Общество и хозяйство в Римской империи. Том I

1

2

3

Необычная форма монумента нелегко поддается объяснению. Эврисак желал, чтобы сама форма монумента, так же как и надписи и рельефы, напоминали зрителю о его ремесле. На всех сторонах монумента повторяется (с незначительными вариациями) одна и та же надпись: Est hoc monimentum Marcel Vergilei Eurysacis, pistons, redemptoris; apparet. См.: CIL. I, 1013–1015; VI, 1958; Dessau. ILS. 7460 a — с; cp. также надгробную надпись его жены: CIL. I, 1016; VI, 1958; Dessau. ILS. 7460 d, а также надгробную надпись одного из его друзей: CIL. I, 1017; VI, 9812. Надпись гласит: «Это надгробие пекаря и предпринимателя Марка Вергилия Эврисака; он был также apparitor» (помощник чиновника). Рельефы, которые здесь воспроизводятся по рисункам из Mon. Ant. Асе. dei Lincei, изображают различные виды работ, связанных с ремеслом пекаря: сначала — как просеивают и промывают зерно, затем — как его мелют, затем — как замешивают тесто, затем — как его раскатывают и пекут (2 и 3) и, наконец, как сдают готовые хлебы магистратам, на которых работал Эврисак как предприниматель (7). Все это представляет собой типичную картину крупного коммерческого предприятия периода поздней республики или первых лет империи, на котором трудилось множество, может быть, несколько сотен, работников — рабов и свободных людей.

Таблица 5

Статуя Августа из Прима Порта (Рим, Ватикан)

Таблица 6

Основные идеи политики Августа

1. Алтарь из Карфагена

1. Одна сторона мраморного алтаря из Карфагена. Карфаген, в доме Ш. Соманя близ холма Сен-Луи.

См.: Merlin A. Bull. Arch, du Com. d. Trav. Hist. 1919. P. CLXXXVI sqq., CCXXXIV, app. 1;

Gastinel G. Carthage et l’Eneide // Rev. Arch. I. 1926. P.40 sqq.;

Rostovtzeff M. Augustus // Univ. of Wisconsin Studies in Language and Literature. 15. Fig. 1; Idem. Rom. Mitt. 1923/1924. 38/39. S. 281 ff.

Cp.: Csell S. Rev. Hist. 1926. 156. P. 12 sqq.

Надпись на храме, в котором находился этот алтарь, гласит: Genti Augustae P.Perelius Hedulus sac(erdos) perp(etuus) templum solo private primus sua pecunia fecit («Роду Августа поставил этот храм на своей земле и за свой счет П. Перелий Гедул, пожизненный жрец, и он был первым, кто это сделал»). О содержании рельефа см. т. I, с. 58.

2. Один из рельефов алтаря Мира

2. Украшенная скульптурными изображениями мраморная плита из галереи Уффици, Флоренция. Найдена в Риме в 1568 г. Согласно общепринятому взгляду, она представляет собой один из рельефов, располагавшихся у входа в святилище Ага Pads, построенное Августом на Марсовом поле в Риме. Хорошая библиография и превосходное описание рельефов содержатся в работе миссис Стронг «La Scultura Romana da Augusto a Constantino» (1923. P. 38. Fig. VI).

Рельеф представляет собой красивую иллюстрацию излюбленных идей Августа. В центре изображена Terra Mater, сидящая на скале, окруженной цветами и хлебными колосьями; на коленях она держит двух младенцев, между ними на ее платье лежат плоды. Она — воплощение образа Tellus из Carmen seculare Горация (29 sqq.):

Fertilis frugum pecorisque Tellus Spicea donet Cererem corona; Nutriant fetus et aquae salubres Et Jovis aurae [Обильная плодами и скотом земля Пусть одарит Цереру короной из пшеничных колосьев; Пусть питают приплод целебные воды И легкие дуновения Юпитера.]

Пара домашних животных у ног Матери Земли символизирует земледелие (бык) и пастбищное скотоводство (овца). Две фигуры справа и слева, одна из которых сидит на лебеде, другая — на морском чудовище, являются персонификациями рек и моря или воздуха и воды, или, возможно, тех аигае, о которых говорится у Горация. Я воспринимаю их как комбинацию того и другого; это прекрасные ауры, нежное веяние которых проносится над реками и морями. Ср. подобные фигуры на панцире статуи Августа (Табл. 5) и на патере из Аквилеи (Табл. 12, 1).

Таблица 7

Мировоззрение эпохи Августа

1. Серебряный кубок из Боскореале

1. Один из кубков клада из Боскореале. Найден в руинах виллы близ деревни Боскореале (Помпеи). Париж, Лувр.

См.: Heron de Villefosse A. //Mon. Piot. 1899. 5. Fig. VIII, 2.

Кубок, изображенный на фотографии, представляет собой один из двух парных кубков, украшенных человеческими скелетами; некоторые скелеты изображают знаменитых греческих писателей и философов. Сценка, представленная на этой фотографии, лучше всего отражает идею, заложенную в основе этих декоративных рельефов. В левой части расположен алтарь, на котором лежат два черепа; за ним возвышается стоящая на колонне статуэтка одной из богинь судьбы (рядом с нею надпись Κλωθώ). Над левым черепом — кошелек с поясняющей надписью Σοφία (Мудрость), над правым — соответственно свиток папируса с надписью Δόξαι (Мнения). Свободное поле занимают три больших скелета. Тот, что рядом с колонной, держит в правой руке большой кошель, туго набитый деньгами, а в левой — бабочку (символ души), которую он протягивает второму скелету. Возле кошелька с деньгами выгравировано слово Φθόνοι (Зависть). Второй скелет водружает себе на голову венок из цветов. Между этими двумя скелетами внизу стоит маленький скелетик, играющий на лире, с пояснительной надписью Τέρψις (Наслаждения). Третий скелет разглядывает череп, который он держит в правой руке, в то время как левой рукой он тянется, чтобы сорвать цветок, возле которого стоит надпись Άνθος (Цветок). Между вторым и третьим скелетом тоже помещен маленький скелет, который хлопает в ладоши. Сверху тянется надпись, выражающая основную идею всего произведения: Ζών μετάλαβε, τό γάρ αΰριον άδηλόν έστι («наслаждайся жизнью, пока еще есть время; никто не знает, что будет завтра»).

2. Керамический кубок из Берлинского музея

2. Керамический кубок, покрытый зеленоватой глазурью. Берлинский музей. См.: ZahnR. Κτώ χρώ, 81. Winkelmannsprogr. Berlin, 1921. Taf. I–III.

Человеческий скелет, вокруг него венок, окорок, трубка, флейта и винная амфора. Справа и слева пляшут два пигмея, у одного в руке кошелек. Справа и слева от головы скелета вырезана надпись: ζών χτώ χρώ («приобретай и пользуйся»). Ср.: IG. ХП, 9, 1240 (Aidepsos, Preuner. Jahrb. 1925. 40. S. 39 ff.): бывший судовладелец, окончивший жизнь в качестве капитана корабля, в своей надгробной надписи советует живущим: ζών χτώ χρώ.

Эти два кубка представляют собой типичные образцы большого числа предметов, в которых выражено то отношение к жизни, которое было типичным для позднеэллинистического периода, а в еще большей степени — для раннего периода Римской империи. Можно бы, наверное, и не напоминать о таких известных, часто приводимых с соответствующим толкованием примерах, как маленький серебряный скелетик, украшающий пиршественный стол разбогатевшего выскочки Тримальхиона в романе Пет-рония (Сепа 34, 8). Мы поместили здесь фотографии этих двух кубков только потому, что они служат особенно яркой иллюстрацией тех массовых настроений, которые господствовали в народе, и в особенности в среде состоятельной городской буржуазии, в ранний период империи. Поверхностный налет материализма и особая разновидность тривиального эпикурейства явились естественным следствием мира и благополучия, которые в эпоху Августа пришли на смену превратностям гражданских войн. «Наслаждайся жизнью, пока еще есть время, — гласил их девиз. — Самое лучшее в мире — это полный кошелек и то, что можно купить на эти деньги: еда и питье, игры и танцы. Вот это — настоящее, а умствования философов и поэтов, таких же смертных, как и ты сам, это всего лишь мнения (δόξαι)»; или, говоря словами Тримальхиона: eheu nos miseros, quam lotus homuncio nil est. sic erimus cunti, postquam nos auferet Orcus. ergo vivamus, dum licet esse bene [Увы, нам несчастным, сколь ничтожен всякий человек. Такими будем все, когда нас унесет Орк. Итак, давайте будем жить, пока позволено благоденствовать (лат.)] (Cena 34, 10). Интересно сравнить эту жизненную философию с написанными в стихотворной форме заповедями в эпикурейском духе, обнаруженными на стенах триклиния в доме Эпидия Гименея и вызывающими некоторые ассоциации с Овидием.

См.: Della Corte M. Riv. Indo-Greco-Italica. 1924. 8. P. 121.

Таблица 8

Римские виллы

1. Главное здание кампанской виллы

1. Деталь настенной росписи таблиния в доме Лукреция Фронтина в Помпеях.

См.: Rostovtzeff M. Jahrb. d. d. arch. Inst. 1904. 19. S. 103 ff. Taf. V, 1; подробное описание см.: Ibid. S. 104 ff. Эпоха Августа.

Фасад богатой виллы, состоящий из великолепных колоннад (в два яруса) и входа в центральное помещение (atrium). Перед входом — круглый павильон храма с куполом. Позади виллы — прекрасный парк; по всему парку разбросаны различные строения. Между двумя крыльями портика — газон в английском стиле с цветочными клумбами.

2. Кампанская вилла

2. Как и № 1. См.: Rostovtzeff М. Op. cit. Taf. VI, 2.

Фасад другой виллы того же типа, образуемый длинным портиком. За портиком — прекрасный парк, в котором разбросаны здания виллы; парк простирается дальше, занимая склоны двух холмов, высящихся позади виллы. Портик фасада повторяет очертания береговой линии небольшой бухты или озера. Берег оформлен в виде набережной, украшенной гермами. У самого берега — два маленьких храма. На воде видна прогулочная барка.

3, 4. Римские вилзы на морском побережье

3. Фрагмент стенной росписи одного дома в Стабиях. Неаполь, Национальный музей.

См.: Rostovtzeff М. Die hellenistische Architekturlandschaft // Rom. Mitt 1911. 26. S. 75. Taf. VII, 1.

Большая вилла дворцового типа, расположенная на горных отрогах и окруженная морем. Портик фронтона имеет два яруса; за ним видна высокая башня атриума и стройные пинии. Набережная защищена двумя молами или волнорезами.

4. Как и № 3. См.: Rostovtzeff М. Op. cit. S. 76. Taf. VII, 2.

Огромный летний дворец в виде трехъярусной базилики, расположенный на отрогах гор или на острове. За виллой — парк с пиниевой рощей.

Многочисленные пейзажи такого рода, встречающиеся в настенной росписи времен империи, служат великолепной иллюстрацией к описаниям Горация и его современников; они доказывают, что поэт и общественное мнение, в общем, не преувеличивали, порицая роскошь, царившую в эпоху Августа. Очевидно, всякому, кто тогда путешествовал морем или по суше вдоль берегов Кампании, Нация, Этрурии или в районе северных итальянских озер, эти большие роскошные виллы бросались в глаза как характерная деталь ландшафта. Владельцами таких вилл наверняка были не одни лишь члены императорского дома и высшей аристократии, во многих случаях ими были богатые вольноотпущенники.

Таблица 9

1. Сельская вилла, Помпеи

1. Деталь настенной росписи дома Малого фонтана. Помпеи, Casa della fontana piccola.

См.: Rostovtzeff M. Die hellenistisch-romische Architekturlandschaft // R5m. Mitt. 1911. 26. S. 95. Taf. XI, 1.

Загородный дом в виде башни, стоящий посреди двора, окруженного каменной стеной с широкими въездными воротами. Во дворе растут пальмы и другие деревья. Возле одной из стен дома — навес для защиты от солнечных лучей; еще там есть нечто вроде павильона — возможно, это надстройка над колодцем. С одной стороны входа — плуг, с другой — три женщины, беседующие на скамейке. Судя по виду этого здания, его нельзя отнести к тому типу вилл, которые найдены при раскопках в окрестностях Помпей. Скорее, это напоминает дом египетского крестьянина, но сейчас я уже не очень уверен в правильности такого предположения. Возможно, что на этой картине изображен кампанский крестьянский дом, который относится к иному типу, чем виллы в окрестностях Помпей и Стабий; ср. Табл. 27, 1.

2. Железные ножные колодки для рабов, Помпеи

2. Железные колодки, найденные на одной villa rustica в окрестностях Граньяно.

См.: Della CorteM. Not. d. scavi. 1923. P. 277. Fig. 4.

Эти железные колодки для рабов, посаженных в домашнюю тюрьму (ergastulum), нашли в результате раскопок, произведенных в «fondo Магchetti» (com. di Grangnano) на одной крестьянской вилле (villa rustica). Эта вилла представляет собой типичный образец крестьянских вилл (villae rusticae) из окрестностей Помпей, о которых шла речь в тексте, в особенности в том, что касается тех ее частей, которые служили для предпринимательской деятельности. Я привожу здесь план этой виллы по публикации в Not. d. scavi.

План виллы