Юрий Грозный, Великий князь всея Руси

А Смоленск Юрий честно штурмом взял. Князь Смоленский Владимир Рюрикович с честью в бою погиб. Так, что, князь Юрий в своем праве, напавшим на него отомстить.

А вот где он секрет греческого огня раздобыл, это интересно весьма. Еще при Царьграде греки им русские ладьи жгли. Потом, вроде бы они секрет это утратили. Кто этот секрет раздобудет – богатым станет. Как Юрий Всеволодович.

–  До сих пор князь Юрий только напавшим на него мстил. – Вступил в беседу Рюрик Ростиславич. – Других никого не трогал. Так что, чего нам беспокоиться? Хотя, тебе, князь Мстислав может и стоит волноваться. Из под Юрьева ты ушел, из Новгорода ушел, как бы Юрий тебя в Киеве не догнал!

–  Не по умному рассуждаете, князи! – возмутился Мстислав Удатный. Если он меня из Киева изгонит, да себе Киевские земли возьмет, думаете до вас очередь не дойдет? Мнится мне, все русские земли хочет он под себя подгрести!

–  Ну, это ты хватил! – Удивился Всеволод Константинович. – Теперь не времена Ярослава Мудрого! На Владимир с тобой ходил еще и князь Псковский. Думаю, Юрий это ему не спустит. И будет в своем праве. А мы на это посмотрим.

Так ни до чего и не договорившись, князья попировали и разъехались. Удатному не удалось сколотить коалицию.

Вернувшись из объезда границы, Юрий решил, заняться подготовкой к достойной встрече булгар. Он собирался преподать Булгарскому хану Ильгаму серьезный урок, что бы запомнил хан, что с князем Владимирским лучше дружить чем воевать.

Как только полая вода в реках схлынула, вниз по Клязьме на ладьях отправилась рать под началом боярина Варуна: тысяча легкой конницы и полтысячи пехоты.

Варун получил распоряжение спуститься по Клязьме и Оке до Волги, затем подняться до устья Сухоны, по Сухоне подняться вверх и остановиться лагерем в двух конных переходах не доходя до Устюга. Там установить связь с гарнизоном города и ждать нападения булгар, которые должны, по сведениям, полученным от лазутчиков, напасть на город.

Когда булгары втянутся в осаду, внезапно атаковать их лагерь. Однако не добивать их совсем, а дать уйти вниз по Сухоне.

Иван Васильевич помнил из прочитанных летописей, что в текущем году булгары захватили и разграбили Устюг. Правда, в летописях отсутствовали сведения о силе их войска. Однако, Иван Васильевич был уверен, что это был просто грабительский набег, имеющий целью захватить запасы мехов, собранные за зиму в виде дани от диких племен, населяющих берега Сухоны и Северной Двины. А следовательно, булгар будет немного. Скорее всего, от полутысячи до тысячи воев. Меньшим числом крепость не взять, а большего для малого городка и не требуется.

Поэтому полторы тысячи гридей, с учетом внезапности атаки и поддержки гарнизона, должно было хватить для обращения булгар в бегство.

Вторую рать в составе полутысячи гридей и гуляй-города из сотни повозок с командой он отправил на ладьях по пути: Клязьма – Ока – Волга – Городец под началом воеводы Пахома. Из Городца Пахом должен отправить по реке дозор к устью Ветлуги, поскольку именно вверх по Ветлуге пойдут ладьи булгар. Из Ветлуги булгары волоком перейдут в реку Юг, на которой стоит Устюг. Только этим путем булгары могли добраться до Устюга, не входя в русские земли.

Когда булгарская рать пройдет вверх по Ветлуге, рать Потапа поднимется на 400 верст по реке Унже, до места, где она протекает рядом с Ветлугой, и там устроить засаду.

Ловушка была организована так, как решил Юрий.

Булгары напали на Устюг 18 июня. Было их семь сотен. О том, что гарнизон крепости за зиму увеличился на 500 воев, они не знали. Наместник Глеб Ингваревич, предупрежденный разведчиками о подходе врага, был готов к нападению и легко отразил атаку.

