Помоги проекту - поделись книгой:
Их практически нет в том состоянии, когда мы делаем привычные дела, не задумываясь. Если бы эти дела были новыми для нас, нам бы пришлось задействовать лобные доли, чтобы решить, как нужно действовать. Но если мы совершаем привычные действия или, допустим, ходим всегда по одной и той же дороге, то необходимости думать заново у нас нет. Чаще всего мы просто полагаемся на привычные, ставшие шаблонными, действия.
Вы можете подумать, что лобные доли активно функционируют, когда вы работаете, но это далеко не всегда так. Чем больше у вас опыта за плечами, тем больше ваша деятельность шаблонна и доведена до автоматизма. Это касается не только тех позиций, где требуется рутинный труд, но и должностей, требующих комплексных решений. Через много лет вы можете прийти к тому, что даже сложные вещи, такие, как процесс решения проблем, выбор слов для объяснения того или иного явления или построение рассказа, вы будете делать «на автомате», машинально. Конечно, иногда вам все еще нужно будет продумывать что-то с нуля, но со временем таких моментов станет все меньше. И однажды в конце рабочего дня вы можете поймать себя на том, что без проблем выполнили все задачи, хотя весь день мысленно находились где-то еще.
Если с работой дела обстоят именно так, и при этом человек в течение многих лет не меняет ничего в остальных сферах своей жизни и общается только с хорошо знакомыми людьми, то его лобные доли постепенно утрачивают способность создавать новые «надстройки», мыслить и действовать в новых ситуациях. Поэтому человек «зависает», если вдруг происходит что-то непривычное. В его мышлении как бы возникают «пробелы». Это одно из проявлений «зависания» мозга.
Случай трейдера. Внезапные сложности с выражением своих мыслей во время переговоров и страх говорить на людях.
Сакураи Нао (имя изменено), 32 года. Служащий дилерской фирмы. В 30 лет женился, стал руководителем отдела продаж. У Нао в подчинении оказались хорошие профессионалы, поэтому результаты работы отдела стабильно улучшались без особых усилий с его стороны. Когда Нао было 20 с небольшим лет, он был успешным сотрудником торгового отдела, умело вел беседу и отлично справлялся с работой с клиентами.
Теперь его главная обязанность – руководить. У него много дел, поэтому работу с клиентами он обычно поручает подчиненным. Однажды, когда никого из коллег не было на рабочем месте, Нао пришлось самому ответить на звонок клиента. Во время этого разговора он вдруг растерялся и понял, что не знает, что сказать. Речь шла о понятных вещах, но он не мог произнести ни слова, в голове вдруг стало пусто. В тот раз он выкрутился, сказав клиенту, что позже коллега перезвонит ему и все расскажет. Но подобное стало происходить с Нао всё чаще и чаще. Он начал бояться говорить в ответственных ситуациях и стал избегать работы с клиентами.
Этот случай основан на реальной истории моего пациента. Его состояние не было настолько серьезным, чтобы назначать лечение в больнице. Медицинская визуализация и функциональная проба практически не выявили отклонений в состоянии мозга. Я дал ему рекомендации, которые я опишу ниже, и попросил снова обратиться ко мне, если состояние будет ухудшаться. В случае с моим пациентом все было не так серьезно, но теоретически, такая ситуация может привести к развитию слабоумия.
Образ «успешного себя»
Нао рассказал мне, что раньше он был уверен в своих силах, когда дело касалось переговоров. Он быстро соображал и был крайне успешным сотрудником торгового отдела. Жил на широкую ногу и с 20 до 30 лет часто проводил время с самыми разными людьми, независимо от их пола и возраста. Но после 30 лет, когда он женился и стал руководителем отдела, его жизнь становилась всё размереннее. Теперь после работы он либо отдыхал с коллегами в баре (всегда одном и том же), либо сразу же шел домой. Он просто старался быть примерным мужем и хорошим начальником, но его жизнь, в каком-то смысле, стала однообразной и шаблонной.
На работе он перестал общаться с клиентами и сосредоточился на административных функциях. Его новое положение предполагало управление подчиненными, но, поскольку все они были отличными специалистами, как когда-то сам Нао, задач в этом плане было немного. Объем работы в целом возрос, и делать ее надо было эффективно. Все было хорошо, пока однажды не раздался телефонный звонок от клиента. Обычно на звонки отвечали подчиненные, но, поскольку в тот момент в офисе больше никого не было, Нао пришлось самому взять трубку. Клиент сказал, что акции не дорожают, и просил что-нибудь предпринять в связи с этим.
Я не специалист в этом вопросе, поэтому не могу рассказать, в чем именно состояла проблема. Однако это был не простой звонок с жалобой. Это был звонок с неоднозначным содержанием. Клиент хотел переложить ответственность на команду Нао, хотя, согласно контракту, должен был отвечать за все сам. Он говорил об акциях, с которых раньше уже получал прибыль, и теперь надеялся на дальнейшее развитие ситуации.
