Помоги проекту - поделись книгой:
Как член Тайного совета, Марко Поло начал выполнять поручения хана, о которых он пишет сдержанно, не очень ясно. Например, ему было велено отправиться на Цейлон и там попробовать купить величайшую ценность – зуб Будды.
Потом Марко предположительно стал управителем одной из китайских провинций Янчжоу.
Венецианцы разбогатели. В 1290 году они начали проситься домой. Томила тоска по родине? Вероятно, да. Хотелось увидеть близких, родную Венецию. Но, кроме того, как любимцы хана, они нажили много недругов. А Хубилай старел и слабел на глазах. Он мог умереть. Они понимали, что тогда их жизнь будет очень короткой.
В первый раз в просьбе им было отказано. Хубилай не гневался, не угрожал, а, напротив, ласково интересовался, что еще сделать для них, чтобы они остались. Они не посмели перечить.
Неизвестный художник. Марко Поло. XVI в.
Но через два года, в 1292-м, им на помощь пришел счастливый случай. Персидский хан Аргун, внучатый племянник и вассал Хубилая, прислал послов и письмо, в котором просил направить к нему в Персию невесту из рода своей матери. В этой части великой Монгольской империи в то время была традиция жениться на собственной матери. Был женат на своей матери и Аргун. Но она скончалась и взяла с него предсмертную клятву, что новую жену он возьмет только из ее монгольского рода. Специальное посольство из Персии прибыло к Хубилаю.
Был смотр девушек. Выбрали некую царевну Кокичин, которую сочли достойной. Она очень понравилась персидским послам, и решено было отправить ее в Персию. Караван отправился, но через восемь месяцев вернулся. Пройти в Персию не удалось: по пути было много войн, разбоя, и, вполне справедливо опасаясь за судьбу царевны, посланники возвратились.
А Марко Поло с родственниками недавно по поручению Хубилая побывал в Индии. И он сказал: «Я знаю морской путь в Персию, вокруг Индии. Я один или мы вместе можем показать его». И Хубилай вынужден был их отпустить, взяв страшную клятву, что они непременно вернутся.
Клятву они, конечно, дали – и радостно поплыли на запад. Западом для них в тот момент была Персия, а вдали – Венеция.
Хубилай отправил их с целым флотом – 14 кораблей. Флот для этого времени могущественный. На каждом корабле находилось от 200 до 300 моряков. По тем временам династия владела немыслимыми богаствами.
Царевну доставили, удостоились щедрой награды от правителя и наместников, вассалов Хубилая на персидском Востоке. Получили еще четыре золотые охранные дощечки. На них разные рисунки. На одной орел, на второй другая какая-то фантастическая птица, на третьей и четвертой – загадочные письмена. Все это означает, что они избранные персоны, к ним надо относиться очень хорошо.
В Персии в 1295 году венецианцев настигло (пришло с караванами купцов) известие о смерти Хубилая.
Они свободны! И они двигаются дальше на запад, через Трапезундскую империю – торговое образование на северо-востоке Малой Азии под большим влиянием Венеции. И возвращаются домой.
Добрались до дома все трое: Марко и его немолодые уже отец и дядя, с великими богатствами и почетной свитой. А отец привез с собой еще и двух внебрачных сыновей, монголо-китайского происхождения.
Вернувшись, они еще пожили в Венеции. Эти Поло были удивительные люди, с каким-то мотором любознательности и отваги, заключенным в организме, и, видимо, с весьма крепким здоровьем. Своим восточным детям Никколо дал итальянские имена. Один из них стал потом управляющим делами Марко Поло. В общем, сложилось большое монголо-татаро-китайско-итальянское семейство. Какой-то удивительный средневековый интернационал!
Сначала, правда, не обошлось без драматизма. Когда путники постучались в свой старый дом, их не узнали. Ведь они были в истрепанной и странной одежде, да и черты их лиц изменились за 25 лет.
Потом признали, пустили в дом, но начали сомневаться в их рассказах. Трудно было поверить, что они были у китайского императора.
Поло устроили огромный пир, три раза во время этого пира меняли наряды, одеваясь все роскошнее и роскошнее и раздавая драгоценные ткани слугам, чтобы все поняли, как они богаты. А потом вышли в своей старой одежде, в которой прибыли, и на глазах изумленной публики стали из складок этой одежды вынимать драгоценные камни, которые составляли теперь их состояние.