Булгары, потерпев неудачу, разбили лагерь, обложили город и приступили к осаде. Через два дня на рассвете, на их лагерь обрушилась конная рать боярина Варуна. Лишь сотни две булгар сумели заскочить на ладьи и уйти по реке. Варун не стал их преследовать. Зато отправил гонцов к воеводе Потапу.

Рать Потапа тем временем перевела гуляй-город с Унжи на Ветлугу и устроила засаду. На берегу реки установили гуляй-город, в котором установили 10 пушек и 16 гауфниц, направив их на реку. Гуляй замаскировали деревьями и кустами.

Получив весть от Варуна, зарядили орудия. Когда разведчики сообщили о подходе каравана булгарских ладей, у дружинников Потапа все было готово к встрече.

Когда головная ладья прошла мимо гуляя, Потап дал сигнал. Гриди сбросили маскировочные кусты с повозок. Артиллеристы мгновенно навели пушки и гауфницы. И грянул залп!

В караване было всего семь ладей. Все остальные захватили дружинники Варуна. Пушечные ядра навылет продырявили борта, а картечь гауфниц смела гребцов. Немногих уцелевших на попавших под удар ладьях добили расставленные ниже по течению лучники. По приказу Потапа, по первой ладье артиллеристы не стреляли. Хотя, лучники уполовинили количество бывших в ней гребцов. Потап точно выполнил указания своего князя. Одна ладья ушла, чтобы ее команда могла сообщить хану Ильгаму о наличии у русских убийственного огнебойного оружия. Донесение о выигранном бое Потап не медля послал князю Юрию.

Исполнив задание, рати Варуна, Потапа и Кондрата направились обратно во Владимир.

К этому времени в городе Горховце расположенном наКлязьме несколько выше ее устья, князь Юрий уже собирал войско для похода на Волжскую Булгарию. Там уже были гуляй-город в три сотни повозок со всей артиллерией, три тысячи пятьсот конницы, включая тяжелую и три тысячи пехоты.

Получив сообщение от воеводы Потапа. Юрий приказал готовиться к отплытию. Флот из четырех сотен больших ладей спустился по Клязьме, потом по Оке до ее впадения в Волгу. Здесь Юрий приказал встать лагерем, чтобы дождаться подхода рати воеводы Потапа. Его артиллерия лишней в походе не станет.

Через два дня, ладьи Потапа, спустившись по Унже и по Волге присоединились к Владимирскому войску.

Все войско 7 июля двинулось вниз по Волге в поход на Булгарию. Еще через седьмицу войско высадилось на правом берегу Волги, в двадцати верстах выше крупного булгарского города Ошель. На следующий день утром русская рать выступила на Ошель. Разведчики донесли, что из Ошеля вышло булгарское войско и выстроилось на широком поле для битвы. Войско было многочисленным. По сведениям разведчиков, булгар было около 20 тысяч. Вдвое больше, чем русских.

Атаковать первым Юрий не собирался. Он приказал выстроить гуляй-город на пологом холме полукругом, оставив за спиной Волгу. Ладьи поставили под берегом борт о борт.

Когда разведчики доложили Ильгам-хану, что русские остановились, он сам с отборными телохранителями выехал к русскому лагерю. Осмотрев лагерь, и прикинув количество русских воинов, он сделал вывод, что русские испугались численного превосходства булгар, и решил атаковать их сам.

Булгары двинулись навстречу русским.

Ильхам выстроил напротив повозок русских свою пехоту в количестве 8 тысяч, а на флангах, окружив русских полукольцом, расположил по 6 тысяч конницы.

Для начала, как водится, хан вызвал Юрия на переговоры, и предложил сдаться, пообещав отпустить воинов домой, забрав только у них оружие. В ответ получил такое же предложение, только еще и с требованием виры за нападение на Устюг в три тысячи гривен. Высокие стороны разъехались, не договорившись.

Ильхам, конечно, выслушал рассказ воинов, вернувшихся из-под Устюга, но не поверил им. Потерпевшие поражение воины, всегда склонны преувеличивать мощь врага. Подумаешь, какие-то огненные шары прилетели. Он сам знал, что при осаде городов применяются зажигательные снаряды, метаемые осадными машинами. Решил, что русские применили по его ладьям что-то похожее.

Протрубили трубы, и булгарская пехота пошла вперед. Били боевые барабаны, развевались под свежим волжским ветерком знамена, блестели на солнце доспехи и оружие. Хан решил, что пехота свяжет боем силы русских на фронтальной линии их обороны, а затем конница стремительным ударом по флангам растащит их повозки и ворвется в их лагерь.

Когда пехота булгар приблизилась на триста саженей, разом грохнули пушки русских, установленные на фронтальной линии гуляя, включая большие осадные. 34 ядра насквозь пробили пехотный строй, все десять рядов воинов. Пехота встала в замешательстве.

Относительные потери от залпа были не велики – не более 300 человек. Но моральный эффект был огромным. Яркие вспышки по всему фронту русской обороны, затем оглушительный грохот. Ядра были видны в полете. Некоторые ядра упали с недолетом, выбили вверх снопы грунта, подскочили вверх и врезались в строй пехоты. Оторванные руки, ноги и головы, фонтаны крови полетели во все стороны там, где ядра ударили в строй.

Завопили сотники и десятники, загудели дудки и трубы. Командиры ударами мечей плашмя приводили воинов в чувство. Пос тояв пару минут на месте, строй качнулся, и неровной линией двинулся вперед.

Артиллеристы без суеты, четко отработанными движениями перезаряжали пушки на картечь. На фронтальной линии было выставлено 26 полевых пушек и 7 осадных. В полевые пушки заряжали по 70 картечин, в легкие осадные – по 150, в тяжелые – по 250. На обоих флангах гуляя стояло по 27 гауфниц.

Когда передняя шеренга булгар подошла на полсотни саженей, грянул второй залп. Картечью по плотному глубокому строю в упор. Ширина веера картечи на таком расстоянии составляла две сажени. Картечь, выпаленная из пушек, за счет более высокой, чем у гауфниц, скорости пробивала человеческое тело насквозь. Первые два ряда ряда пехотинцев, попавшие под выстрелы, были выбиты полностью, третий и четвертый – частично. Относительные птери опять были невелики – примерно 500 человек, однако, вблизи моральное воздействие пушек на булгар оказалось намного больше. Опомнившись после первоначального шока, уцелевшие пехотинцы первых рядов, рванулись назад и столкнулись с задними рядами, не видевшими результатов залпа. На возникшую в результате толпу дождем сыпались стрелы. 400 стрелков гуляя прицельно били через амбразуры. Из-за стены гуляя навесом непрерывно пускали стрелы 500 стрелков – пешцев.

Избиваемая стрелами булгарская пехота не выдержала и побежала. Команда гуляя быстро расцепила повозки и поставила их под прямым углом к фронту. В образовавшиеся между повозками проходы шириной в сажень, потоками хлынула тяжелая конница русских.

Вонзив сходу копье в спину первому попавшему пешцу, всадники бросали копья, выхватили мечи и занялись любимым делом конницы – рубкой бегущих пешцев.

Увидев избиение своей пехоты, Ильгам-хан приказал трубить атаку коннице. Две больших конных массы с обоих флангов ринулись на гуляй. С полусотни саженей по ним ударили гауфницы. Раненые и препуганные вспышкой и грохотом кони передовых шеренг вставали на дыбы, бросались в стороны, сталкивались, сбрасывали седоков. В эту "кучу-малу" сходу влетели конники задних шеренг. На образовавшийся завал конницы, как и ранее на пехоту, дождем посыпались стрелы. На каждом фланге по врагу прицельно стреляли по 200 стрелков гуляя, били навесом по 500 стрелков – пешцев и по 500 конных стрелков. Минут за пять массированного обстрела каждый лучник выпустил по булгарам по полсотни стрел.

Команда гуляя развернула повозки, из гуляй-города на булгар вынеслась русская конница. По тысяче легких конников и по полтысячи конных стрелков на каждом фланге. Булгары не выдержали удара и бросились наутек.

Ильхам приказал трубить отступление. Впрочем, войско бежало и без его команды. В сопровождении сотни личной охраны Ильхам-хан поскакал в город.

Пехоту русские вырубили почти полностью. Лишь полторы тысячи пехотинцев попали в плен. До городских ворот добрались не более двух тысяч конников с ближнего к Ошелю фланга. Булгары едва успели захлопнуть ворота перед самым "носом" у русских. Уцелевшие конники с дальнего фланга скрылись в лесах за пригородными полями.

План боя, разработанный князем Юрием Всеволодовичем, был выполнен как говорится "от и до". Русской пехоте даже не пришлось вступить в бой на стене гуляй-города.

Раненых булгар добивать не стали. Глашатаи князя Юрия подъехали к стенам города и предложили местным забрать своих раненых. Обещали не препятствовать этому. выехавшие из ворот на повозках горожане взялись за сбор раненых булгар. Все ценное с них русские, конечно, сняли, раздев до исподнего.

Сразу после битвы город окружили плотным кольцом. И с берега и с реки.

Следующие дни с окрестных сел и весей согнали люд на захоронение убитых коней и людей. Все работали три дня. Обиходили немногих свои раненых и с почестями похоронили убитых. Ранено было 56 русских воинов, убито – 23. В сравнении с булгарскими – ничтожные потери. Трофеи взяли богатейшие. Полное вооружение для 16 тысяч воинов. Тысячи боевых коней.

На четвертые сутки гуляй-город передвинули под стены города и смели пушками заборол вокруг главных ворот.

Из ворот выехали послы. Предложили переговоры. Юрий согласился. Князь снова встретился с ханом. Ильхам согласился на первоначальное предложение русских. А Юрий теперь возразил, заявив, что вира теперь возросла до 5000 гривен и потребовал выкуп по по гривне за каждого пленного. Кроме того, потребовал, чтобы три четверти виры и весь выкуп были выплачены не серебром, а бронзой, медью и оловом по льготной цене. Ильхам-хан попросил сутки на размышление и отправился думать.

Чтобы облегчить хану размышление, Юрий приказал снести стены крепости и воротную башню. Стенку гуляй-город передвинули на сотню шагов к стене Ошеля, установили в гуляе осадные пушки с гауфницами и начали рушить стену. К вечеру полсотни саженей стены были снесены. От них остались только груды обломков.

Утром стороны снова встретились. Юрий отметил, что быстрое разрушение стены полностью сбило спесь с хана, и предложил Ильхаму проследовать для переговоров в княжеский шатер, поклявшись по окончании переговоров беспрепятственно отпустить хана с переводчиком. Видя безвыходность своего положенеия, Ильхам согласился. Он прекрасно понимал, что имея в активе тройное численное превосходство и уже разрушенную городскую стену, Юрий мог легко взять город.

В шатре был накрыт стол. Вопреки ожиданиям Ильхама, победитель не унижал его, а, напротив, принял в шатре со всем вежеством. В шатре был накрыт богатый стол и стояли два кресла. Впрочем, вокруг стола стояли телохранители Юрия. Два переводчика тоже остались стоять.

Для начала Юрий предложил Перекусить, чем Бог послал. за обедом Юрий осведомился о здоровье семьи хана. Ответил на аналогичный встречный вопрос. Ильхам выразил восхищение ратными успехами князя, о которых был наслышан от своих купцов.

–  И зачем же ты, хан, в таком случае, послал рать на Устюг? – Вопросил Юрий.

–  То не я послал, то один из моих молодых воевод своевольничал, за что я готов принести извинения и заплатить виру, – повинился хан. – Наказал бы я его, да не вернулся он из похода. Погиб на ладье во время отступления.

–  Отвечать все равно ты должен за действия своего человека! – не принял извинения Юрий.

–  Ты полностью прав. Признаю. Только вот вира, которую ты хочешь, слишком уж велика. Нет у меня столько бронзы. Серебра думаю, наскребли бы, со всех беев и купцов его собравши.

–  Вот что я тебе скажу, доблестный Ильхам-хан! Слушай внимательно и не сомневайся в сказанном. Готов я в том на кресте поклясться.

Было мне видение вестника Бога Нашего Архангела Гавриила. Явился он мне во сне. И возвестил он, что через 7 лет от сего года придут в земли наши страшные враги в большом количестве – монголы и татары. Сейчас они завоевали государство Цинь далеко на востоке. В ближайшие годы завоюют они государство Хорезм. Об этом ты услышишь.

Потом пошлют войско на нас. Сперва побьют они половцев, потом князей русских, потом вас, булгар. Но это будет только разведочный поход. Пограбив все, уйдут они назад в свои степи. А еще через 9 лет придут они главными силами. И будет их до 200 тысяч. Чтобы побить монголов, дал мне Архангел секрет огнебойных труб, рекомых "пушки". В давние времена владели греки этим секретом. как они действуют ты видел.

Веришь ты мне, или нет?

–  Как не верить? Своими глазами видел я твои пушки в бою! Страшное оружие, божественной силы. А про завоевание дикими кочевниками могучей и богатой империи Цинь я от купцов своих слышал.

–  Теперь слушай мое предложение. Я думаю, от него ты не откажешься. Виру уменьшаю до 4 тысяч гривен. Половину возьму бронзой, или медью и оловом в пропорции. Из бронзы мы пушки делаем. Сам понимаешь, понадобятся они против монголов. За пленных возьму выкуп в полгривны за голову серебром.

Далее заключим мы с тобой договор. Ты освятишь договор в мечети с главным муллой, а я в церкви с епископом. В договоре напишем, что в случае нападения на одного из нас, другой обязан прийти на помощь со всеми силами. Не менее 5 тысяч конных и 5 тысяч пеших воинов.

Кроме того, гарантируем мы с тобой право беспошлинной торговли твоих купцов в твоей земле, а моих купцов в твоей.

А в закрепление договора, готов я взять у тебя дочь замуж за брата моего Владимира. Лет ему 25 и не женат он еще. Слышал я, есть у тебя дочери на выданье. А дети мои подрастут, так и детей поженим. И готов я назвать тебя, хан, братом прилюдно.

От радости у Ильхама, что называется, "в зобу дыханье сперло". Он то ожидал, что Юрий потребует от него вассальной клятвы. И даже готов был ее дать. Что бы, потом нарушить, при удобном случае. Однако, он сумел не подать виду.

Весть про нашествие монголов он принял к сведению, однако, до этого было еще далеко.

–  Благодарю тебя князь, за предложение, которое иначе как щедрым назвать не могу, – хан позволил себе маленькую иронию. Предложения твои я принимаю. Договор подготовим и подпишем. Дочь, подходящая по возрасту у меня есть. Красавица писанная, сам увидишь, прикажу ее из Булгара привезти и тебе представить. Брат твой будет доволен. Про свадьбу детей подумаем, времени до того еще много. И за честь почту я, тебя назвать своим братом.

–  И я тоже рад. Но, к встрече монголов, хоть до нее еще 7 лет надо готовиться уже сейчас. Южную границу укреплять. Про это мы с тобой еще успеем поговорить. А сейчас, я думаю, тебе пора в город. Порадуй подданных, поведай им, что штурма не будет.

Ещ две седьмицы простояло русское войско лагерем у стен Ошеля. Князь с ханом готовили договор, пировали, вели беседы про жизнь. Булгары собирали виру. Юрий подружился с Ильхамом, насколько это было возможно в их положении. Князь и хан зауважали друг друга. Для решения возникающих взаимных вопросов договорились обменяться постоянными посольствами.

В начале августа русское войско, отягощенное трофеями и вирой двинулось на ладьях вверх по реке домой. На княжеской ладье поплыла дочь хана, пятнадцатилетняя красавица Юлдуз. Часть конницы с трофейными конями пошла берегом.

15. Псков

Владимир отпраздновал очередной триумф своего князя. Но, на этот раз победа была одержана не над другими русскими княжествами, а над старым и сильным врагом. Более того, старый враг благодаря мудрости и доблести князя неожиданно стал другом. Да еще и дал огромную виру. Не говоря уже о взятых богатых трофеях. Трофеев было достаточно для вооружения огромного войска. Или для вооружения ополчений.

Юрий вызвал из Новгорода брата Владимира и предъявил ему невесту. Юлдуз брату понравилась. Девушку крестили в Ефросинью, и митрополит Максим в храме Успения Богородицы обручил молодых.

Дорожному приказу повелел строить дороги от Владимира к Новгороду через Дмитров, Тверь и Торжок. На стрелке Оки и Волги повелел Воинскому Приказу поставить сильную крепость, поименовав ее Нижним Новгородом.

Поместному Приказу повелел обязать помещиков и волостителей, поместья которых располагались вдоль южной границы Рязанской и Муромской земель, строить в поместьях вдоль границы через каждые 20 верст укрепленный острог для размещения сторожевой заставы. А через каждые 60 верст ставить малую крепость. Строительство острогов и крепостей, а также содержание в них гарнизонов оплатить из казны уделов. Воинскому Приказу подготовить "Устав пограничной службы" и стрельцов для этих крепостей и острогов.

На всех построенных дорогах Юрий повелел Дорожному Приказу через каждые 40–50 верст построить в селах, поместьх или в весях ямские станции, подготовить "Уложение о ямской службе" и укомплектовать за счет Приказа станции ямщиками и лошадьми. Повелел использовать ямскую службу для срочной доставки служебных писем Великого князя, Приказов, Управ уделов, наместников уделов и уездов.

Секретному Приказу Юрий повелел отлить большую гауфницу калибром в две длани (15 см) и длиной ствола 20 калибров. По расчетам мастера Гордея гауфница будет весить 23 пуда, почти как малая осадная пушка, и будет метать во врага 250 картечин за раз.

После успешных испытаний князь повелел отлить еще 5 таких гаубиц. Благо бронзы в запасах Приказа теперь много. После отливки больших гауфниц Гордей продолжил отливать полевые пушки и гаубицы. Литейная мастерская теперь отливала 4 полевых пушки или гауфницы в месяц.

Купцы теперь закупали ямчугу в Волжской Болгарии. А булгарские купцы, прослышав про такой товар, добываемый из говна в прямом смысле этого слова, принялись скупать ее в землях Хорезма, аланов, турок, армян, грузин, а затем перепродавать ее с выгодой русским купцам. У секретного приказа появилась возможность нарастить производство пороха.

Тайный и Секретный приказы кодлами отлавливали иноземных прознатчиков, стремящихся проникнуть в Секретный приказ. Их клеймили и направляли в Дорожный Приказ. На строительстве дорог требовались рабочие руки. Туда же направляли татей, воров, болтунов против князя и прочий разбойный люд. Добавились и мздоимцы, из приказных писарчуков. А также из удельных управ. Тайный Приказ следил в оба глаза и за этим тоже.

Смертная казнь судами почти не применялась. За тяжкие преступление виновных клеймили пожизненно в каторжные работы, за меньшие – направляли в работы холопами на срок, в соответствии с назначенной вирой.

В Новгород Юрий направил распоряжение изготовить к следующему лету гуляй-город в 400 повозок и обучить команду для него.

В январе во Владимир с дружеским визитом прибыл Ильхам-хан. Его визита с нетерпением ожидал князь Владимир Всеволодович. Митрополит Максим торжественно обвенчал молодых. Свадьбу отметили широко. Владимир снова на два дня погрузился в праздник. Бояре и дорогие гости пировали во дворце. Дружина пировала в детинце. А простому люду наливали по чарке хмельного меда в кабаках за счет князя. Князь Владимир наконец сполна насладился девственными прелестями княжны Ефросиньи.

А Юрий с Ильхамом вели серьезные переговоры. Обсуждали укрепление южных границ. Решили, что нужно сделать так, чтобы южная граница государств не имела разрыва. Пока что, между западной границей Булгарии и восточной границей Владимира оставался разрыв в двести с лишком верст, занятый племенами черемисов и мордвы, большая часть которых была данниками Владимира или Булгара, или половецких ханов.

Решили, что Булгар возьмет себе все земли мордвы южнее Волги и восточнее реки Сура, а Владимир – земли южнее Волги к западу от Суры. Тогда два государства получат общую границу по Суре. Южную границу к востоку от Волги Булгар будет укреплять по реке Самаре. А к западу от Волги – по рекам Сызранка и Сура.

Владимир будет строить свою южную границу по рекам Хопру, Елани и другим мелким речкам до самого Дона.

А если половецкие ханы будут возражать против захвата их данников, то Владимир и Булгар совместно дадут им урок. Чтобы надолго запомнили. По крайней мере, до нашествия монголов.

Надо сказать, что границы Булгара в землях мордвы расширялись значительно меньше, чем границы Владимира. Но, Ильхам-хан на большее и не претендовал. Ему предстояло расширять территорию Булгара к востоку от Волги.

А вот Юрию предстояло сдвинуть южные границы Муромского и Рязанского уделов на 200–300 верст к юго-востоку. Размеры этих уделов должны будут увеличиться вдвое.

Но, это были планы на будущее. Проводив дорогого гостя, Юрий начал подготовку к походу на Псков. Зарвавшегося Псковского князя следовало проучить, а земли Псковские забрать себе.

Серьезным противником Псков не был, по причине малочисленности дружины князя. А ополчение если и соберется, драться не станет. Имевшие прочные деловые и дружеские связи с псковским купечеством, новгородские купцы расписывали своим псковским партнерам прелести жизни в Новгороде после разгона заносчивого боярства и ликвидации буйного веча, на котором чернь обожала драть глотку и задирать справных хозяев. Наместник нового князя навел в городе и в земле новгородской порядок. Хлеба в городе стало вдоволь. Таможенные пошлины во владимирской земле полностью сняли, татей переловили. Подати начисляют строго по Уложениям. У купцов появился свободный, беспошлинный и безопасный выход в Волжскую Булгарию.

В конце мая в Псковские земли вступили два войска: одно вышло под водительством князя Владимира из Новгорода, другое – под водительством князя Святослава – из Смоленска. Однако, сражения не случилось. Князь Смоленский Владимир Рюрикович, узнавши о подходе к городу двух сильных ратей, сбежал со своими родичами и ближниками в Литву, прихватив городскую казну.

Великий князь Юрий Всеволодович вместе с братом Иваном прибыл Псков скорым порядком с малой дружиной, когда в городе уже наводили порядок его младшие братья. В Пскове все сделали, как в Смоленске. Только виру на город накладывать не стали. Всех привели к присяге. Бояр и дружинников направили в Муромские и Рязанские земли дружинниками по городкам. Князь пообещал выделить им всем служебные поместья на следующий год. В Псковской земле посадил в поместья дворянами и волостителями своих дружинников, ходивших с ним в Булгарию.

Наместником в Пскове назначил брата Ивана. Тот уже приобрел необходимый опыт в Муроме. Ивану поручил крепить границу с Орденом Меченосцев и с Литвой. Строить по границе остроги и укрепленные усадьбы.

Дорожному Приказу повелел строить дороги Смоленск – Великие Луки – Псков и Новгород – Псков. Эти дороги нужны будут для оживления торговли, а также в будущих войнах с Меченосцами и Литвой.

В августе войска двинулись в обратный путь. Ивану Юрий оставил тысячу дружиников, получивших поместья в посковской земле и тысячу пешцев на год, временно, пока Иван не подготовит своих.