Раньше Нао легко решил бы подобную проблему. У него в голове хранится образ того прошлого, «успешного себя». Но почему-то сейчас голова как будто работает хуже, Нао не может быстро сообразить, что именно клиент от него хочет. Не может подобрать нужных слов для ответа. Клиент на том конце провода продолжает что-то говорить, а Нао в растерянности и не понимает, что делать. Такие случаи учащались и Нао обеспокоился своим состоянием.
Конечно, нельзя подходить к выяснению причин этой ситуации только с одной стороны. Может быть, в тот раз Нао просто не выспался или устал настолько, что голова уже плохо соображала. Тем более к тому времени он давно не работал с клиентами, и, возможно, подзабыл какие-то моменты. Но даже если какая-то из этих причин и правда повлияла на результат, Нао все равно был очень удивлен, насколько плохо он соображает. Мрачные мысли о том, что это явление, видимо, не кратковременное, привели Сакураи ко мне на прием.
Переход на руководящую должность повлиял на использование возможностей мозга
В этой истории есть один важный момент. Пациент перестал использовать возможности своих лобных долей (выбор, принятие решений, систематизация).
Я тоже постепенно проходил этапы карьерного роста: от врача, принимающего множество пациентов, до главврача и председателя совета директоров. В итоге мои обязанности всё больше сосредотачивались на руководстве, и я могу сказать, что далеко не всегда более высокая позиция с более серьезными задачами подразумевает более сложную умственную работу. Круг общения у начальника ограничен. Говорить каждый день приходится на похожие темы, а в системе организации часто нужно действовать по шаблону. На этой позиции наоборот приходится как можно больше стандартизировать свои действия, следовать привычным схемам, иначе невозможно справиться с большим объемом работы. Сакураи тоже столкнулся с подобными условиями.
Когда Нао работал простым служащим, он следил за изменениями рынка, постоянно общался с множеством клиентов, которые могли сказать всё, что угодно. Ему всегда удавалось находить решение, проявляя гибкость. Конечно, в его работе присутствовали шаблонные элементы и привычные действия, однако при этом ему постоянно приходилось создавать новые «надстройки». Думаю, его прежняя должность заставляла его лобные доли работать очень активно. А сейчас он переместился в более замкнутый мир, где мало изменений, где он общается только с хорошо знакомыми коллегами и подчиненными. Чтобы максимально эффективно выполнять ежедневную канцелярскую работу, ему приходится многие действия доводить до автоматизма. Само по себе это неплохо. Минус в том, что, если вся деятельность будет такой, то можно постепенно утратить способность создавать новые «надстройки». Поэтому Сакураи в итоге разучился реагировать на резкие изменения, и стал легко поддаваться на «ложные выпады» собеседников.
Неспособность правильно реагировать на «ложные выпады»
Суть понятия «ложных выпадов» легче всего объяснить на примере из мира спорта. Например, когда в футболе нападающий с мячом хочет прорвать защиту соперника, он делает движение вправо, чтобы обмануть противника, а сам бежит влево. Защитник, который не может правильно отреагировать на такой маневр, теряется. Думаю, в бизнесе тоже бывают такие ситуации.
Возможно, тот клиент, который звонил Сакураи, специально изъяснялся путано, чтобы ввести собеседника в заблуждение. Чтобы в таких случаях спокойно реагировать, моментально вычислять истинные намерения собеседника и знать, как ему ответить, нужно держать лобные доли в тонусе. Если они работают хуже, чем надо, человек тут же начинает «зависать». Ведь он привык реагировать привычным, шаблонным образом.
Такое может происходить не только во время деловых переговоров, но и в повседневной жизни.
Что означал ответ «Мой коллега позже свяжется с вами»
Второй важный момент в истории Сакураи – то, что он научился избегать трудностей с помощью фразы «мой коллега позже свяжется с вами». Иногда люди, становясь руководителями, начинают перекладывать на подчиненных задачи, которые самим неохота делать. Они оправдывают это тем, что у них слишком много работы. Получается, так руководители «сбегают» в мир, где можно отделываться стандартными решениями и шаблонными реакциями.
Наш мозг всегда стремится к покою, поэтому он не любит все эти «ложные выпады» и прочие трудности. Но иногда у человека нет выбора. Именно так было у Сакураи, когда ему приходилось работать с клиентами: хочешь – не хочешь, а надо было самому решать их проблемы. Его мозг постоянно тренировался, чтобы без проблем справляться с этой задачей. А теперь он, сталкиваясь с проблемой клиента, всегда старается обойтись одной простой фразой «мой коллега позже свяжется с вами». Возможно, это необходимые меры, но если постоянно так действовать, то лобным долям не будет хватать нагрузки.
Если кто-то будет думать за тебя, то ты в какой-то степени перестанешь использовать ресурсы своего мозга. Сакураи, например, стал зависеть от своих подчиненных, которые выполняли задачи вместо него.
Люди часто лишают свой мозг работы, когда перекладывают ответственность на других: передают работу другому отделу в компании, заставляют секретаря составлять расписание, домашние хлопоты поручают жене и так далее. Помимо этого, многое за нас делают компьютеры, интернет, телефоны, навигаторы… В такой обстановке функционирует мозг современного человека.
Человек не смеется над шутками вместе с другими
В случае с Сакураи мы видим, что у человека был образ «успешного себя». А оказалось, что он давно не способен на то, что мог раньше. Столкнувшись с такой пропастью между реальностью и своими представлениями, Сакураи почувствовал то самое состояние «зависания».
✓ Когда лобные доли начинают работать хуже, зачастую человек: часто использует в речи указательные местоимения («то», «это»…);
✓ испытывает трудности с выражением своих мыслей новому собеседнику;
✓ постоянно повторяет один и тот же рассказ, одну и ту же шутку одному человеку;
✓ не может вовремя понять шутку, над которой все смеются;
✓ затрудняется строить планы, рационально использовать время;
✓ начинает часто терять вещи, с трудом их находит;
✓ теряет способность обдумывать ситуацию в целом и сосредотачивается на деталях;
✓ становится упрямым, не следит за изменениями в мире и не ориентируется в текущей ситуации.
Когда человек не смеется над шутками вместе со всеми, пожалуй, это типичный случай подступающей болезни. Может быть, причины этого не очевидны, но я сейчас поясню, почему это так. Дело в том, что в шутках обычно есть неожиданные повороты. Обычно смешно нам именно из-за того, что развитие событий внезапно идет совсем не так, как мы ожидали. Обычно люди моментально реагируют на это неожиданное развитие событий. Но человек, который не может так быстро среагировать, не понимает сути шутки и не смеется. Он чувствует, как будто его застали врасплох.
Если с вами такое случается, подумайте внимательно, какой образ жизни вы ведете? Может быть, ваши лобные доли совсем не получают нагрузок?
Глава 2
«Ну и ладно» – подход, ведущий к слабоумию
Забыл, что хотел сказать
Думаю, каждому приходилось оказываться в ситуации, когда надо выступить перед публикой, а все мысли вдруг исчезают из головы. Например, на свадьбе. Этот феномен тоже можно отнести к «зависаниям». Так бывает, когда эмоциональная система начинает доминировать над когнитивной. В лобных долях – центре когнитивной системы – есть функция контроля эмоций. Когда человек начинает очень сильно волноваться, его эмоциональная система как будто кричит: «Какой ужас, мы пропали!», и чтобы унять эту эмоцию, лобным долям приходится тратить много энергии, и они как бы «перегреваются». Тогда слова поздравлений, которые вы так тщательно готовили, напрочь забываются, вылетают из головы.
Это естественное «зависание», оно не связано с ухудшением интеллекта. Однако бывают случаи, когда баланс работы мозга нарушен, и когнитивная система слишком ослаблена по сравнению с эмоциональной. Тогда человек легко впадает в панику (подробнее об этом речь пойдет в 8-й главе).
В каких же случаях стоит подозревать ухудшение когнитивных функций? Например, если человек «зависает», когда ему нужно четко выражать свои мысли, и в этот момент он относительно спокоен. Или если во время своей речи он забывает, о чем говорил, и вообще, говорит нескладно. Если эти явления не редкость, то можно предположить наличие проблем.
Разрозненное мышление. Случай преподавателя университета, который затруднялся вспомнить имена знакомых людей.
Обана Итиро, 58 лет (имя изменено). Преподаватель филологического факультета государственного университета. Декан факультета, специализируется на французской литературе. Живет вдвоем с женой, есть взрослые сын и дочь. Его семейная жизнь спокойна и размеренна. В последнее время он стал забывать, о чем говорит, прямо посреди своего рассказа, и это его пугает. Он общается со многими людьми, но постоянно затрудняется вспомнить имена собеседников и очень переживает из-за этого. Он может увидеть по телевизору знакомого актера, но никак не может вспомнить, как его зовут.
Он делает себе пометки в блокнот, чтобы не забыть что-то сделать, но забывает сам факт того, что что-то записывал. Когда ведет машину без навигатора, может заблудиться в хорошо знакомом районе.
Ему говорят, что он стал очень неуступчивым и его взгляд на вещи несколько устарел, но он не видит в этом проблемы. Он вот-вот достигнет пенсионного возраста и опасается, что у него может развиться слабоумие.
