Второй шанс

— Ясно, — помрачнел друг. — Из воров во все тяжкие. Они хоть понимают, что это статьи, притом с реальным лишением свободы?

— Я им говорил, — пожал плечами Сергей. — До них не доходит. Знаешь, я их даже понимаю: по-другому деньги сейчас не раздобудешь.

— Ложь, — строго отрезал Вася. — Это я дурак был, когда вас во всё это втянул. Мне казалось, что это мелочи: ну подумаешь, сосиски из кухни стянуть или черешни с прилавка натырить. А вон как всё обернулось. Знал бы я тогда, что мы реально заработать можем…

— А можем? — загорелся идеей Серёжа.

Вася с непонятным сочувствием и раскаянием на него посмотрел.

— Да, — кивнул он. — Я тебе не говорил, но сейчас, пока лето, я в одной фирме устроился. Неофициально. Помогаю мастеру двери устанавливать. Платят сразу, за межкомнатную — 300, за входную — 500 рублей. Заказа 2—3 в неделю. Сейчас научусь, потом сам смогу подрабатывать.

— А зачем тебе работа? Ты же не хотел, — удивился Сергей.

— Скучно стало, — признался Вася. — А тут познакомился с соседом по этажу, вот он и предложил. Я подумал, что умение ставить двери в хозяйстве будет не лишним, и уже вторую неделю работаю. Телефон взял. Юрий, когда заказ есть, звонит, я к их офису подхожу, ну и едем. Прикольно.

— Да, везёт, — вздохнул Серёжа. — Ну меня-то на такую работу не примут.

— Ты что, на лбу напишешь, что приютский? — усмехнулся друг. — Хотя тебе я пока не советую: слишком много вопросов будет, если мобильник увидят. А без него в таком деле никак: ты же не будешь в офисе целый день сидеть. А вот грузчикам помогать, или где-нибудь на отшибе, чтоб директрисе случайно на глаза не попасться, в ларьке дворником — милое дело. И времени занимает немного, и деньги сразу в руки дают.

— Ага, а ещё расклейщиком объявлений, — фыркнул от смеха Сергей, представив, как вся их банда в полном составе на раз-два метёт улицу.

— Зря смеёшься. Вполне нормальный а, главное, реальный заработок. Только деньги надо сразу тратить, а то неприятностей не оберёшься. Зимой можно снег чистить, — задумавшись о чём-то своём, продолжал философствовать Вася. — Тебе с учёбой вряд ли время будет, а вот пацанам… У них свободы больше, за студентами воспитатели почти не следят.

— Минус того, что я остался школьником.

— Да не в этом дело, — махнул на него рукой Вася. — Зачем тебе сейчас деньги? Вещи всё равно никакие не купишь, а хочешь жрачки — скажи, я куплю.

— По-прежнему считаешь меня маленьким? — нахмурился Сергей, наблюдая, как жук-усач ползёт по асфальту.

— Ну, старше меня ты всё равно никогда не будешь, — озорно толкнул его в плечо друг. — Пора бы привыкнуть, что забота о тебе — моя привилегия.

— Да неужели? — скептически бросил подросток.

— Да, братишка, такова жизнь, — с видом древнего мудреца, ответил Василий.

Сергей мрачно уставился на друга, в глазах которого плясали весёлые огоньки. Иногда его опека просто выводила подростка из себя. Серёжа сам не мог себе объяснить такие вспышки, и каждый раз подавлять их становилось сложнее. Васька по его поведению наверняка догадывался об этом, и всё равно будто намеренно провоцировал.

— Не кипятись, — мирно сжал его запястье Вася. — Просто ты лучше их, и я не хочу, чтобы ты стал их жертвой. Поэтому даже не думай о подработках, пока парни ещё в детдоме. Пережди этот год, а там делай, что вздумается. В правовых пределах, разумеется.

— Тебе надо было идти на юриста, — буркнул в ответ Серёжа.