Так они закрепились в Венеции. Маттео стал судьей, то есть занял очень приличное положение. А Марко уже в 1296 году, еще не обзаведясь собственной семьей, отправился воевать, ибо началась ожесточенная война между торговыми конкурентами, перешедшая в кровавую резню между Венецией и Генуей. Он командовал одной из венецианских галер. Человек отважный, физически сильный, и мужества ему было не занимать. Но венецианцы потерпели поражение, Марко был захвачен в плен и посажен в генуэзскую тюрьму.
Не совсем понятно, насколько суровы были условия его заключения. Великолепный очерк написал о нем Жюль Верн, который всегда собирал очень надежную информацию. А первая версия книги Марко Поло была как раз на французском языке.
Марко Поло довольно быстро стал, так сказать, любимцем тюрьмы. Благодаря своим удивительным рассказам. Все сбегались его слушать. А потом его стали приглашать с этими рассказами в знатные дома, потому что такого нигде больше не услышишь.
Однако популярнейший рассказчик сам не писал. Может быть, не обладал литературным стилем. Он встретил товарища по тюрьме, сидевшего там гораздо дольше, человека из Пизы, тоже воевавшей с Генуей. Этот пизанец Рустичелло, или Рустичано, был литератором, он написал романы о короле Артуре и какие-то истории из французской жизни. У него была склонность к рыцарскому роману. Он слушал рассказы Марко, ставшие еще интереснее после того, как Марко добился, чтобы ему из Венеции привезли его записки, сделанные во время путешествий. Он заглядывал в записки и рассказывал. А Рустичано записывал. Такова удивительная история рождения этой книги.
Вот как она начинается: «Государи и императоры, короли, герцоги и все, кому желательно узнать о разных народах, о разнообразии стран света, возьмите эту книгу и заставьте почитать ее себе». «Почитать себе». Богатый наймет чтеца, а бедный просто не знает грамоты. Марко Поло обращается ко всем слоям общества.
Дальше: «Вы найдете тут необычайные всякие диковины и разные рассказы о великой Армении, о Персии, о татарах, об Индии и о многих других странах. Все это наша книга расскажет ясно, по порядку…» Здесь есть литературный стиль. И видимо, он принадлежит Рустичано. Книга получила стремительную и фантастическую популярность. Рукописи полетели по свету: во Францию, в Германию.
А Марко освобожден из генуэзской тюрьмы 1 июля 1299 года. Ему жить еще 25 лет. Но он ничего не пишет. Он не писатель, а рассказчик.
Он женится на богатой девушке по имени Доната Бадуэр. У него рождаются три дочери. И он живет семейной и торговой жизнью, занимается торговлей красителями для тканей, пытается внедрять в производство новые красители, рецепты которых привез с Востока, и продолжает свои устные рассказы.
Как говорил он сам, в конце концов он устал от собственных рассказов. Потом устала и публика, и на закате дней его стали считать фантазером, над ним начали насмехаться. У него появилось не очень доброе прозвище Марко-миллион. Имелось в виду, что он и сам не беден, да еще вечно рассказывает о сокровищах Востока, твердит, что у Хубилая миллионы подданных, денег тоже миллионы…
А ведь он обладал наблюдательностью и тем, что мы сегодня называем толерантностью. В его книге говорится, что у цивилизованных народов Азии стоило бы многому поучиться. Например, воспитанности, достоинству манер, этическим правилам, поведению в обществе. Он с изумлением пишет о темнокожих людях, восхищается красотами природы, совершенно сказочными растениями и животными, вспоминает о львах, жирафах, иногда пересказывает фантастические вещи. По его словам, в Индии водятся куры без перьев, а шкура у них кошачья. Известен его тезис, что в Японии крыши всех домов из чистого золота. Эта фантазия очень возбуждает европейцев. И Христофор Колумб через 168 лет после смерти Марко Поло поплывет на запад, чтобы приплыть на восток.
Марко Поло умер и ушел из своей романтической жизни весьма прозаично. Он был окружен семьей, которая все больше ссорилась из-за денег, что его явно утомляло и раздражало. Сказывались и болезни. Он понимал, что дело идет к закату, и составил завещание. Оно сохранилось. В нем Марко распределяет средства между родными и дает свободу своему слуге-рабу, татарину по имени Петр. Этот человек через некоторое время стал полноправным гражданином Венецианской республики и много лет процветал, как и сводные братья Марко, привезенные с Востока отцом.
Перед смертью кто-то из близких спросил его: «Марко, признайся, что ты все сочинил!» И он ответил: «Я не рассказал и половины того, что видел».
Эдуард III Английский
Эдуард III – одно из самых громких имен в английской Эу истории. Он родился в 1312, умер в 1377 году. Он был на престоле 50 лет и 6 месяцев.
Для некоторых в образе Эдуарда III воплощен тип идеального правителя, идеального рыцаря. Но полностью принять эту версию мешает вторая половина его жизни. Можно сказать даже, что Эдуард III прожил две жизни. Первая завершилась абсолютным триумфом. И эта триумфальность по сей день привлекает тех, кто хочет его идеализировать. Вторая значительно короче. Но она столь провальна и трагична, что будто перечеркивает первую, и сохранить образ идеального государя становится довольно сложно.
Брак родителей Эдуарда имел целью примирить бесконечно долго, с XI века, враждовавшие династии Капетингов и Плантагенетов. Мать – королева Изабелла, дочь знаменитого французского короля Филиппа IV Красивого, сестра правившего в тот период во Франции Карла IV, последнего короля из дома Капетингов. Отец – Эдуард II из рода Плантагенетов, один из самых злосчастных английских королей.
XIV век, по выражению Йозефа Хейзенги, – «осень Средневековья»: эта эпоха уходит, с ее рыцарскими идеалами, турнирами, кодексом рыцарской чести. Но современники этого, конечно, не понимают, для них все по-прежнему.
И Эдуард II совершенно не годится на роль правителя, с точки зрения тех, кто руководствуется старыми представлениями. Он слабоволен, им всегда управляют фавориты, которых он часто меняет и которые ненавистны его подданным. На него поочередно влияют бунтующие баронские группировки.
Фавориты Эдуарда II – всегда мужчины. Сначала Гавестон, рыцарь, известный своим вызывающим поведением. Он издевался над придворными, побеждал их на турнирах, насмешничал, вызывая к себе страшную ненависть. Когда с ним было покончено, появились отец и сын Диспенсеры. Они распоряжались при слабом короле буквально всем.
Отношения между родителями будущего Эдуарда III обернулись войной. Мальчик, который изначально воспитывался как наследник престола, был вовлечен в конфликт. Он оказался на стороне матери.
В 1325 году королева Изабелла с тринадцатилетним сыном отбыла на континент под благовиднейшим предлогом – бороться за закрепление прав английской короны на юго-запад Франции. Это были три области: Гиень, Гасконь, Понтье – с центром Бордо. Изабелла добилась, чтобы ее брат Карл IV принял клятву верности не от английского короля, как полагалось, а от принца Эдуарда. После этого ей следовало вернуться в Англию. Но она не торопилась.
Эдуард II был обеспокоен. Он писал: «Дражайший сын! Хоть Вы молоды и неопытны, хорошо помните о том, что мы поручили и повелели Вам при Вашем отъезде. И поскольку теперь Ваш оммаж принесен, предстаньте перед нашим дражайшим братом и Вашим дядей, королем Франции, простившись с ним, возвращайтесь к нам, вместе с нашей дражайшей супругой, Вашей матерью, королевой, если она согласится отправиться в путь не мешкая. А если она не поедет, приезжайте один как можно скорее».
Через три месяца, в марте 1326 года, второе письмо. Эдуард II, чувствуя, что под ним шатается трон, взывал к сыну. Он писал о королеве: «Она под надуманными предлогами отказывается вернуться к нам. Она приблизила к себе Мортимера, нашего смертельного врага и изменника. И с ним водит компанию в его жилище и за его пределами».
Роджер Мортимер – фигура весьма заметная. Он враждовал с Эдуардом II и в 1323 году бежал из Англии. И он стал любовником английской королевы.
Ситуация стала напряженной: наследник, надежда подданных, молодой принц Эдуард вместе с матерью не возвращался на родину. Он путешествовал по Европе. А в 1326 году, четырнадцати лет от роду, был помолвлен. Невеста – Филиппа, примерно его ровесница, дочь графа Вильгельма Геннегаусского, чьи владения располагались на территории современной Бельгии. Принц подписал брачный договор, обещая никогда не жениться ни на ком, кроме свой избранницы. Брак был заключен, когда Эдуарду исполнилось шестнадцать лет, и продолжался 41 год. Это была одна из самых больших удач его жизни.
Но не менее важен был и другой выбор. Когда Изабелла вместе с Мортимером на французские деньги собрала войско и снарядила корабли, чтобы идти войной на законного мужа, Эдуард присоединился к этому походу. Он выступил против отца вместе с любовником матери, которого ненавидел.
Изабелла была в заговоре с недовольными английскими баронами. Она знала, что внутри страны у нее есть поддержка. Конечно, знал это и будущий Эдуард III. Его злосчастный отец, Эдуард II, ненавидимый своим народом, потерпевший ряд поражений на внешнем фронте, в Шотландии, бежал вместе с Диспенсерами, надеясь спастись. Но как будто сама природа была против него. Ветер пригнал его корабль к побережью Уэльса. Там его и арестовали.
Все было оформлено как законная акция. Решение принимал Парламент, который с начала XIII века, со времен знаменитой Великой хартии вольностей, имел очень большие права, в том числе – право низложить недостойного государя. Так и произошло. Палата пэров, равных королю, постановила низложить Эдуарда II за то, что он притеснял церковь («одних духовных особ он держал в темнице, а других – в глубокой печали»), потерял Шотландию и вообще «не изволил видеть и понимать, что хорошо, что дурно». Здесь закладывались традиции английского парламентаризма. И не случайно Эдуард III, как человек умный, будет много лет опираться именно на Парламент, а во второй половине своей жизни, решительно отличающейся от первой, вознамерится вообще его упразднить…
Судьба Эдуарда II была поистине ужасна. Его заточили в замок, и Парламент не мог принять решения, как с ним поступить. Ведь в Великой хартии говорилось, что короля можно низложить, но там не сказано, что его можно убить. Особа короля священна, его власть от Бога. Решиться на убийство очень страшно. Но страшно и то, что король может попытаться вернуться.
В истории случались примеры бесконечно долгих тюремных заключений. Однако вокруг фигуры узника неизменно начинали плестись заговоры. Поэтому Эдуард II был все-таки убит через несколько месяцев заточения, тайно и злодейски.
После смерти отца, 29 января 1327 года, пятнадцатилетний Эдуард III был коронован. На коронации он принес клятву, несколько нестандартную, что-то вроде ультиматума со стороны баронов. Он поклялся соблюдать законы королевства, быть справедливым, милосердным.
Но первые четыре года он правил лишь номинально. Реальная власть была в руках его матери королевы Изабеллы и ее любовника лорда Мортимера, человека крутого нрава. Подданным все это, конечно, не нравилось.
Дождавшись совершеннолетия, Эдуард III в 1330 году совершил небольшой, тихий дворцовый переворот. Ночью Мортимер был арестован и очень быстро казнен, без каких бы то ни было церемоний. Мать король отправил в замок. Он проявлял к ней внешнюю почтительность. Не стал ее ни упрекать, ни карать – просто предал забвению.
И вот он наконец у власти. Образ Эдуарда III рисуется в знаменитых «Правдивых хрониках», написанных знатным горожанином Нидерландов Жаном Лебелем. Отмечена щедрость, куртуазность молодого короля. Не скупясь на великие торжества, турниры и балы для дам, он снискал такое расположение, что все отзывались о нем, как о втором короле Артуре. Выше похвалы для рыцаря просто быть не может.
Эдуард III. Средневековая миниатюра
С ним связано немало легенд. Например, рассказывали, что в 1348 году на одном из балов Эдуард танцевал с графиней Солсбери и у нее с ноги упала подвязка. Это вызвало насмешки кого-то из присутствовавших. Король же проявил свою куртуазность. Он поднял подвязку и демонстративно надел на ногу, прикрепив свой чулок. И будто бы сказал: «Пусть будет стыдно тому, кто плохо подумает об этом». Фраза стала французской поговоркой, которая живет по сей день.
Позже возник и Орден подвязки, изысканный, аристократический, для очень узкого круга людей.
Есть еще одна легенда – о том, как был оформлен Орден подвязки на сине-голубой ленте. Якобы в битве при Креси король дал сигнал к бою именно синей лентой, привязанной к копью.
Эдуард III оказался не только куртуазным рыцарем, но и толковым правителем. Покровительствовал торговле, ввел в оборот золотую монету. Принял угодное народу решение, ограничив роль папства и прекратив платить римским папам позорную вассальную подать, существовавшую с начала XIII века, со времен Иоанна Безземельного.
Он был осторожен в отношениях с Парламентом. Подсчитано, что за время правления он созывал Парламент 70 раз – достаточно часто.
Молодой король хотел, чтобы его полюбили. Как многие начинающие правители, он видел главное средство укрепления свой власти в войне. Он выдвинул серьезную программу процветания английского королевства, возрождения былого величия. Идеал его – времена деда, Эдуарда I, когда велись успешные войны.
Эдуард III тщательнейшим образом подготовил войну против Франции, ту, которую позже условно назвали Столетней. На самом деле это был длительный военнополитический конфликт. Причем на раннем этапе война стала для Англии очень выгодным предприятием.
В 1328 году, когда в Англии реально еще правила Изабелла, пресеклась прямая линия Капетингов, правителей Франции. У Карла IV Красавчика не было мужского наследника. Изабелла заявила права своего сына Эдуарда, внука великого Филиппа IV Красивого, на французский престол.
Пэры Франции отвергли эти притязания. Историки до сих пор спорят о том, было ли это правильно с юридической точки зрения. Но важнее другое. Тогда, в XIV столетии, зарождались основы будущих европейских наций. Именно тогда сформировался литературный английский язык и в Англии перестали при дворе говорить по-французски.
И французы не захотели признавать власть английского короля.
Пэры привели замечательный аргумент – документ 500 года «Салическая правда», гласивший, что земельное наследие не передается по женской линии.
Похоже было, что Эдуард примирился с отказом. В 1329 году он принес оммаж за свои владения во Франции тому, кто стал французским королем, родственнику Капетингов Филиппу VI Валуа. В этой клятве есть слова: «Я становлюсь Вашим вассалом». А в ту эпоху это было уже фактически невозможно.
И потому в 1337 году, пробыв семь лет реальным правителем Англии, добившись авторитета, и личного, и королевского, он объявил себя королем Франции. Он ввел в геральдическое поле английской короны лилии – французский символ.
Война была подготовлена, если говорить современным языком, «пропагандистски». Перед объявлением войны, в 1337 году, в английских церквах, на городских рыночных площадях зачитывалась декларация. Это потрясающий текст! В нем говорилось о том, как Эдуард III боролся за мир, пытался смягчить злобу французского короля и чего только для этого не делал! Но король Франции постоянно втягивал его в пустые словопрения, в ходе которых разными хитрыми путями урезал права короля Англии, например на герцогство Аквитанию. Эдуард представил себя жертвой французских происков.
О необходимости пропаганды своих идей он помнил постоянно. Когда в 1346 году в городе Канне, захваченном англичанами, был обнаружен договор Филиппа VI с нормандскими баронами о возможном завоевании Англии, Эдуард III распорядился обнародовать этот документ. Он заботился об общественном мнении во Франции, о том, чтобы его война имела моральное и политическое оправдание.
Парламент не сразу с одобрением отнесся к предстоящей войне. Эдуарду пришлось буквально выпрашивать деньги в Палате общин. Король был еще совсем юн, у него не хватило выдержки, – и он расплакался. Тогда его жена Филиппа сделала такой жест. Она заявила: «Я заложу все мои фамильные драгоценности, чтобы у моего мужа были деньги на эту благородную войну».
Первое сражение с французами состоялось в 1340 году – морская битва при Слейсе. Эдуард лично участвовал в сражении. Была одержана полная победа. Англичане уничтожили французский флот. Островитяне, они были значительно сильнее на море. А Филипп VI Валуа, не слишком умный человек и не очень талантливый полководец, не понял, что у него просто нет надежды на морскую победу.
Следующая великая битва и великая победа Эдуарда III – при Креси, в 1346 году. Здесь лично присутствовали оба короля. Сражение вошло во все учебники военного искусства как одно из самых ярких доказательств того, что в оборонительном бою можно одержать блистательную победу.
До этого в эталонных средневековых битвах побеждали только атакующие рыцари. Эти «танки» Средневековья несутся вперед на конях, облаченные в 50–60-килограммовые доспехи. Они обладают колоссальной пробивной силой. Причем сражение представляет собой серию поединков.
Эдуард III, нарушив каноны, построил свое войско на холме. Он спешил рыцарей, а впереди поставил в шахматном порядке английских лучников, из свободных крестьян, которые блестяще владели своим оружием. Их стрелы пробивали рыцарские доспехи на расстоянии до 300 метров.
Прежде стрельба часто бывала беспорядочна, тороплива, потому что лучники боялись, что до них доскачут конники и порубят, свои же рыцари их не прикроют – увидят, что дело плохо, и ускачут. А в битве при Креси рыцари спастись не могли: рыцарь в тяжелом вооружении пешком далеко не убежит. Так что лучники стреляли не торопясь, прицельно.
Французы же атаковали легкомысленно, непродуманно. Прошел дождь, и они скакали по влажному вспаханному полю. Их движение замедлилось, и в них легко попадали стрелы. Хронист Фруассар – певец рыцарства – писал, что при Креси погиб цвет рыцарского мира.
Триумф англичан произвел в Европе совершенно ошеломительное впечатление. А в следующем году была одержана потрясающая победа в Шотландии.
Официальный союз Франции и Шотландии сложился в XII веке. Дело в том, что для шотландцев англичане – это страшный агрессивный сосед, и французы, противники англичан, – их естественные союзники.
При Невиль-Кроссе англичане одержали полную победу. Шотландский король Давид Брюс был заточен в тюрьму на одиннадцать лет, Шотландия поставлена на колени.
И не случайно в 1347 году Эдуард III получил предложение стать императором Священной Римской империи германской нации. Ему предложена корона, и какая! Императорская! Но он отказался. Он предпочел удержать то, чем реально владел, – французский юго-запад.
Его целью было объединение английской и французской корон. Его официальный титул в документах – Эдуард, Божьей милостью король Франции и Англии, сеньор Ирландии, герцог Аквитании.
Казалось, он действительно шел к победе над Францией, хотя она и была значительно богаче и во многом сильнее Англии. По случаю побед устраивались бесконечные праздники, гремели рыцарские турниры. В Англию текли французские трофеи. Как писал хронист Уолсингем, не оставалось английского дома, где не было бы посуды, золота и тканей из Франции. Вот оно, кажется, счастье!
Правда, капля горечи была уже в этой череде блестящих побед. Речь идет об осаде города Кале.
После разгрома французского войска при Креси Эдуард III был совершенно уверен, что теперь уж ворота во Францию перед ним раскроются. Он прошел вдоль побережья с запада на восток Франции. Войско противника было разгромлено, цвет рыцарства уничтожен, Филипп VI Валуа морально раздавлен.
Но все повернулось несколько иначе. Победа при Креси была одержана 26 августа, а с сентября 1346 года Эдуарду III пришлось приступить к осаде Кале.
Осада в Средние века тяжела для обеих сторон. За стенами осажденной крепости, конечно, очень плохо: голод, лишения, вылазки удачные и неудачные. Но и тем, кто стоит вокруг стен, совсем не сладко. Осень, уже не идеальная погода, море начинает штормить. Трудно обеспечить снабжение войска.
Пока Эдуард стоял под стенами Кале, в душе у него, очевидно, нарастало раздражение. Он провел там 10 месяцев – до августа 1347 года. Это одна из наиболее длительных средневековых осад.
В какой-то момент возле Кале появился Филипп VI с войском. Жители в восторге высыпали на городские стены. Но, пройдя каким-то загадочным маршем, французский король увел войско и оставил горожан. Судя по всему, он не решился вступить в бой. Видимо, сыграл свою роль призрак Креси, моральный удар, нанесенный этим невиданным поражением.
Жители Кале в отчаянии вступили с англичанами в переговоры о сдаче. Они пытались договориться, чтобы город не был полностью разграблен и уничтожен. Эдуард выдвинул условия. Пусть шесть самых именитых граждан, уважаемых, из лучших семей, выйдут с веревками на шее и с ключами от города. Они будут повешены. Тогда он не подвергнет город полному уничтожению.
И эти шесть человек вышли. Это были действительно представители лучших семейств. Через несколько веков французский скульптор Огюст Роден запечатлеет их в виде скульптурной группы – знаменитые «Граждане Кале».
Они вышли и должны были быть повешены. Но королева Филиппа, любимая жена, ожидающая ребенка (одного из двенадцати, родившихся в этом браке), бросается перед королем на колени и умоляет их пощадить. Был ли это заготовленный акт? Или импровизация Филиппы? Может быть, она не хотела, чтобы Эдуард остался в сознании людей не как триумфатор, а как тот, кто жестоко расправился с побежденными. В любом случае это выглядело красиво. И король пощадил граждан Кале.
Жан Фуке. Изабелла возвращается в Англию вместе со своим сыном Эдуардом. XV в.
Поделиться книгой: