Помоги проекту - поделись книгой:
– Потом как-нибудь… если не возражаете. Вы ведь не против?
– Не против, – ответил Сергей Иванович, как ему показалось, чужим голосом.
– Тогда инцидент будем считать исчерпанным.
Он опять лгал. Каждое слово их разговора фиксировалось на аудио- и видеопленку, а специалисты и психологи точно знали срок, за который человек в таких условиях успокаивался и был готов к следующему контакту.
Джеймс Гловер был доволен выполненной работой. И «афганец», и «официант», и «потерпевший» хорошо сыграли свои роли. Неопытный третий секретарь посольства ничего не заподозрил. Та лишняя кружка пива, которую он выпил в баре с «бывшим офицером», и последующий инцидент могли бы остаться для него лишь неприятной случайностью. Впрочем, Потугин сам себя вывел на роковой путь.
Для дальнейшего успешного сотрудничества с завербованным агентом оставалось только создать ему небольшие проблемы, желательно финансовые, а потом помочь их решить.
Глава 22
Будь всегда искренен, даже если у тебя на уме совсем другое.
Одна из элитных арт-галерей Брюсселя располагалась в апарт-комплексе с названием «Villa Lampain», который теперь нисколько не напоминал ту роскошную двухэтажную виллу, где раньше жил ее бывший владелец барон Карл Лампейн. Только большой бассейн, по-прежнему наполненный чистейшей водой, свидетельствовал о том, что некогда это было владение одного из самых богатых семейств Бельгии.
Теперь в здании организовывали выставки современного искусства. Внутренняя планировка как нельзя лучше тому способствовала. Огромный холл, широкие лестницы, ведущие на второй этаж с множеством просторных светлых помещений, позволяли проводить выставки причудливых инсталляций, картин и фотографий. В небольшом и ухоженном парке размещались современные композиции и скульптуры.
Галерея также иногда организовывала встречи с представителями современного искусства, которые завершались богатыми фуршетами, а потому пользовались популярностью у высшего света столицы Бельгии. Вход на такие вечера был исключительно по пригласительным билетам, и брюссельский бомонд считал престижным побывать на таком мероприятии. Часто в ходе таких вечеров проводились благотворительные аукционы.
Вера приехала в Брюссель по документам гражданки США Кэтрин Тэйлор три месяца назад и значительно позже Антона. Немного освоившись в городе, она отправилась в Королевскую академию изящных искусств и записалась на курсы «Оценка и атрибуция предметов современного искусства», чтобы в дальнейшем попытаться устроиться сначала на стажировку в «Villa Lampain», а потом попытаться получить там работу. Этот план действий был продуман еще в Москве, и Кэтрин имела полную информацию об этой галерее.
На занятиях девушка легко подружилась почти со всеми студентами. Там выяснилось, что одна из преподавателей, которую звали Оливия Мартенс, до недавнего времени работала именно в галерее «Villa Lampain». Вот это обстоятельство можно было считать везением. Предмету «Экскурсионная методика», который вела эта женщина, Кэтрин начала придавать особое значение, и к тому же он ей действительно пришелся по душе. Со временем Кэтрин сблизилась с преподавателем, и частенько они продолжали беседы об искусстве уже за чашкой кофе в соседней кондитерской по соседству с Академией искусств.
Курс обучения уже подходил к концу, когда Тэйлор и Мартенс после очередного занятия отправились в «Villa Lampain». Оливия обещала познакомить девушку с одной из сотрудниц галереи, которая могла бы ей помочь в устройстве на стажировку. Путь до галереи был неблизкий, около часа ходьбы, но безоблачное небо, легкий ветерок, теплые лучи солнца делали погоду комфортной для прогулки по городу.
Кэтрин и Оливия медленно шли по Франклин Рузвельт-авеню, обсуждая предстоящую встречу. Шелестели деревья, из заповедника Камбр, вдоль которого сейчас прогуливались Тэйлор и Мартенс, веяло прохладой.
«Простите, пожалуйста», – вдруг услышали спутницы и оглянулись. Быстрым шагом их догонял молодой человек. По-видимому, представительная внешность Оливии внушила ему большее доверие, и парень обратился именно к ней:
– Скажите, как добраться до аббатства Камбр?
– Вам, молодой человек, налево, – махнула рукой Мартенс, и спутницы двинулись дальше. Через минуту Оливия бросила мимолетный взгляд через плечо и сказала: «Кэтрин, а парень-то идет за нами. Похоже, ты ему приглянулась». Девушка только фыркнула в ответ. Еще через несколько минут они вошли в ворота усадьбы «Villa Lampain».
Спустя примерно час Тэйлор и Мартенс покинули галерею. Теперь у Кэтрин появилось еще одно полезное знакомство. Лесли Грин была подругой Оливии, она уже давно работала в галерее и с удовольствием согласилась помочь с оформлением стажировки. Все шло по плану, одна проблема Кэтрин была почти решена.
У выхода «Villa Lampain» педагог и девушка распрощались, но, прежде чем разойтись в разные стороны, Оливия лукаво посмотрела на Кэтрин и, указав взглядом на прогуливавшегося неподалеку парня, произнесла:
– Смотри, какой настойчивый парень. Мне кажется, что он прекрасно знает город. Простим ему эту бесхитростную уловку – он просто хочет с тобой познакомиться.
– Да ну, что ты… – пренебрежительно махнула рукой Тэйлор.
– Ну не со мной же? – улыбнулась Оливия. – Не упускай момент. Уверяю тебя: это твоя судьба, – на прощание произнесла Мартенс и ушла.
Молодой человек решительно направился к девушке. Он подошел к Кэтрин и представился:
– Меня зовут Жорж Готье. Можно я тебя сфотографирую? – сказал он, указывая на фотоаппарат, висящий у него на груди, улыбнулся и засмеялся. Это был Антон. Они уже несколько раз встречались здесь, в Брюсселе, но это были тайные встречи – их «случайное» знакомство должно было произойти на глазах у кого-то из подруг Кэтрин. Сегодня все сложилось очень удачно – теперь Мартенс стала считать себя своего рода крестной мамой их официального знакомства, что, в свою очередь, послужило поводом для укрепления дружбы с педагогом. Теперь всем своим знакомым женщина будет рассказывать, что именно она способствовала образованию молодой пары.
Этим же вечером в Центр ушла шифровка следующего содержания:
Реакция руководства была незамедлительной:
На свадьбе, которая состоялась уже через месяц, среди немногочисленных гостей самыми почетными были Лесли Грин и Оливия Мартенс. Бракосочетание одной и той же пары, которая не знала разводов, было уже третьим, но об этом никто из присутствовавших даже не догадывался. Срочность обуславливалась тем, что гражданка США Кэтрин Тэйлор находилась в Европе без визы уже почти пять месяцев, а по закону позволялось не более полугода, после чего необходимо было оформлять визу со всеми крайне нежелательными проверками, поэтому замужество являлось лучшим выходом из положения: допускало бессрочное проживание на территории Бельгии. Новая фамилия по мужу – Готье – пришлась тоже как нельзя кстати.
После свадебного торжества денег у молодых людей почти не осталось. Немного сократить расходы удалось, поселившись в скромной квартирке на окраине города. Финансовая помощь Центра была очень важна для разведчиков, особенно на первых порах, потому что позволяла Кэтрин и Жоржу не думать о поисках высокооплачиваемой работы, руководствуясь только оперативной необходимостью. Это касалось и поддержания нужных знакомств и связей в высших кругах общества.
Кэтрин удалось устроиться на работу помощником менеджера по организации аукционов и выставок. Ее новым боссом как раз и стала Лесли Грин. Это открывало Кэтрин, а через нее и Жоржу, доступ к знакомству с административным и военным чиновничеством. Общение со столичной знатью требовало немалых расходов, да и Жорж еще не работал, продолжая учебу в Брюссельском университете по специальности «политология».
Деньги молодые люди получали через заранее обустроенные тайники, в которые закладывалась валюта страны пребывания. Делать это приходилось с соблюдением правил конспирации и требовало выдержки и хладнокровия, но была возможность передачи финансовых средств и при очной встрече с человеком, имеющим дипломатический статус.
Возникла ситуация, близкая к критической. Денег на жизнь хватало, но надо было еще организовывать вечеринки с участием нужных людей, дарить им подарки, да и самим соответствовать тому обществу, в котором Готье должны были вращаться.
Было решено попросить помощи у Центра, и через несколько дней молодые люди получили шифровку следующего содержания:
Подтверждение было дано во время следующего сеанса связи с Центром. Кодовое название «Памятник» означало место личной встречи, оно находилось возле постамента голландскому драматургу Вонделу в одноименном парке Амстердама.
До столицы Голландии были всего около двухсот километров, поэтому было решено, что на встречу поедет Кэтрин на стареньком «Фольксвагене», который Жорж купил, когда только приехал в Брюссель.