Они ещё какое-то время препирались, а потом Вася пригласил его в кино. Серёжа не верил своему счастью! Все тяжёлые мысли испарились, как по волшебству. Нет, в кинотеатр он шёл не впервые. Где-то раз в год их водили на какой-нибудь праздник в кино в школе. Его «домашние» одноклассники платили за билеты, а их, как детдомовцев, проводили бесплатно. Ну, то есть, их билеты оплачивал заранее детский дом. Одноклассники брали поп-корн, чипсы, орешки, колу. А Сергей, как и его товарищи по несчастью, лелея чувство зависти и какой-то детской обиды, шли смотреть очередной военный или научный фильм. Девчонкам везло всегда больше — их-то иногда угощали. Особенно этим пользовалась Полина, класса этак с седьмого.

Кроме того, на День Защиты Детей воспитатели во главе с директрисой водили всех на какой-нибудь мультик. Эта была ежегодная акция государства. Кроме них в кино были мамочки с кучей детей, и одетые в старьё женщины с болезненного вида детьми — никого лишнего: только сироты, многодетные и малообеспеченные.

Сейчас же они с Васей зашли в магазин и взяли бутылку «Тархуна», в самом кинотеатре друг купил огромную бадью сладкого поп-корна. Вдобавок, Вася приобрёл билеты не на простой фильм, а на 3D! «Экшн, фэнтези, боевик» — прочитал Сергей на афише описание к фильму, пока они ждали. Оказалось, пришли как нельзя вовремя — до сеанса оставалось каких-то двадцать минут.

Этот день обещал стать лучшим в его детдомовской жизни! Он знал, что друг не обязан на него тратиться, и всё-таки не нашёл в себе сил отказаться. Иногда забывая дышать, он, не отрываясь, смотрел фильм; почти с неприличным аппетитом поглощал воздушную кукурузу и чувствовал себя самым счастливым человеком на всём белом свете.

Когда кино закончилось, Сергей радостными глазами посмотрел на старшего друга.

— Спасибо, — только и смог выдохнуть он, не находя слов, чтобы выразить всё, что было сейчас у него на душе.

— Перестань так улыбаться, а то Алевтина Петровна чего доброго решит, что ты спятил, — попытался вернуть его на землю Василий, но было видно, что сам он очень собою доволен.

— Сегодня дежурит Лариса Степановна, — отмахнулся Серёжа, наслаждаясь чувством праздника в своей душе и лишь шире улыбаясь.

— Словно дитя малое, ей-богу, — сделал вторую попытку Вася.

— Говори, что хочешь, мне сейчас фиолетово, — оповестил его Серёжа, блаженно вздыхая, и не желая лишаться такого нового (или просто забытого) для него ощущения.

— Я серьёзно, — поворачивая в парк, покачал головой друг. — Не находишь, что будет для ребят подозрительно, если ты такой счастливый появишься на ужине?

— А если я ничего не могу с собой сделать? — осведомился Сергей, садясь на качели на старой детской площадке.

— Придётся, — с искренним сожалением вздохнул друг. — Ну, вспомни что-нибудь грустное, если сам справиться не можешь, — посоветовал он.

Грустное? Почему-то в голове сейчас было абсолютно пусто. Какая разница, когда его кто обижал, или какие перипетии ему пришлось пережить, когда сейчас ему так хорошо и спокойно? Однако улыбка сама сползла с его лица, когда сознание услужливо напомнило о родителях.

— Ну вот, уже лучше, — поощрил Вася. — А о чём ты подумал?

Сергей какое-то время молчал, а потом всё-таки решил ответить:

— Недавно я заходил к Фаине Михайловне. Хотел узнать про свою квартиру, — начал подросток.

Он рассказал другу всё, что увидел и узнал в тот памятный день. Даже о фотографии и написанном мамой на обороте письме.

— Потом я подумал, что у отца ведь были родственники, значит, их можно найти, — озвучил Сергей свои выводы. — Вот бы ещё раз просмотреть ту папку…

— А тебе оно надо? — задумчиво спросил Вася, переваривая полученную информацию. — Ну, найдёшь ты их, и что скажешь?

— Не знаю, — честно признался Серёжа. — Может, они сто раз уже пожалели.

