Темные отражения. Темное наследие

– Оуэн! – крикнула я, вскочив на ноги.

Мальчик повернулся ко мне.

«Вот почему», – прошептал тот же темный голос. Вот почему было так легко принять те правила, которые учредили для нас Круз и ее правительство. Вот почему я продолжала сомневаться, повторяя чужие аргументы в пользу новых ограничений для таких как мы. Вот почему люди всегда будут бояться, и вот почему мне казалось, что мы должны довольствоваться жалким подобием свободы, которое нам оставили.

Никто не должен обладать такой силой.

Никто не должен быть наказан за то, что воспользовался своей силой, чтобы защитить себя и других.

Это было ужасно.

Это было необходимо.

Я сделала еще один шаг к нему, чувствуя, как все сжимается внутри. Это же ребенок. Он просто ребенок.

Он держит всe под контролем. Его не нужно контролировать.

– Оуэн, – мягко позвала я. – Достаточно…

Пламя, поднимавшееся от дома до самого неба, подсвечивало лицо Оуэна теплым сиянием.

Но вот его взгляд снова стал осмысленным. И внезапный страх наполнил его глаза – детский страх.

– Всe в порядке, – проговорила я, протянув ему руку. – Ты в порядке…

Дверь Убежища с грохотом распахнулась и закрылась.

Мы оба повернулись, но Оуэн оказался быстрее. Двое мужчин спрыгнули с крыльца, вытаскивая оружие, но успели сделать лишь шаг в нашу сторону, когда одного охватило шипящее пламя.

Ослепленный огнем и дымом наемник зашатался, крутанулся на месте, ударился об одну из деревянных опор крыльца и упал.

Я не могла пошевелиться. Я больше не видела того солдата – перед глазами стояла Мэл. Я снова оказалась в Пенсильвании и видела Защитников, репортеров, случайных свидетелей, разорванных на части взрывом.

«Прекрати, прекрати, прекрати». Я тряхнула головой, отгоняя дурноту. За несколько секунд языки пламени охватили крыльцо и дотянулись до ближайшего дерева. Второй солдат, застыв на месте, с ужасом смотрел на Оуэна, который вдруг нахмурился – сначала растерянно, затем явно испуганно. Мальчик обхватил голову руками, слабо застонав от боли.

Нет. Теперь и он тоже.

Из-за деревьев, словно спустившись с ночного неба, выступила девочка. Она держала руки в карманах не по размеру большой куртки и пристально смотрела на скорчившегося Оуэна. Ее губы искривились в насмешливой улыбке.

Так это она?

Так же быстро, как и появилась, девочка снова исчезла, растворившись во мраке, пронизанном полосами тумана. Это не могла быть случайность – давление, которое я ощущала в своем сознании, усилилось. Каким-то образом… ей удавалось проделывать это с нами. Но на Оуэна ее способности подействовали не сразу, значит, ей приходилось атаковать каждого «пси» по отдельности.

Воспользовавшись шансом, второй солдат взял Оуэна на мушку.

– Нет! – Я бросилась вперед, закрывая мальчишку собой.

Прозвучал выстрел.

Солдат тяжело рухнул на землю – лязгнуло снаряжение, зашуршала черная ткань. Я стояла, крепко прижимая к себе трясущегося мальчишку.

– Со мной все хорошо, – пробормотал он срывающимся голосом. – Хорошо.

Послышался крик. Громыхая снаряжением, к нам мчалась женщина-солдат – из тех, кто прочесывал лес. Новый выстрел подбросил ее тело вверх и швырнул в ближайшее дерево.

Обернувшись на его звук, мы с мальчиком увидели Романа, который появился в вихре дыма и пепла, целясь в другого наемника, который бежал, закинув на спину кого-то из детей. Прищурившись, парень поднял руки и выстрелил, попав в оголенный участок кожи на шее, между телом девочки и пуленепробиваемым жилетом солдата.

– Видишь? Опаздывать на вечеринку не всегда плохо! – крикнула Приянка, которая пряталась за другим деревом, и добавила: – Неожиданное появление имеет свои преимущества. Ты в порядке, Зу?

Они не сбежали.

Оправившись от потрясения, я оттащила Оуэна к ближайшему дереву, закрывая мальчишку собой.

– Зу?! – снова окликнула меня Приянка.

– Порядок! – прохрипела я в ответ, все еще не веря тому, что видела.

Они пытаются помочь.

Они должны были сбежать, но каким-то образом узнали о нападении и попытались нас предупредить. Они примчались сюда, чтобы помочь этим детям.

Из-за деревьев выскочили те самые двое подростков, которые охраняли Романа и Приянку. Каждый тащил на спине всхлипывающего ребенка.

– Оуэн, – проговорила я, нагибаясь, чтобы посмотреть ему в глаза. От его кожи исходил жар. – Тебе нужно пойти с ними, ладно?

– Я могу помочь, – тихо сказал мальчик.

Плотный дым опустился на нас, словно занавес. Я тяжело дышала ртом, чувствуя горький вкус смога на своем языке.

Двигаясь в этой молочной пелене, ребята натыкались на обугленные останки солдат, а Оуэн… Он вздрагивал от каждого всхлипа или вскрика.

– Ты уже сделал все, что нужно, – заверила я. – Теперь ты поможешь нам, если отправишься со всеми в безопасное место.

Девочка, которая стерегла сарай, потянула мальчика за собой, но тот снова поднял руки.

– Что ты делаешь? Оуэн!

Пламя утихло и вдруг разгорелось снова, взметнувшись к небу гигантским огненным валом, который обрушился на деревянные конструкции. Громкий хлопок в ладоши – и в одно мгновение пламя потухло.

В последний раз посмотрев на меня, Оуэн побежал за остальными.

И в этот момент я вспомнила, что сказала девочке, где найти детей, которых успели увести через потайной ход.

Спасибо, что сообщила.

Что, если она уже успела отправить туда наемников?

Я отыскала взглядом Романа, который укрылся за деревом, пользуясь передышкой, чтобы перезарядить оружие.

Подобрав пистолет, который выронила женщина-солдат, я стрелой метнулась к нему. Я бежала, а в воздухе свистели пули.

Врезавшись в дерево, я шлепнулась на землю рядом с парнем, который стремительно обернулся в мою сторону, и его лицо осветилось от облегчения. Его ладонь легла мне на затылок, и Роман притянул меня к себе.

– Ты в порядке? С тобой ничего не делали?

Объяснять времени не было.

– Они знают, как найти детей! – прокричала я. – Они пойдут за ними.

Он напряженно застыл.

– Хрен они получат, а не детей. При!

Приянка возникла точно огненный вихрь на фоне догорающих островков пожара. Не удержавшись, она плюхнулась на бок, последний метр проскользив по грязи, и, поморщившись, сказала:

– Только не заставляй меня делать это снова. Выглядит круто, но ощущения отвратительные…

Роман перебил ее.

– Есть какой-то тоннель или запасной выход из дома. – Парень взглянул на меня, и я кивнула. – Его нашли. Сможешь решить эту проблему, пока мы закончим здесь?

Лицо девушки тут же посерьезнело.

– Ага. Где это?

– Под сушилкой в прачечной, – сказала я. – Возможно, кто-то еще прячется на чердаке. Когда окажешься в доме, найди Джейкоба – скажи ему, что мы нашли всех.

Она кивнула, скрутив на затылке узел волос.

– Я хочу напомнить тебе, что герои часто погибают, а вот посредственности почти всегда доживают до следующего дня. Так что постарайся меня не разозлить.

И с этими словами Приянка рванулась к дому, оставив нас прикрывать ее. Из леса раздались звуки автоматной очереди, но дверь уже захлопнулась за ней и отвалилась, а часть крыльца с деревянным треском обрушилась, погребая лежавшие там тела.

Я коснулась руки Романа.

– Вы должны были уйти. Что вы вообще здесь делаете?

Лицо Романа покрывали пятна сажи, а сквозь темные кудри на меня смотрели глаза потрясающего голубого цвета. Взгляд прожигал темноту, завораживая и притягивая меня.

Роман сглотнул, будто сдерживая дыхание. Потом его темные ресницы опустились, а губы раздвинулись в слабой улыбке.

– Мы бы пришли раньше, если бы не этот шум – это ты уничтожила генератор, да? Когда я пришел в себя, то подумал: нам и делать ничего не придется – только смотреть, как ты разбираешься с остальными.

Услышав эти слова, я напряглась, но сразу поняла, что в них вовсе не было насмешки. Его искренний тон и светлая, почти восхищенная улыбка заставили меня смущенно потупиться.

– Они пришли за мной, – прошептала я, когда Роман снова повернулся в сторону леса, снова наставив туда оружие. – Это моя вина. Этот дурацкий мобильник…

Парень сжал мое плечо.

– Нет, если кто-то и виноват, так это я. Я должен был об этом подумать. Я лучше знаю. Я знаю, как работают эти люди. Ты-то как раз все сделала правильно.

– Мне тоже следовало догадаться, – покачала головой я.

После того как отключили электричество, охваченная паникой, я ни разу не задалась вопросом, а как они смогли предвидеть нападение. Но теперь, когда Роман был здесь, рядом, такой же невозмутимый и уверенный, как всегда, я тоже обрела некоторое спокойствие. Ясность.

– Как Приянка вообще узнала, что мы его включили?

Парень осторожно посмотрел на меня.

– Мы услышали вертолеты. До этого момента мы были абсолютно уверены, что за нами не следят, так что оставалось единственное объяснение.

Вдалеке послышался еще один слабый вскрик. Это была девочка. Мы оба повернулись на звук.

– Куда сейчас? – спросил Роман.

– Давай разделимся, – сказала я, поднимаясь. – Ты налево, я направо, встречаемся у озера. Это же там приземлились вертолеты?

Парень покачал головой.

– Там мало места для приземления. Это был десант. Так что у нас есть немного времени, пока они ждут транспорт.

Я кивнула, вдыхая пропитанный дымом воздух. Перед глазами застыла картина, как Роман поднимается в полный рост, решительный и бесстрашный.

– Вы должны были уйти, – повторила я. Спасибо, что остались.

– Вместе пришли, – ответил он, – вместе уйдем.

Но прежде чем я успела ответить, лицо Романа дрогнуло, исказившись от боли.

Нет, это была не боль – агония.

Роман шумно выдохнул и зашатался, ухватившись за мое плечо. А я едва удерживала его, не давая рухнуть на землю.

Парень замотал головой, лицо покрылось каплями пота – он боролся, сдерживая крик.

– Роман! – запаниковала я.

Это не было похоже на уже знакомые мне приступы мигрени, когда он просто терял сознание. Теперь его тело напряглось и вздрагивало, словно боль петлей затягивалась на горле.

– Что, что с тобой?! Что происходит? Роман!

– Дети… забери… детей… – простонал он. – Уходи!

Парень безвольно повис на мне, а я, забравшись ему под рубашку, провела руками по жестким мышцам его спины и плеч в поисках раны, следов от удара. Потом я осторожно опустила Романа на землю, нащупала пульс. Его снова заколотило, и я обхватила руками его лицо, чтобы он не разбил себе голову о камни. Взгляд его блуждал, а пальцы с силой вцепились в мои предплечья, о чем-то предупреждая.

– Ты знаешь, что я не люблю, когда мне приходится это делать.

Перед нами стояла эта девочка. Сунув руки в карманы куртки, она отбросила на спину свои длинные волосы.