Дикарь

— Говори!

— Никто! Нет никого! Пожалуйста! — Даша впивается в его кожу ногтями, требуя продолжения, но мужчина не торопится.

— Врёшь, сучка. Ты же любишь трахаться! Говори мне, кто кроме жениха?

— У меня больше нет жениха! — бьёт кулачком его по плечу, злясь и негодуя, готовая заплакать от неудовлетворения. — И никого нет!

Савелий прищуривается, словно сканируя, пытаясь распознать ложь.

— Пожалуйста, трахни меня. Трахни. Я так хочу. С ума сейчас сойду, если не сделаешь этого, — она шепчет, как в бреду, подаваясь вперёд и вскрикивает, когда Гром снова вторгается в неё до предела.

— Кричи для меня! Да, вот так! Кричи, дрянь похотливая! — грубые его движения заставляют выть от болезненного кайфа, всё тело сжимается от судорог подступающего оргазма, а горло саднит от крика.

А когда она взрывается, падая в пропасть и хватаясь за его плечи, полосуя их ногтями, оставляя красные борозды, он хрипло стонет и, отстранившись, покидает горячее лоно, изливаясь девушке на живот.

ГЛАВА 6

— Здорово потрахались. Утром повторим, — снисходительно так похлопал её по бедру и, перевернувшись на бок, почти сразу захрапел.

Сволочь. Как она могла снова клюнуть на этого хама?! Отдаться ему, дать повод так себя вести с ней?

Даша тихонько поднялась и забегала на носочках, собирая свою одежду. Оделась, вызвала такси и, крадучись, пошла к выходу. У двери в последний раз оглянулась на спящего прямо у камина мужчину и вздохнула. А ведь у них могло бы всё получиться… Если бы он не был таким равнодушным мудаком.

— Ну и хрен с тобой, — вздёрнув подбородок, открыла дверь и ахнула, отшатываясь назад.

Прямо на пороге сидела та самая псина, что чуть не сожрала её в прошлый раз. Тихое рычание и угрожающий оскал не предвещали благоприятного исхода и Даша попятилась, захлопнув дверь прямо перед носом пса.

— Только бы не залаял, только бы…

И тут же на улице раздался грозный лай.

— Да чтоб тебя!

— Не спится, красотка? — вздрогнула, когда за спиной раздался голос Савелия и поёжилась, то ли холода, то ли от его пристального взгляда.

— Убери, пожалуйста, собаку. За мной скоро такси подъедет, — проговорила ледяным тоном, не одарив его даже единственным взглядом.

Савелий хмыкнул и, более ничего не сказав, куда-то отправился, оставив Дарью стоять у двери.

И что это было? Он может за ключами пошёл? Так дверь же открыта. Или…

Немного подождав, девушка отправилась на поиски хозяина дома и нашла его мирно спящим на кровати, мягкость которой Даша успела познать ещё в прошлый раз. От усталости подкашивались ноги и безумно хотелось спать. Просто лечь рядом с этим гадким Дикарём и уснуть. Разумеется, желание своё поборола и подошла к кровати.

— Ну-ка, вставай! Там за мной уже такси приехало! Савелий! — толкнула его не очень ласково. — Подъём!

В темноте было плохо видно и Даша не успела среагировать, когда мужчина открыл глаза и резким движением повалил её на кровать, перекинув через себя, а затем, накрыл своим телом.

— Что ты беспокойная-то такая, а? Хочешь потрахаться, так и скажи, чего разводить эту канитель? — и, приподняв её одной рукой, стал стаскивать трусы другой.

Даша застонала, мысленно умоляя высшие силы послать этому психу импотенцию.

— Да что ж ты за человек такой? Мне на работу завтра! Отпусти! — а в следующее мгновение взвизгнула, когда почувствовала в себе его пальцы.

— Не так быстро, дорогуша. Я ещё не закончил с тобой, — поиграл с её клитором большим пальцем и ухмыльнулся, когда девушка выгнулась, раздвигая ноги шире. — Ну вот. Совсем другое дело.

Быстро стянул с себя «боксёры» и пальцы заменил член в полной боеготовности, отчего у Даши закружилась голова.

* * *

Вторгся в неё грубо, резко, но не причиняя боли, за что наградой Савелию был тихий вскрик. Закрыл глаза и, хрипло застонав, толкнулся глубже.

Он уже и не помнит, когда в последний раз так наслаждался сексом. С годами люди перестают чему-либо удивляться, чем-либо восхищаться. Люди теряют интерес к вкусной еде, если она ежедневно оказывается на столе. Брендовые шмотки не приносят должного удовольствия и воспринимаются, как должное. То же самое и с сексом.

Первый свой оргазм Савелий давно забыл. Это было так давно, что уже и не вспомнить… А потом были девушки, женщины. Разных возрастов, разных типажей. Даже цвет кожи иногда отличался. Всё приелось, стало просто потребностью, которую надо иногда удовлетворять.

Но Дарье, этой простой с виду девушке, удалось воскресить в нём то самое восхищение женским телом, когда готов кончить лишь бросив на неё один взгляд. Только с ней, почему-то, он возбуждался до предела. Так, словно снова в юность вернулся, когда член хоть в замочную скважину пихай.

Не то, чтобы с другими у него не было возбуждения или отсутствовала эрекция. Чем чем, а импотенцией никогда не страдал. Но с ними ощущения совсем не те. Просто кончил, снял напряжение, расслабился, а через пять минут и забыл об этом акте.

А с Дашей он ещё несколько суток будет вспоминать и смаковать каждый момент, каждый её стон и своё погружение в это горячее, податливое тело.

Девушка вонзила в его предплечья ноготки и содрогнулась, громко вскрикнув.

О, да! Этот момент он любит больше всего. Когда она кончает. Когда так крепко прижимается к нему и сжимает его член своими мышцами. Грому нравится её оргазм больше, чем свой. И смотреть на неё, когда она широко распахивает глаза и замирает, судорожно выдыхая, расслабляясь под ним, а затем взрывается от экстаза и бьётся в сладкой агонии.

— Теперь только я буду тебя трахать, — и последним толчком довести себя до финала.

Успеть выйти из неё в последний момент и спустить на белую, нежную кожу. Испачкать её своей спермой и с диким, даже каким-то больным удовольствием наблюдать, как вязкие капли стекают по её бедру вниз.

— Пожалуйста… — шепчет еле слышно пересохшими губами.

— Что? — склонился над ней, лаская языком горошинку коричневого соска, слизывая её запах, как больной маньяк.

— Отпусти… Мне домой надо.

Усмехнулся и, завалившись на бок рядом с распластанной девушкой, притянул её к себе.

— Нихрена.

* * *

Пару раз за ночь пыталась сбежать, но удавалось только вывернуться из его объятий и снова попадала в плен крепких ручищ, которые стискивали так крепко, что не продохнуть, чего уж там о побеге говорить. В конце концов сдалась и уснула. Если не удается уйти, нужно хотя бы выспаться. Но и этого девушке не дали.

Как только наступил рассвет, Савелий проснулся и, что-то прошептав ей на ушко, начал активно претендовать на желанное тело, но Даше это пришлось не по душе.

— Дай поспать! — толкнула его локтем, но мужчина, лишь коротко хохотнув, прижался пахом к её попе.

— Так ты спи, я ж не против, — и рукой в трусы к ней полез. — Ох, заводишь ты меня, Дашка. Давно так не развлекался.

Даша почти уже было сдала позиции, но после последней фразы Громова, словно кипятком обожглась.

«Давно так не развлекался»!

— Я тебе не кукла резиновая, которую можно топтать до посинения! Сказала, не хочу! Пусти! — брыкнулась и, наконец, вырвавшись из удушливых объятий, резко села на кровати. — И вообще, мне в город пора! Спасибо за развлечение!

Мужчина не стал её задерживать. Закинув руки за голову, с интересом наблюдал, как Даша одевается и пытается привести себя в подобающий вид, что после такой сумасшедшей ночки казалось едва возможным.

Девушка же втихаря поглядывала на Савелия, в глубине души надеясь на что-то… Что, быть может, он предложит ей остаться или хотя бы отвезёт в город. Назначит свидание, в конце концов. Хоть они и пропустили уже все эти романтические штучки да ухаживания, перешли сразу, так сказать, к «десерту», но где-то в душе девичьей надежда ещё теплилась.

Но увы… Ни после того, как она оделась, ни даже после того, как вызвала такси (нарочно, не в мобильном приложении, а позвонив оператору), Савелий не шелохнулся.

— Собаку уберёшь или мне тоннель под землёй прорыть? — спросила грубо и холодно, так, словно и не выкрикивала его имя ночью, умоляя не останавливаться.

— Да, конечно, — вылез и потянулся за штанами, бесстыдно сверкая голой задницей.

Хотя стыдиться ему нечего абсолютно. Совершенный, с какого ракурса не посмотри. Даша нервно сглотнула и почувствовала, как начали гореть щёки, когда взгляд упал на исполосованную её ногтями спину.

Накинув куртку, Савелий пошёл к двери.

— Я посажу Лорда на цепь. Через пару минут можешь выходить.

И всё. Вот так вот просто… Ни тебе «спасибо за ночь», ни тебе «когда снова увидимся?»

— Сволочь, — прошипела ему вслед и проглотила слёзы обиды.

Ни за что она не заплачет! Было бы из-за кого!

Вот только в сердце острой иглой впилась злая обида. Что тут скажешь, никому не хочется быть использованным.

Как и было сказано, вышла на улицу через несколько минут и потопала к забору, умоляя таксиста приехать быстрее. Она, конечно, объяснила оператору дорогу, но ведь это же лес, заблудиться тут легко, ей ли не знать.

— Не замерзнешь? — Савелий, облокотившись о забор, с ехидной улыбкой наблюдал как девушка растирает вмиг продрогшие руки и приплясывает на свежевыпавшем снегу. — Могу штаны ватные дать.

— Себе оставь свои штаны, — зло огрызнулась и отвернулась, поглядывая на дорогу.

— Ну, нет, так нет. Хозяин — барин. Пока тогда. Счастливо добраться, — дотянулся рукой до Дарьи и, шлёпнув её по заднице, пошёл к дому.

Девушка ошалело смотрела на его удаляющуюся спину и не могла поверить, что связалась с такой скотиной. Это же надо? Неужели одну её оставит здесь? Даже на номер такси не посмотрит? Не скажет ничего? «Пока» и всё?!

Через мгновение хлопнула дверь его дома, а Даша нервно засмеялась.

— Вот козлина!

Такси вскоре приехало и в край окоченевшая девушка забралась в теплый салон. Назвала водителю адрес и, откинувшись на заднем сидении, задремала.

ГЛАВА 7

Гром не понимал эту дуру. В его постели, казалось, перебывали девки всех мастей и возрастов и он всегда считал, что разбирается в женщинах и даже знает, чего ждать от их тараканов. Но Дарья — темный лес, в том плане, что её поведение ему не понятно, хоть убейте.

Всё ведь нормально было. Даже лучше, чем просто нормально. Ведь так сладко кончала под ним, что даже не верилось, что бабы так ещё могут. А утром, словно ведьма в неё вселилась. Фурия бешеная!

А он всего лишь приласкать хотел. Что в этом плохого? И чего взьелась так, оглашенная?

Впрочем, гадать не пришлось. Решила уйти вот так — скатертью дорога. Не велика потеря. Только внутри что-то неприятно скребло. Видимо, задела стерва самолюбие мужское. А оно у Грома ого-го, все рекорды бьёт.

— Ну ничего, Дашенька. Мы тебя перевоспитаем, — повертел в руке паспорт девушки и ухмыльнулся. — Как шёлковая будешь.

А что? Он не воровал её паспорт. Просто поднял утерянное, делов то.

Ухмыльнулся и, открыв холодильник, вытащил оттуда прошлогодний салат, который готовила, кстати, Дарья. Однако, есть его не пришлось — протух. Больше продуктов в холодильнике не оказалось. Что ж, отличный повод сгонять в город. Заодно заглянет в гости к строптивой любовнице. Вечерком.

Правда, на одном из СТО случился форс мажор и Савелию пришлось задержаться там до поздна. Отчего-то нервничал и всё время поглядывал на часы. Уснёт ведь Дашка до его прихода. Как пить дать уснёт. Они, эти офисные мышата по детскому времени живут.

А уже после двенадцати приехал к дому по месту прописки Даши и, припарковавшись, пошёл к подъезду. Осталось надеяться, что она живёт здесь, а не где-нибудь на съёмной хате, а здесь её родители, которые тут же примут его за жениха. Неловко получится… Не скажет же он им, мол, пару раз драл вашу доченьку, вот за третьим пришёл.

Но нет, пронесло. Дверь открыла Даша, вся всколоченная, сонная и, кажется, злая. Уставилась на Савелия, как на инопланетное существо и часто заморгала, видать, силясь переварить информацию.

— Ты что здесь делаешь? — прищурилась и, скрестив руки на груди, встала в воинственную позу.

Гром даже от смеха прыснул.

— В гости пришёл, не видишь, что ли? Жрать хочу, как волчара. Чего там у тебя есть? — и не спрашивая на то позволения, прошёл в квартиру, затолкав девушку вовнутрь. — Давай, иди. Жопу ещё простудишь, — разумеется, Гром не мог не заметить тех пижамных коротких шортиков, в которых она выперлась в холодный подъезд.

Да и вообще, дверь открыла, даже не спросив кто. Опять же, полуголая. Наводит на мысли… Ждала кого-то? Женишка своего? Так вроде расстались они, говорила.

* * *

— Эй, ты что себе позволяешь?! — завопила возмущённо, но Савелий уже снял ботинки и прошлёпал на кухню.

— Что хочу, то и позволяю, — беспардонно открыл холодильник и начал вытаскивать контейнеры с едой.

Даша не всегда находит время и силы на готовку, хоть и любит её, а потому раз в несколько дней посвящает себя этому делу, забивая холодильник до отказа.

И вот прямо сейчас к ней врывается мужик (пусть и тот, с которым провела новогоднюю и прошлую ночи), и вытаскивает еду с таким лицом, словно он здесь живёт!

И ей как бы не жалко… Но какого хрена?!

— Что ты делаешь?

— Как что? Говорю же, голоден я. Так, а где у тебя микроволновка? А, вот, — открывает контейнер с мясом, нюхает его и, удовлетворённо кивнув, ставит в микроволновую печь.

Даша же молча наблюдает за этим действом, окончательно потеряв дар речи. Ну и нахал!

— А хлеб где? — вздёрнув брови, смотрит на неё, как на идиотку.

— Там, — девушка растерянно тычет пальцем в хлебницу и ждет чем закончится этот спектакль.

Достаёт хлеб, нарезает его, вытаскивает из микроволновки мясо и раскладывает его по тарелкам.