Помоги проекту - поделись книгой:
— Пожалуйста, может быть, хоть вы окажетесь не таким, как другие?! Она же не ведает, что творит!
«Не мой день», — подумал Асти, отправляясь на спасение прекрасных дам.
Ведьма и бес
— Вставай, живо! — тон Шэдар никак не вязался с образом. Бес недовольно поморщился во сне и произнес с отчаянием:
— Покорной! Я хочу тебя покорной!
Ведьма усмехнулась, подошла к хвостатому и, наклонившись, прошептала:
— Только в снах.
Рука женщины сомкнулась на горле беса, и тот очнулся от грез.
— Шэдар, — прохрипел бес. — Что ты творишь?
— Я? — удивилась ведьма, сжав пальцы сильнее.
— Прости! — задыхаясь, выдавил из себя рогатый.
— За что? — мягко спросила Шэдар.
Бес, перед глазами которого промелькнула вся жизнь, натужно просипел:
— Зелье же не подействовало.
Резкий приток воздуха заставил его закашляться, взгляд беса встретился со взглядом ведьмы, и хвостатый понял, что проговорился.
— Ты все неправильно поняла, — замахал он руками, пятясь назад. — Оно не подействовало, значит, ничего не было! — привел свой главный аргумент несчастный.
— Не знаю, что ты подлил Дакасте, бес, но ее здесь нет. Девчонка пропала, хотя должна спать в своей кровати после тяжелого дня.
— Шэдар, — покровительственно произнес хвостатый, — это ты побитая жизнью… э-э-э, опытная, да, опытная. Наша крошка еще дитя, ей нужен праздник, наверняка где-нибудь гуляет.
— К вопросу о зелье мы вернемся позднее, — пообещала ведьма, недобро посмотрев на соседа. — Сейчас надо найти глупышку.
— Она может быть где угодно…
— У нас ее кровь, бес. Выследить не проблема. — Глаза ведьмы вспыхнули потусторонним светом, и хвостатый громко сглотнул — такую Шэдар он боялся до дрожи в коленях.
Ведьму поглотил азарт охоты, она заняла место у руля, и книга в одно мгновение превратилась в птицу, которая с громким карканьем взлетела.
К тому времени, как ворон умудрился открыть окно, дверь в комнату распахнулась. Ворон только потрясенно раскрыл клюв, глотая возмущенное «кар-р-р», и резко вспорхнул на шкаф. Оттуда узникам открылась удивительная картина, которую хвостатый охарактеризовал двумя словами:
— Девка-то огонь!
Шэдар потрясенно молчала. Больше всего ведьма ненавидела, когда рушатся планы, неожиданные повороты выводили ее из себя. Вот и появление знакомого мага, на руках которого лежала Мартинити, выбило почву у Шэдар из-под ног.
— Ты посмотри, что творит, — восхищенно присвистнул бес, когда девчонка чуть не разорвала рубашку на Асти.
— Меня больше интересует, что он здесь делает, — недовольно произнесла Шэдар. Опытная ведьма всегда и во всем искала подвох. — Я чувствую, что здесь нечисто.
— Гляди, как в шею ей впился, ну чисто упырь! Помнишь, нас такой по деревне как-то гонял?
Ведьма поморщилась — этот досадный случай она предпочла бы забыть. В облике птицы ей тогда пришлось приложить немало усилий, чтобы уйти от мертвой твари.
Сладостный стон Дакасты вернул Шэдар к действительности. Похоже, он отрезвил и мага, тот резко поднял голову и посмотрел девчонке в глаза. Что он сумел разглядеть в потемках, ведьма и бес не узнали, но, выругавшись, мужчина швырнул Мартинити на кровать и вышел, громко хлопнув дверью.
— Проклятье, — выругалась Шэдар. — Почему он отступил?
Ворон стремительно спорхнул со шкафа и приземлился на спинку кровати. Вытянув шею, заглянул в глаза девушки: ее расширенные зрачки о многом поведали ведьме.
— Так что ты там ей подлил? — ласково спросила она беса.
— Птичка, — глупо улыбаясь, произнесла Мартинити.
— Спи, дитя, — прошептала Шэдар, тратя силы на заклинание. Колдовать в облике птицы она могла, но давалось это с трудом.
— Так что ты подлил ей?
Цок. Цок.
Бес осторожно отступал от ведьмы, понимая, что бежать некуда.
Глава 8
Рантар
Не раз Рантар убеждался, что не стоит помогать хорошеньким девушкам — от них слишком много проблем. И теперь, следуя за рыжеволосой лисой, он вновь вернулся к этой мысли, предвидя неприятности. Наверняка придется применять силу, а драться ему сейчас не хотелось. Вечер у ректора в гостях утомил так сильно, что бороться с драконом, кем бы он ни был, казалось глупостью. Его утешало лишь одно: позвавшая на помощь явно владела магическим даром, а значит, вполне могла оказаться адепткой университета.
За то время, пока Рантар спешил за неизвестной, он успел перебрать в уме все возможные варианты развития событий. Но жизнь вновь приготовила сюрприз — на площади, в фонтане Трех китов, танцевала мечта. В свете магических огней медленные движения стройной фигурки завораживали. Плавные изгибы женского тела, ласкаемого тонкими струйками льющейся воды, будили нечто дикое, что таится в каждом мужчине. Девушка же, не обращая внимания ни на кого, просто вдохновенно танцевала и счастливо улыбалась самой себе. Несколько уличных музыкантов с удовольствием играли легкую манящую мелодию. И все это было бы очень хорошо, если бы не было так неправильно.
Рантар тряхнул головой, прогоняя наваждение, отстраненно подметил, что уже довольно холодно для подобных подвигов. Когда же мечта повернулась к Рантару лицом и он узнал ее, мага обуяла сильнейшая злость. Мотылек, чуть не сгоревший в его объятиях, вновь повстречался на пути. Асти мгновенно вспомнил, в чем она обвинила его в тот раз, и вот бесстыдница опять кого-то завлекает. Обманчивый свет от парящих над бабочкой фиолетовых огоньков еще больше подчеркивал прозрачность плотно облепившей грудь ткани, оттенял разметавшиеся дивные волосы, создавая иллюзию нереальной, сошедшей с небес нимфы. Чужие взгляды на девичьем стане, который практически не скрывала промокшая насквозь рубашка, вызывали у Рантара раздражение. Он поймал себя на мысли, что только ему дозволено смотреть на прелести мотылька.
— Сделайте что-нибудь! — привлекла к себе внимание мага рыжеволосая лиса.
— Ей нравится, — пожал плечами тот и продолжил наблюдать, мысленно убивая каждого, кто посмел бросить в сторону танцовщицы хоть один полный вожделения взгляд.
— Вам тоже, — процедила девушка. — Еще чуть-чуть, и сожрете ее глазами. Вот только останется вам хоть что-нибудь после них? — Она указала куда-то рукой.
Рантар повернул голову в указанном направлении и понял — пора вмешаться. Из-за угла вышли трое наемников, ждать от них простого просмотра разыгравшегося представления, как это делали остальные, не приходилось. Тем временем ожившая мечта, вторя музыке, соблазнительно прогнулась, удивительным образом балансируя на грани, отделяющей ее от падения в воду. По толпе зрителей пронеслись восхищенные возгласы. Асти зарычал и как безумный бросился к фонтану, в мозгу билась одна мысль: «Мое!»
Рантар уже подскочил к нарушительнице спокойствия, когда чей-то кулак отвлек его внимание — собственнические порывы не были чужды и остальным присутствующим. Неизвестно, сколько бы продолжалась потасовка, в центре которой танцевала искусительница, но Асти вспомнил, что он маг. Это решило дело. Кто не успел убежать, лежал на мостовой без сознания, а победитель уносил добычу, ластившуюся к нему, как кошка. Четверо смазливых парней вдруг вспомнили о чести и попытались преградить дорогу, робко блея что-то про «знакомы» и «позаботимся». Рантару хватило одного многообещающего взгляда в их сторону, чтобы они мгновенно передумали вставать на пути. Правильно, сейчас его лучше было не злить.
— Куда? — Рыжая девчонка заслонила дорогу.
— Прочь! — Рантар, еще терзаемый жаждой обладания, не мог мыслить здраво.
— Не пущу, — уперлась та. — Либо несите ее домой, либо я позову стражу.
Девица явно блефовала, никого она не позовет, иначе давно бы уже так и поступила. Их первых и скрутят за нарушение общественного порядка. Но упоминание о страже отрезвило Рантара, он очнулся — похищать мотылька в его планы не входило. Маг развеселился от подобной угрозы, мысленно рисуя заголовки утренних газет: «Боевые маги — звери, помешанные на крови и похоти» или того хуже — «Распутный декан совращает юную прелестницу». И почему его угораздило опять столкнуться с этой ненормальной?
— Веди, — приказал Асти, забирая из рук настырной девицы предложенный плащ и накидывая на плечи Мартинити.
Узнав от рыжей, где живет ее подруга, он нахмурился. Если в таком состоянии танцовщица заявится в общежитие, то завтра же будет выставлена из университета. Всю дорогу маг размышлял о подозрительной встрече с обманчиво невинной девушкой. Она почти сразу затихла у него на руках и теперь сладко посапывала. Асти не давала покоя мысль: что забыла бабочка в ШтУЧКИ? Маг никогда не верил в случайные совпадения. Все-таки он ошибся тогда, и кто-то послал девицу по его душу! Рантар подавил вспышку гнева и холодно рассудил: разумнее держать подобных шпионов при себе, чтобы проще было контролировать. Решение пришло само собой — доставить девушку домой, не вызвав переполоха.
— Корпус, комната? — коротко бросил Асти, хмуро глядя на рыжую спутницу. Вежливо выслушал ответ, потом холодно проинформировал: — Я позабочусь о ней.
— Но вы…
— Я неясно выразился? — раздраженно вскинул бровь Асти.
— Как вы попадете на территорию университетского городка? — не сдавалась хитрая лисица, не желая оставлять подругу в руках неизвестного мужчины.
— Вот это не твоя забота. Ты умоляла о помощи — я помогаю.
Рыжая недоверчиво покосилась на дремавшую Мартинити, потом на мага, казалось, она уже пожалела об опрометчивой просьбе.
— Ну, — поторопил ее Асти, — чего ты ждешь? Возвращайся к себе. Все будет с твоей подружкой нормально.
— Я не оставлю…
— Оставишь, иначе я пожалуюсь куратору твоего курса. Ты ведь целительница, лиса?
Девушка в растерянности захлопала ресницами, совершенно не ожидая от незнакомца подобной осведомленности. Его властный голос и выражение лица не давали повода сомневаться — он не шутил и действительно имел полномочия, о которых лишь вскользь упомянул. Вехель мысленно прокляла этот вечер, портить репутацию в университете ей было категорически нельзя. Надежду вселяла только одна мысль — странный мужчина в таком случае должен принадлежать к преподавательскому составу, а значит, Марти действительно окажется в своей комнате в целости и сохранности.
Рантар, проследив за реакцией девчонки, удовлетворенно хмыкнул, он попал точно в цель. Было что-то еще во взгляде рыжей лисы, он уже встречал подобное, и не единожды. Впрочем, конкретно эта девушка волновала мага сейчас меньше всего, равно как и ее тайны.
— Ступай, — равнодушно велел Рантар, разворачиваясь в противоположную сторону.
Ему предстояло пройти другим, более коротким и надежным путем, никто не должен заметить ни самого Асти, ни его ношу.
— Вот мы и остались вдвоем, мотылек. — На его губах расцвела победная улыбка. Черты лица хищно заострились, выдавая истинную сущность коварного, привыкшего всегда добиваться поставленной цели человека. В голове мага уже зрел план, как использовать бабочку в своих интересах.
Пройти через главные ворота на территорию университета Асти не составило труда, иллюзии всегда получались у него на славу. С проникновением в общежитие проблем тоже не возникло — мимо охранных чар и бдительного смотрителя Рантар прошел с легкостью разведчика. Осуществляя задуманное, маг чувствовал прилив сил и с удовольствием применял врожденную изворотливость. Пинком захлопнув дверь триста тринадцатой комнаты, так как руки по-прежнему были заняты девушкой, он осмотрелся. Показалось, что около окна мелькнула тень, похожая на птицу.
Звук закрывшейся двери потревожил сон мотылька, она вздрогнула и тут же открыла чудесные глазки. Прежде чем Асти успел что-либо сообразить, Мартинити с упорством дикой кошки вцепилась в мага и принялась покрывать поцелуями, жадно ища губы и прижимаясь всем телом. Если бы он был водой в пустыне, то мотылек — путником, искавшим ее. Асти накрыло волной острых чувств: желанием, что недавно снедало его изнутри, предвкушением от незабываемой ночи, ведь девчонке явно не впервой завлекать в свои сети, и, наконец, хищник внутри требовал довести некогда начатое до конца. «Мое!» — рычал зверь.
Наплевав на все, Рантар приготовился сполна утолить жажду Мартинити, но прежде он должен был напиться сам. Тонкий, едва уловимый цветочный аромат, исходивший от девушки, сводил с ума. Маг с гортанным стоном впился ртом в прелестную шейку бабочки, на что получил немедленный отклик. Девушка в его руках задышала чаще, ее руки еще крепче обняли мага, впиваясь острыми коготками в спину. Нечто горячее и тягучее начало скручиваться в тугую спираль внутри Асти, реагируя на каждое страстное прикосновение Мартинити к его телу. Сегодня она сама готова была взять на себя инициативу, и Асти это только приветствовал.
Ощутив, как в нетерпеливом порыве хрупкий мотылек пытается разорвать его рубашку, маг хрипло рассмеялся. Но уже в следующий момент ему стало не до смеха — природное чутье завозилось в груди в самый неподходящий момент, ощущая подвох. Перед мысленным взором Рантара встал образ заплаканной, растерянной и напуганной девушки, такой не похожей на ту, что с удовольствием извивалась сейчас в его объятиях. В призрачном свете луны он поймал безумный взгляд своей искусительницы, она призывно застонала. Асти резко выпрямился и, обхватив лицо Мартинити ладонями, заглянул в глаза, ища в них ответы. В темноте маг видел отлично, ни полумрак комнаты, ни манящая улыбка мотылька не смогли помешать ему обнаружить истину. Теперь становились понятны все странности девчонки — взгляд одурманенного Рантар умел отличать. Выругавшись, Асти бросил свою добычу на кровать и покинул комнату.
То, что мотылек любит запретный нектар, очень разозлило мага. И хотя теперь он разгадал причину ее противоречивого поведения, вновь чувствовал себя обманутым. Сколько раз еще эта распутница обманет его, поманив и не выполнив обещания? Рантар с досадой ударил кулаком по стене общежития. В следующий раз ей не удастся выскользнуть из его сетей, больше он ей такого шанса не предоставит. Бабочка сама прилетела на его луг и никуда не исчезнет — он не отпустит. Все равно маг собирался держать ее как можно ближе, пока не выяснит, по чьей указке девушка проникла в его жизнь.
— Что может быть ближе моей постели? — вслух произнес Асти.
Участь Мартинити определилась: находиться под присмотром мага и днем, и особенно ночью. Его враг жестоко просчитался, нанимая на работу хрупкое создание, зависимыми людьми управлять всегда легче. В ближайшее время Рантар выяснит, на кого работает девчушка и какие цели преследует. Лицо мужчины озарила предвкушающая улыбка, он уже представлял, как будет играть с маленькой и такой пылкой бабочкой. Сейчас же Асти навестит свою давнюю знакомую Лисану — он справедливо полагал, что заслужил приятное завершение тяжелого дня и сумасшедшего вечера. Все дела маг оставил на потом. «Нужно как можно реже встречаться с Ишиданом, — подумал он, — только после разговоров с ним я совершаю глупости».
Мартинити
Возвращение к реальности происходило медленно и болезненно. Я с трудом разлепила опухшие веки и с содроганием посмотрела на стоящий на столе кувшин с водой. Пересохшее горло саднило, но сил встать и добраться до вожделенного не нашлось. Перестав шевелиться, снова прикрыла глаза и попыталась думать. Это оказалось не просто сложно, а еще и мучительно больно. Хотя если не двигаться и практически не дышать, то еще ничего, терпимо. Почему мне так плохо? Некстати вспомнился похмельный салон, вывеска которого попалась на глаза в Лестэйле. Теперь идея его существования не выглядела смешной или глупой. Это и есть похмелье? Так стоп, но откуда бы ему взяться? Я ведь выпила вчера совсем немного. Возможно, этого бы и хватило для излишнего веселья, но такие последствия от пары бокалов вина — явный перебор.
Тогда снова возвращаемся к вопросу, почему мне так плохо. Внезапно темноту в голове яркой вспышкой озарила мысль, на краткий миг даже затмившая все терзания, как физические, так и душевные: сегодня состоится официальная церемония зачисления в университет. Нужно обязательно присутствовать хотя бы на начале встречи, когда будет выступать ректор. Морщась и постанывая, я приняла подобие вертикального положения, но быстро сдалась, опершись на спинку кровати. Стараясь не делать резких движений, посмотрела на время — спасибо светлым богам, оно еще имеется в запасе. После чего взгляд наткнулся на зеркало, и я вздрогнула: растрепанные волосы, темные тени под красными, воспаленными глазами, опухшие губы, безумный взгляд и выражение вселенского страдания на лице. Хороша, ничего не скажешь! А это что такое? Рука потянулась к шее, откуда синяк? Я снова застонала, обессиленно опускаясь на кровать.
Два вопроса терзали меня: как я появлюсь в таком виде на зачислении и что вчера произошло? Нет, кое-что я помнила, ресторанчик, танцы, фонтан… Какого беса я полезла в фонтан?! Но все как-то обрывочно, словно картинку разрезали на множество мелких кусочков, потом все перепутали и вручили обратно, растеряв половину по дороге. Причем самые последние события вечера отсутствовали в голове напрочь, то есть совсем. Как я добралась до комнаты, как разделась? Ничего. Надо быть осторожнее со свободной жизнью, кажется, она не для меня. К мучающемуся организму присоединилась проснувшаяся совесть. Стыдно показываться на глаза Вехель и остальным, что они обо мне подумают? Что я творила прошлой ночью, оставалось загадкой.
Итак, синяк, надо бы его чем-то прикрыть от посторонних взглядов и… На ум приходило только одно объяснение о характере появления подобных отметин. Ник? Да ну, не может быть, я бы запомнила. Или все-таки может?
— Яду мне, яду, — прошелестела я пересохшими губами, малодушно мечтая о легкой смерти.
Естественно, внять мольбам было некому. Пришлось собраться в подобие человека и хотя бы наконец выпить воды. Приложив прохладный кувшин к пульсирующему виску, я замерла, наслаждаясь минутным облегчением. Погуляла, называется, отметила поступление. Внутренний голос тут же укоризненно зашептал о том, что меня отчислят прежде, чем примут. Морщась и то и дело замирая, я начала приводить себя в порядок.
Вода немного улучшила самочувствие, я смогла более-менее прилично двигаться и делать вид, что все нормально. Во всяком случае, из зеркала на меня смотрело хоть и изрядно помятое, но хотя бы уже не пугающее лицо. Я оделась в самую скромную одежду, что у меня имелась, будто уравновешивая вчерашний выход в свет. Привлекать сейчас к себе внимание хотелось в последнюю очередь. При мысли о еде затошнило, снова налила воды. И все-таки, почему мне так плохо? Порылась в памяти, отчаянно выискивая ответы, удрученно вздохнула. Может, Вехель знает? Хотя спрашивать неловко. Ладно, сколько ни терзайся, а уже пора выдвигаться, пока доковыляю, как раз все и начнется.
Прохладный ветерок я встретила с чувством благодарности, это самое оно в моем нынешнем положении. Как назло, по дороге попался Кир. Окинув меня понимающим взглядом, он подмигнул:
— Привет, хорошо погуляли?
Я скривилась и на всякий случай подняла ворот плаща.
— И так вижу, что хорошо. Куда идешь?
— На церемонию зачисления.
— На нее только ради одной речи шифу Лао стоит пойти. Он знаешь какой мужик?
— Какой? — Во мне робко шевельнулось чувство любопытства.
— Мощный, — емко ответил Кир, видимо считая, что я сразу все пойму.
Не стала его разочаровывать и задавать уточняющие вопросы, да и желания лишний раз что-то произносить не было. Мне бы яду…
— Пойдем вместе, я послушаю, у меня как раз время свободное есть.
Поделиться книгой: