Дарт Бейн 2: Правило двух

— Вы же так и не сказали, что делать! — заорала она ему вслед, когда Бейн развернулся и пошел прочь.

Ситх промолчал. Ответ он ей уже дал, хотя Занна этого еще не осознала. Если она достойная ученица, то вскоре поймет, что делать.

Внезапно позади взметнулась волна энергии — Занна хлестнула Силой по его левой пятке, надеясь, что учитель споткнется и притормозит. Еще в тот момент, когда Бейн повернулся к девочке спиной, он внутренне подобрался в ожидании нападения. Ситх довел Занну до полного отчаяния; он был бы даже разочарован, если бы она спустила это ему с рук. Но Бейн ждал более грубой, примитивной атаки — выплеска темной энергии, который мог бы опрокинуть его на землю. Точечный удар по ногам был куда коварнее. Девочка проявила ум и хитрость, и хотя Бейн был готов защищаться, сила атаки все равно его удивила.

И все же при всех талантах Занны ей было далеко до темного владыки ситхов. Бейн тоже воззвал к темной стороне — он погасил удар, поймал поток энергии и влил в него еще больше Силы, а потом запустил ту же волну обратно в ученицу. Отдача с такой силой ударила Занну в грудь, что сбила с ног. Удивленно пискнув, она плюхнулась задом в грязь.

Занна ничуть не пострадала: Бейн не хотел причинять ей вреда. Отцовская жестокость помогла ему стать тем, кем он стал, но теперь ситх ненавидел и презирал Херста. Девочка же должна была уважать учителя и восхищаться им. Он не сможет поведать Занне о премудростях темной стороны, если в ней не будет желания — нет, даже рвения — слушать наставника. Побои Херста научили Бейна только ненависти, а этот урок девочка и так уже усвоила.

Темный повелитель обернулся и холодно уставился на ученицу, которая все еще сидела на голой жесткой земле. Она тоже сверлила его взглядом, вне себя от унижения.

— Настоящий ситх понимает, когда дать волю ярости, — объяснил учитель, — а когда лучше сдержаться. Терпение может стать оружием, если уметь им пользоваться, а гнев будет питать в тебе темную сторону, если ты научишься подчинять его своей воле.

Занна все еще кипела от злости, но теперь к выражению ее лица добавилось кое-что еще: настороженное любопытство. Осознав слова учителя, девочка медленно кивнула, а ее черты разгладились. Бейн по-прежнему чувствовал в ней мощь темной стороны: ярость не утихла, но девочка спрятала ее в глубинах сознания. Занна лелеяла свой гнев, подпитывала его — чтобы выпустить на волю, когда пробьет час.

Ученица только что получила свой первый урок. К тому же теперь девочка опасалась наставника — опасалась, но не боялась. Этого Бейн и добивался. Бояться ей надо было лишь одного: неудачи.

Отвернувшись от ученицы, ситх зашагал дальше — и лишь усилием воли не вздрогнул, когда в сознание опять вонзился сноп игл. Бейн почувствовал, как позади него Занна снова копит Силу. Но на этот раз девочка направила поток энергии внутрь, чтобы освежить и укрепить свои усталые ноги.

Затем Занна вскочила и почти без усилий припустила за ним со всех ног. Бейн ускорил шаг, а ученица помчалась рядом. Она больше не отставала — теперь ее подгоняла вперед несокрушимая мощь Силы.

— Куда мы идем? — крикнула Занна.

— В лагерь ситхов, — отозвался Бейн. — Надо набрать припасов в дорогу.

— Там живут другие ситхи? — спросила ученица. — Те, с которыми сражались джедаи?

Бейн вдруг вспомнил, что так и не рассказал ей, что случилось с Кааном и Братством.

— Других ситхов больше нет. И никогда не будет — кроме нас. Один учитель и один ученик. Один воплощает могущество, другой к нему стремится.

— А что стало с остальными? — поинтересовалась девочка.

— Я их убил, — ответил Бейн.

Занна призадумалась, а потом безучастно пожала плечами.

— Значит, они оказались слабыми, — рассудила она. — Они заслужили только смерть.

Бейн понял, что не ошибся в выборе ученицы.

2

Огромный флагман лорда Валентайна Фарфаллы — нового предводителя Армии Света — неторопливо плыл по орбите над Руусаном. Корабль был построен в виде древнего мореходного судна, что придавало ему старомодный и изящный вид. Многие считали такую вычурность признаком тщеславия, неуместного для джедая.

Когда-то Джохан Отон, юный падаван из Армии Света, придерживался того же мнения. Как и многие соратники Хота, поначалу он счел лорда Валентайна напыщенным глупцом: казалось, Фарфаллу заботят только собственные золотые кудри, цветастые рубашки из мерцающего шелка и аляповатые побрякушки. Но на войне против Братства Тьмы Фарфалла и его воины с честью выдерживали одно сражение за другим. Мало-помалу, скрепя сердце, Джохан с однополчанами начали невольно восхищаться джедаем, над которым когда-то насмехались, и даже прониклись к нему уважением.

Хота уже не было в живых — он пал в генеральном сражении, где полегло все братство ситхов. Знамя полководца подхватил лорд Валентайн. По наказу Хота он перед самым взрывом ментальной бомбы организовал массовую эвакуацию с Руусана. Фарфалла спас от сокрушительной волны Силы несколько тысяч джедаев и падаванов, погрузив их на корабли своего орбитального флота.

На «Попутном ветре», флагмане Фарфаллы, Джохан очутился по чистой случайности. В просторном корабле вполне могли с комфортом разместиться три сотни членов экипажа, но сейчас юноша ютился в трюме с почти полутысячей других беженцев — о комфорте и речи не шло. Давка была такая, что не пошевелиться; мастера-джедаи, рыцари и падаваны сгрудились плечом к плечу.

Другие корабли тоже были набиты битком. С планеты вывезли не только джедаев, но и почти всех нечувствительных к Силе солдат, сражавшихся на стороне Хота. На один из кораблей даже загнали несколько сотен пленников: рядовые бойцы владыки Каана предпочли сдаться, когда предводитель бросил их, отправившись чинить расправу над джедаями. На самом деле простым солдатам ничего не угрожало: ментальная бомба разила только тех, кто теснее прочих был связан с Силой. Но в суматохе эвакуации проще было хватать всех без разбора.

Впрочем, здесь — на личном галеоне Валентайна — Джохан знал в лицо почти каждого. Несколько долгих месяцев падаван сражался с ними бок о бок. На их общую долю выпадали и засады, и мелкие стычки, и полномасштабные баталии. Бойцы насмотрелись и на кровопролитие, и на смерть: вкусили сладость триумфа и горечь поражения. На их глазах погибло немало врагов — и слишком много друзей. Казалось, что поход против воинства тьмы будет тянуться вечно.

Но теперь они теснились в этом трюме, а война наконец-то была позади. Джедаи победили. И все же на лицах беженцев застыли мрачные, угрюмые маски: уничтожение ордена ситхов далось ужасной ценой. Все понимали, что произошло. Не было ни капли надежды, что хоть один джедай на планете остался в живых. Взрывная волна от ментальной бомбы не могла достать до орбиты Руусана — но в Силе джедаи чувствовали крики боли своих собратьев, когда тьма раздирала их души в клочья и затягивала в неистовый водоворот энергии. Некоторые из выживших, не таясь, плакали. Остальные мужественно молчали, смиренно поминая тех, кто принес себя в жертву.

Джохан — следом за Фарфаллой и едва ли не всей Армией Света — вызвался остаться вместе с генералом Хотом. Вот только учитель отказал ему. Зная, что идет на верную гибель, он отослал с планеты всех, кроме сотни верных джедаев. Ни одному падавану остаться не позволили. Джохан всего лишь послушался приказа — но юноше все равно казалось, что он трусливо сбежал, предав своего генерала.

Наконец он разглядел в дальнем углу забитого трюма Фарфаллу — среди моря бурых хламид красная рубашка полководца сверкала, будто маяк. Лорд Валентайн отряжал на Руусан спасателей, которые должны были разобраться с последствиями взрыва ментальной бомбы, и Джохан твердо вознамерился полететь вместе с ними.

Пробраться через толпу джедаев было непросто, но юноша был невысок и строен. В свои девятнадцать лет он еще не сильно возмужал и выглядел по меньшей мере на два года моложе: тело хрупкое, кожа нежная, светло-русые волосы до плеч скручены в тугую косичку, как и положено юному джедаю, еще не закончившему обучение. Досадно, когда тебя принимают за мальчишку — но сейчас, протискиваясь через толчею, он только радовался своей юркости.

— Лорд Валентайн! — позвал Джохан, подобравшись поближе. Он повысил голос, пытаясь перекричать общий гвалт: — Лорд Валентайн!

Фарфалла обернулся, выискивая обладателя голоса среди стены тел и лиц, а когда юноша наконец показался, узнал его и кивнул:

— Падаван Джохан.

— Я хочу полететь со спасательной бригадой, — выпалил юный джедай. — Отправьте меня на планету!

— Увы, не могу, — сочувственно покачал головой предводитель.

— Почему? — требовательно нахмурился падаван. — По-вашему, я слишком молод?

— Не в этом… — начал было Фарфалла, но Джохан перебил его:

— Я не мальчишка! Мне девятнадцать лет — уж всяко больше, чем этим двоим!

С этими словами он махнул рукой в направлении ближайшей спасательной команды. Бригаду возглавлял мужчина средних лет с короткой бородкой, с ним была женщина чуть старше двадцати и двое совсем подростков.

— Остерегайся гнева, — сурово остерег его Фарфалла.

Джохан едва не огрызнулся, но вовремя прикусил язык и кивнул. Незачем выходить из себя: это не поможет убедить лорда Валентайна.

— Твой возраст здесь ни при чем, — пояснил полководец, когда убедился, что юноша совладал с эмоциями. — Добрая треть нашего войска моложе тебя.

А ведь это правда, понял Джохан. Джедаи несли в руусанской кампании такие огромные потери, что Армии Света приходилось с каждым разом принимать в ряды все более юных новобранцев. Дело явно не в возрасте — должно быть какое-то другое объяснение. Но на сей раз Джохан не стал допытываться, почему его не пускают: куда полезнее будет проявить терпение, чем докучать полководцу градом досужих вопросов.

— Приглядись внимательнее, кого я отправляю на планету, — посоветовал Фарфалла. — Это отважные добровольцы, наши бесценные союзники в войне против ситхов. Но никто из них не наделен Силой.

Джохан удивился и бросил еще один взгляд на передовой отряд, который уже заканчивал сборы. Присмотревшись к темнокожей женщине с короткой черной стрижкой, падаван понял, что однажды уже встречался с ней.

Звали ее Иртанна — она служила в республиканской армии, а к их войску присоединилась чуть больше стандартного года назад. Остальных Джохан поначалу не узнал, но потом заметил сходство между бородатым мужчиной и двумя подростками. Это были коренные жители Руусана. Мужчину звали Бордон — этот фермер успел сбежать во время последнего наступления ситхов, опередив армию Каана. Мальчики были его сыновьями, хотя их имен Джохан так и не вспомнил.

-  Мы не знаем, насколько масштабные последствия вызвала ментальная бомба, — снова заговорил Фарфалла. — Джедая или падавана может задеть, а то и убить какими-нибудь отголосками взрыва. Вот почему тебе нельзя лететь.

Джохан кивнул. Все понятно: Валентайн решил подстраховаться. Но ведь иногда осторожность бывает и излишней…

— На поверхности есть и другие опасности, — заметил падаван. — Мы же не знаем, все ли ситхи погибли. Кто-то мог и уцелеть.

Фарфалла покачал головой:

— Каан подчинил своих последователей какими-то чарами, какой-то неведомой силой. Они стали его покорными рабами. Когда он вел ситхов в пещеру, за ним шли по доброй воле. Повелитель убедил всех, что они переживут взрыв, если объединят свои силы… но он ошибался.

— А как же солдаты? — не сдавался Джохан. За ситхов, как и за джедаев, сражались в том числе и бойцы, не наделенные Силой: Братству Тьмы присягали простые солдаты и наемники. — Мы не всех переловили, — напомнил падаван. — Некоторые бежали с поля боя. И до сих пор остаются на планете.

— Тут-то он и пригодится. — Женщина похлопала по бластеру у себя на бедре. Она одарила Джохана свирепой улыбкой: на темном лице белоснежные зубы сверкнули особенно ярко.

— Иртанна себя в обиду не даст, — согласился Фарфалла. — Она повидала больше сражений, чем мы с тобой на пару.

— Прошу вас, лорд Валентайн, — взмолился Джохан, рухнув на одно колено. Жест вышел глупым и напыщенным, но падаван был в отчаянии. Он понимал, что Фарфалла прав, но какая разница? Сейчас юношу не заботила ни логика, ни здравый смысл, ни даже гибельные последствия взрыва. Он просто не мог отсиживаться в стороне! — Пожалуйста! Он же был моим учителем…

Фарфалла протянул ладонь и легонько притронулся ко лбу Джохана.

— Когда Хот тебя отослал, он предупреждал, что тебе будет сложно с этим смириться, — мягко заметил полководец. — Но твой наставник был мудрым человеком. Он знал, какой путь будет тебе во благо. Я тоже знаю — уж доверься моим словам, даже если не до конца их понимаешь.

Отняв руку, новый предводитель Армии Света взял Джохана под локоть и помог ему подняться.

— Твой учитель принес великую жертву, чтобы всех нас спасти, — промолвил Фарфалла. — Теперь поддаваться чувствам и попусту рисковать жизнью значит не уважать его подвиг. Понимаешь?

Джохан кивнул — так примерный падаван склоняется перед мудростью почтенного мастера-джедая.

— Замечательно. — Фарфалла отвернулся и обратил взор к другой спасательной бригаде. — Если так хочешь заняться полезным делом, помоги Иртанне с погрузкой.

Джохан кивнул снова, хотя Фарфалла этого уже не видел. Полководец умчался хлопотать по другим делам, к которым его обязывало положение.

Падаван без лишних слов помог загрузить в челнок последнюю партию припасов: походные пайки и водяные капсулы; аптечки — на тот случай, если им попадутся раненые; электробинокли и датчики — для разведки и для поисков; световые стержни — чтобы ночь не застигла их врасплох. Само собой, взяли и запасные энергоячейки для бластеров: каждый был вооружен на случай стычки с выжившими солдатами из армии Каана.

— Спасибо, — выдохнула Иртанна, когда они закончили.

Стараясь выглядеть непринужденно, Джохан украдкой огляделся по сторонам. Фарфаллы нигде не было видно.

— Ты поведешь или я? — поинтересовался падаван. Вопрос был простой, но при этих словах Джохан дотронулся до ее разума Силой. Он постарался внедрить свою мысль как можно мягче, чтобы не причинить женщине никакого вреда.

Ее глаза на мгновение остекленели, а на лице промелькнуло озадаченное выражение.

— Э-э… Наверное, лучше мне. Можешь сесть в кресло второго пилота.

— Ты тоже летишь? — удивился Бордон. В голосе немолодого отца слышалось сомнение.

— Конечно, — дружелюбно улыбнулся Джохан. — Вы же слышали, как мне велели помочь с погрузкой. Зачем же меня к вам отряжать, если я не полечу?

Как и прежде, юноша подкрепил свои слова легким толчком Силы, добавив к полуправде мысленный приказ. В другой раз Джохан с гневом отверг бы саму мысль о том, чтобы манипулировать разумом друзей и союзников, но сейчас падаван твердо верил: уж с ним-то горе-спасатели точно не пропадут.

— И то верно, — отозвался Бордон после короткой заминки. — Оно и к лучшему.

— Джедай в команде не помешает, — согласилась Иртанна. — Мало ли что.

«Влиять на разум с помощью Силы всегда проще, если собеседник сам хочет, чтобы его убедили», — отметил Джохан. И все же, забираясь в челнок, он почувствовал мимолетный укол совести.

«Это лишь потому, что ты ослушался Фарфаллу, — заверил себя падаван. — Поступаешь ты правильно».

— Всем пристегнуться! — скомандовала Иртанна, пытаясь перекричать шипение, с которым закрывался шлюз.

Двигатели вспыхнули, ожили, и челнок поднялся с посадочной платформы.

— Домой, на Руусан. Если от дома там еще что-то осталось… — хмуро буркнул Бордон, когда они выплыли через шлюз грузового отсека и вошли в верхние слои атмосферы.

3

Дарт Бейн почувствовал их задолго до того, как увидел.

Невежды, не постигшие премудростей Силы, считали ее лишь оружием или инструментом. Они могли незримым ударом сразить в бою врага; могли, подняв в воздух тяжелый предмет, призвать его в протянутую ладонь или метнуть через всю комнату. Но для познавших истинное могущество это были всего лишь балаганные фокусы.

Сила была частью всего живого, а все живое — частью Силы. Ее нити тянулись к зверям и букашкам, к деревьям и травам. Сквозь Силу струились первозданные стихии жизни и смерти, отзываясь рябью в самой ткани бытия.

Даже сквозь приступы режущей боли, от которых голова раскалывалась на части, Бейн чувствовал эту рябь. Шепот Силы пронизывал пространство и даже время, даруя ему мимолетные отголоски изменчивого будущего. Поэтому, еще не дойдя двух километров до лагеря, где раньше стояла армия Каана, повелитель ситхов понял: там кто-то есть.

Всего их было восемь, причем все люди — шестеро мужчин и две женщины. Видно, в последней битве уцелела горстка наемников, которые помогали Братству ради наживы и ради возможности поквитаться с Республикой. Скорее всего, они бежали с поля боя, когда Каан отправился в недра планеты готовить погибель джедаям. Вот какова цена верности, если покупаешь ее за деньги… Теперь, подобно жукам-кровососам, глодающим гнилое мясо с туши банты, головорезы сползлись поискать, чем можно поживиться в заброшенном лагере ситхов.

— Там кто-то есть, — минуту спустя шепнула Занна. Она не так остро чувствовала колебания Силы, поэтому не сразу заметила опасность — но все-таки заметила, хотя пока еще не начала обучение. Способная девочка.

— Жди здесь, — велел Бейн, жестом остановив ученицу. Она благоразумно повиновалась.

Даже не удостоив ее взглядом, ситх сорвался с места. Свой бег он ускорил Силой: земля стремительно проносилась под ногами, сливаясь в размытое пятно. Боль в голове стихла, уступив место предвкушению битвы и пьянящему ощущению скорости.

Через минуту впереди показался лагерь ситхов. Силуэты злополучных наемников были как на ладони — грабители спорили между собой, решая, что брать. Шестеро мародеров сгрудились на прогалине между шатрами, деля добычу. Еще двое стояли в карауле у кромки лагеря. Впрочем, поставили их скорее для очистки совести: часовых следовало бы разместить по разным краям лагеря, чтобы держать оборону по всем направлениям. А между этой парочкой не было и двадцати метров — они скорее не давали друг другу заскучать, чем охраняли периметр.

Бейн презрительно покосился на этот фарс — благодаря Силе ему хватило мимолетного взгляда, чтобы рассмотреть все до мелочей. Караульные даже не подозревали о его приближении: их внимание было поглощено гвалтом остальных мародеров, которые в шесть глоток яростно препирались над чужим добром.

Слегка изменив маршрут, чтобы до последнего момента большой складской шатер скрывал его от чужих глаз, Бейн сделал последний рывок и ураганом обрушился на лагерь. Одним плавным движением он достал и зажег меч. Скорбный гул алого лезвия тут же выдал его, всполошив дозорных. За несколько драгоценных секунд ближайший часовой успел вытащить бластер, но спастись от неминуемой расправы уже не мог.

Бейн возник из воздуха возле шатра и темным вихрем обрушился на первую жертву, косым ударом пропоров наемника от плеча до бедра. На человеке была боевая броня из композитных пластин, сшитых вместе в гибкий стеганый доспех. Кираса наемника могла поглотить несколько разрядов бластера, пущенных с тридцати метров, но лезвие Бейна прошло сквозь все слои доспеха и на добрых пять сантиметров вгрызлось в плоть и кость.

Когда противник рухнул, Бейн взвился в воздух и прыгнул ко второму часовому, одним махом преодолев десять метров и заодно уклонившись от наспех сделанного выстрела. Приземлившись врагу едва ли не на макушку, он обеими руками занес меч над головой и резко рубанул сверху вниз. Это был классический прием из джем-со — пятой, самой напористой формы боя на световых мечах. Тяжелый удар раскроил бедняге шлем, и лезвие глубоко врезалось в череп.

После жуткой гибели двух часовых остальные наемники наконец сообразили, что происходит. Когда Бейн повернулся к ним, они похватали оружие и выпустили через весь лагерь целый шквал бластерных разрядов. По-прежнему держа меч обеими руками, ситх плавно переключился с пятой формы на защитную стойку из третьей формы и принялся небрежно отбивать разряды в сторону.

Когда огонь утих, Бейн стоял неподвижно — только вращал в правой руке меч. Он хотел вдоволь насладиться отчаянием и ужасом наемников, осознавших свою неминуемую участь. Столпившиеся между шатрами головорезы ухватились за единственный шанс выжить — бросились врассыпную.

Все побежали в разные стороны: одна из женщин кинулась налево, двое мужчин направо, еще трое развернулись и понеслись прямиком от ситха. Не переставая вращать меч, Бейн протянул вперед другую ладонь и метнул женщине вслед мощный разряд энергии. Волна Силы лавиной пронеслась по лагерю, выкорчевывая из земли шатры и раздирая ткань в клочья. Деревянные ящики разлетелись в щепки — хранившиеся в них припасы брызнули во все стороны градом осколков.

Удар пришелся женщине в спину, швырнул лицом в грязь и пригвоздил к земле, раздробив наемнице позвоночник и сломав шею. Труп единожды дернулся и навеки затих.