иртанна и принялась вбивать координаты в пульт управления. — Я сделаю все, что скажешь. Только не волнуйся. — Автопилот звякнул, сообщая о новом месте назначения, и женщина вполоборота повернулась в кресле, встретившись взглядом с юной похитительницей.

— Дождинка, положи бластер. — Голос Иртанны звучал уверенно и хладнокровно, а лицо посуровело.

— Я не Дождинка, — бросила девочка сквозь сжатые зубы. — Меня зовут Занна!

— Зовись как хочешь. — Иртанна медленно встала. — Но бластер ты мне отдашь.

— Дернешься — пристрелю! — пронзительно выкрикнула Занна.

«Почему она такая спокойная?» — недоумевала девочка. Сама она едва не задыхалась от волнения. Бластер вроде бы у нее — отчего же ей кажется, что ситуация вот-вот выйдет из-под контроля?

— Нет, — спокойно отозвалась Иртанна и сделала один шаг вперед. — Ты в меня не выстрелишь. Ты не убийца.

У Занны перед глазами замаячили два погибших джедая, а следом — Бордон с сыном, безжизненно лежащие в трюме.

— Ошибаешься, — прошептала она, нажимая на спусковой крючок.

Иртанна погибла мгновенно — она успела только удивленно охнуть и тут же осела на пол. Занна выждала секунду, чтобы удостовериться в ее смерти, затем повернулась и нацелила бластер на Венда. Все это время тот остолбенело пялился на происходящее и даже не догадался расстегнуть ремни безопасности.

— Не убивай меня! — взмолился мальчик, корчась в кресле.

Она вдруг живо почувствовала его страх. При виде беспомощной жертвы внутри зарделась знакомая темная искра, которую подпитывал ужас мальчишки. По телу прокатилась испепеляющая волна, не оставив после себя ни терзаний, ни чувства вины — только решимость.

В этот миг на Занну снизошло озарение: страх и боль — неотъемлемая часть жизни. И лучше уж причинять их другим, чем страдать самой.

— Пожалуйста, не стреляй, — хныкал Венд, отчаянно надеясь ее разжалобить. — Я всего лишь ребенок. Такой же, как ты…

— Я не ребенок, — отрезала Занна и выстрелила. — Я ситх.

7

Когда «Вальцин» рассек верхние слои атмосферы Дксана, двигатели натужно застонали — корабль летел на пределе своих возможностей. Как правило, аналогичному крейсеру Т-класса на полет от Руусана до громадной луны Ондерона понадобилось бы от четырех до пяти дней. Бейн домчался всего за два с лишним.

В первые же несколько часов, едва только Руусан — вместе с Занной — остался позади, на ситха обрушилась невыносимая головная боль. Вместе с ней явился и гость, незваный и нежеланный. Почти весь первый день полета за ним наблюдала призрачная тень владыки Каана — зримое свидетельство вреда, который причинила разуму Бейна ментальная бомба. Дух хранил молчание — лишь непрестанно маячил где-то на краю сознания, сверля ситха укоризненным взглядом.

Призрачное видение настолько вывело Бейна из себя, что сейчас он мчался на безрассудной, едва ли не самоубийственной скорости. Ситх выкрутил все настройки далеко за безопасные пределы, словно бы надеясь обогнать на «Вальцине» собственное безумие. Бейн отчаянно торопился добраться до Дксана, разыскать там гробницу Фридона Надда и — если повезет — найти способ избавиться от мучительных галлюцинаций.

К концу первого дня Каан исчез, но на смену ему явился еще более докучливый гость. Теперь рядом с Бейном парил не основатель Братства Тьмы, а Кордис — бывший глава Академии ситхов на Коррибане. Силуэт был бледный и полупрозрачный, но в остальном выглядел точно так же, как в их последнюю встречу, когда Бейн его убил. Сухопарый ситх чем-то смахивал на скелет, поэтому в виде призрака смотрелся куда уместнее, чем во плоти. Увы — в отличие от Каана, Кордис еще и разговаривал: он извергал бесконечный поток обвинений, смешивая с грязью все достижения Бейна.

— Ты предал нас, — шипел призрак, тыча в него длинным когтистым пальцем. Даже не глядя, Бейн знал, что на пальце сверкают тяжелые кольца с драгоценными камнями, которые Кордис носил при жизни. — Ты уничтожил Братство и подарил джедаям победу. А теперь хочешь улизнуть, как трусливый вор в ночи.

«Я не трус! — подумал Бейн. Говорить вслух не было смысла: призрак был лишь порождением его сознания. Беседы с наваждением означали бы, что рассудок совсем его оставил. — Я сделал то, что должен был. Братство ситхов — это кощунство. Их давно пора было искоренить!»

— Братство хранило тайны темной стороны. Из-за тебя их знания утрачены.

Бейну уже порядком надоел этот заезженный припев. Этот же спор он вел с собой перед тем, как решился убить Каана вместе с последователями, а теперь из-за игр своего воспаленного разума вынужден был выслушивать его снова и снова. Но Бейн запретил себе сомневаться и колебаться. Он совершил то, что было необходимо.

«Адепты Братства были слепы. Они свернули с пути темной стороны. От муштры и назиданий, которыми Кордис в Академии пичкал талантливых учеников, не было никакой пользы».

— Если это так, — продолжил призрак в ответ на его безмолвный монолог, — отчего же ты отправился на Дксан? На словах ты отвергаешь мои наставления, а на деле именно я нашел затерянную гробницу Фридона Надда.

«Ты ничего не находил. Ты мне только мерещишься. А Кордис, даже наткнувшись на эту тайну, не знал, что с ней делать. Истинный повелитель ситхов улетел бы с Руусана на поиски усыпальницы Надда. Он же предпочел остаться с Кааном и поиграть с джедаями в солдатиков».

— Все это отговорки и оправдания, — отмахнулся дух. — Каан был воином. А ты скорее будешь прятаться от врагов, чем дашь им бой.

Бейн сжал зубы, и тут «Вальцин» вошел в зону турбулентности, пронзив облачный покров Дксана. Корабль все еще мчался слишком быстро — чтобы выровнять полет, ситху пришлось так стиснуть штурвал, что на пальцах побелели костяшки. Корпус трещал и скрежетал под натиском плотной атмосферы.

— Ты предал нас, — повторил Кордис.

Бейн тихо выругался, из последних сил стараясь не обращать внимания на бессвязное бормотание призрака, порожденного его собственным разумом. Сколько раз за последний день он уже выслушал этот монолог? Пятьдесят? Сто? Перед ним будто трещал заевший голопроектор, раз за разом проигрывающий одно и то же сообщение.

— Ты уничтожил Братство и подарил джедаям победу. А теперь хочешь улизнуть, как трусливый вор в ночи.

— Заткнись! — заорал Бейн, не в силах больше сдерживать ярость. — Тебя вообще нет!

Он ожесточенно хлестнул по призраку Силой, желая раз и навсегда развеять наваждение. По кабине прокатилась волна темной энергии. Кордис и впрямь исчез, но Бейн недолго праздновал победу: под пронзительный аккомпанемент сигнализации вокруг замелькали аварийные огоньки.

Оказалось, что мощный выплеск энергии выжег всю приборную панель. Проклиная Кордиса и собственную вспыльчивость, Бейн стал отчаянно пытаться хоть как-то посадить челнок — а по кабине гулял злорадный призрачный смех.

Безжизненный «Вальцин» камнем ушел в пике и устремился к лесу, покрывавшему поверхность Дксана. Бейн всем своим немалым весом потянул штурвал на себя и ухитрился развернуть корабль по более пологой траектории. Впрочем, ситх понимал, что, если не удастся как-то затормозить, угол падения ни на что не повлияет.

Бейн накинулся на панель управления, одной рукой пытаясь перезапустить двигатели малой тяги, а другой удерживая штурвал. Не добившись никакой реакции, он закрыл глаза и стал Силой прощупывать перегоревшие цепи и оплавившиеся провода.

Его разум метался по хитросплетениям электроники, управлявшей «Вальцином», — он пересобирал контуры в поисках такой конфигурации, которая оживила бы систему зажигания. После первой попытки из приборной панели вырвался сноп искр, зато на второй раз система отозвалась ревом очнувшихся двигателей.

Когда до поверхности Дксана оставалось всего несколько сотен метров, Бейну удалось на полную мощность включить задний ход. Падение замедлилось — но остановить корабль было уже невозможно. За долю секунды до неизбежного столкновения Бейн окутал себя защитным коконом Силы. Ситх мог лишь уповать на то, что щит окажется достаточно прочным и спасет ему жизнь.

«Вальцин» врезался в кроны деревьев под углом в сорок пять градусов. От удара посадочные опоры снесло начисто, и они отлетели с оглушительным скрежетом. На бортах корабля появились широкие борозды: толстые ветви и сучья с такой силой колошматили по корпусу, что вспарывали бронированные пластины и сдирали их с каркаса.

Бейн кувыркался по всей кабине. Пока корабль ломился сквозь лес, ситха вертело, подкидывало, швыряло о стены и потолок. Даже Сила не могла полностью защитить его от сокрушительного столкновения: «Вальцин» пропахал километровую просеку, оставив после себя обгоревшие и поваленные деревья, врезался в мягкую болотную слякоть и наконец-то застыл.

Несколько секунд Бейн лежал неподвижно. От корабля осталась только дымящаяся груда металлолома, но ситху повезло — покров темной энергии, плотно окутавший тело, спас ему жизнь. Впрочем, без травм не обошлось. Все тело саднило от ушибов и кровоподтеков, лицо и ладони были иссечены мелкими осколками, прорвавшимися через защитный кокон. На бицепсе правой руки обильно кровоточил глубокий пятисантиметровый порез. Левое плечо вылетело из сустава, а два ребра сломались — не задев, однако, легкие. Правое колено постепенно набухало, но хрящи и связки, похоже, не пострадали. Кроме того, во рту ситх почувствовал вкус крови, которая сочилась из зазора, где раньше были два зуба. К счастью, ни одна из этих ран жизни не угрожала.

Бейн медленно поднялся на ноги, стараясь не напирать на поврежденное колено. При падении «Вальцин» завалился набок, поэтому кабину было не узнать — все вокруг повернулось на девяносто градусов. Бережно ступая, Бейн доковылял до аварийного выхода. Левая рука плетью болталась вдоль тела. Поскольку корабль лежал на боку, люк теперь оказался сверху и глядел прямо в небо.

При всей своей силе Бейн понимал, что не сможет подтянуться и вылезти только на одной руке. Джедай мог бы излечить свои раны, но Бейн был адептом темной стороны. При крушении он досуха выжал свою связь с Силой, но даже если бы успел восстановиться — ситхи все равно не славились талантом к целительству. Впрочем, еще до того, как стать темным повелителем, Бейн служил в армии, где выучился основам оказания первой помощи.

Под пилотским креслом «Вальцина» хранилась аварийная аптечка. В комплект входили медицинские стимуляторы, с помощью которых он мог бы подлечить хотя бы самые серьезные раны. Но когда Бейн дополз до сиденья и заглянул под него, аптечки на месте не оказалось.

Предположив, что она вылетела при крушении, ситх принялся шарить по кабине, пока наконец не наткнулся на заветный ящичек. Корпус был выщерблен и слегка погнут, но в остальном вроде бы не пострадал. Открыть защелку удалось только с третьей попытки — приходилось орудовать только одной здоровой рукой. Когда крышка наконец откинулась, Бейн с облегчением увидел, что несколько стимуляторов остались целыми.

Он вынул одну ампулу и сразу же вколол себе в бедро. Всего через пару мгновений ситх почувствовал, что естественный процесс заживления во всем теле заработал в бешеном темпе. Кровь, сочившаяся из порезов, начала сворачиваться, но что самое главное — инъекция притупила боль в опухшем колене и сломанных ребрах. Ходить и дышать сразу стало легче.