— О чём? О том, что выгнали собственного сына из дома? Или о том, что не приняли твою мать и отказались от тебя? Думаешь, такие люди со временем меняются? — скептически покачал головой юноша.

— А вдруг. Может, они приходили мириться, а в квартире никого не оказалось. Поспрашивали у соседей, а потом решили, что мы переехали. Вдруг никто не знал, что мама умерла, — совсем тихо закончил Сергей, в горле неожиданно запершило.

Серёжа сделал несколько глубоких вдохов, чтобы взять себя в руки и успокоиться. Оказалось, быть откровенным, даже с лучшем другом, невероятно сложно. Но, с другой стороны, он чувствовал облегчение. Так всегда было, когда он делился с Васей своими переживаниями.

— Всё может быть, — не стал рушить его иллюзий друг. — Но на твоём месте я бы не шибко надеялся.

Сергей молча кивнул и вдруг ни с того ни с сего выпалил:

— Вась, а ты можешь взломать дверь?

Глава 6. Взлом

— Ты что, с дуба рухнул? Это статья! — во все глаза смотрел на друга Вася, не веря своим ушам.

— Ну, ты же мог своими проволочкам вскрыть кухонную дверь, — немного смутившись, стал убеждать его Серёжа. — А эта квартира моя. Здесь нет состава преступления. Я только заберу папку, и мы уйдём. Замок простой. Никто никогда ничего не узнает. В квартире вообще никого не бывает, никто за ней не следит.

— Да, я в своей неделю уборку делал, — не к месту вспомнил Василий, после чего задумчиво цокнул языком, — а соседи?

— Глазок только в одной квартире, — быстро ответил Сергей, восстанавливая детали того дня. — Которая слева, рядом. Оттуда будет невидно, ручаюсь.

— А если кто застукает? — всё ещё сомневаясь, посмотрел друг на закрывшие солнце облака.

— Не застукают, ты же ас!

Вася недоумённо на него глянул, после чего покачал головой:

— Серёж, одно дело вскрыть хлипкий замок, который поддень ножичком, и дверь откроется. И совсем другое — замок входной двери, даже если он самый простецкий.

— Ну ты же и навесной на буфете не раз взламывал, — не сдавался Сергей.

На кухне действительно был буфет, где воспитатели, нянечки и повара прятали печенье и конфеты к чаю. В холодильник и то легче было залезть, чем в буфет.

— Димка, когда ты ушёл, всё сокрушался, что не может так ловко орудовать отмычками, несмотря на все свои таланты.

— Убедил, — наконец, сдался Вася. — Но только ради тебя и при условии, что ты никогда больше не будешь меня просить об этом.

— Хорошо, клянусь, — обрадовался Серёжа.

— Не клянись, в жизни всякое бывает, — буркнул в ответ друг.

Не откладывая в долгий ящик, они отправились искать дом, где располагалась квартира.

— Ты что, даже адрес не запомнил? — ворчал по дороге Вася.

— В квартале от «1000 мелочей», недалеко отсюда, — пожал плечами Сергей.

— Внизу замок или домофон?

— Вроде не было ничего, — не совсем уверенно ответил подросток. — Если что, подождём, пока кто выйдет или зайдёт.

— Ага, заодно лица засветим, — недовольно пробормотал Вася.

— А отмычки у тебя с собой? — на всякий случай спросил Серёжа.

— Ты ещё громче говори, чтобы все услышали, — оглядываясь по сторонам, почти прорычал юноша. — Обойдёмся подручными средствами, — он наклонился и поднял какой-то камушек.

Пока они шли, в арсенале друга появилась отломанная от куста сухая ветка, найденная под скамейкой женская заколка-невидимка и тонкая проволочка, которую он подобрал у мусорного бака.

— Я, когда уходил, их Димону отдал, — пояснил Вася, заметив, как удивлённо друг за ним наблюдает. — Вроде всё. Но если за пять минут не получится — уходим. Я рисковать не хочу.

— Конечно, — без возражений согласился Сергей, затем кивнул во дворы: — Нам сюда. Мы точно выезжали по этой дороге. Я помню вон ту аптеку.

