Помоги проекту - поделись книгой:
— Так вот что за луч вчера вы сделали! Почему её стало больше?
— Не знаю. Должно быть, они что-то сделали в доме Стива. Другого объяснения у меня нет. И…этого между нами не должно повторяться, Мартин! — сурово добавила в конце.
— Я не отступаю Кэти. Так просто, чтобы ты знала.
Он выглядел серьёзным и уверенным. Стало безумно приятно, но она попыталась скрыть эмоции, хоть и довольно неумело.
Ещё долго Катарина не могла уснуть, возбужденная поцелуями и ощущением рук на теле. Хотелось повторять без остановки, снова и снова, а потом он накрыл бы её собой. Но тогда она предала бы Габриэля, отсутствие которого, возможно, и побуждало тянуться к нему. В любом случае нужно было выяснить это как можно скорее, пока бесповоротно не переступила черту. Она вспомнила о новой, ментальной способности и решила немножко использовать перед сном. И вскоре оказалась в богатом лофте, обставленном дорогущей мебелью. Золотые полы сверкали, отражая громадные люстры, а за вид из окна можно было убить. Знакомый силуэт корюзлого лорда расположился к ней спиной. Он скрестил сморщенные руки и устремил взгляд на свои владения. Подойдя чуть ближе, разглядела не только пейзаж, но и верхушки небоскрёбов, которыми был заставлен город. Похожие видела в Сарамаке. Возможно, это и был он. Катарина поравнялась с ним, созерцая и позабыв о том, зачем прибыла. Он слегка повёл лицом в её сторону и шумно втянул носом воздух.
— Приятно пахнешь. До отвращения приторно. Пришла посмотреть на своего возлюбленного? — в безжалостном взгляде не было ничего, кроме злости. Она вздрогнула всем телом.
— Ты не можешь видеть меня. Я не настоящая, — лепетала она.
— Он не может, — лорд указал ей за спину. — Я могу, — пытливые глазки забегали.
Она повернулась и увидела Габриэля: прекрасного, широкоплечего, облачённого в рваные джинсы и белоснежную рубашку. Он сидел в кресле, положив руки строго на ручки, и разглядывал начищенные до блеска ботинки. На пленного совсем не походил.
— Задаёшься вопросами милая? Почему твой парень не сидит на цепи? Не истощён и избит? Ты и сама знаешь ответы, так ведь? Мы завербовали его. Теперь он наш и сделает всё, что я прикажу. Чтоб ты знала, он быстро сломался. Рассказы о тебе, доме, силе, связи, Земле пополнили мою коллекцию знаний. Его высочество никогда не обладал дальновидностью истинного монарха. Ну, ты и сама это поняла, когда присутствовала на собрании в прошлый раз. Порабощать людей? Да, конечно, это могло быть весело, и только. Я же хочу использовать вашу планету в более прагматичных целях. Только представь, что будет, если найду способ выкачивать энергию из вашего мира? Правильно. Он затухнет, сойдёт на нет, вымрет, исчезнет и поглотится насовсем. Да, печально. На что только не пойдёшь ради науки! Я ведь учёный. Ты знала об этом? — она с ужасом распахнула глаза, пытаясь осознать происходящее.
— Зачем тебе это? — глухо вырвалось, наконец.
— Я долгие столетия разрабатывал машину, которая смогла бы преобразовать энергию в нечто большее. Попытки увенчались успехом. Первое преобразование прошло через меня непрерывным потоком, давая определённые преимущества организму. У меня повысился уровень интеллекта, магическая составляющая стала мощнее. Я жаждал большего тогда и не перестаю идти к цели сейчас, дорогая. Изобретение сделает меня непревзойдённым, непобедимым, неиссякаемым! Я буду жить вечно! А планета «Гор» станет пристанищем на тысячелетия вперёд! Не хватало одной маленькой составляющей — нужного количества энергии. Наша планета не смогла дать мне этого, и я стал искать следы перехода, потратив на это многие годы. Твой предок Аластер был не плохим парнем, но не оставил выбора. Ничего личного, — руки сжались в кулаки, энергия в комнате пульсировала. — Знаешь, были легенды и о других точках соприкосновения, с иными мирами. Но я отчаянно верил в существование Земли, не переставая ждать и надеяться, что рано или поздно она мне откроется. Я усилил поток энергии «параллельной». Ты это почувствовала?
— Ничего не выйдет Заман. Ты не сможешь питать свою машину, не открыв перехода, — процедила она сквозь зубы, и он захлопал в ладоши.
— Эврика! Ты догадалась! Тут и начинается твоя партия! Ты поможешь мне в этом! Не смотри так! Тебе придётся, или я прикажу Габриэлю отрубить самому себе голову. Достаточная мотивация? Как считаешь?
Она застыла от ужаса, но быстро прогнала назойливое ощущение. Золотая волна, сотканная из множества лучиков, приправленных гневом, ударила лорда в грудь. Он отлетел в конец лофта, приземлившись на пятую точку. Габриэль вскочил на ноги, не понимая, что происходит. Она нахмурилась, глядя на предавшего её мужчину, и перенеслась обратно, вновь оказавшись в кровати.
Неприятная встреча пролетела быстро, на улице светало. Скоро они отправятся на Землю, убегая прочь от Замана, другой планеты и её проблем. Конечно, возвратить энергию в былое русло и уменьшить объёмы не смогут. Но всегда есть возможность научиться справляться. По этому поводу переживать не приходилось. Она вышла на улицу и босиком прошлась по холодной, покрытой утренней росой траве. Солнышко слабо светило торчащим из-за горизонта краешком, ветерок развивал волосы. Катарина оглядела лагерь, в котором спряталась от тиранов, поработивших целый мир. Печаль и тоска, что он позволил себя завербовать, разрушала душу, рвала на части. Закололо в груди, и она крепко прижала к ней руку. «Как он мог рассказать ему всё?! Заман не знал и половины, чтобы начать действовать, до него». Не понимала смысла поступка, не видела связи. И всё же не могла в это поверить, отказывалась принимать. Она не переставала любить его ни на мгновение, хоть и запуталась. И, увидев, лишний раз убедилась в этом. Вздохнула. Проблемы в личной жизни не могли стоять на первом месте в мире, когда вокруг творится такое, но именно так и обстояли дела. Задвинув переживания в дальний уголок сознания, вернулась к размышлениям о планете. «Что сделала бы Лина? Бежала, поджав хвост? Это вряд ли…Даже Чера попыталась бы надрать зад этому снобу!». Разгорячившись, заходила кругами, не обращая внимания на человека, наблюдавшего со стороны за метаниями. «Чёрта лысого! Машину он построил! Ага! Как же! Я просто обязана сюда вернуться!». Она подняла голову к небу. Голубое, чистое, не омрачённое пребыванием облачков, оно просто висело над головой. Как вдруг, из ниоткуда хлынул дождь, каплями покрывая красивое лицо, пропитывая одежду и волосы. И ее посетило ощущение чистоты и невесомости. Катарина твёрдо решила, прошептав под нос еле слышно:
— Я обязана всё изменить.
Он открыл глаза в затхлой комнатке, напомнившей о недавнем заточении у колдуна. На пороге появился неприятный мужчина, который смог испортить побег. Он подошёл слишком близко, рискуя быть атакованным. Как только Габриэль подумал об этом, он хмыкнул и замотал головой.
— Я бы не рисковал на твоём месте, — голос спокойно и твёрдо раздался эхом в крошечном помещении.
— Ты не на моём месте! — прорычал он в ответ, но мужчина не обратил на это внимания.
— Я лорд Заман. Ты не понимаешь, ради чего сей спектакль? Я мог бы пытать тебя, заставить ощутить невыносимую боль. Только вот к чему подобные траты сил и времени? Ты нужен мне… в качестве рычага воздействия…на неё. Нет смысла скрывать. Она женщина, к тому же достаточно вспыльчивая. Такие пойдут на всё ради любви.
— Что ты можешь знать о любви? — лорд скривил, и без того, отвратительное лицо.
— Я знаю достаточно. Ты можешь согласиться работать на меня и дать полезную информацию, или я убью её. Хотя нет, постой-ка, есть идея поинтереснее. Я заставлю её страдать всю оставшуюся жизнь, сделаю калекой, уничтожу морально. — Габриэль замахнулся, но он предугадал намерение и увернулся. В ответ чёрная волна ударила его в бок, и он сполз по стене, стараясь восстановить дыхание. Заман невозмутимо одернул пиджак. — Я не так прост, как может показаться на первый взгляд. В нашем мире гораздо более важную роль играет интеллект в совокупности с магической составляющей, нежели наличие мышц. Подумай о предложении. Времени у тебя мало. Я приведу задуманное в исполнение, если к следующему визиту не окажешься на моей стороне, — и он ушёл, оставив его одного.
Габриэль хаотично соображал, как поступить. Ни за что не подвергнул бы её опасности, ведь любовь к ней была запечатлена в сердце. Он не знал, где она, и что происходит. Быть может, ей удалось сбежать. По крайней мере, отчаянно на это надеялся. Заман посетил его позже, так и не дождавшись сговорчивости. Следующий визит лорда оказался не таким приветливым. Он не дрогнул ни единым мускулом, продемонстрировав видеозапись на электронном экране. На ней Катарину подвергали чудовищным избиениям. Мужчины в камуфляже разъярённо наносили удары ногами, кости хрустели, крики любимой застыли в ушах, причиняя душевные страдания. Его парализовало от ужаса, и следующие несколько дней были посвящены самобичеванию и отрешённости. Он не мог допустить повторения, и скорей бы умер сам от разрыва сердца, чем подверг любимую издевательствам вновь. Где-то в глубине закралась мысль, что это ловушка и видео не настоящее. Но потом вспомнились крики, и он вновь пришёл к обратному выводу. И переступил через себя, предавая друзей, Землю и миллиарды её жителей, ради благополучия женщины, без которой не видел смысла существования. Заман расцвёл, впитывая каждое слово. Габриэль пытался укрывать важную информацию, но он чувствовал это каким-то неведомым образом, будто имел встроенный детектор лжи. Пришлось поведать буквально обо всём, что знал сам. В тот же день вывели из подвала и поселили рядом с просторными апартаментами лорда. Непонятное стало приобретать краски, которые казались тёмными и беспросветными. Заман ежедневно промывал ему мозги, и вскоре он начал считать идею психопата гениальной. Конечно, он подозревал, что всё это чушь, но, как только оказывался рядом с ним, подвергался пагубному воздействию и, может, гипнозу. Ночами, оказываясь наедине с собой, пытался найти себя, собрать по кусочкам, ускользая куда-то, проваливаясь. Начал забывать её, и Стива, и дом, и прошлое в целом. Обновление происходило успешно. Он и сам понимал, что скоро от него ничего не останется. Тот день поселил сомнение в душе, заставив копаться в себе с новыми силами. Заман пролетел несколько метров, ноги оторвались от пола. В этот момент затуманенный взгляд прояснился, и он увидел Катарину: прекрасную, разгневанную, невероятно притягательную. Холодные, ледяные глаза сверлили неприязненно, лицо скривилось от отвращения. В груди что-то надломилось, оборвалось и упало вниз, прямиком в пятки. Она исчезла, растворившись в пространстве, а он сделал вид, что не понимает происходящего. Вспомнив о том, как сильно влюблён, и кем является, утаил от лорда, запрятав мысли глубоко в сердце. Теперь он хватался за ее воинственный образ, опасаясь вновь позабыть всё на свете.
Глава 5
Шаг назад
Она не хотела возвращаться домой. Ощущение трусости подливало масло в огонь. Катарина тяготилась принятым решением и обещанием ордену вернуться на Землю незамедлительно. Однако понимала, что нарушив обещание, накликает беду не только на себя, но и на друзей, которым и так не было места на этой планете. Прошептав под нос заклинание, обратила Мартина в кота, и Регина охнула от неожиданности.
— Он перевёртыш? — спросила она, разглядывая рыжего.
— Не знаю, что ты имеешь в виду. Но, наверное, да. Долгая история. Он не может переходить в облике человека. В прошлый раз чуть не умер. — Стив грубо схватил кота и закинул на плечо.
Она не могла подвести их, и Землю, а потому, переступая через себя, перенесла во внутренний двор наследного дома. Лошади прижимали уши, склоняли головы, с трудом удерживаясь на ногах. Все, кроме Гранда, ни капли не изменившегося после перехода. «Это мой мальчик», — радостно думала она, испытывая чувство гордости за своего питомца, и союзника. Стив делал вид, что его это не коснулось, но зелёный цвет лица спрятать не удалось. Остальные страдали ровно до тех пор, пока Ангус не подкинул светящийся порошок, который распылил ветер. На неё лекарство не подействовало, зато у других пропали симптомы болезни. Затем она прошептала заклинание, обратив Мартина назад, и он тут же спрятался за нее, прикрываясь. Обе девушки раскраснелись. Гости находились в доме впервые и не уставали восхищаться убранством. Регина ощутила магию невероятных масштабов и бесконечно охала.
Катарина скрылась, уединившись в спальне, и провела рукой по шёлковым простыням, вспоминая объятия и ночи, проведённые с ним. Сердце предательски заболело. Дверь робко отворилась, и на пороге появился Мартин. Он выглядел сконфужено. Территория, на которой находился, была запретной. Невольно он представлял себя с ней, и она это знала.
— Что происходит? Что-то не так с домом? — спросил, присаживаясь рядом.
Она вдруг поняла, что, снедаемая душевными муками, не заметила встречи с домом, который являлся её неотъемлемой частью. Прислушавшись, ощутила, что всё замечательно, и он безмерно рад возвращению. Никаких следов усталости, тяжкой ноши. Энергия по прежнему била ключом.
— Как ни странно всё лучше, чем я ожидала. Могла и не торопиться, — недоумённо проговорила она.
— Но нас не было довольно долго! Ты и сама говорила, что всё может быть плохо, — он тоже не мог ничего разобрать, и разговор зашёл в тупик.
Мартин помедлил и осторожно взял ее ладонь, мурашки пробежали от кисти по всему телу.
— И всё же ты подавлена. От меня не укроешься Кэти. — Она повернулась лицом, слёзы катились крупными, солёными каплями.
— Я хотела увидеть Габриэля, чтобы понять… Не важно. Он предал нас. Заман завербовал его и теперь в курсе всего. И она рассказала обо всём, что произошло. Мартин задумался.
— Рано делать выводы. Такие, как Заман, умеют воздействовать на людей, если им что-то очень нужно. Помнишь, ты говорила, что он убил Аластера только потому, что не смог приручить. Может, оно и к лучшему, что Габриэль встал на его сторону. Это временно Кэти. Я уверен, всё образуется, — он провёл ей рукой по щеке, и она затрепетала в ответ, но быстро встряхнулась, в который раз подавляя желание.
— Ты прав. Сейчас мы должны подумать, как освободить нуждающихся. Чем ближе к Габриэлю, тем ближе к Заману. Он будет держать его подле себя, несомненно. Пора разработать план.
Она была не намерена брать передышку, и он не стал уговаривать, понимая, как серьёзно настроена. В животе заурчало. Вспомнила, что голодна. И вот крестовый поход отложен до утра, а Мартин сияет хитрой улыбкой.
После ужина расположились в бархатном зале, отвешивая шуточки про королей. Она стояла у окна, потягивая вино из хрустального бокала в неподходящей к интерьеру одежде, но с наиболее точным выражением на лице, которое возможно было представить. Мартин не сводил с неё глаз, не скрывая чувств, бушующих в нём, словно море. Стив заметил её отстранённость и прочистил горло нарочито громко. Остальные умолкли.
— О чём задумалась Кэти?
— О том, что другие всё ещё заперты в клетках, пока мы наслаждаемся красным полусладким, — ответ прозвучал резко, хоть она и не собиралась никого обидеть. — Стив замялся, в зале воцарилась тишина.
— Расслабься. Мы заслужили один день, так ведь? Ничего ужасного в этом нет. Всем иногда требуется отдых. Завтра разработаем план. Я всегда с тобой, ты же знаешь, — голос звучал настолько обиженно и искренне, что её кольнул укол совести.
Узнав о планах Замана, выуженных во время ментального путешествия, они повесили головы. Регина заговорила первой.
— Ты всё ещё хочешь противостоять этому ублюдку? Ты хоть понимаешь, что отправляешься на верную смерть? Он уничтожит тебя щелчком пальца! — она щелкнула в подтверждение своих слов. Катарина вспылила.
— Я не прошу тебя следовать за мной! Можешь начать новую жизнь на Земле! Я никогда не просила никого из вас! Но и людей гнить на той проклятой базе не брошу! Для меня всё закончится смертью одного из нас! Либо я, либо лорд Заман! Он ответит за смерть моего предка! И за истязания людей столетиями! Хочешь ты этого или нет! — ветер растрепал волосы, гул завываний разнесся по коридору, золотые лучи кружили под потолком с бешеной скоростью, умножаясь и напоминая грозовые тучи. Глаза Регины распахнулись от страха. Мартин вскочил с места.