Если человек посреди своего рассказа забывает, о чем говорит, значит, он не может координировать свое мышление. Человек получает информацию извне, она соединяется с тем, что уже хранится в его долговременной памяти, и так возникают новые мысли. В основном, это проделывают лобные доли. В прошлой главе мы говорили о Сакураи, который не мог правильно выстроить новую линию своего поведения из-за того, что его лобные доли стали функционировать хуже, чем раньше. А у профессора Обаны проблема усугубляется тем, что его мозг не способен сохранять новые структуры, которые он создает.
Почему действия пьяных людей прерываются
Когда мы собираемся что-то сделать, мы не продумываем свои движения одно за другим. Мы сначала определяем всю цепочку действий, которые надо произвести, и только потом по очереди их выполняем (а если один и тот же набор действий производим очень часто, то начинаем делать это «на автомате»). Для этого требуется какое-то время держать в голове новые мысли и установки. Если с этим возникают проблемы, то человек сразу же забывает, что он в данный момент делает и зачем.
Разговор – это тоже процесс упорядочивания. Мы выстраиваем в нужном порядке слова, воспоминания, мысли, и тогда у нас получается связный рассказ. Но если мозг не может запомнить эту новую последовательность, то мы вдруг посреди рассказа теряемся, не в состоянии вспомнить, о чем шла речь.
Такое случается не только когда есть хронические проблемы функционирования лобных долей. Такой же эффект возникает, когда когнитивная система не поддерживается в достаточном напряжении. Типичный пример – обычное алкогольное опьянение. В нетрезвом состоянии когнитивная система не может долго находиться в тонусе. Поэтому, когда пьяный человек пытается рассказать интересную историю, он может посреди рассказа забыть все, что хотел сказать, и замолкает. Он «тормозит», это состояние как раз похоже на «зависание».
Процесс упорядочивания всей нужной информации можно сравнить с тем, если бы вы пытались удержать в охапке несколько букетов цветов. Если у вас достаточно для этого сил, то вы можете держать их довольно долго. Но если вы в какой-то момент ослабите хватку, то они выпадут из рук. Чтобы научиться держать их долго, надо постоянно тренироваться. Чтобы поддерживать состояние напряжения, нужны тренировки.
Вы можете удивиться, почему же эта проблема возникла у преподавателя, для которого что-то рассказывать – это привычная задача? Дело в том, что если содержание его речи всегда одинаково, то человек не тренирует свою способность «с нуля» выстраивать рассказ и держать в голове новые идеи. Такие профессионалы, как Обана, работают по своей специальности уже десятки лет. Они могут спокойно обсуждать все, что касается их работы, уже автоматически. Если человек будет каждый день, как магнитофон, воспроизводить один и тот же рассказ, то когнитивные функции мозга в этом процессе задействованы не будут. Лобные доли получают нагрузку в том случае, когда вы всегда говорите на разные темы и по-новому выстраиваете свою речь. Возможно, у профессора Обаны такой возможности как раз не было.
Какую работу мозга взял на себя автомобильный навигатор
Если вы впервые поехали по привычной дороге без навигатора и заблудились, значит, раньше во время вождения вы не задействовали когнитивные функции мозга.
По идее проблемы с построением маршрута, а значит, – с ориентированием в пространстве, должны означать, что что-то не так в области теменной доли мозга. Но это не единственная причина (хотя часто у людей, которые плохо ориентируются на местности, компьютерная визуализация выявляет уменьшение размеров теменной доли мозга). Когда мы запоминаем дорогу, мы выбираем для себя ориентиры и решаем, что должны делать, когда их увидим (повернуть направо, налево или ехать прямо). Чтобы построить маршрут, мы должны принять серию таких решений. Если все будет в голове, то можно без проблем добраться до места назначения. Но если ничего не выбирать, не решать и не систематизировать информацию, то в итоге можно запутаться на знакомой местности. Можно узнавать места, но не знать, где нужно повернуть. Возможно, именно поэтому профессор Обана плохо ориентировался без навигатора.
Пример с навигатором – самый типичный образец того, как различные удобные приборы выполняют разные задачи вместо нас. Нам кажется, что с их помощью наша жизнь становится качественнее, но на самом деле, используя их, мы перестаем делать вещи, которые раньше требовали от нас приложения умственных усилий.
Как легко вспоминать информацию
То, что у нашего героя появились проблемы с памятью на имена людей, скорее всего, связано с ухудшением работы лобных долей. Люди обычно думают, что проблемы с памятью вызваны сбоями в работе гиппокампа и височных долей. Но эти области мозга на самом деле, говоря простым языком, только накапливают воспоминания. А корень проблем, связанных с невозможностью вспомнить информацию в нужное время и в нужном месте, надо искать в работе лобных долей или в их связи с гиппокампом и височными долями.
Я могу выделить три основных метода, которые помогут вам легче вспоминать нужную информацию.
Во-первых, старайтесь часто припоминать то, что хотите запомнить. Например, если вы каждый раз, видя чье-то лицо, будете вспоминать имя этого человека, то в итоге потом оно будет сразу само собой всплывать у вас в памяти.
Второй метод – это группировка информации. Есть такое явление, которое называется «магическое число семь». Суть его в том, что человек одновременно может запомнить ограниченное количество элементов информации, например, слов или чисел. Кто-то может запомнить 7, кто-то – только 3, в среднем это число составляет 5±2. Если элементов информации больше этого значения, то человек ее забывает. Получается, объем данных, которые мы с легкостью можем запоминать, сильно ограничен. Но если сгруппировать информацию, то можно запомнить гораздо больше. Например, если вам скажут запомнить имена всех профессиональных бейсболистов, вы вряд ли сможете это сделать. Задача станет выполнимой, если сгруппировать их. Например, сначала разделим всех на две лиги: Тихоокеанскую и Центральную[3]. Потом посмотрим, какие команды составляют эти лиги. Дальше можно запомнить имена инфилдеров[4] команд. Если таким образом сгруппировать все имена, мы сможем запомнить их больше, и вспомнить их тоже будет легче.
Третий метод заключается в том, чтобы создавать как можно больше «зацепок» для того, чтобы легче было вспоминать. Например, если вы всегда встречаетесь с людьми в одном и том же кабинете, вам будет сложнее запомнить, кто есть кто среди них. Но если изменить место встречи, то вы сможете вспомнить: «Это тот человек, с которым мы встречались там-то». Место станет «зацепкой» для памяти. Еще проще вам будет вспомнить человека, если вы подключите к этому и другие факты. Например, о том, что вы делали вместе, или что вы подарили ему и т. д.
Чтобы легко извлекать из памяти информацию, крайне важно использовать какой-нибудь из этих приемов. Нет ничего удивительного в том, что вы не можете вспомнить что-то, если вы не использовали ни один из этих методов. Наш мозг устроен так, что старается запоминать всё, что мы видели и слышали (именно поэтому мы иногда вдруг вспоминаем то, что, как нам казалось, уже давно забыли). Но если мы не будем задействовать когнитивные функции мозга во время запоминания информации, то мы не сможем сразу извлечь ее из памяти, когда захотим.
Оценивая чью-то память, люди склонны обращать больше всего внимания на то, сколько этот человек может запомнить бессмысленных цифр или символов. То есть, сколько их он может «записать» в свою кратковременную память (это можно натренировать, например, постоянно выполняя арифметические упражнения). На самом деле на качество памяти влияет то, сколько человек прикладывает усилий при запоминании: повторяет ли он информацию, группирует ли ее и создает ли «зацепки». Скорее всего, это как раз одна из тех вещей, о которой мы забыли, привыкнув пользоваться интернетом и смартфонами.
У тех, кто каждый день без особой цели встречается со множеством людей, обычно исчезает привычка прикладывать такие усилия. Поэтому сначала они не пытаются группировать полученную информацию, не создают себе «зацепок», и поэтому все забывают. А потом они даже не могут воспользоваться всеми этими методами, чтобы что-то извлечь из памяти. Потому что для того, чтобы сопоставить в уме все «зацепки», чтобы упорядочить знания, нужна координация мышления, а она у них уже к тому моменту ослаблена. В результате получается, что человек не может сразу вспомнить имена новых знакомых и вещей, о которых он недавно узнал.
Привычка «добавлять в избранное» и не возвращаться к этому
Профессор Обана делает себе пометки в блокнот, чтобы потом не забыть, что нужно сделать. Но проблема в том, что он забывает даже сам факт того, что что-то записывал. Чем это можно объяснить? Думаю, так происходит, потому что эти пометки в блокноте – часть цепочки рутинных дел, которые он совершает, не задумываясь, «на автомате». Это похоже на то, как мы добавляем сайты в «избранное», чтобы больше никогда к ним не вернуться. Так же и Обана, хоть и имеет привычку оставлять заметки, но делает это машинально, поэтому вспомнить об этом не может.
Если бы у него была привычка всегда просматривать свои заметки дома, он бы не забывал это делать. Но, поскольку у него такой привычки нет, результат получается один и тот же, делает он себе пометки или нет.
О чем стоит беспокоиться людям, которые потеряли гибкость мышления
В истории профессора Обаны можно найти еще один синдром, который характерен для людей с первыми признаками снижения интеллекта. Это тот факт, что его стали называть неуступчивым и говорить, что его взгляды устарели. Что подразумевается под неуступчивостью? Состояние, когда человек слишком эмоционально реагирует и, вместо того чтобы спокойно обдумать чужие слова, сразу говорит категоричное «нет». Можно предположить, что в этом случае функции лобных долей уже настолько ослаблены, что мозгу просто лень создавать новые структуры, новые «надстройки».
Я думаю, на все в мире можно смотреть с разных точек зрения. Например, можно оценивать только температуру воздуха, а можно учесть еще и влажность. Какие-то вещи для одних кажутся правильными, а для других – нет. Старшее поколение может придерживаться одних взглядов на какую-то проблему, а молодежь – других. Полезно рассматривать одно и то же явление с разных позиций, стараться выйти за пределы своих стереотипов и шаблонов и попробовать увидеть вещи с чужой точки зрения. У тех, чьи лобные доли работают хорошо и позволяют легко делать выбор, принимать решение и упорядочивать информацию, не возникает с этим проблем. Когда лобные доли слабеют, человек начинает игнорировать мнение окружающих, не может спокойно справляться с новыми вызовами.
Конечно, иногда люди просто не замечают, что человек сформировал свое мнение, рассмотрев и обдумав проблему с разных сторон, и думают, что он упрямый. Но в зоне риска находятся те, кто, как наш герой Обана, считает, что всё в порядке, когда другие люди отмечают, что он стал неуступчивым и придерживается устаревших взглядов.
Спокойная жизнь – это небезопасно
Проблемы профессора Обаны могут быть связаны с той средой, в которую он попал: в жизни всё уже улажено. Довольно часто такая полная стабильность становится причиной проблем людей в зрелом возрасте.
Обана занимает определенное положение в обществе. Он преподаватель государственного университета, декан факультета, и эта позиция сохранится за ним до пенсии. Он прошел все ступени карьерной лестницы: от лектора до ассистента профессора, от ассистента до профессора, а потом и до декана факультета. Целей больше нет. В семье всё тоже стабильно: дети выросли и живут отдельно, а Обана ведет спокойную жизнь с женой. Ему больше не нужно ничего менять.
В молодости быть упрямым невыгодно. Конечно, твои убеждения могут быть правильными, но во многих областях, чтобы расти над собой, нужно быть гибким и менять свои взгляды. Если ты не прислушиваешься к словам разных людей и ничему у них не учишься, тебе не будут открываться новые возможности. Да, это сложно, ведь для этого нужно как-то усмирить свои эмоции. Это становится хорошей тренировкой для лобных долей.
Когда люди достигают такого положения, какое сейчас у Обаны, остальные так или иначе начинают подстраиваться под их мнение. Конечно, приятно, когда тебе все уступают. Но если человек не захочет приложить усилий, чтобы измениться, он останется в среде, где не нужно реагировать на изменения.
То, что дети больше не живут в родительском доме, тоже весомый фактор. У меня тоже есть дети, которые пока еще живут со мной, и, надо сказать, они вносят в жизнь много перемен. Они взаимодействуют с совершенно чужим для тебя самого типом информации, у них свои стимулы, свой взгляд на мир. И когда пытаешься понять их, то постоянно тренируешь способность своих лобных долей реагировать на внешние изменения.
Обана очень быстро потерял эти возможности для тренировок. Самое плохое в этом было то, что он сам не замечал изменений. Обана думал, что продолжает жить, как раньше, но на самом деле он перестал делать какие-то вещи.
Снижение интеллектуальных способностей и старение не всегда связаны
Профессор Обана уже немолодой. Возможно, вы думаете, что у людей в его возрасте интеллектуальные способности снижаются, поэтому пожилые люди становятся забывчивыми и с трудом могут долго что-то рассказывать. Но я думаю, что это не так.
Самая главная причина снижения интеллекта – это обстановка, среда, в которой живет человек. Возраст – второстепенный фактор. Вы можете оставаться в ясном уме и в старости, если все условия будут этому способствовать. А можно заработать проблемы с интеллектом и в юности, если пренебрегать некоторыми функциями мозга вместо того, чтобы поддерживать их в рабочем состоянии сбалансированно. Такое положение дел кажется мне более вероятным. Далеко не все начинают плохо соображать по достижении солидного возраста.
Важно всегда сравнивать себя нынешнего с собой в прошлом (но ни в коем случае не с другими людьми!). Выяснять, с чем ты перестал хорошо справляться, и стараться компенсировать это. Когда мы молоды, все это происходит у нас само собой. Например, когда не можешь запомнить что-то для экзамена, ты повторяешь снова и снова, прикладываешь усилия, чтобы как-то всё же запомнить материал. Если ты только начал работать в торговом отделе и не можешь вспомнить имя клиента, ты не можешь махнуть на это рукой и оставить все как есть. Но когда ты, как в случае с профессором Обаной, достигаешь такого положения, когда тебе все прощается, ты попадаешь в такую обстановку, которая приводит к проблемам с мозгом.
Если мозг «завис», значит, в этот момент он не выполнял работу, которую должен был выполнять. Если с этим ничего не делать, такие случаи останутся пробелами в мыслительном процессе. Накопление подобных пробелов приведет к тому, что человек будет постепенно терять навыки один за другим.
Приносит ли вам что-нибудь ощущение новизны?
Тем, кто замечает у себя подобные симптомы, прежде всего нужно начать вести блокнот. Память опять подвела? Ничего страшного, в подробностях запишите в блокнот, что конкретно вы не смогли вспомнить. Постарайтесь все-таки это вспомнить или найдите какую-то информацию о том, что забыли. А в следующий раз приложите все усилия, чтобы новая подобная информация не вылетела из головы. Одна только эта мера не даст симптомам усугубиться. Если вы не сделаете себе таких «подсказок», вы просто закроете глаза на то, что опять что-то забыли, и забудете даже сам факт того, что это случилось.
Второе, что вам нужно сделать, – потренироваться долго разговаривать. Пусть в этом вам поможет ваша семья. Ваша цель – не просто вести долгий рассказ, а попросить собеседника задавать уточняющие вопросы и подробно проговаривать именно те моменты, которые вам непривычно обсуждать, которые не доведены до автоматизма. Сначала вам будет сложно стройно выразить свою мысль, в рассказе будут то и дело возникать паузы, но это и есть тренировка создания новых «надстроек» и поддержание условий, где они могут возникнуть.
Кажется, я пишу об очевидных вещах. Но именно очевидные вещи, как правило, внезапно исчезают из нашей жизни. Если вы компенсируете «что-то», что перестали делать, то пойдете на поправку. Ведь одно только чтение вслух или выполнение арифметических упражнений – не панацея.
Еще очень полезно заняться чем-то новым. Можно пойти учиться тому, что далеко от вашей специальности, начать ходить на интересные курсы, научиться чему-то новому у членов семьи. Тем, кто постоянно находится в позиции учителя, полезно иногда покидать привычное кресло преподавателя и становиться учеником. Это даст возможность найти что-то новое в уже привычном и посмотреть на вещи под другим углом.
В конечном итоге молодость мозга определяется тем, сколько у человека интересов, как часто ему приходится решать интеллектуальные задачи, и насколько его жизнь наполнена новым. Мозг человека, у которого в жизни всего этого много, всегда остается «молодым» в любом возрасте. И наоборот, мозг молодых людей, лишенных такого разнообразия в жизни, может быстро «постареть». Можно сказать, «молодость» мозга зависит только от количества новых задач. Всем, кто сталкивается с «зависаниями» мозга, нужно обязательно делать свою жизнь разнообразнее.
Глава 3
Мозг, «заточенный» под компьютер
Когда пациенты с симптомами снижения интеллекта идут на поправку
Когда пациенты с симптомами снижения интеллекта начинают выздоравливать, с ними происходят изменения. Я хотел бы рассказать об одной особенности, которую я заметил. На мой взгляд, это важная для читателей информация. Однако она основана на внешнем наблюдении, поэтому может быть воспринята несерьезно. К тому же, то, что я сейчас опишу, может происходить с людьми по разным причинам, например, из-за какой-то болезни. Так что по одному этому симптому нельзя судить о высокой вероятности проблем с интеллектом. Но всё же стоит обратить на нее внимание, поэтому позвольте с вами поделиться. Я постараюсь выразить это как можно более тактично.
Часто люди, у которых симптомы снижения интеллекта выражены особенно сильно, не имеют привычки смотреть по сторонам. Для среднестатистического человека кабинет врача – место, полное непривычных ему вещей. Поэтому обычно люди заходят в кабинет и бегло осматривают все вокруг, стараясь получить побольше визуальной информации. Взгляд – это внешнее проявление. Он может говорить о том, как мозг человека направляет внимание на окружающий мир, получая сигналы с помощью всех рецепторов, включая обоняние, слух и так далее. Пациенты с серьезными симптомами снижения интеллекта, входя в мой кабинет, не осматривают его.
У мозга (в особенности у лобных долей) есть функция «радара». Когда она в порядке, человек чутко реагирует на изменения вокруг, и эта реакция стимулирует активность мозга. Но иногда происходит обратное. Человек попадает в замкнутый круг: он считывает крайне мало информации об окружающем мире, из-за этого практически перестает замечать какие-то изменения в нем, и это, в свою очередь, тормозит активность мозга. Когда такие пациенты начинают проходить лечение, и их образ жизни меняется в лучшую сторону, они постепенно выздоравливают. Сигналом о начале выздоровления становится то, что они начинают активно смотреть по сторонам.
Почему важно разнообразие проявлений
Еще всех выздоравливающих пациентов объединяет то, что они начинают больше использовать жесты во время беседы и могут внятно и четко выражать свои мысли. Мозг не только «радар», который собирает и обрабатывает внешнюю информацию. Он еще стремится с помощью тела отразить намерения человека. Когда мозг функционирует хорошо, тело человека сразу же отзывается. Он решает что-то сказать собеседнику – двигаются не только губы, но и всё тело тоже не статично. То есть намерения совпадают с внешними проявлениями. Конечно, если пациент говорит что-то слишком эмоциональное или его реплики машинальны, значит, у него могут быть проблемы с когнитивной системой, но симптомы снижения интеллекта уже исчезают.
Насколько внимательно человек смотрит вокруг себя, и как выразительно он разговаривает, зависит от получения и выдачи информации его мозгом. Если мозг делает это хорошо, когнитивные функции активны. Когда пациент уже находится на этой стадии, я говорю ему: «Вы уже активно смотрите по сторонам. Можете как следует вести беседу. Ваш мозг уже функционирует, как здоровый. Запомните это состояние и не забывайте». Если человек хорошо понимает это, то он постепенно выздоравливает.
Мы смотримся в зеркало и выпрямляем спину. Такими же «зеркалами», ориентирами для нас могут стать движения глаз и манера разговаривать. Оценивая их, мы можем судить, стоит ли пересматривать свой образ жизни, и проверять, правильно ли используем возможности своего мозга.
Пренебрежение движением глаз ведет к слабоумию
Чем грозят прямо противоположные условия? Если человек вынужден находиться в такой обстановке, когда ему приходится постоянно смотреть в одну точку и не с кем разговаривать, то его интеллект начнет снижаться.
Типичный пример – старики, о которых заботится их семья. Они уже с трудом ходят. Хорошо, если семья заставляет этих бабушек и дедушек помогать по дому, водит их на прогулку. Но бывает так, что молодые люди заняты и не делают этого. Тогда старики проводят время одни в своей комнате, в основном, перед телевизором.
Казалось бы, телевизор дает человеку информацию. Но дело в том, что она другого качества. Информация – это всё, что мы воспринимаем с помощью своих пяти чувств: зрения, слуха, обоняния, осязания, вкуса. Воспринимая такую неупорядоченную, многогранную информацию извне, которая, к тому же, еще и меняется, мы судим об окружающей обстановке. На основе этого – выстраиваем свое поведение. Этот непрерывный процесс необходим для поддержания работы нашего мозга на всех уровнях. Как только человек попадает в условия, когда он вынужден целыми днями смотреть телевизор в одной комнате, у него исчезают все шансы на такую активность. Зачастую старческое слабоумие начинает развиваться именно так.
Работать весь день за компьютером опасно
Если честно, я в последнее время больше обеспокоен другой проблемой. Меня волнуют люди, которые на работе вынуждены весь день сидеть за компьютером. Особенно ужасны условия труда некоторых системных инженеров и программистов. Им приходится по многу часов сидеть перед монитором, чтобы выполнить сложную работу. Вдобавок к этому, у них нет возможности даже поговорить: всё общение ведется по электронной почте. По сути, это условия, при которых объем получаемой и выдаваемой мозгом информации принудительно ограничивается. Если годами так работать, не компенсируя то, что мозг недополучает, это приведет к снижению интеллекта.
Ко мне на приемы все чаще приходят люди, работающие в подобных условиях. Мне кажется, что это становится большой проблемой современного общества. Следующий случай, который я опишу, как раз один из таких. Эта проблема проявилась только в последние годы, поэтому недостаток клинической практики не позволяет утверждать что-то по этому поводу. Но я продумал причины и расскажу вам, что можно предпринять, чтобы избежать таких проблем.
История системного инженера, у которого появились проблемы при работе за компьютером. Он жаловался на периодическое ощущение «туманности сознания», непродуктивность и слабость.
Хасимото Кадзуюки, 30 лет (имя изменено). Работает программистом в небольшой компании, которая занимается проектированием информационных систем. На работе он весь день сидит за компьютером и программирует, вспоминая и применяя определенные паттерны из языка программирования. Он очень сильно занят: чтобы выполнить план, ему приходится трудиться больше 10 часов в день. Время от времени у него проявлялось притупление сознания, поэтому приходилось увеличить время работы. В итоге получался замкнутый круг. Вся коммуникация с коллегами происходит, в основном, по электронной почте. Иногда он может обменяться парой фраз с коллегой, который работает рядом. Он всё чаще стал замечать, что находится как будто в полусонном состоянии, когда к нему, например, кто-нибудь обращается. В выходные он не хочет встречаться с друзьями и просто проводит время дома, ничего не делая. Хасимото рассказывает, что у них на работе некоторые жалуются, что не могут сфокусировать зрение на разных предметах, и у него самого такая же проблема.
В таких случаях, как у Хасимото, требуется очень бережный подход во время обследования и лечения (само собой, обследование и лечение любого пациента требует тщательного подхода). Дело в том, что такие симптомы, как притупление сознания и проблемы с фокусировкой зрения могут быть признаками депрессии. Проблема в том, что, если это действительно депрессия, то поиск причин и лечение будут кардинально отличаться от лечения снижения интеллекта.
Но я не буду здесь учитывать такие эмоциональные расстройства, как депрессия, потому что это было бы небольшим отходом в сторону от главной темы.
Состояние непрерывной езды по автомагистрали
Поделиться книгой: