Расплата за незабываемую ночь

У него подкосились ноги, когда она коснулась его языка своим горячим скользким язычком. И только тяжелый стол, к которому прислонился Харрис, помог ему удержаться на ногах. Эта женщина умела целоваться, о чем он ни на секунду не забывал. Но стоило ему потянуться рукой к ее шикарным ягодицам, как она тут же вырвалась из его объятий.

– Ты куда? – зарычал он.

– В другой конец комнаты. – Ее грудь тяжело вздымалась, словно она пробежала марафон. Если честно, его собственным легким тоже не хватало кислорода. – Что ты делаешь, черт бы тебя побрал?

– Ты хотела поцеловаться не меньше моего.

– Ты решил доказать мне, что я не могу устоять перед тобой?

Ему пришлось по душе признание Роз, но, судя по выражению ее лица, она тут же пожалела о своих словах. Хендрикс посмотрел на нее с возросшим интересом. Его манили ее покрасневшие губы, но он не стал донимать ее. Сначала ему хотелось понять, какой оборот начали принимать их отношения.

– Ты сказала, что у нас ничего не получится. И я просто помог тебе увидеть, как сильно ты ошибаешься.

– Я говорила не о сексе, а о том, что мы в общем не подходим друг другу. С сексом у нас все очень даже в порядке.

– Я пытаюсь понять, что в этом плохого. – В Вегасе они определенно наслаждались обществом друг друга. И теперь, когда ему выпала возможность поцеловать ее еще раз, он остался неудовлетворенным из-за того, что все закончилось слишком быстро.

– Я не хочу снова оказаться на первых страницах газет и журналов, – забавно просипела Роз. – Хендрикс, ты заставил меня забыть о том, что нас могут видеть прохожие за окном. Никаких поцелуев до свадьбы. Считай это актом доброй воли.

– Значит, мы все-таки поженимся, – уточнил он.

– Но только в качестве сотрудничества. Когда наш брак перестанет быть взаимовыгодным, мы разведемся. И никаких «и», «но» и «если». – Она окинула его жарким взглядом, который по-прежнему кричал о ее желании. – Договорились? Или нам нужно заверить наше соглашение у адвоката?

– Ты можешь доверять мне, – проворчал Хендрикс. Она что, думала, что он будет вынуждать ее оставаться замужем за ним, чтобы воздерживаться от секса до конца своих дней? – Если только ты будешь честной со мной.

– Можешь не беспокоиться.

Он подумал, не пожать ли ей руку в знак заключения сделки, но, увидев в ее глазах испуг, решил не рисковать. Несмотря на не очень приятные условия, которые выдвинула Розалинда, соглашение того стоило.

Хендрикс огорчил свою мать, и ему пришлось уладить ситуацию, к тому же так, как того пожелала она сама. И кому какое дело, если глубоко в сердце он мечтал о том, чтобы принадлежать к такой аристократической семье, как Карпентеры.

Теперь его беспокоило следующее: как оставаться помолвленным с Роз без того, чтобы не попытаться соблазнить ее еще раз и не слишком сблизиться с ней.

Роз не так представляла себе помолвку. Хотя она вообще не мечтала о подобных вещах. Ее подружка Лора была помолвлена целых полгода и на протяжении этих шести месяцев выбирала платье и рассылала приглашения. Пока однажды не вернулась домой чуть пораньше и не обнаружила своего жениха и голую баристу, которая взбивала пенку на латте этого козла прямо в кровати Лоры. С тех пор Розалинда с подругой ни разу не заглянули ни в одну кофейню в радиусе четырех кварталов от той, где работала злополучная девица, разрушившая свадьбу Лоры.

Что касалось помолвки Роз, тут было намного меньше эмоций и суеты. Где-то дня три. Но на четвертый Хендрикс утром написал ей сообщение, что заедет к ней. И поскольку это был не вопрос, а утверждение, она, тяжело вздохнув, поднялась с кровати и пошла одеваться. Как же ей хотелось повернуть время вспять. Тогда бы она ни за что не закрутила с ним роман.

Но она успокаивала себя тем, что в сложившейся ситуации были и положительные стороны. Разве могла Роз отказаться от Хелен Харрис в костюме клоуна? Ни одна больница не закроет дверь перед этой женщиной, и тогда у «Клоунады» пойдут дела в гору, несмотря на репутацию ее основательницы. Это будет реклама и для кандидата в губернаторы, и для только появившейся на свет благотворительной организации. И Роз не придется просить отца употребить свое влияние, хотя она не стала бы обращаться к нему в любом случае.

Но отец точно одобрил бы то, что она выходит замуж за человека, вместе с которым оказалась в центре скандала. Нужно только рассказать ему о предстоящей свадьбе.

Роз боялась думать о том, что решилась на такое безумие, но, когда Хендрикс позвонил ей, чтобы она впустила его в дом, она поняла, что больше не может прятать голову в песок.

– Неужели это моя любимая? – нараспев протянул он, когда Роз открыла дверь.

Боже правый, мог этот человек хотя бы в какой-нибудь одежде выглядеть непривлекательно? Ему шли костюмы всех фасонов и цветов. Но сегодня он остановил свой выбор на потертых джинсах, обтягивающих его бедра, и футболке, которая откровенно рекламировала его мускулистый торс. С таким же успехом он мог прийти голым, потому что его наряд совершенно не оставлял места воображению.

– Твоя любимая не сидела и не ждала, когда ты заявишься к ней в субботу, – проворчала Роз. – Вдруг у меня есть планы на сегодня?

– Конечно, есть, – расплылся в улыбке Хендрикс. – Со мной. Следующие шесть недель все твои планы должны включать меня, потому что свадьбы не появляются из ниоткуда.

Она скрестила руки на груди, всем своим видом показывая, что не собирается впускать его в квартиру.

– Появляются, если нанять организатора свадеб. И этим займешься ты. Мне все равно, где будет проходить свадьба и какими цветами будет украшено место проведения торжественной церемонии.

Розалинда не обманывала. Но еще меньше, чем выбирать цветы, ей хотелось проводить время с Хендриксом. От него исходила такая чувственность, что у Роз голова шла кругом.

– Да ладно тебе. Будет весело.

Она не могла понять, почему ее тело начинало сходить с ума от одного взгляда этих светло-карих глаз.

– У нас разное понимание веселья.

На его губах заиграла убийственная улыбка.

– Кажется, еще недавно оно было одинаковым.

Розалинда тут же вспомнила ночь в Вегасе и то, какие незабываемые чувства пробуждал в ней Хендрикс, когда его губы касались каждой интимной впадинки на ее теле.

– Я просила тебя больше не целовать меня, – чопорно заявила она, но в ее голосе послышалась неприкрытая паника.

Если честно, она не могла забыть его поцелуй и вспоминала его постоянно – когда принимала душ, чистила зубы, завтракала, смотрела телевизор, гуляла, просто дышала. И ее пугало то, что она не могла устоять перед Хендриксом Харрисом.

Но ей следовало не забывать, что он – временное явление в ее жизни. Как и все остальное. Тут даже речи не шло о том, чтобы сблизиться друг с другом – ни физически, ни эмоционально. Роз до сих пор страдала от потери дорогого ей человека и решила, что подобного больше никогда не повторится. Вот почему она предпочитала случайные связи серьезным. И она понятия не имела, что ее ждет после того, как она скажет свое «да».

– Ого. А разве я говорил о поцелуях? – вопросительно приподнял бровь Хендрикс. – Мы обсуждали, что значит веселье для каждого из нас. Похоже, тот поцелуй не оставил тебя равнодушной, раз ты до сих пор не забыла его.

– Зачем ты пришел?

– Мы помолвлены. А когда люди обручены, они проводят время вместе.

– Не вижу в этом никакой необходимости.

– А я вижу. Люди должны видеть нас вместе. Часто. Чтобы при виде меня они сразу же вспоминали о тебе, и наоборот. Иначе наша сделка теряет всякий смысл. Пойми, мы как арахисовое масло и джем светской тусовки нашего города.

– Удачное сравнение, – фыркнула она, чтобы не рассмеяться. – И что же из этих двоих я?

– Тебе выбирать, – великодушно предложил Хендрикс, и Розалинда поняла, что он сумел развеселить ее. Как он посмел поднять ей настроение?

Проблема заключалась в том, что он ей нравился. Иначе она ни за что не оказалась бы с ним в одной постели.

– Наверное, ты хочешь войти.

– Я хочу, чтобы ты вышла, – возразил он и, поймав ее за руку, потянул к себе, пока она не оказалась по другую сторону двери. – В твоей квартире нас никто не увидит. Никаких прохожих. Никаких репортеров в кустах. Я мог бы расстегнуть пару пуговиц на этой блузке, чтобы выяснить, что я могу обнаружить там при помощи своего языка, и никто не узнал бы об этом.

Хендрикс медленно провел подушечкой указательного пальца вдоль ряда пуговиц, и у нее побежали мурашки по телу.

– Но ты не станешь этого делать, – судорожно выдохнула Розалинда, проклиная свое тело и самого Хендрикса за то, что он в точности знал, как мало усилий ему нужно приложить, чтобы она начала сгорать от желания. – Потому что ты пообещал.

– Да, я пообещал, – весело подмигнул он. – А я человек своего слова.

Хендрикс приводил ее в замешательство. Она понимала, что он действительно сдержит свое слово. Роз не ожидала такого от парня, известного своей репутацией сорвиголовы и бабника. Но, может быть, она специально хотела видеть его именно таким, и ей не нравилось, когда он демонстрировал другие стороны своего характера.

Роз покачала головой, но ее внезапное замешательство никуда не исчезло. Она понимала, что им нельзя оставаться одним в квартире ни сейчас, ни потом. Но в данный момент она не могла вспомнить, что плохого могло произойти в итоге. Роз думала только о множестве хороших вещей, которые могли случиться, если бы она пригласила его на свидание к себе домой.

– Думаю, нам следует съездить к флористу, – заявил Хендрикс, который, к счастью, не догадывался, в какую сторону повернули ее мысли.

– Не возражаю.

– Тогда бери свою сумку. – Роз растерянно заморгала. – Или это клатч? Я понятия не имею, как называется эта штуковина, в которую вы, женщины, умещаете всю свою жизнь.

Она быстро схватила свою сумочку от Марка Джейкобса и поспешила на выход. Роз боялась, что Хендриксу может прийти в голову блестящая идея испытать свою силу воли за закрытыми дверями ее квартиры. Лично ее сила воли оставляла желать лучшего. И чем позже он догадается об этом, тем лучше.

Он проводил ее к своему автомобилю марки «астон-мартин» с низкой посадкой и помог забраться в мягкое кожаное кресло. Потом Хендрикс скользнул за руль машины, и ревущее чудовище послушно заурчало в его властных руках.

Роз могла бы часами смотреть, как он ведет машину. Подумать только, она ехала выбирать цветы для своей свадьбы. Со своим женихом. Уму непостижимо.

Хендрикс долго выбирал место для парковки. Конечно же он хотел остановиться прямо у входа в этот один из самых шикарных цветочных салонов города, где все смогут увидеть их выходящими из его дорогущей машины.

Он галантно открыл дверцу со стороны Роз и подал ей руку, помогая подняться с сиденья, которое находилось так низко, что почти царапало асфальт. И потом он не отпустил ее, а переплел свои пальцы с ее пальцами, и, на удивление, этот жест показался Роз очень естественным.

Когда они вошли внутрь салона, тихий гул голосов тут же смолк, и в них впилось несколько пар глаз. В некоторых взглядах читалась открытая неприязнь. И это люди, одобрения которых они оба искали. То самое общество, заклеймившее их свидание в Вегасе как нечто скандальное, неподобающее и шокирующее.

Роз машинально сжала пальцы, и Хендрикс ответил ей тем же, демонстрируя полную солидарность с ней. И ей показалось, что они уже стали одним целым. Арахисовое масло и джем, выступающие против целого мира.

У Розалинды слегка дрожали коленки, потому что она никогда не переживала ничего подобного. Никогда не хотела чувствовать себя парой с кем-нибудь из мужчин. Так почему для нее имело такое большое значение то, что они вместе бросили вызов общественному мнению? Особенно теперь, когда она поняла, что новая страница в жизни значила больше, чем налаживание отношений с отцом. Сейчас для нее важно было заручиться поддержкой этого самого общества, иначе даже участие Хелен Харрис не поможет начатому ею делу. А к роли изгоя среди почтенной публики их города Роз могла бы вернуться после развода с Хендриксом.

Она не ожидала, что, шагнув за порог этого салона, поймет, насколько разумной была его идея со свадьбой. Интересно, в чем еще ему удастся убедить ее?

Трезво оценив положение дел, Роз посмотрела на Хендрикса и пробормотала:

– За дело.

Глава 3

Чтобы попрактиковаться перед сенсационной и многолюдной вечеринкой в честь их помолвки, Хендрикс уговорил Роз устроить небольшой праздник у него дома. Только родственники и близкие друзья. Чтобы посмотреть, что ждет их в браке, и провести время вместе, не испытывая особого давления со стороны окружающих.

Та сцена в цветочном салоне, с тихим перешептыванием у них за спиной и косыми взглядами присутствовавших там клиентов, потрясла Роз. И она пришлась не по душе самому Хендриксу. Теоретически он понимал, что его сделка с Розалиндой имела значение для его матери и ее предвыборной кампании. Но на практике он особо не заметил серьезных последствий после появления того фото на страницах газет. Никто не отводил глаз, встретившись с ним на улице. Но он был парнем. А Роз нет. И его раздражали такие двойные стандарты.

Кто бы мог подумать, что он с такой готовностью будет делать все, чтобы Роз не испытывала неловкости, общаясь с другими людьми? Раньше такое ему бы и в голову не пришло, но сейчас все было по-другому. Если эта вечеринка у него дома поможет ей расслабиться, чудесно. Если нет, он придумает еще чего-нибудь. Та беззащитность, промелькнувшая в глазах Роз, когда они выбирали какие-то невероятно дорогущие цветы для свадьбы, затронула что-то у него внутри, и он провел немало времени, чтобы избавиться от этого чувства, но напрасно. Поэтому он поступил так, как всегда. Постарался свыкнуться с ним.

Кейтеринговая компания постаралась на славу, чтобы превратить его дом в место для вечеринки такого масштаба. Раньше Хендриксу никогда не нравились подобные мероприятия, если только за его столом не собиралось несколько приятелей с пивом и покерными фишками.

Роз приехала на машине, которую Харрис отправил за ней, и он не стал обращать внимания на тоненький голосок внутри, насмехавшийся над ним за то, что он болтался у выходившего на крыльцо окна, высматривая свою невесту. А посмотреть было на что. Когда открылась дверца машины, сначала появились туфли на высоченных шпильках, потом бесконечно длинные ноги и, наконец, сама Роз в коротком вечернем платье черного цвета, которое облегало ее фигуру и было задумано, чтобы сводить мужчин с ума.

Она собрала свои волосы в высокий шиньон, из которого выбилось несколько прядок, обрамляя ее лицо. Эта прическа была самой сексуальной из всех, которые он когда-либо видел у женщин.

Розалинда не успела позвонить, как Хендрикс распахнул перед ней двери и уставился на нее, не в силах сказать ни слова. А она холодно рассматривала его из-под своих густых черных ресниц.

– Спасибо за машину. На каблуках сложно водить, – спокойно заметила Роз.

– Выглядишь потрясающе, – прокашлявшись, выдавил Хендрикс.

Конечно, он и раньше встречал красивых женщин. Но это была его красивая женщина. По крайней мере до тех пор, пока их отношения будут считаться взаимовыгодными.

– Приму твои слова за комплимент, как ни странно это прозвучит.

– Ты видишь странность в том, что я сказал моей восхитительной невесте, какая она привлекательная? – Он окинул ее обжигающим взглядом, который она не могла не заметить.

– Ты не можешь говорить такие вещи, – пробормотала она и отвела глаза, уклоняясь от искры, которая вспыхнула между ними прямо на пороге его дома.

– Еще как могу. Ты запретила целоваться. Но я не соглашался держать при себе свои похотливые мысли и никогда не соглашусь. Если мне хочется сказать тебе, что у меня текут слюнки от желания стянуть это платье с твоих плеч и смотреть, как оно упадет на землю и обнажит твое тело, я так и скажу. Я даже могу сказать, что иногда во сне занимаюсь с тобой сексом и потом просыпаюсь настолько возбужденным, что не могу избавиться от напряжения, пока не начну фантазировать о тебе в душе. – Роз густо покраснела. Может, ее смутили его пошлые разговорчики, а может, она устыдилась того, что они понравились ей. Хендрикс не мог сказать с точностью. Он чуть ближе наклонился к ней и прошептал: – Веришь или нет, я могу рассказывать тебе о том, чем хочу заняться с тобой, не переходя к делу.

У нее за спиной захлопнулась дверца машины, и она дернулась, словно ей выстрелили в грудь.

– Пригласи меня внутрь, – тихо попросила Роз, бросая взгляд через его плечо. – Это ведь вечеринка, не так ли?

Ему следовало устроить вечеринку только для них двоих со строгим дресс-кодом – приходить в чем мать родила. Ну почему он согласился с ее безумными условиями воздерживаться от любого физического контакта до самой свадьбы? Если бы не Джонас и его жена Вив, которые подошли к крыльцу в этот самый момент, Хендрикс послал бы к чертям эти глупые правила и завел бы совсем другой разговор со своей невестой.

Он сделал шаг в сторону и позволил Роз войти в дом, а потом обхватил ее за талию, когда она попыталась пройти мимо него в гостиную.

– О нет, радость моя. Разворачивайся и встречай гостей. Мы ведь пара.

Она расплылась в улыбке, когда он притянул ее к себе.

– Как я могла забыть?

Джонас и Вив поздоровались с ними, держась за руки. Как забавно все получилось. Эта парочка поженилась в Вегасе в то же самое время, когда Хендрикс закрутил там роман с Роз.

– Ребята, знакомьтесь, это Роз. – Он мог и не представлять ее, потому что Джонас и Вив наверняка знали, кто она такая. Если не благодаря фото, которое облетело весь Интернет, то хотя бы потому, что она здоровалась с ними, будучи приклеенной к Хендриксу.

Вив, благослови ее Господь, улыбнулась Роз и пожала ей руку.

– Я Вив Ким. Приятно познакомиться. И не только потому, что мне нравится возможность пользоваться своей новой фамилией.

– Вы только поженились? – удивилась Роз.

– Только-только, – ответил муж Вив. – Я Джонас Ким. И моя фамилия осталась прежней.

Услышав его шутку, Хендрикс чуть не закатил глаза, но сдержался из уважения к старому другу.

– Спасибо, что пришли. Мы с Роз рады, что вы отпразднуете с нами нашу помолвку. Пожалуйста, заходите.

Он провел их в гостиную своего огромного дома площадью три тысячи квадратных метров, который приобрел для того, чтобы почувствовать себя своим среди сильных мира сего. Можно было только гордиться этим старинным особняком, который был своеобразным памятником ушедшей эпохи, и этот дом принадлежал Хендриксу на законных правах.

– Вы уже определились с датой свадьбы? – поинтересовалась Вив.