— Угомонись! Ты пугаешь их! Каждому из нас пришлось нелегко, не одной тебе! — его грудь вздымалась, дыхание стало прерывистым, золотые лучи спустились на пол и стали преобразовываться в громадных тигров. Она не владела собой.
— Серьёзно Мартин? Как ты смеешь говорить так со мной?! — сказывалась утроенная мощь энергии «параллельной» и тяжелейшее пребывание на базе.
Он преодолел расстояние в один прыжок, схватил за локоть и выволок прочь, лучи растворились. Затолкнул в каминный зал, она гневно вырвала руку. Камин вспыхнул и затрещал поленьями. Напряжение достигло апогея, между ними буквально трещал воздух, и он поцеловал её, назойливо и грубо. Она ответила, позволяя себя ласкать. Руки блуждали по телу, возбуждая. Он был настойчивым и трясся всем телом. Огонь полыхал не только в камине. Разгорячённая и смущённая, она не могла остановиться, мысли покинули голову. Не оставалось ничего, кроме них двоих, его губ, щетины, рыжих глаз, поджарого тела, крепких объятий. Мартин сорвал с неё одежду и повалил на пол, накрывая собой. Мягкий ковёр приятно касался обнажённого тела. Прижался плотнее, протискиваясь между ног, и она застонала от наслаждения. В этот момент Катарина совершенно не терзалась чувством вины. Оно придёт позднее. А сейчас они были едины. Золотые лучи кружили, извиваясь и совершая кульбиты, дом скрипел паркетом. Энергия захлёстывала, рвалась наружу. Она засветилась, как маяк во тьме. Только теперь он не остановился, не смог. В момент экстаза энергия потоком прошла сквозь обоих, даруя небывалые ощущения. Они не могли остановиться до поздней ночи. А после опустошённые долго ещё не могли перевести дыхание. Катарина положила голову ему на плечо, и он обнял в ответ, проводя пальцами по изящному бедру. Прикосновение было приятным, щекотным и расслабляющим. Они так усиленно боролись с собой и держали чувства под запретом, что, в конечном итоге, те чуть не разорвали их на куски. Мартин прижал её сильнее, тёплое дыхание обдало лицо. Он заглянул в ледяные глаза, потеплевшие в одночасье.
— Я люблю тебя Кэти. И пойду за тобой, куда пожелаешь. Я никогда не попрошу выбирать. Не сделаю больно. Не буду давить. Просто знай, что я рядом. Всегда, — он говорил, и на сердце разливалось тепло, от которого хотелось летать.
— Я тоже люблю тебя, — слегка запнулась, осознавая, что сказала правду.
Теперь она понимала, что отсутствие Габриэля не играло роли. Чувства к Мартину были у неё изначально. Правда, слишком противоречивые.
Целую неделю они посвятили разработке плана нападения. Стив оказался в их лодке. Ангус тоже присоединился, боготворя её и превознося. А вот Регина откололась и решила покинуть, что собственно и сделала. Никто был не в обиде. И только Катарина печалилась, привыкнув к девушке за время путешествия. К тому же считала её смелее и разочаровалась, в отличие от остальных. Прошло порядочное количество времени, а у них все еще не было плана. Стив перерывал библиотеку в надежде, что подвернётся нужная стратегия. Ангус заготавливал снадобья на все случаи жизни. А она вновь погружалась в воспоминания, пытаясь разузнать о Замане больше. Однако в этом мире следов его пребывания не было. Других идей существовало навалом, только все они отметались мужчинами, которые начинали не на шутку сердить. Мартин тоже ломал голову, как помочь, прерываясь лишь для того, чтобы уделить ей внимание. Каминный зал стал излюбленным местом встреч, соединения тел и душ. Каждый раз она отключалась от всего, время останавливалось, жаркие поцелуи затуманивали рассудок. Катарина поверить не могла, что это с ней происходит. Снова. Чувство было сильнее, чем прежде, и сметало с пути остальные. Совесть периодически грызла из-за Габриэля, вина прогрессировала. Но она излечивалась, как только Мартин оказывался рядом и пожирал глазами. Не раз возникало желание отправиться к Габриэлю ментальным способом и попытаться поговорить. Останавливал здравый смысл. Лорд мог её видеть, а значит, мог и навредить. Отчасти так она и думала, но было и ещё кое-что — страх за его разбитое сердце. Она не боялась за себя, быть отвергнутой, ощутить его гнев. Меньше всего хотелось, чтобы ему было больно, потому что всё ещё любила. По правде говоря, она не знала точно, кого из них любит сильнее. Окажись Габриэль рядом, металась бы между двух огней.
Время будто застыло, и Стив хватался за голову, раскалывающуюся от усталости. Ангус протянул пузырёк со снадобьем, и он благодарно кивнул в ответ. Эти двое заметно спелись, проводя много времени вместе. Собственно, а что ещё оставалось, когда двое других членов команды утопали в любви. Катарина ворвалась в библиотеку, принеся за собой единоличный, маленький вихрь. Нестабильное состояние и выражение бешенства на лице говорили о том, что скоро она взорвётся и отправится на планету «Гор» одна, с миссией крушить до победного. Оба сделали неуверенные шаги назад.
— Сколько ещё мы будем прозябать за книгами Стив? Прошло достаточно времени! Ты обещал, если к концу недели не найдёшь стратегию, выдвигаемся и делаем по-моему! Сегодня последний день! — каждое слово было объято яростью, в комнате бушевал ураган прямо у них над головами.
— Тише. Кэти. Без обид, но твой план отстой, — он поднял и выставил перед собой руки, сдаваясь. Она зарычала от бессилия. — Слушай, злись сколько влезет! Это не убивает, в отличие от отсутствия хорошего плана. Как только нападёшь на базу, будешь схвачена. Оказавшись в клетке, людям не поможешь. В твоём случае отправишься к Заману, который не станет ждать, пока согласишься примкнуть. Он заставит открыть переход и станет всесильным. Вот тогда дорогая у нас начнутся реальные проблемы.
Стив был спокоен, рассуждая на эту тему множество раз. Он просчитывал массу вариантов, но ни один не посчитал подходящим. Она плюхнулась в кресло и схватилась за голову.
— Хорошо. Проникнуть на базу не можем. В твой дом тоже. С чего же тогда начинать?
— Без понятия, — выдохнул он.
Она заходила по комнате, не заметив появления Мартина. Он встал в дверях и пристально наблюдал.
— Что если мы обратимся к ордену?
— Нет! — хором ответили мужчины, и она повернулась на своего.
Да, она считала его своим, как и Габриэля, до сих пор. И иногда сокрушалась, почему вообще должна выбирать. Ситуация оказалась сложной и эмоционально неустойчивой. Она даже смеялась над тем, что когда-то у неё не было ни одного, а теперь целых два, хоть второй и оказался предателем с промытыми мозгами. И вдруг вспомнила момент, когда впервые осознала, что любит Мартина, наблюдая за поцелуем в воспоминании. Она искала его за спиной у Габи, лгала. И себе в том числе, отказываясь принимать чувства, испытываемые к Мартину. Поймав обеспокоенный взгляд рыжих, соблазнительных глаз, вспомнила и то, как искала его на улице «проклятых» и думала, что никогда больше не увидит. Катарина внезапно распахнула глаза, закусив нижнюю губу.
— Кэти? Что происходит? — Мартин приблизился, ожидая.
— Стоп. Стоп. Стоп. Стоп, — бормотала она. — Приют. Стив? Ты помнишь? — он хмурился, соображая. — Женщина, напавшая на нас!
— Разве забудешь такую суку, — бубнил он, всё ещё не понимая, к чему она ведёт.
— Она говорила странные вещи. Тогда я не хотела слушать, потому что желала лишь одного… — поймала печальный взгляд и улыбнулась, как бы извиняясь. — Женщина говорила, что я должна продолжить чьё-то дело. Вот с чего мы начнём. Отправимся на улицу «проклятых»! — Мужчины заинтригованно переглянулись.
В ночь перед путешествием они, как и всегда, обнимались, лёжа перед камином. Тепло, исходившее от огня, ласкало спину, его глаза всё остальное. Он нежно провёл ей пальцами по губам и спустился к шее.
— Я ждал тебя столетия. Даже будучи в обличии кота, я сходил по тебе с ума Кэти, — жарко шептал он.
— Правда? Что-то было не особо заметно, — шептала она, улыбаясь.
Поцелуй соединил воедино, но она нехотя отстранилась. Мартин посмотрел вопросительно.
— Регина, — вздохнула она, — возвращается к нам. Я не смела надеяться, — она просияла, ощущая, как та появилась в долине и направлялась к дому.
— Думаешь, стоит ей доверять?
— Почему нет?
— Ну…Хотя бы потому, что она повелевает всем животным миром. При желании она могла бы поработить другие миры, натравив зверей на кого угодно.
Катарина принимала его правоту, но не хотела думать о ней плохо. Она будто всегда её знала, видела желание бороться с несправедливостью, разделяла горячность. Регина прибыла и изъявила желание отправиться с ними. Катарина хотела согласиться, но остальные выразили сомнение. Они хотели знать причину, по которой она изменила мнение. Девушка говорила, что осознала трусость и не хочет всю жизнь трястись от страха, ни в этом мире, ни в каком-либо другом. Аргумент был засчитан. Однако Катарина уловила тень лукавства. Она не договаривала что-то важное. Выяснять времени не было, и ранним утром она перенесла их на улицу, давно покинутую надеждой.
Мартин шагал впереди, стараясь скрыть нахлынувшие эмоции пробудившихся воспоминаний. Она могла только предполагать, каким ужасным было его детство. Однако испытания прошлого сделали его тем, кого полюбила. Без них никак не обойтись. Катарина взяла его за руку и крепко сжала, давая понять, что рядом. Люди в лохмотьях, пьяные, изуродованные, калеки, попрошайки, дети впивали в гостей любопытные взгляды. Она помнила, как Стив говорил о них когда-то, как опасался. Даже правительство не ступало на эти земли многие годы, побаиваясь изгнанников. Был в этом и плюс — они были в безопасности и защищены от влияния Замана. «Перенестись сюда оказалось отличной идеей». Теперь она в этом ни капельки не сомневалась. Мартин прижал к себе, сокращая расстояние.
— Когда окажемся на пороге приюта, дай мне минутку, хорошо? Я сам поговорю с Карен, — она удивлённо заморгала. — Да. Она может быть занозой в заднице. Особенно, когда дело касается её детей, которым и я был когда-то. Знаешь, она заменила мне мать. Я буду благодарен этой женщине до конца своих дней, не смотря ни на что, — она кивнула, хоть и не могла представить злобную тётку со стеклянными глазами в качестве матери.
Приют был также запущен, как и в предыдущий визит. Процессия остановилась возле крыльца, ожидая дальнейших указаний. Мартин поцеловал её и прошёл внутрь. Регина тут же выразила сомнение.
— Я не понимаю, зачем мы здесь. Это место хуже, чем база в тысячу раз! Ты позволила ему пойти одному? — она нервничала и срывалась на писк. Катарина спокойно посмотрела ей в глаза.
— Я доверяю ему больше, чем себе. Тебе тоже следует попробовать довериться кому-то. Это значительно упрощает жизнь. И я никогда не пожертвовала бы никем из вас, — Регина покраснела, вжала шею в плечи и умолкла.
Прошло около получаса, на приличном расстоянии стали собираться зеваки. Их становилось всё больше, и они уже превосходили численностью в несколько раз, подбираясь ближе. Стив занервничал, остальные тоже ожидали удара в спину. Катарина не могла больше ждать, в голову лезли ужасные мысли. Да и потом обещанную минутку она предоставила.
— Я иду внутрь, — уверенно сказала она, вызвав новую волну недовольства.
Громче всех заголосила Регина. Пришлось согласиться пойти вместе, лишь бы не привлекать внимание. Они преодолели крыльцо, и потрескавшаяся парадная открылась взору. Крысы без стыда и совести свободно мигрировали по ней. Мерзкий вид отразился множеством эмоций на лицах друзей. Из ближайшей двери вышел мужчина: горбатый, кривоногий, маленького роста, сальная кожа поблёскивала на обвисшем лице, затуманенный взгляд был с прищуром, один глаз закрывало бельмо.
— Чужие, — протяжно прокряхтел он, — убирайтесь, пока целы.
— Мы пришли не к тебе. Позови Карен, — вызвалась она говорить.
— Или что? Позовёшь лорда на помощь? — он изучал её единственным, зрячим глазом, обнажив гнилые зубы в полуулыбке.
Другая дверь отворилась, и в коридоре появился Мартин. Следом за ним вышла та самая женщина, с которой они когда-то не сладили. На шее у неё также красовалось вульгарное ожерелье. Она быстро оказалась рядом, не сводя с неё стеклянных глазниц, и взяла за руки. Цепкая хватка была неприятной, как и сама женщина. Но в её поведении что-то с тех пор изменилось. Она не желала им зла.
— Добро пожаловать, ещё раз. Я ждала тебя, — горбатый начал бубнить, но она быстро отправила его куда-то. — В прошлую встречу ты проявила себя. Я рассказала людям, но они не поверили. Могу я поговорить с тобой наедине? — ее била мелкая дрожь, сотрясая всё тело.
Катарина посмотрела на Мартина. Он еле заметно подмигнул, и она согласилась на приватную беседу. Карен отправила всех в гостиную, где они могли познакомиться с жителями приюта. Энтузиазма на лицах написано не было, но и противиться они не стали. А её привела в кабинет, прокуренный настолько, что запах вселился в стены и жил своей жизнью. Она усадила гостью на грязное, потрёпанное кресло. Катарина ощущала себя, мягко говоря, не в своей тарелке. Ну, а если быть честной, каждая клеточка её существа кричала от эстетического шока, а одежда казалась грязной и пропитанной бактериями. Она отметила про себя, что обязательно сожжёт всё, как только покинет это место. Карен села напротив, сложив руки на колени, голос дрожал, пальцы, усеянные язвами, не могли найти себе места.
— Катарина. Я понимаю, что тебе противно находиться здесь. Я чувствую это. Тем не менее благодарна за то, что ты не бросила нас. Пока что мне трудно довериться твоим спутникам, но я попытаюсь. Как и мои люди. Мы наслышаны о вашем побеге. Новости доходят, но не так часто, как хотелось бы. Мы ждали тебя столетиями. И вот ты здесь! Даже не верится! — выглядела она странной, нервной, боязливой.
— В прошлый раз ты говорила о какой-то миссии. Что это значит?
— Аластер. Этот район начал образовываться ещё в его время. Моя бабка была с ним знакома и дружна. Он не бросал её, и других, даже когда сослали сюда. Твой предок пытался бороться с правительством. Забавно, правда? Он ведь даже не был нам земляком. Как и ты. В этом вы схожи. Иначе, зачем бы тебе понадобилось вызволять таких отщепенцев, как мы? Так вот. Он говорил, что если с ним что-то случиться, на его место придёт красивая, молодая, умная и бесстрашная девушка, которая будет повелевать мощнейшей магией из всех возможных. Как только я увидела то, что ты сделала, сразу всё поняла.
— Он знал. Безумие не смогло уничтожить дар. В который раз я жалею, что не была с ним знакома. У меня есть план, и я надеялась на вашу помощь.
— Чем же мы можем помочь? Ведь мы даже не в силах покинуть отведённый для жизни клочок земли. — Карен заметила недопонимание и прищурилась. — Ты не знаешь? Район покрыт заклинанием. Переступивший истечет кровью до смерти. Мы пытались бежать, искали лазейки, но в итоге покорно приняли судьбу. — Катарина резко поднялась со стула.
— Я хочу это видеть!
Карен привела к границе, покрытой заклятием и проходящей через весь район. Зеваки высыпали на улицу, толпились, шептались. Она подошла к краю и ощутила это — поток энергии пульсировал. Провела рукой в воздухе, пытаясь понять, сможет ли справиться в одиночку. Древнее, неистовое и нереально мощное оно испугало. И она решила для начала посоветоваться с друзьями. Ангус выдвинул теорию, что смог бы изготовить снадобье, способное ослабить поток, и заклятие было бы проще нейтрализовать. Она и сама ощутила, насколько сильная защита наложена. «А как же иначе? От этого зависела безопасность правительства. Они ограждали себя от тех, кого посадили на цепь!». Затрясло от ненависти, но поборола эмоции. Они решили остановиться на этом варианте. Ангус приступил к работе, как только получил необходимые ингредиенты. Катарина повернулась к Карен и заулыбалась.
— Собери, пожалуйста, всех. Я должна сказать речь.
Поделиться книгой: