Черная планета

— Бери выше, малыш. Много выше! Ты не смотри, что я сейчас сижу тут с тобой и пью. Я, к твоему сведению, три года гражданство зарабатывал в "Интерплане". Силы поддержания мира в Содружестве. Слыхал?

— Слыхал.

"Интерплан" у нас в ополчении набор в свое время проводил. Жаль, я не прошел. А Фриц, выходит, не так прост…

— За что меня выпнули — это мое дело. Но не посадили, что радует. Так вот, малыш, эти "черные" — лейб-рота королевы Терры. Гвардейцы. Они же — рота конвоя Совета.

— Большие шишки на ровном месте.

— Ты слушай, перебивать потом будешь. Демократия — это хорошо, но королева там есть. Единственное, что она может — распустить Совет Терры. Понятно, что этого никому не хочется, поэтому с ее голосом считаются. На Терре правят клановые корпорации и в Совет проходят только их люди. Если их разогнать, нужно будет проводить новые выборы и ситуация в Совете может измениться кардинально. Поэтому за три сотни лет экспансии распускали Совет всего два раза. А так — да, демократия во все щели, референдумы и тридцать три удовольствия. Эти "черные" так и называют себя: "гвардейцы королевы". Благодаря им никто и никогда не пытался ее сбросить с трона. Это нечто, я тебе скажу… Импланты в мозгах и, по всему телу, боевые интерфейсы, совместимые с любой техникой Содружества, все реакции и рефлексы разогнаны (без вмешательства в генофонд, понятное дело). В общем: лейб-рота, одним словом.

— Чего они тут забыли?

— Неделю назад в местный сенат прилетел посланник Совета. По новостному каналу не сказали, чего он тут хочет, но эти двое наверняка из его почетной охраны. Повезло нам. У них это обязаловка: с низшими — вежливо, с высшими — грубо. Древняя традиция. Потому они на лейтеху и наехали на пустом месте. И главное: их не задержишь. Оружия с ними не было, даже ножей, значит они вне строя. Подчиняться местным не обязаны. Патрульных любой из них в узел завяжет голыми руками. Даже если прикончит всех троих прямо на улице — никто их не тронет, так что лейтенант тогда не зря с лица сбледнула. Отвечают они только перед командиром своим и перед королевским судом, но командир на Терре и ему плевать, если его бойцы хоть всех местных полицаев порешат, а королеве нынешней всего четыре года. Такие дела, малыш…

— Но как тогда?..

— Как ответить им? Никак. А ты хотел?

— Так мне они ничего и не сделали.

— …а лейтенанту свои зубы дороже показались. Ха-ха! Но лучше нам ей не попадаться в ближайшее время. Припомнит.

Глава третья

Оделся по моде, как требует век.

Вы скажете сами:

— Да это же просто другой человек!

А я — тот же самый.

В.Высоцкий.

Утром Фриц вытащил из шкафчика большую красную сумку. Вжикнул, открываясь, замок.

— Давай, малыш, примеривай. Начальство любит, чтобы к нему являлись готовыми к работе. У нас смена через два стандартных часа…

Появившийся на свет оранжевый комбинезон был мне почти по размеру. Я присмотрелся к швам. Ткань сильно напоминала ту, из которой делали военные комбезы, которых я вдоволь натаскался в ополчении. Верхний слой — огнеупор, под ним термостойкая сетка и еще ниже — мембрана. Я посмотрел на Фрица, тот кивнул и сказал:

— Ну да, армейский дизайн. Только камуфляжного слоя нет.

— Серьезно все у вас…

— А ты как думал? Вот с этой штуковиной знаком?

— Судя по виду — стандартный "Шмуль", пехотный плазмомет. Только к чему бы эта насадка на стволе?

— Разбираешься…

— Так он же у меня табельным оружием был. У нас, на Новой, джунгли. С лазганами там делать нечего. У всех в ополчении такие и были.

— Значит пользоваться умеешь?

— Умею. А насадка?

— Это чтобы он импульсами не стрелял.

— Блокиратор? Понятно…

На импульсном режиме "Шмуль" прошибает десять миллиметров брони. Ясно, зачем блокиратор нужен. Стены здесь наверняка не слишком толстые и никому не понравится, если ее пробьет заряд плазмы. Да и осколки кварцелита, наверное, тоже лишние. Я отложил плазмомет и начал напяливать комбез. Он был великоват.

— Немного не по размеру.

— Нормально все, — сказал Фриц. — Это он без наддува складками висит, а как подашь воздух под мембрану — самое то будет. Ботинки как?

— Тоже велики.

— Намного?

— Нет.

— Тогда тоже сойдет. Держи шлем.

— Как его?.. У нас таких не было… Ага, понял.

Негромко чпокнув, гермошлем присосался к комбезу. Я поднял лицевое стекло.

— Ну вот! Прямо красавчик. Учти: надо будет на склад зайти и расписаться. А то я на свою карточку его брал.

— И мой размер угадал?

— Мне мастер данные на тебя передал еще за три дня до твоего прилета. Ну что, готов?

— Готов.

— Обвес и разгрузку тебе пока брать не будем. Там много полезных вещей, но ты ими пока пользоваться не умеешь. Пока ты стажер, никто с тебя этого не потребует. Кидай свой мешок в эту сумку и застегивай.

Замок закрылся, ручка замка почему то покраснела. Фриц потянул за нее, но замок не открывался. До меня дошло.

— Ловко! Значит никто, кроме меня, не откроет?

— В ближайшие двое суток — никто, кроме копов. Потом замок отключается. Кидай в шкаф. Теперь часть вторая, самая важная. Держи!

В руках у него были коммуникатор и визор. Я взял прибор, повертел его в руках, надел на голову. Вставил в ухо гарнитуру. Передо мною в воздухе появилась синяя, вращающаяся эмблема. Женский голос в наушнике произнес:

— Идентификация… Василий Иванов. Статус… Подтвержден. Информационный канал… Выделен. Для вас имеется сообщение… Приоритет… Уровень три. Распоряжение руководства сектора. О невозможности выполнения сообщать немедленно. Распоряжение понято?

— Нет, — сказал я.

— Что "нет"? — удивился Фриц.

— Распоряжение какое-то…

— Скопируй мне. Что сейчас видишь?

— Слева значок какой-то красный мигает.

— Рукой вот так проведи.

Фриц показал, как. Я повторил его жест. Значок погас, в воздухе передо мною развернулись строки текста:

"Негражданин, вы обязаны явиться на уровень 122, корпус 15, линия 8, к 9:00 стандартного времени. Вы приглашаетесь, как лицо, чьи права нарушены. Ориентировочная длительность мероприятия 15 стандартных минут".

— Теперь пальцами вот так и покажи ими на меня. Ага… Это важно. Работа откладывается.

— Что это значит?

— Не знаю. Но с третьим уровнем шутить не стоит. Вот такой жест теперь.

Фриц поднял правую ладонь и провел ею вперед. Я повторил движение. Текст, висящий передо мною, погас. Зато появилась синяя линия на полу, ведущая к двери.

— Маршрут готов. Пойдем.

— Фриц, а где бы этим жестам научиться?

— Понравилось?

— Конечно.

— Визор подскажет. Запроси у него справочник. Только потом, сейчас валим по адресу. Надо было тебе визор и коммуникатор еще вчера дать, но у тебя первый рабочий день сегодня и вчера он бы не включился. Линия на полу видна?

— Да.

— Повтори тот же жест, что и с письмом.

Я сжал пальцы и показал ими на Фрица. Он кивнул.

— Вижу. Выходим. Приложи руку к замку.

Я приложил ладонь к пластине на закрывшейся двери. Замок пиликнул.

— Запомнил. Если нужно будет войти — кладешь руку на него и держишь пять секунд.

— Усвоил.

— Тогда шагай вдоль линии.

— А ничего, что мы с плазмометами?

— А ничего, что копы с оружием? Иди давай.

Мы, получается, имеем право на оружие, как полиция? Я не нашел ничего лучше, чем сказать последние слова вслух. Женский голос в наушниках шлема забубнил скороговоркой:

— Вопрос понят… Это не оружие, так как в данном случае не считается им. Согласно статье 577 Жилищного Кодекса Доминиона, пункту 8, подпункту 1, сотрудники сервисных служб имеют право и обязаны носить с собой рабочие инструменты. Решением суда пятого сектора номер 77546 было установлено, что армейские плазмометы модели "Шмуль-2" могут быть использованы, как инструменты и таковыми являются, если сотрудник сервисной службы выполняет свои служебные обязанности. При этом социальная опасность гораздо менее значительна, чем несвоевременное устранение аварий. Решение стало прецедентом после того, как оно прошло проверку в Верховном Надзорном Суде Доминиона. Ответ был полезен?

— Ага!.. — Только и смог сказать я.

— Что, визор справку выдал? — спросил Фриу сзади.

— Я сам себя спросил, а оно…

— Глаза перед собой сделай, как будто на кончик носа смотришь и спроси еще что-нибудь.

Я скосил глаза.

— Сколько времени?

— Вопрос понят… Показания часов отображаются в операционном поле визора справа-вверху. Вопрос: у пользователя есть дефекты зрения?

Я снова повернулся к Фрицу.

— Она спрашивает, есть ли у меня дефекты зрения.

— Конечно. Ты же цифры не заметил, вот она и уточняет. Мало ли, какая корректировка нужна.

— Ответ вашего напарника принят…

— Она что, теперь меня постоянно так слушать будет?

— Вопрос понят… Согласно статье 59 Жилищного Кодекса Доминиона, пункту 6, все работники сервисных служб обязаны фиксировать свои действия принятыми для этого в службах способами. Распоряжением руководства кластера, таким способом определен стандартный визор установленного образца. Кроме того дополнительным фиксирующим агентом является стандартный идентификатор наручного ношения. Ответ был полезен?

Дальше я шел молча. Синяя линия вела нас по коридорам, входила в лифты, поднималась по лестницам и наконец вывела на широкую…

Я спросил:

— Как это место называется?

— Вопрос понят. Локальный секторный адрес: Корпус 2729, Линия 127, перекресток с линией 22, уровень 122. Ответ полезен?

— Не знаю. Фриц, маршрут кончился.

— Ясен пень. Это транспортная магистраль. Ждем маршрутку.

Это еще что такое? Местный общественный транспорт? Я представил себе автобус на спиртовом двигателе, воняющий гарью на всю улицу. Наверное здесь что-то другое ездит.

Ждать пришлось недолго. К нам свернула и остановилась небольшая, прозрачная капсула.

— Опять мелкашка… Скрючившись ехать придется, — недовольно пробормотал Фриц. — Забираемся.

Согнувшись в три погибели мы с трудом пролезли в узкую дверь и разместились в креслах друг напротив друга. Плазмометы пришлось поставить между коленей. Головы упирались в потолок.