Светлая сторона демона

На эти слова следователь медленно повернулся ко мне со озлобленным и раздражённым взглядом, затем с таким же темпом подошёл и начал говорить всё что обо мне думаю, начиная со спокойной интонации и заканчивая повышенным голосом.

– Бред? Какой-то бред? То, что было сегодня вечером – вот это был какой-то бред! – затем он обратился к моей маме и начал ей рассказывать произошедшее, – Спокойно сидели в машине, вдруг резко выскочила и побежала по лестнице. Я за ней. А она протиснулась через толпу и пропала. Я стал подниматься вверх по лестнице, но её уже нигде не было, она просто исчезла.

Мне пришлось его периодически перебивать, чтобы вносить поправки.

– Я увидела того подозрительного мужчину, о котором я рассказывала, и побежала за ним до двенадцатого этажа.

– И как, не задыхалась? Заранее, наверное, готовилась, тренировалась. Я, будучи в достаточно спортивной форме, устал на шестом этаже, а она аж до двенадцатого добежала. Ладно, допустим, что было дальше?

– Мы вышли на крышу.

– Видимо полюбоваться закатом.

– Да нет же. Я хотела его поймать, но он куда-то исчез.

– Но обещал вернуться.

– Потом я решила спуститься на лифте.

– То есть, пока я поднимался по лестнице, ты спускался на лифте. Мы видимо играли в догонялки в стиле мультика "Ну, погади".

– Затем я вышла из подъезда и снова увидела его.

– Значит лопасти вентилятора на его спине всё таки были.

– И побежала за ним.

– Что, после двенадцати этажей не устала бегать?

– А дальше я потеряла сознание.

– Всё таки устала бегать. Других уточняющих вопросов я лучше задавать не буду, принцип твоего ответа мне уже понятен. Я только одного понять не могу: раз у тебя был запланирован такой насыщенный бег с препятствиями, то зачем я тебе был нужен?

– Защитить, – тихо и стыдливо ответила я, понимая, в каком дураком положении оказалась, и какие последствия будут после него.

– От чего?! – не выдержал и закричал следователь, – От переохлаждения перед забегом? Всё, с меня хватит, больше связываться с вами я не буду, вы только запутываете дело.

Высказав всё, что о нас думает, дядя Андрея стремительно направился к выходу из квартиры, после чего громко хлопнул дверью. Нависла напряжённая тишина. Но я то знала, что перед затишьем будет буря. И точно, мама просто раздулась от злости, покраснев и сощурив свои глаза, после чего стала быстро и пискливо кричать на меня.

– Что всё это значит? Думаешь, что если я тебя выпустила, то тебе всё можно? Так я тебе подрежу крылья свободы. Теперь кроме школы больше никуда ходить не будешь. Ты – позор всего нашего рода. Думаю, даже твой отец со мной согласится.

Больше я ничего не хотела слушать, поэтому пошла в свою комнату, чтобы найти там спасение и укрытие, походу вытирая слезы. Заперевшись изнутри, я села на пол и стала тихо плакать, чтобы не было слышно маме, которая напористо стучала и требовала открыть.

– Ты правда так думаешь? – обратилась я мысленно к папе, понимая, что ответа так и не получу.

После нескольких минут мама отошла от двери и занялась своими делами, не переставая бубнить и причитать.

А я к этому времени успокоилась и решила проанализировать ситуацию. При маме я сказала, что хочу пойти к Вадиму, но она сидела вид, что не знает его. И всё же отпустила, хоть со следователем. Кроме неё никто услышать это не мог. Следователь появился в этой истории позже пропажи Маши, значит посредником он быть не может. И не смотря ни на что, Вадим всё таки пришёл, следовательно, ему кто-то сообщил, и скорее всего это… была мама, как и говорилось во сне.

После этой мысли появилась пустота в душе, ведь получается, что даже родной человек меня обманул. Резко вскочив с места, я достала из стопки книг раскраску антистресс, которую купила несколько лет назад, и стала добавлять в рисунок яркие краски, сильно нажимая на карандаш от переполнявшей меня злости. Больше ни о чём думать не хотелось, нужно было полностью погрузиться в процесс, чтобы расслабиться.

– Вы говорили, что Вадим обычный человек, но теперь сами понимаете, что выжить после падения с такой большой высоты не возможно, особенно если внизу нет смягчающих удар предметов, – высказала я своё возмущение после того, как указала место на карте.

– Если бы ты не решила устроить проверку, ничего бы не было. В любом случае, человек он или нет, твоё игнорирование его сомнительных манипуляций привело бы к тому, что он понял твоё отсутствие заинтересованности в его услугах. А теперь ты дала ему надежду, и он будет действовать активнее. Надеюсь, когда ты поняла, что тебе угрожает не человек, а существо с необычными способностями, ты стала спать намного спокойнее.

– Но что мне теперь делать? – спросила я в отчаянии.

– Для начала, научись пользоваться своим мозгом, могу гарантировать, что это помогает избежать проблем. В свою очередь я обещаю разобраться с ними, максимально приложив усилия, а твоя задача, не создавать новые.

Я виновата села на стул в виде шляпы цилиндра, который стоял на противоположенной стороне стены, нервно потирая коленки и согласно кивая головой. В конце концов, он прав. Прояви я благоразумие, ничего бы этого не было. Но факт того, что кто-то отрицательно влияет на твою жизнь, в любом случае огорчает, будь он человеком или нет.

И снова наступил новый учебный день. Дождя сегодня не было, зато на улице остались вчерашние лужи, по поверхности которой рябью проходил прохладный ветер. На небе висели тёмные тучи, заставляя солнечному утру начаться намного позже, чем ему положено. Надев одежду потеплее, я отправилась в школу, и даже пришла раньше времени, так торопилась в тёплое помещение. Но потом я вспомнила, что первым уроком будет русский язык, как в прочем и завтра. От этой мысли стало неприятно, но что поделаешь, выбора особого не было. Когда я зашла в класс, то увидела обилие букетов цветов, которые держали мои одноклассники. Интересно, что за повод? Поспрашивав у них, я выяснила, что сегодня у нашего классного руководителя, она же Агния Вадимовна, сегодня день рождение. И так как в последнее время я выбилась из коллектива и не читаю сообщение в нашей беседе в социальных сетях, не имела никакого понятия, что они сдавали деньги. Так что получается, я одна не приняла в этом никакого участия. Честно говоря, мне не очень-то хотелось участвовать в этом, но быть жадной и бедой вороной нравилось меньше всего. Так что мне пришлось развернуться и добежать до ближайшего цветочного магазина и купить на имеющиеся деньги, благо, он находился не далеко от школы. И вот я купила небольшой букет хризантем и направилась быстрым шагом обратно, стараясь не сломать стебли, ведь переломный пополам подарок самой не понравится дарить. Оставалось пару десятков метров до школы, как сзади меня послышался зовущий меня голос:

– Настенька!

Не сказать, что я была рада видеть раньше времени своего учителя по русскому, но я решила сдержать свои эмоции, натянув улыбку на лицо, и поздоровалась. Тогда она подбежала ко мне и сократила расстояние для удобства диалога.

– Не знаешь, как там проходит расследование Маши? Нет, очень жаль. Тем не менее, я помогла, чем смогла. Следователь почему-то был уверен, что ты не выходила вместе с ней из школы, но его в этом разубедила, чем сильно удивила и насторожила. Не понимаю, неужели ты могла скрыть это от него? – спросила она меня невинным голосом и посмотрела в ожидании ответа.

– Думаю, он просто меня не понял.

После этого я отвернулась от неё, потому что смотреть на неё было противно, мне хотелось ударить её со всей силы тем самым букет по голове, или выбросить его в мусорный бак прямо у неё на глазах. Но потом я заметила немного впереди медленно идущую бабушку, которая скрючилась от старости и еле-еле перебрала ногами.

– Какой красивый букет, – переключила на себя моё внимание учительница, – Надеюсь, это мне?

– Вовсе нет, – ответила я таким же слащавым голосочком, как обычно она это делает и с этими словами подошла к сравнявшейся с нами бабушке. Агния Вадимовна недовольно посмотрела мне вслед, провожая взглядом хризантемы, а затем недовольно отвернулась и пошла дальше, оставив меня позади

– Здравствуйте, как ваше самочувствие? – обратилась я к пожилой женщине.

Та очень удивилась моему внезапному появлению, но потом улыбнулась и ответила.

– Хорошо, внученька, правда, суставы болят, но это старческое.

– Надеюсь, Вам скоро будет лучше. А это Вам, – и ч этими словами протянула ей букет цветов.

Она удивилась ещё сильнее, не веря своим глазам, затем протянула худые ручки к подарку, аккуратно взяла его. Радостные искорки пробежались по морщинистому лицу, а улыбка стала ещё шире.

– Это за что же?

– Просто так. Хорошего Вам дня.

И побежала в школу, чтобы не опоздать на урок. Обернувшись на секунду, я увидела, как бабушка продолжала стоять на месте, разглядывая хризантемы.

Первую половину русского языка проходил в дарении букетов цветов, каждый из его обладатель соревноваться в лицемерности улыбки и количеству поздравлений. А я сидела одна, наблюдая в окно, чтобы найти глазами счастливицу. Но, скорее всего, она уже ушла. Пусть я не участвую в этом мероприятии, где каждый думает наперёд о будущих хороших оценках, но мне всё равно приятно, что я подарила счастливый день действо хорошему человеку.

Сначала мне казалось, что я так и проведу весь день одна. Но, к счастью я ошибалась, потому что сегодня пришёл Андрей, и на переменах мы сидели в коридорах, весело смеясь над его шутками или моими забавными рассказами. Пару раз мимо нас проходила именинница, мельком бросая в нашу сторону недовольный взгляд. Кажется, я окончательно испортила ей день рождение.

После школы домой я тоже шла с Андреем, хвалясь своим утренним поступком, на что он одобрительно хлопал по плечу, как это обычно делает со своими друзьями. Когда мы разошлись по своим улицам, я шла со счастливой улыбкой на лице. Как вдруг услышала крики помощи за поворотом, где стояли маленькие старые частные дома. Я насторожила слух и стала медленно подходить ближе. Заглянув, я увидела, как трое высоких парней окружили маленького мальчика и смеялись над ним. Но чем я могла помочь, ведь на данный момент я обычная девушка. Но что-то заставило меня заступиться за него, поэтому я сняла рюкзак и вышла из укрытия.

– Эй, оставьте его в покое!

Здоровяки обернулись и посмотрели на меня с насмешливым видом, не видя во мне никакой угрозы.

– Иди ка ты домой, и не лезь ни в своё дело.

Тогда я решительно направилась к одному из заговоривших, и со словами:

– Уйду, когда вы от него отстанете! – и со всей силы ударила кулаком в руку.

Но это оказалось так больно, что я стала постирать руку, стиснув зубы. Некоторое время троица молча смотрели на меня невозмутимым взглядом, а потом не удержались и засмеялись во весь голос. Затем один из них отпихнул меня и я не удержалась и упала на землю, чем вызвала ещё больший гогот. Потом они отстали от мальчика, как я и хотела, и окружили вместо него меня. И в этот момент поняла, что мне несдобровать…

Глава 11

Они смотрели на меня горделиво сверху вниз, наслаждаясь моим жалким видом. Тогда я всё равно попыталась подняться с земли, хотя чувствовала жуткую злость и обиду за себя и того беззащитного мальчика. Я встала, не смотря ни на что, и хотела стряхнуть с себя песок, но парень, стоящий справа меня, толкнул меня со всей силы в бок, и я провалилась на стоящего слева. Но, видимо, на адреналине я развернулась на 90 градусов и ударила его кулаком в шею сверху вниз. Тот потерял равновесие от неожиданности и, сделав несколько шагов назад, упал на спину. Но третьему не понравился такой манёвр и решил дать отпор, но я успела среагировать и отклониться от него. Уже решив, что у меня отлично получается самообороняться, один из этой компании ударил меня в живот. От боли я на секунду сжалась по полам, но потом, стиснув зубы, заставила себя выпрямиться и ударить ладонью, вместо кулака, чтобы не получить разрыв суставной сумки пальцев или раздробление костяшек, в челюсть нападавшего. К драке снова присоединился третий, ударив меня в ногу. Я пошатнулась, сделав по инерции несколько шагов в бок, но всё же смогла сохранить равновесие. Разозлившись ещё больше от пульсирующий боли, я попыталась нанести удар в горло, но тот успел отодвинуться корпусом назад. Тогда я направила замах руки в живот, и на этот раз он не успел уклониться и слегка согнулся от боли. Кто знает, сколько бы я ещё продержалась, ведь мои силы уже заканчивались и победа могла быть за ними, если бы не моё превращение у них на глазах, от чего они опешили и от страха перед неизвестным стали отступать и вскоре вовсе разбежались в разные стороны. Мне даже стало доставлять удовольствие их страх и страдание от боли у унижения. Но нужно было это прекратить, поэтому я стала медленно и равномерно дышать, чтобы успокоиться и принять прежний облик. Через некоторое время мне стало легче, но боль в животе и ноге всё ещё неприятно пульсировала. Вдруг кто-то аккуратно подергала меня за кофту. Обернувшись, я увидела того маленького мальчика, которого всё это время защищала.

– Спасибо, – сказал он благодарным и по-детски звонким голосом, и радостно побежал по своим делам.

От этого стало даже как-то легче, по крайней мере, на душе. Когда я себя осмотрела, то к своему удивлению увидела отсутствие синяков на теле, только покраснение, не смотря на сильные удары. Может потом появятся, кто знает. Поправил грязную одежду и растрепанные волосы, я захватила с собой свой портфель и направилась домой.

Когда я шла, то поняла, что совершила ошибку. Ведь теперь появились ещё одни свидетели моего странного преображения. Что если появятся слухи обо мне, пусть неправдоподобные, но всё же. Как тогда мне избавиться от них. Остаётся только надеяться, что всё обойдётся.

Кобальт тяжело вздохнул, когда после его просьбы не делать глупостей я рассказала ещё и об этом случае.

– Я не хочу спрашивать, с чего ты решила, что сможешь вовремя превратиться и справиться одна против троих здоровенных парней. Мне кажется, от глупости твоего ответа моё IQ понизится до минус ста шестидесяти. Надеюсь, ты хотя-бы понимаешь, какие последствия могут быть, расскажи они о тебе другим. Сомнительное утверждение. Им конечно не поверят, а если они тебя сняли на камеру, и покажут в качестве доказательства. Люди могу подумать на фотошоп, только если таких доказательств не перевалит за сотню. Ты это понимаешь?

Я согласно кивнула головой, не желая возражать, потому что понимала его правоту. Честно говоря, я сама не понимаю, зачем в это ввязалась. Наверное, я была настолько поглощена счастливой эйфорией, что не подумала о последствиях и ринулась в бой.

– Кстати, какие у тебя были ощущения? – спросил он снова меня на удивление спокойным тоном, хотя буквально пару секунд назад был нервным.

– В каком смысле?

– Когда ты воспользовалась своими силами во благо, а не в качестве насилия, как тебе и хотелось.

– Вообще-то, было здорово, мне даже понравилось, только потом немного нога ныла от ушиба.

Кобальт одобрительно улыбнулся, сделав довольное лицо, а затем снова принял серьёзный вид.

– В любом случае, не надо сильно усердствовать с геройством. В жизни последствия могут быть куда плачевнее, чем в кино. И ещё, не думай, что я всегда буду исправлять за тебя ошибки, моё терпение может и кончиться.

Это было ожидаемо. В конце концов, я ему чужой человек, он не обязан разбираться в моих жизненных проблемах. Его задача: приглушить мои способности. Хотя, после произошедшего в тот день, мне захотелось наоборот, развить их. Вадим ждёт, что я упаду духом и откажусь от них, но вместо этого буду тренироваться и направлять в положительную сторону. Ни о каких подвигах и речи не идёт, но обычная бытовая помощь точно никому не помешает.

– А вы поможете развить мои способности?

Судя по его удивлённому виду, он не ожидал такого вопроса, даже с подозрением слегка сощурил глаза, стараясь понять, насколько серьёзен этот вопрос.

– Буквально неделю назад ты говорила совсем другое.

– Я передумала.

– Для начала, научись контролировать свои эмоции. Думаю, после этого можно приступить к работе.

Я согласилась и с этим условием, так как понимала, что всё ещё вспыльчива.

Позже я почувствовала, что немного замёрзла в прохладном помещении, и стала греться, потирая себе руки. Хоть я и одела выходную одежду, чтобы не являться сюда в домашнем, ладони всё равно ни чем не согревались. Кобальт хотя бы был в тёплом костюме и перчатках. Но вероятнее всего они нужны, чтобы не оставлять отпечатков пальцев, чем для защиты от холода. Заметив мои движения, он приподнял руку ладонью вверх со словами:

– Автомат у нас сломался, поэтому из-за твоего возраста могу предложить только горячий чай.

И над его рукой сначала появился некий 3D рисунок чашки, будто созданный невидимой рукой, а затем модель стала реальной, так как под её весом ладонь слегка прогнулась вниз.

Переступив порог своей квартиры, я с облегчением вздохнула, потому что всё время боялась, что меня кто-нибудь будет преследовать. Кажется, паранойя у меня уже вошла в привычку. Осмотрев себя ещё раз, я убедилась в отсутствии синяков, даже покраснение прошло, только живот и ноги слегка побаливали. Считай, что повезло, в прошлый раз я чудом скрыла от мамы разодранную тыльную часть кулака, когда била ею об стену. Но для начала нужно было избавиться от грязной одежды, и как можно скорее, пока мама не пришла с работы. Переодевшись на ходу, я бросила испачканную в песке одежду в стиральную машину. Завтра придётся пойти в джинсах, хоть директор не любит, когда ученики ходят не в официальной форме. А отмазкой "в машинке постирала" пользуется чуть ли не вся школа.

И вот, я задумчиво сижу напротив работающего механизма, наблюдая за стиранием одежды в круглом окне как в иллюминаторе. До моего сознания донёсся скрип двери в мою ванную комнату. Позже появился Обормот, толкающий махину, по сравнению с его размером, головой вперёд. Затем он оценивающе посмотрел на моё состояние и не решительно подошёл, после чего стал тереться головой об мою руку, как бы предлагая погладить. Не отрывая взгляда от стиральной машины, я выполнила его просьбу. В ходе такой медитации я стала вспоминать, как в детстве любила писать книги, а потом показывать их папе. Тот читал, давал рекомендации, хвалил мои старания. Но позже я потеряла какой-либо интерес к этому, потому что потеряла человека, который в меня верит. Да и мама как учитель литературы заявляла, что у меня нет никаких способностей к этому. И с тех пор я уже 6 лет ни разу не притрагивалась к ручке для написания книги, да и вдохновения не было для создания хорошего сюжета. Хотя в последнее время происходят такие вещи, о которых я даже представить не могла. А что если написать об этом целую книгу? Навряд ли кто-то подумает, что это происходило взаправду, зато может кому-то понравиться. Затем, если всё будет готово, выложу через несколько лет. Может у меня получится, может я смогу доказать маме, что у меня есть способности к этому. Эта мысль воодушевила меня и заставила резко встать с пола, тем самым напугав кота, который всё это время наслаждался поглаживанием. Зайдя в свою комнату, я достала чистую тетрадь с самой красивой для меня обложкой и начала писать: "Я родилась весной в 2001 году. На дворе шёл снег…".

Я так увлеклась процессом, что не заметила, как жутко проголодалась, и даже то, как пришла с работы мама. Но как только она зашла в мою комнату и окликнула, я сразу прервала написание и закрыла тетрадь. Пока ничего показывать не буду, сделаю это, когда всё будет готово.

***

Остальная часть недели пролетела незаметно. Всё это время в свободные часы я усердно работала над своей книгой. И когда дошла до четвёртой главы, то поняла, что не могу описать Кобальта. Я просто не могла вспомнить, как он выглядит, хоть мы и виделись уже трижды. Это показалось мне странным, неужели у меня провалы в памяти? В любом случае ещё есть возможность вспомнить и описать его внешность позже. В оставшееся время я зарабатывала своими хорошими оценками и усердной уборкой прощение у мамы, благодаря чему она освободила меня от домашнего ареста и не стала меня запирать в воскресенье. Но даже этот день недели, которого ожидаешь с самого начала понедельника, закончилось в одно мгновение. Я даже начала думать, что и сегодня, ничего не произойдёт, как вдруг, когда я уже выходила из школы, я заметила знакомого следователя, и он явно шёл мне навстречу. Что же ему надо? Мне казалось, что он потерял желание разговаривать со мной с того самого дня, когда я погналась за Вадимом. И вот Илья сократил между нами расстояние и начал разговор.

– Я пришёл извиниться, за то что подозревал тебя в запутывания следствия.

От неожиданного хода диалога у меня сильно округлились глаза, даже потерялся дар речи. Поэтому я просто стала слушать его дальше, не перебивая, чтобы выяснить причину такого неожиданного поворота событий.

– Оказывается, Мария действительно была в день пропажи в той квартире. Только, куда она делась после этого так и не стало ясно.

– А почему вы вдруг поверили мне?

– Пожалуй, об этом лучше расскажет мой племянник, он оказался в нужном месте, в нужное время. До сих пор удивляюсь, как он это делает. Кстати, хочу уточнить, что всё ещё не полностью тебе доверяю, так как твой побег из машины вызывает ещё много вопросов.

И с этими словами он попрощался со мной и пошёл дальше по своим делам. Что ж, сегодня Андрей обещал зайти ко мне в гости, может мне удастся выведать у него хоть что-нибудь.

Наконец-то я оказалась дома, и, переодевшись, стала ждать с нетерпением прихода моего друга. Благо, он не стал сильно задерживаться. Наверное ему самому хотелось рассказать как можно быстрее, поэтому мне даже уговаривать его не пришлось, Андрей сразу перешёл ближе к делу.

– Представляешь, решил зайти к своему дяде, а у него в это время кто-то в гостях был. И я решил подслушать, о чём они говорят. Благо он, как и я в частном доме живёт. Так вот, гостем оказался сосед, живущий напротив той квартиры, к которой ты нас приводила. Он всё это время молчал, а сегодня утром решил найти следователя и всё рассказать. Странно как-то, но не суть. Он утверждает, что видел через глазок, как в квартиру заходили какие-то две школьницы, после чего некоторое время было тихо. А затем, судя по голосам, девушка и мужчина начали разговаривать на громких тонах. Позже от туда в бегах выскочила одна из школьниц и побежала на выход. Но на этом всё не закончилось, через 10 минут после объявления пожара о туда вышел худой молодой человек, но шапка и шарф на лице не дали соседу разглядеть черты лицо, так что ничего по поводу внешности он сказать не мог. Единственное, что указывало на его пол, так это мужская одежда. Мой дядя ещё некоторое время думал, а потом спросил:

– А вторая школьница?

А тот отвечает:

– Она не вышла, Может быть там и осталась.