Один дракон – три парня. Дилогия

Ненавижу людей... шептало угасающее сознание, когда лезвие мазнуло по второй ладони.

Вязкая темнота подступала со всех сторон. Безучастно смотрела, как двое обезумевших воителей жадно причмокивают, потягивая мою кровь, словно коктейль. Теперь понятно, почему так легко победила в этом пресловутом конкурсе красоты. Судя по всему, в моих жилах течёт какой-то мощный наркотик, и меня прямо сейчас пьют, сырое яйцо. Хохотнула в голос от собственной глупой шутки, а затем на меня накатил новый приступ тошны. Едва успела отклониться вбок, чтобы не испачкать одежду. Как же всё это отвратительно и мерзко.

Один из мучителей отстранился. Рот перекошен, зрачки расширены. Попятилась назад, в надежде, что стена исчезнет, и я провалюсь куда-то, где нет этих одержимых.

— Мало! — лысый дуэлянт перехватил кинжал и начал оглядывать меня, словно индейку для разделки. Куда бы он ни ударил, точно не переживу.

— Пожалуйста, отпустите, — попросил чей-то чужой жалкий и слабый голосок. Сразу же поняла тщетность своей мольбы. На этих двух точно не сработает. Им всё равно, они больше не люди. В окровавленных зубах читался хищный оскал, а не милосердие.

Грубые руки потянулись к подолу. Резким движением нападающий разорвал платье на бедре и принялся ощупывать ногу в поисках артерии. Теперь точно конец. Закрыла глаза и приготовилась к глупой и нелепой смерти. Меня обескровят два воина. Зато, возможно, Айнзама и Стершу отпустят за ненадобностью, и они не погибнут на турнире.

Холодная сталь опасно упёрлась в бедро. Что в такие моменты обычно происходит? Перед глазами должна пролететь вся жизнь? Но вместо этого по коридору пронеслась тень. Почувствовала её даже через сомкнутые веки. Раздались мерзкие бульканья и хрипы, а затем два тела глухо упали на каменные плиты. Открыла глаза и увидела Гарена. Он тяжело дышал и выглядел куда безумнее двух мертвецов у себя под ногами.

— Ты... — он задыхался от злости.

Посмотрела на его окровавленные пальцы. Никакого оружия. Гарен голыми руками разорвал глотки воителям? Теперь Регистратор пугал меня куда больше двух наркоманов.

— Ты могла умереть! — в его взгляде разверзся настоящий ад.

— Тогда все мои проблемы разрешились сами собой. Правда, твой турнир бы сорвался. Какая жалость, — слабо шептали губы.

— Турнир? Ты серьёзно? Ты ни черта не понимаешь, Регина, — он с досадой пнул мёртвое тело. — Что мне сделать, чтобы этих глупостей больше не повторялось?

— Отпусти!

— Нет! Ты останешься здесь до финала и уедешь с победителем. Это решено, — Гарен оглядел коридор, убедившись что никого нет, коснулся мертвецов. Через мгновение их тела истлели и рассыпались в прах. Доспехи охватила ржавчина, стремительно изъевшая сталь.

Если бы оставались силы на крик, то обязательно завопила. Мужчина потянул ко мне руку, а я всё так же отчаянно пятилась назад, скользя ногами по липкому от крови полу.

— Успокойся, я не могу проделывать такое с живыми. Ну разве только платье твоё испарить, — нервно рассмеялся Гарен.

— Уже заметила, что это любимое развлечение местных жителей. Оставлять меня без одежды... — истерика начала медленно отступать.

— Вставай, пока никто не застал тебя в таком виде, — приказал организатор.

— Не могу, голова кружится, — я не врала, мир до сих пор закручивался бешеной спиралью, а пол качало, словно утлый плот.

— Тогда тем более не понимаю, чего ты шарахаешься. Я же помочь хочу, — Гарен ловко подхватил меня на руки и поспешил оставить место преступления.

— Действительно, почему? Если забыть тот факт, что обманом заставил стать рабыней арены, ты только что убил двух людей, а потом испепелил их, сделав изящный пасс рукой. Так почему же шарахаюсь? — старалась не прижиматься к спасителю слишком близко, пока он нёс меня обратно в башню.

— Жаль, что тебе пришлось пройти через это, — искренне извинился Гарен. — Но, увы, это только начало.

— Помнится, ты спрашивал об условии моего послушания... Кажется, готова на сделку, — вот так один махом нарушила предостережение Айнзама.

— Ну-ка, ну-ка, — мужчина даже сбавил шаг.

— Отмени новое правило, пусть драконов не убивают, — без особой надежды пробормотала своё желание.

— Полностью отменить не смогу. Сказанные вслух обещания в этом мире имеют чудовищную и разрушительную силу. Новые правила уже успел озвучить. Так что извини! Но могу посодействовать, чтобы Стерша и Айнзам остались в живых на этой неделе в случае проигрыша, — подозрительно быстро согласился Гарен.

— Спасибо.

— Но, это легко отменить, если задумаешь очередную выходку или побег, — предостерёг организатор.

— Всё понимаю. Буду послушной, — хоть претил этот компромисс, но ради спасения любимых готова побыть улыбающейся куклой.

— Как всё просто, — ухмылялся Гарен. Мы уже подошли к лифту, и мужчина осторожно поставил меня на ноги. Он занялся приборной панелью поднимающего устройства и с радостью отметил: — Кац ещё не вернулся. Этим вечером останемся с тобой вдвоём.

Вцепилась в перила, когда платформа резко тронулась вверх. Вдвоём с ним? Лучше обратно к той испепелённой парочке.

— Я против! Мне нужно отдохнуть. Желательно одной, — голос предательски дрожал.

— Успокойся. Не помешаю. Тем более надо привести твои руки в порядок, а то глупый фелио смотался.

Только сейчас вспомнила о двух глубоких порезах. Кровь давно перестала течь, но раны выглядели весьма устрашающе. Отказываться от помощи в такой ситуации глупо. Ещё не известно чьё общество мне противнее: кота или мерзкого афериста.

Каца действительно не оказалось в башне. Гарен заблокировал лифт и дёрнул рычаг, чтобы проверить, что тот никуда не денется. Даже желудок скрутило от осознания, что рядом больше ни души. Интересно, если я в случае чего разобью о голову интригана горшок с кактусом, это нарушит условия нашей сделки?

— Садись, — Гарен махнул рукой в сторону дивана. Его приказной тон не понравился. В конце концов, этот диван мой, как и всё в комнате, не считая меня самой. С удовольствием выцарапала бы наглые чёрные глаза негодяя. Но помня о сделке, не стала ни дерзить, ни спорить. Ради жизни Айнзама и Стерши готова немного потерпеть.

Покорно села, а мужчина придвинул стул и устроился напротив. Он опять мычал под нос какой-то очень знакомый мотив, но без слов не могла угадать песню.

— Гарен!

— Ух-ты! По-моему, впервые назвала меня по имени и, кажется, в этот раз не слышу леденящей душу ненависти. Ты не заболела часом? — он приложил ладонь к моему лбу и напустил на себя озадаченный вид. Слегка отклонилась назад, и Гарен убрал руку. — Что хотела?

— Ты сам-то из какого мира?

— К чему вопрос? — нахмурился тюремщик.

— Это песни из моего мира, правда, жутко старые. Где их нахватался? — решила поиграть в детектива, но Гарен лишь невинно вскинул бровь.

— Я же путешествовал между мирами, забыла? Радио, музыка в торговых центрах и такси, чего только не услышишь, — пожал плечами брюнет.

Да уж. Подловить его или выведать хоть малейшую деталь, совершенно не реальная вещь. Он рассказывал мне то, что сам хотел поведать, или что никак не помешает его планам. Но точно уверена: турнир — это лишь ширма, и вокруг разворачивается что-то по-настоящему ужасное, а организатор умело дёргает за верёвочки.

— Давай сюда свои ручки. Не хотелось, чтобы ты умерла от заражения крови или заимела парочку уродливых шрамов, — довольно искренне попросил мужчина.

— Я же вроде дракон, разве у меня нет какой-то супер регенерации или иммунитета к болезням? — поинтересовалась, а Гарен затрясся от смеха.

— Нет. Ты такая же уязвимая, как обычные люди. Может, раньше драконы и были всесильными. Но теперь это просто миф. Старая сказка, — тюремщик держал мои руки ладонями вверх и пытливо изучал глубокие порезы.

— Но как это вышло? — вспомнила Зура, который несмотря на свои громадные размеры, почему-то не казался ужасающим монстром. Ну, может, совсем немного, в нашу первую встречу, всё ещё считала драконов персонажами легенд, а не реальными существами.

— Человек легко приручил множество диких зверей. Собаки, к примеру, давно стали верными друзьями своих двуногих хозяев. Других животных выращивают для еды, меха, шерсти. Иные сидят в клетках, посетителям зоопарков на потеху. Но никто не родился изначально рабами. Они были свободными, жили по своим правилам. А теперь представь на минутку, что драконы столетиями подавляли истинную природу и жили в обличье людей. Вполне комфортно жили и живут, скажу я тебе.

— Выходит, драконы добровольно стали слабее. Но зачем? — всё это казалось полнейшей несуразицей. Они могли бы править миром, даже не одним, особенно с возможностью открывать порталы... Но вместо этого выбрали работу в бюро переводов. Скулы зачесались, и дала волю рукам.

Завидев мои ожесточённые движения, Гарен улыбнулся, затем приставил указательный палец к уголку пореза на ладони и провёл по нему вдоль. Появилось ощущение, что кто-то застегнул невидимую молнию на коже. Её немного стянуло, а на месте обеих ран остались лишь тёмно-фиолетовые полосы. Заворожено смотрела за необычной магией. Выходит, этому аферисту не чуждо созидательное волшебство. Жаль, что такие способности достаются негодяям.

— К утру должно окончательно пройти, — пообещал мужчина.

— Ты не ответил на вопрос! Зачем драконы избрали такую жизнь? Они легко могли бы править людьми и не только!

В отличие от Стерши и Айнзама, Гарен не стал осуждать мои опасные мысли, напротив, уголки его губ дрогнули. Он что доволен?

— Если бы я знал, Регина, — организатор всё ещё не выпускал мои руки и поглаживал большими пальцами следы от порезов. В его голосе отчётливо угадывалась досада.

— А на чьей ты стороне, Гарен? — снова эта блуждающая улыбка. Отдёрнулась от неприятных прикосновений.

— А ты? — ненавязчиво проигнорировал вопрос и вместо этого принялся пытливо изучать моё лицо, словно на нём помимо чешуи проступили роговые наросты или ещё что-то в этом духе.— Ты сама за людей или драконов, Регина?

— Я... — ответ был слишком простым и оттого пугал ещё сильнее. Вспомнила свою ярость в темнице в Иравии, а затем, как нас с Айнзамом вели по площади для исполнения наказания. Здесь на арене, глядя на безразличных к самим себе драконов, готовым на потеху умереть в схватке. Но всё же... А за кого я? Давно ли сама стала драконом, и дракон ли? Несколько проступивших чешуек не делают из меня огнедышащего ящера.

— Не торопись с ответом. Ты сомневаешься, этого пока достаточно, — в тёмных глазах тюремщика клубилась притягательная тьма. Стоило на миг погрузиться в неё, как Гарен схватил за плечи и притянул к себе.

— Отпусти!

— Ты мне приказываешь? Забыла про нашу сделку?

— Такого в уговоре не было! — почувствовала себя обманутой в очередной раз.

Неужели действительно поверила, что жизнь Айнзама обойдётся мне лишь приветливыми улыбочками улюлюкающей толпе.

— Я не огласил все пункты, Регина, — сладко пропел Гарен.

— Что тебе нужно? — пыталась подавить безудержную злость, и отчаяние очень быстро пришло ей на смену.

— Сними это, — мужчина сделал лёгкий кивок в мою сторону, и сердце заколотилось от страха.

— Что? — запахнула разрез на бедре, и постаралась отодвинуться подальше. Гарен снова ухмыльнулся.

— Платье можешь оставить, а вот серьги и браслет с ним не очень сочетаются. Снимай! — он вытянул раскрытую ладонь.

— Нет! Ты не заберёшь! — вцепилась в мочки ушей, вспоминая все обстоятельства, при которых получила дорогие подарки.

— Да-да, я знаю что это. Всё гадал, почему же не вышло тебя инициировать даже после того, как выжег метку Айнзама. Теперь всё встало на свои места! Снимай, или трехглавый умрёт. Не дам ему победить, Регина!

Дрожащими руками, едва сдерживая слёзы, вытащила серьги, сняла браслет и положила украшения Гарену на ладонь. На их месте ощущалась невосполнимая пустота. Словно осталась без защиты.

— Пожалуйста, не надо, — по щекам потекли слёзы. Что станет с драконом, когда узнает, что кто-то другой поставил свою метку.

— Ох, не делай так, Регина, — он вытер рукавом мои слёзы, — начинаю чувствовать себя чудовищем. Не плач.

— А разве это не так? — всхлипнула, судорожно соображая как отсрочить неизбежное. Что со мной случится после такого венчания?

— Я хороший парень, ты скоро сама убедишься, — Гарен отложил в сторону украшения.

— Если хороший, тогда не делай этого, прошу! — больше всего на свете хотелось отрастить когти, клыки и разорвать на части мерзавца. Но что-то подсказывало, что сил всё равно не хватит. Пока не хватит!

— Насильно я ничего не смогу сделать. Давай проверим, как крепко ты любишь Айнзама и ненавидишь меня, — он наклонился к моим губам, но вовремя стиснула зубы, не позволив осуществить задуманное.

— Регина, Регина...Сделка под угрозой. Решайся: жизнь двух драконов в обмен на поцелуй? Разве это так дорого?

Сдалась и позволила ему впиться в мои губы. Сердце стучало в висках, а в ушах неистово фонило. Сопротивляться? Бесполезно... Рисовала лица троих юношей перед собой, но они смазывались в моём воображении, как невысохший акварельный набросок.

В этот раз не было ощущения, что по языку водят раскалённым гвоздём. Мне стало приятно. Слишком хорошо. Новая метка родилась не в муках, а в состоянии опьяняющей эйфории. Пустота, тишина, тьма. Странная гулкая свобода.

А любила ли я Айнзама до этого?

Открыла глаза и увидела перед собой притягательную черноту.

— Ну, здравствуй, моя Регина.

Глава 10 Меланж

Регина очень быстро уснула у него на руках. Дорожки слёз на бледных щеках всё ещё не высохли и мерцали в отблесках лунного света. Он сам ещё не привык к этим небесным телам, из-за них ночь становилась намного ярче. Совсем не так, как в родном мире, хотя там тоже было неплохо: звёзды казались ближе, если небо не стягивали серые облака. Гарен попал сюда, в день рождения Регины, в тот самый, когда она сделала свой первый вздох. Ему уже было больше двадцати двух. Безнадёжно поздно, чтобы стать собой.

С досады Гарен слишком сильно сдавил руку долгожданной супруги, она вздрогнула во сне, но не проснулась. Как же невыносимо больно мучить её, но иначе нельзя. Только так через страдания, она станет собой. Он поможет ей миновать те ужасы, которые произошли с ним от осознания, что для него уже всё потеряно. Теплящаяся в жилах кровь несла магию и тормозила старение, но этого было недостаточно. Он мог и не дождаться Регины, погибнуть, заболеть, попасть в рабство, и тогда ничего нельзя было бы исправить. Этот мир слишком жесток. Особенно для хрупкой невинной девушки. Прости Регина, но иначе никак.

Гарен не заметил, как сказал последнее вслух, затем осторожно переложил девушку на диван. Мужчина смахнул со лба избранницы тёмную прядь и коснулся губами мерцающей кожи. Её аромат будоражил, сводил с ума. Так и должно быть. Так и случается с теми, кто предназначен друг другу. Как жаль, что их союз родился в боли, слезах и приправленный шантажом. Гарен представлял эту встречу иначе, но кто знал, что Айнзам захочет вступить в свои права так скоро. Только у него никогда не было таких прав. Темноглазый сжал кулаки, досчитал до десяти и успокоился.

Кстати о трёхглавом драконе. Мужчина самодовольно улыбнулся и подобрал с пола блестящие украшения. Хитро. Не мешало бы сейчас же проведать Единого. Вдруг его сердце не выдержало окончательного разрыва с Региной, и он умер раньше времени?

Гарен сунул серьги и браслет в карман, бросил прощальный взгляд на супругу и нехотя вышел из комнаты. У них ещё будет много времени друг для друга. Годы, десятилетия, вечность и пьянящая свобода.

Мужчина дышал полной грудью, пока спускался на подъёмнике. Скоро мир станет иным, а любимая окончательно преобразится. Немного отчаяния, чуточку страданий, море ненависти и злости. Она очень податливая, подвластна сиюминутным эмоциям. Это чудесно, они будут идеально уравновешивать друг друга. Холодный расчётливый ум и импульсивные порывы. Всё как много лет назад, до рокового предательства драконов…

Кац привалился к стене внутри башни. Отрешённый вид фелио доставлял Гарену немало удовольствия. Пусть хвостатый выполнял его приказ, но он, так или иначе, предал Регину ради бестолковой кошки, которой плевать на спасителя. Она уже сбежала с очередным хозяином. Свобода была ей нужна, только чтобы выбрать нового господина. Однако сделать это без особого прецедента Цима не могла. Немного пофлиртовала с наивным Кацем, возродила прежние подростковые чувства, поплакалась на свою долю, а дальше всё было слишком просто: дождаться пока Айнзам откроет портал и сбить маршрут, перенаправив девушку в Дармун.

Гарену повезло, что дракон не сразу нашёл Регину. Было много времени на подготовку. Единый чувствовал её присутствие в том подмосковном городке, но девушка постоянно ускользала от него. Каждый раз, когда Айнзам возвращался домой, для Гарена весь мир сотрясался до основания. Он тоже ощущал её там далеко. С ужасом понимал, что драгоценное время уходит, и Регина покрывается плотной непроницаемой скорлупой. Пришлось самому вмешаться и буквально носом ткнуть Единого в девушку.

Возвращаться в тот мир было страшно. А не броситься в объятия своей наречённой ещё хуже, но сил не хватило, чтобы забрать её с собой. Нити порталов не выдержали бы двоих.

— Вставай, — Кац получил ботинком под рёбра, и с трудом продрал глаза. — Так ты ещё и пьян?

— Она уехала.

— Кто? — организатор изобразил недоумение.

— Цима уехала с другим, — фелио смотрел перед собой помутневшими глазами.

— И ты решил, что напиться это отличная идея? — Гарен едва сдерживался, чтобы не забить кота до полусмерти.

— Опусти Регину, господин. Нельзя их принуждать, всё сбегут рано или поздно. Цима любила меня когда-то давно. Почему же так вышло? — причитал фелио, и мужчина поморщился от нытья своего слуги. Ему очень не понравилось сравнение Регины с продажной кошкой.