— Веди, — тяжело вздохнул Вася, явно сожалея, что согласился на эту авантюру.

Им повезло. Несмотря на наличие домофона, он не работал. У подъезда были припаркованы машины, у ржавых футбольных ворот гоняла мяч малышня. На скамейке, спиной к подъезду, качала коляску молодая мамаша.

— Пока нам везёт, — не найдя «потенциально опасных» свидетелей, констатировал Вася, и они быстро прошмыгнули в подъезд.

По лестнице кто-то спускался, и парни, недолго думая, спрятались под лестницей первого этажа, у самой двери в подвал. Благо, лампочка была кем-то выкручена, а с площадки свет удачно образовывал здесь полумрак.

— Найда, чего остановилась? Вперёд, иначе я с тобой гулять не пойду, — послышался раздражённый мужской голос.

Через минуту затаившиеся ребята увидели обладателя этого голоса. Солидный на вид мужчина тянул за ошейник среднего роста упитанную собаку непонятной породы. Собака явно принюхивалась, но мужик не обращал на неё внимания и буквально с силой вытолкнул из подъезда.

— Фу, пронесло, — облегчённо выдохнул Вася. — Не люблю собак. Уж лучше кошки: гуляют сами по себе, всё видят, во всё вмешиваются, но никогда не сдают.

— Зато собаки преданные, — не согласился Серёжа. — Пошли.

Они поднялись на второй этаж, где Сергей с замиранием сердца остановился перед дверью родной квартиры.

Вася, поднявшийся за ним, тоже приблизился. Оценив ситуацию, он старался держаться стены, чтобы не попасть в обзор глазка соседней двери. Оглядев мельком замок, он с помощью камня ловко сконструировал из веточки и заколки подобие отмычки. Затем засунул её в замочную скважину, изогнул проволочку и начал ей шебуршиться в замке. Раздался щелчок, затем ещё один и дверь, к радости Сергея, открылась. Вынув отмычку и чуть шире приоткрыв дверь, Вася первый юркнул в квартиру.

— Да, ну и бедлам, — тихо присвистнул он, когда Серёжа закрыл дверь изнутри. — Давай, бери что тебе надо, и смываемся отсюда, пока соседи ментов не вызвали.

Дважды повторять не пришлось. Бесшумно ступая и стараясь идти по тем же следам, что и в первое своё посещение, подросток подошёл к телевизору и достал из шкафа таинственную папку. Через пять минут они уже были на улице.

— Да, замок — дрянь. Как переедешь, обязательно замени, — посоветовал Вася, выбрасывая орудие преступления.

— Как скажешь, — согласился Сергей, пряча папку под футболку.

Вася скептически посмотрел на него:

— Видно.

— А что ты предлагаешь? — растерялся Серёжа, извлекая папку обратно.

— Поехали ко мне — там прочитаешь, а потом можешь её у меня на сохранение оставить.

— Так я же на ужин опоздаю, — заволновался Сергей.

— Уже опоздал, — «обрадовал» его Вася. — Так что заодно и поедим: у меня в холодильнике пельмени есть.

— Уговорил, — чувствуя, что всё это выйдет ему ещё боком, кивнул Серёжа.

***

До нового района на автобусе доехали быстро. Вася жил на пятом этаже девятиэтажного панельного дома, в подъезде которого был не только мусоропровод, но и лифт. И вот Серёжа впервые увидел квартиру своего друга.

Более просторная, чем его, двушка с раздельным санузлом и застеклённой лоджией. Не в пример светлее и чище.

— Телевизор только купил, — похвастался Вася, провожая гостя в гостиную. — А вот комп был. Я его ещё с детства помню. Работает, но игры не тянет. Хочу к сентябрю ноут взять, для учёбы, а то на компе наверняка инет виснуть будет. Кстати, я его ещё не подключил — некогда было.

Открыв рот, Серёжа осматривал комнату. Наверняка родители Васи жили зажиточно. Даже опуская тот факт, что квартира находится в новом районе, кожаные кресла и диваны, стеклянный кофейный столик, картины на стенах, фарфоровые статуэтки в шкафу — всё говорило о достатке хозяев.