Молодая женщина, отправившись рано утром, уже к вечеру была дома. Обмен условленными фразами, передача денег произошли благополучно. Значок с гербом Амстердама, который должен был быть на лацкане жакета и служить опознавательным знаком, девушка купила непосредственно перед встречей в сувенирной лавке. Удалось даже поговорить с незнакомцем, но впечатление о нем у Кэтрин в итоге сложилось далеко не однозначное. Молодой светловолосый парень показался ей немного высокомерным, а его снисходительный тон оставил в душе Готье неприятный осадок. Кроме того, на словах от имени руководства он сообщил девушке, что «Центр вынужден сократить денежное содержание сотрудникам спецрезерва и рекомендовал на ближайшее время позаботиться о собственном финансовом обеспечении в стране пребывания». По сути, эта казенная фраза означала, что денег в ближайшее время больше не будет.
Молодые люди сошлись во мнении, что очень мудро поступили, запросив у Центра финансовую поддержку именно сейчас и таким образом – через сотрудника резидентуры, ведь теперь в запасе у них оставался только один тайник с деньгами, который они заранее определили для себя как неприкосновенный запас.
Дело было сделано, и теперь появилась возможность более активно продолжить целенаправленную работу. Помня о сокращении денежного содержания, в короткий срок нелегалы позаботились об улучшении своего материального положении. Для выполнения задачи по разработке Лесли Кэтрин не могла искать другую, более высокооплачиваемую работу, поэтому Жорж, несмотря на напряженную учебу, устроился фотографом в арт-студию, чтобы иметь дополнительный заработок. Впрочем, этот вид деятельности, связанный с постоянным общением с многочисленными клиентами, тоже мог принести неожиданную пользу.
Глава 23
У истоков каждого успешного предприятия стоит однажды принятое смелое решение.
Часто бывает, что ожидаемое событие происходит внезапно. Кэтрин сообщила мужу радостную новость только после того, как побывала у врача. На ультразвуковое исследование они с Жоржем пошли уже вместе, и там чету Готье ожидал очередной сюрприз – у них будет двойня.
Почти за год знакомства разведчики сдружились с семьей Грин. Недавно получивший повышение подполковник Роберт Грин, чопорный и немного высокомерный на службе, оказался доброжелательным и гостеприимным хозяином. Лесли, щепетильная и аккуратная на работе, оставалась такой и дома.
С первого дня знакомства Лесли симпатизировала Кэтрин, подчеркивая, что ей приятно иметь в подругах американку. Для того чтобы избежать лишних вопросов о возможном акценте в разговорном языке, Кэтрин рассказала Лесли, что по материнской линии у нее в семье были французы и в детстве дома она говорила на языке Гюго и Мопассана. Этого объяснения было достаточно, чтобы уверенно работать над развитием доверительных отношений и даже при случае дать Лесли деликатный и полезный профессиональный совет, что еще больше сблизило женщин.
В какой-то момент галерея начала испытывать финансовые трудности, поток посетителей уменьшился и даже вечеринки местного бомонда перестали быть популярными. Казалось, еще немного, и мода на «Villa Lampain» окончательно пройдет. Тогда Лесли как менеджер галереи объявила конкурс среди работников на лучшую идею арт-выставки современного искусства.
Кэтрин сразу подумала о Фернане Леже – выдающемся художнике-монументалисте, не нашедшем достойного признания во Франции и подзабытом в Европе, может быть, потому, что он был коммунистом. Его творчество нечасто представлялось на выставках и вернисажах, тем более что талант Леже нашел свое яркое выражение в основном в монументальных работах, в том числе архитектурных.
Кэтрин он был хорошо известен, и девушка почувствовала, что на сломе коммунистической идеологии интерес к нему может проявиться с новой силой. Тогда она предложила своей новой подруге организовать выставку его картин и рисунков.
Подготовка шла нелегко, но Готье приняла в этом самое деятельное участие. Результат превзошел самые смелые ожидания. Цены на выставку определили круг посетителей, снова подняли слегка упавший престиж «Villa Lampain». Лесли Грин повысили зарплату, и это было, пожалуй, самым важным результатом работы Кэтрин. Безусловно, ее помощь подруге не была спонтанной, но являлась тщательно продуманным шагом к выполнению задачи, поставленной Центром по разработке перспективных контактов. После работы над выставкой дружба с семьей Грин укрепилась, стала доверительнее, и чета Готье начала часто бывать в доме военного представителя США в НАТО. Но впереди было еще много работы.
Лесли была неважной хозяйкой, а Готье очень хорошо готовила, поэтому совместные ужины они часто организовывали вместе. Кэтрин помогала Лесли по хозяйству, и такие домашние хлопоты еще больше сближали подруг.
Пока женщины суетились на кухне, Жорж и Роберт подолгу беседовали в гостиной, сидя на диване и потягивая пиво. Готье продолжал учиться в университете и часто обращался к приятелю за помощью в подготовке рефератов и научных работ, собирая таким образом по крупицам полезную информацию, которую так или иначе озвучивал подполковник Грин, обращаясь за примерами к текущей политической обстановке в Европе и мире.
Обладавший незаурядными аналитическими способностями, Готье догадывался, что, скорее всего, утихшее пламя войны на территории бывшей Югославии возобновится с новой силой и не без прямого участия войск НАТО. Однако Кэтрин и Жорж понимали, что для того, чтобы Россия могла препятствовать этому, необходимо было знать конкретные даты и реальные планы противника.
Ужин подходил к концу. Рыба, запеченная с картофелем и свежими кабачками, получилась у Готье изумительной. Белое вино, от которого Кэтрин, без объяснения причины, отказалась, было давно выпито. Молодые люди уже собрались уходить, когда Кэтрин поднялась с места и вдруг, покачнувшись, упала на стул.
Жорж поначалу встревожился, но потом успокоил Лесли и Роберта, начавших испуганно хлопотать вокруг его жены, сказав им, что его супруга беременна и это, скорее всего, проявление ее нового состояния. Новость вызвала небольшой радостный переполох, но слабость не отпускала девушку. Лесли сопроводила ее на второй этаж и заботливо уложила на кожаный диван в кабинете.
Несмотря на то что все действия молодых людей были спланированы заранее, внезапно нахлынувшая слабость оказалась реальной, а не притворной. Но Жорж этого не знал и оставался спокоен. Он действовал по плану. Когда молодые люди готовились к этой небольшой, но важной операции, то отработали точный хронометраж всех действий. Готье рассчитал, что ему необходимо отвлечь хозяев на четыре минуты, но он не мог предположить, что супруге будет сложно подняться и сразу приступить к делу. Он понимал, что деликатный Роберт не станет подниматься наверх без своей супруги, поэтому Жорж попросил спустившуюся вниз Лесли приготовить ему чашечку кофе, чтобы отвлечь ее хлопотами, и на это, по его расчетам, должно было потребоваться не менее пяти минут…
В это время в кабинете, с трудом преодолевая головокружение, Кэтрин встала и неслышно подошла к рабочему столу подполковника. Компьютер был включен, но девушка не решилась его изучить, боясь, что в нем могут остаться следы ее присутствия. Ежедневник офицера, к счастью, лежал на столе рядом с компьютером. Нервное напряжение помогло Готье взять себя в руки, слабость отступила, и Кэтрин начала медленно перелистывать страницы ежедневника от конца к началу, в обратном порядке, внимательно читая записи. Разобраться среди спешных пометок, иногда несколько раз перечеркнутых, было сложно…
Хозяйка приготовила кофе, поставила чашку перед гостем и озабоченно направилась к лестнице. «Боб, может быть, включим музыку?» – громко произнес Жорж, обращаясь к хозяину. К счастью, тот сейчас находился в противоположном углу гостиной, что объективно оправдывало обращение к нему подобным тоном. Между тем громко проговоренная просьба к Роберту была заранее оговоренным с Кэтрин условным сигналом.
Однако этот сигнал оказался напрасным: девушка уже встречала хозяйку на лестнице.
– Что, легче стало? – участливо спросила Лесли и, бережно поддерживая подругу за руку, помогла ей спуститься вниз. Кэтрин только кивнула головой в ответ.
– Мы, пожалуй, поедем домой, – произнес Жорж. Он начал догадываться, что супруга действительно чувствует себя неважно.
Только на свежем воздухе Кэтрин стало значительно лучше. «Фольксваген», за рулем которого сейчас сидел Жорж, мчался по вечернему городу. Супруги молчали. Готье выбирал место, где можно было припарковаться и затем, уже на улице, спокойно поговорить. Ни разу молодые люди не нарушили твердое правило: обсуждать свою работу только вне помещений. Собственный автомобиль не являлся исключением.
Жорж остановил машину неподалеку от того места, где он якобы впервые подошел к своей супруге. Их любимая скамейка была свободна. В этот поздний час вокруг было пустынно, только влюбленные парочки изредка проходили мимо, и в такие моменты супруги умолкали или меняли тему.
– …Ничего важного я там не увидела, – с сожалением сообщила девушка, подразумевая рабочий ежедневник подполковника Грина.
– Особо важного там и не могло быть, – задумчиво отозвался Жорж. – Подумай хорошенько, вспомни записи, которые тебе были непонятны или вызывали вопросы.
– Там больше домашних дел записано, но вот…
– Что? – оживился Готье. – Говори! Именно из мелочей может сложиться нечто важное.
– А что такое «тревожный чемодан»?
– Так-так-так, – оживился Жорж и пояснил: – Такой чемодан имеет каждый офицер любой армии мира. Именно с ним он отправляется по тревоге, то есть почти на войну. Ну или действительно на войну. А что там?..
– У него была запись «приготовить тревожный чемодан».
– Дата? Дата была?
– Страница, где была эта пометка, отмечена как 25 августа, – сообщила Кэтрин.
– Значит, еще впереди два месяца, а запись уже есть… похоже, что-то серьезное затевается, – принялся размышлять вслух Жорж.
– На этой странице еще одна пометка стояла: «О-сила», – уточнила девушка.
– Интересно. По всей видимости, это аббревиатура, но что она значит? – начал размышлять вслух Готье. – Только в одном месте это было?
– Еще раньше было дважды подчеркнутое и с вопросительным знаком. Может, стоило попытаться залезть в компьютер?
– Нет. Скорее всего, там пароль установлен. В любом случае он бы догадался, что кто-то пытался посмотреть, а кто это мог быть, кроме нас? – отказался Жорж, поднялся с места и, протянув жене руку, произнес: – Поехали домой. Надо тщательно обдумать дальнейший план. Времени остается мало.
Кэтрин тоже встала, взяла под руку мужа, и они медленно направились к автомобилю.
Глава 24
Иногда не нужен ученый, а нужен смышленый. Всякий находчивый человек является умным.
Отгремела гроза, и на улицах Брюсселя установилась полная тишина. Вдалеке еще чернели тучи и сверкали зарницы, но в парке Жозафа уже светило солнце, от разогретых асфальтовых дорожек поднимался легкий парок. Казалось, что утомленная напорами штормового ветра и проливного дождя природа теперь отдыхала, наливаясь свежестью и щебетаньем птиц.
Кэтрин и Жорж вышли из китайского ресторанчика, где они укрывались от ливня, застигнутые непогодой во время прогулки по городу. Такие променады теперь стали ежедневными, и связано это было не только с беременностью супруги.
Молодые люди пока вынуждены были находиться в положении пассивных наблюдателей, то есть они внимательно слушали, о чем говорили их друзья, воспринимали и анализировали каждое слово, сказанное Лесли и Бобом Грин, но результата от этого было мало. Такая ситуация не могла устраивать супругов Готье, необходимо было срочно переходить к активным действиям – и прогулки стали составляющей их небольшого плана.
Подполковник Грин частенько приходил со службы с черной кожаной папкой в руках и сразу же прятал ее в домашний сейф. Единственным местом, где можно было попытаться к ней подобраться, являлась его машина.
Уже несколько дней Кэтрин и Жорж гуляли по заранее выбранному маршруту. Вначале до определенного времени они сидели на скамейке в парке Жозафа, а потом шли к перекрестку проспекта Бритзье и бульвара Ламбермон и стояли там несколько минут в ожидании подполковника Грина. Именно здесь он всегда проезжал в одно и то же время, возвращаясь домой. Уже дважды Кэтрин и Жорж успевали перехватить его, но неудачно: необходимо было, чтобы он первым увидел их, переходящих улицу по пешеходному переходу, и тогда, по расчетам молодых людей, Боб непременно остановится, чтобы предложить подвезти. Только так Готье могли попасть в автомобиль подполковника, не вызывая подозрений.
И все же им повезло. Грин едва не сбил их, когда они внезапно появились из-за угла на пешеходной «зебре». Подполковник выскочил из автомобиля и встревоженно спросил:
– Вы целы? Кэтрин, я не сильно тебя напугал?
– Ничего, все нормально, – ответил Жорж.
– Садитесь в машину, – сказал Боб и повлек их за собой, усадил на заднее сиденье молодую женщину, а Жоржу жестом показал на место рядом с собой. При этом, чтобы освободить для него место, Грин взял лежавшую на сиденье спереди черную папку и бросил назад. Автомобиль тронулся.
Поделиться книгой: