Стена

— Если я соглашусь, вы создадите мой клон? — спросил я.

— Нет, клон будет точно таким же слабым, как и вы, — ответил Климов. — Мы создадим новое тело более совершенное чем то, которым вы обладали до трагедии. Единственная часть организма, которая будет наиболее приближена к оригиналу это ваше лицо. Как оказалось, увидев привычную физиономию в зеркале, боец легче воспринимает новое тело, и синхронизация проходит с наименьшими осложнениями.

— Терять-то мне в принципе больше уже и ничего, так что я согласен.

Решение я принял довольно быстро, да и оно казалось очевидным. Быть прикованным к койке в надежде, что когда-нибудь ты сможешь встать довольно сомнительно. Тем более что никто не гарантировал, что это вообще когда-нибудь произойдет. На самом деле я не рассчитывал что останусь жив после того как арахнид меня обработал. Они постоянно эволюционируют, и если человечество будет отставать то терраформеры, в конечном счете, добьются своего и полностью истребят форму жизни, мешающую им полностью подчинить планету.

— В таком случае нам предстоит небольшое путешествие, — произнес Климов и разблокировал дверь.

Она тут же открылась, и в палату вошли несколько сотрудников О.В.Р. Пока они подготавливали меня к транспортировке, еще двое сотрудников подкатили к кровати автономную капсулу для перевозки тяжелораненых. Переместив меня внутрь нее, они подключили тело к системе жизнеобеспечения капсулы и закрыли непрозрачную крышку.

На какое-то время я оказался в полной темноте, затем в капсуле на крышке включилась слабая подсветка, а потом и ожил небольшой монитор, демонстрирующий основные показатели моего организма. «Хорошо, что я не страдаю клаустрофобией», промелькнуло у меня в голове, и я почувствовал, как капсула пришла в движение, покидая палату в госпитале.

Я не знаю, сколько времени заняла поездка, но от монотонного покачивания капсулы я заснул. В чувство меня привел ощутимый толчок, а затем крышка капсулы начала открываться.

— Добрый вечер, — поприветствовал меня сотрудник О.В.Р. — Как вы себя чувствуете… Евгений, — добавил он после того как прочитал мое имя на экране.

— Нормально, — ответил я. — Это и есть база «Феникс»? — в свою очередь спросил я, оглядевшись по сторонам, насколько мне позволило мое положение.

— Не совсем вы находитесь в медицинском блоке Отдела Военных Разработок, — ответил сотрудник, выдвинув монитор и расположив его таким образом, чтобы мне было удобно и на него смотреть, находясь в капсуле. — Пока будет настраиваться система по переносу вашего сознания в хранилище, вы увидите небольшой ролик, который должен ответить на большинство ваших вопросов. На все он, конечно, не ответит, но в общих чертах вы будете в курсе проекта Феникс. А в случае удачного переноса остальное вам расскажут уже на месте.

— А может быть неудачный? — поинтересовался я.

— У вас девяносто восемь процентов на удачный перенос сознания так что волноваться не стоит хотя два процента все же остается. Лет тридцать назад это было бы большой проблемой, но сейчас мы переносим сознание даже с семьюдесятью восемью процентами. А теперь желаю вам приятного просмотра.

Запустив видеоролик, сотрудник О.В.Р. оставил меня в покое и отправился настраивать оборудование. На экране появились слова Отдел Военных Разработок. Затем они исчезли, оставив лишь заглавные буквы, сложившиеся в аббревиатуру О.В.Р.

— Добро пожаловать в проект Феникс, — объяснила появившаяся на экране девушка. — Поздравляю вас с тем, что вы сделали правильный выбор и присоединились к проекту, но прежде чем вы продолжите я объясню вам суть проекта. Итак, ваш разум будет отсканирован и помещен в «Хранилище» это самая защищенная база данных.

Когда она начала рассказывать то на заднем фоне используя нехитрые картинки, демонстрировалось все, о чем она говорила. У меня сложилось такое впечатление, словно я слушаю прогноз погоды. Вот только вместо откровенного наряда на ведущей оказался строгий костюм. А ее рассказ касался непосредственно меня и зонтиком тут не отделаешься.

— После того как отсканированный разум будет помещен в хранилище запустится система воспроизведение нового тела. Когда оно будет готово, ваше сознание будет перемещено в новое тело, и вы станете фениксом. Опыт, который получает феникс во время выполнений заданий, непрерывно записывается и передается в хранилище. В случае смерти бойца…

В этот момент она повернулась и указала рукой на демонстрируемую позади нее видеозапись. На ней показывалось, как арахниды устроившие засаду на отбившегося от отряда Феникса мгновенно разорвали его тело на несколько частей.

— В случае гибели вашего тела, — продолжила она, повернувшись ко мне. — Оно будет вновь воссоздано, а информация, которая до этого момента была передана в хранилище, подвергнется обработке и перезаписи. В дальнейшем она дополнит ваше сознание. Но не думайте что вы, таким образом, станете бессмертным это не так. Перенос сознания в новое тело весьма сложный процесс и чем чаще происходит копирование, тем больше возрастают потери данных. Первые фениксы не имели ограничений по воссозданию, и со временем их поведение стало меняться. У некоторых потеря данных была такой высокой степени, что они не в состоянии были выполнить простейших действий.

Для наглядности позади девушки демонстрировалась старая запись, где возрожденный феникс пытался пройти сквозь стену. Каждый раз, делая шаг он бился головой о стену, но тут же повторял свою ошибку по новой, не в состоянии понять что входная дверь находится в полуметре справа. Зрелище было жутким, феникс с разбитым лицом продолжал атаковать стену до тех пор, пока сотрудник О.В.Р. не ввел ему в шею какой-то препарат. Феникс еще несколько раз приложился о стену, прежде чем потерял сознание и его бесчувственное тело погрузили на каталку.

— Экспериментальным путем нам удалось выяснить, что потери данных начинают происходить после десятого воспроизведения, — продолжила она. — Первые потери незначительны, но они быстро становятся критичными. Возможно, когда-нибудь нам и удастся решить проблему десяти воспроизведений, но на данный момент проект «Феникс» ограничен десятью возрождениями. И пока бойцы не злоупотребляют смертями, все идет хорошо. При первом переносе разума феникс получает стандартное телосложение, но это только на первом этапе в дальнейшем различия будут возрастать в зависимости от прогресса бойца.

Девушка опять повернулась к картинке позади себя, где находилось изображение феникса в полный рост. Броня на схематичном изображении отсутствовала. Указав на нее рукой, она продолжила. — В проекте «Феникс» участвует как мужчины, так и женщины, — произнесла она и рядом с мужской фигурой появилась женская. — Единственное что их объединяет внешне это рост. Стандартный рост феникса в независимости от пола два метра десять сантиметров. Вес мужчины в стартовой конфигурации сто двадцать килограмм, женщины сто. Жировые отложения в модифицированных телах сведены к минимальным значениям. Увеличение веса зависит от количества и направленности «силовых волокон», которые будут вживлены в ваши мышцы. Именно они делают фениксов такими сильными и скоростными. Чем реже феникс гибнет, тем лучше у него происходит синхронизация с силовыми волокнами. Таким образом, боец может вживлять себе наиболее сложные волокна, которые будут давать более сильный эффект. Но это не означает, что можно сидеть в кустах пока твои товарищи гибнут, правда, за все время существования проекта подобного у нас еще не происходило.

В этот момент на заднем фоне опять сменилась картинка. Полноразмерные фигуры фениксов сменились схематичным изображением человеческого мозга.

— Во время победы над врагом мозг на краткий миг испытывает небольшую эйфорию именно ее наличие и позволяет увеличить синхронизацию, — объяснила она суть появившегося изображения мозга. — Но проблема заключается в том, что мозг довольно быстро привыкает к этому и уже перестает так активно реагировать на победы. Поэтому чтобы по новой запустить систему увеличения синхронизации противники должны быть или гораздо сильнее прошлых или их должно стать больше другого варианта пока обнаружено не было. На этом я заканчиваю презентацию, а более подробную информацию вы получите, когда пройдете первое возрождение и добро пожаловать в проект «Феникс».

Попрощавшись со мной, девушка-диктор исчезла, а на экране остался, лишь медленно поворачивающийся логотип О.В.Р. После просмотра ролика я начал испытывать странное чувство и страх и одновременно с этим сильное волнение от желания узнать, что там будет происходить во время предстоящей процедуры.

Хотя в презентации и говорили, что они не делают человека бессмертным, но для обычного солдата как я, десяток возрождений это фактические и есть бессмертие. В голове сразу же появился миллион вопросов. Буду ли я себя осознавать, как личность когда мой разум попадет в «Хранилище»? Или я вообще ничего не буду помнить до момента возрождения?

Я попытался поломать голову над плодящимися как тараканы вопросами, но быстро понял, что это бесполезно и самое лучшее, что я мог сделать в моем положении, это просто ждать. К тому же ожидание не обещало быть длинным. И вот тогда я на собственном опыте точно получу большинство ответов. Появившийся техник выключил монитор, и отодвинул его в сторону.

— Ну что готов воскреснуть? — обратился он ко мне.

В ответ, я лишь молча, кивнул.

— В таком случае поехали, — произнес он и запустил программу переноса сознания.

Честно говоря, я ожидал каких-то неприятных ощущений, даже морально приготовился к тому, что мне предстоит испытать болевые ощущения, но ничего подобного не произошло. Мне словно свет выключили, а потом сразу же включили. Я чувствовал, как открываю глаза, но кроме темноты ничего не мог видеть. Зато я прекрасно слышал разговор тех, кто находился рядом со мной. А еще я испытал болевые ощущения сравнимые с теми, когда ты отсидел ногу, а потом кровь начинает заполнять капилляры, и ты чувствуешь покалывание по всей ноге. Только в моем случае покалывания были сразу во всем теле.

— Девяносто процентов синхронизации, — услышал я мужской голос. — Девяносто пять процентов синхронизации. Стопроцентная синхронизация, возрождение завершено.

В этот момент покалывание по всему телу резко исчезло, и я себя почувствовал вполне комфортно. В этот момент мне в голову пришла мысль, если я чувствовал покалывание в ногах, которых у меня раньше не было и в отсутствующей руке, возможно, это действительно реальность, и я смогу ходить. Вот только почему-то я ничего не видел.

— Все пора приводить его в чувство, — на этот раз голос принадлежал другому человеку.

Тут я почувствовал, как у меня с головы что-то снимают, это оказался шлем поэтому-то раньше я ничего кроме темноты и не видел. Мне потребовалось некоторое время, чтобы привыкнуть к яркому свету и пока я щурился, вокруг меня все время шло какое-то непрерывное движение.

— Как твое имя боец? — услышал я вопрос и понял, что это относится ко мне.

— Евгений Соболев. Сержант четвертого сектора верхний уровень обороны.

— Хорошо сколько пальцев видишь?

Мне пришлось открыть глаза и ладонью протереть слезы, выступившие от яркого света.

— Четыре, — ответил Я.

— Так этот в норме давай к следующему, — произнес он, и направился к соседней капсуле, оставив меня самостоятельно приходить в чувство.

Конечно, я помнил все, что мне обещали и показывали, но где-то очень глубоко в душе я сомневался, что это вообще возможно поэтому я некоторое время ощупывал себя, чтобы удостовериться, что это действительно реальность. Поднявшись на ноги, я обратил внимание, что сотрудники лаборатория гораздо ниже меня ростом. «Так вот как смотрят на мир люди у которых рост за два метра», подумал я разглядывая себя в зеркальной стене установленной напротив.

Насчет лица они действительно не обманули, и на всякий случай я даже поворачивал голову вправо и влево. Лицо оказалось знакомо такое же, каким я его видел каждое утро, когда умывался. В груди чувствовалось легкое щекотание и я не мог сдержать улыбки от осознания того что я стал полноценным человеком. Не зависящим от медбрата, который будет пересаживать меня в инвалидную коляску каждый раз, когда мне нужно будет куда-нибудь переместиться.

Кроме нижнего белья на мне ничего не было и над видом мышц ребята неплохо постарались, но меня интересовал еще один вопрос. Улучив момент, когда на меня никто не смотрел, я оттянул резинку трусов и окончательно убедился что я полноценный человек. До этого момента глубоко в душе у меня были опасения насчет того что для выполнения боевой задачи органы размножения не особо нужны, но спросить об этом раньше я как-то постеснялся. А теперь я был полностью удовлетворен своим новым телом и ждал, когда ко мне присоединится второй возрожденный, но там видно что-то пошло не так.

Сотрудники О.В.Р. крутились вокруг капсулы и пытались что-то быстро исправить, вводя какие-то коды на панели управления, но это им не помогло. В конечном счете, система определила, что синхронизация остановилась на восьмидесяти двух процентах и требуется новая попытка переноса сознания. Программа по возрождению второго феникса была приостановлена. Закрывшаяся крышка скрыла от меня жертву неудавшегося эксперимента. А когда сотрудники начали вывозить капсулу из помещения с не проснувшимся фениксом, я понял, что вторая попытка переноса сознания ожидается не скоро. Когда капсула покинула помещение, ко мне повернулся единственный оставшийся сотрудник О.В.Р.

— Не переживай, с ним все будет в порядке, просто надо провести наладку системы и выяснить причину сбоя, — произнес он, отвечая на немой вопрос с моей стороны. — Если проблема окажется незначительной, то через пару дней мы повторим попытку возрождения, если нет тогда только через пару недель, а может и месяцев. Но тебе переживать не стоит у тебя все прошло штатно. Хотя возрождение это самое простое, что тебя ожидает в программе «Феникс».

— А мне казалось, что перенос сознания это сложная процедура, — заметил я.

— Сложная, но не для фениксов, — пожал он плечами. — Вы просто засыпаете и просыпаетесь, а весь геморрой, связанный с этим ложится на наши плечи. А вот твои проблемы начнутся вон за той дверью.

Указав на нее рукой, он выдал мне одежду и отправил в следующее помещение, где мной должен заняться инструктор, который объяснит и поможет освоиться с новым телом.

Глава 3

Когда я вошел в открывшуюся передо мной дверь я испытал легкое разочарование. Мои ожидания по крайней мере настроились на помещении если уж не больше того где я возродился то как минимум не меньше. А оно оказалась все с точностью до наоборот. Помещение было навскидку не больше двадцати метров половину, из которых занимал какой-то прибор. Какого его назначение я не представлял, но сомневаюсь, что он здесь установлен для красоты.

— Ну чего замер как стриптизер ошибившийся дверью, — услышал я мужской голос, а затем увидел и самого обладателя.

Пожилой, но все еще крепкий мужчина вышел из-за прибора и смерил меня оценивающим взглядом.

— Меня зови Петрович, я отвечаю за адаптацию новичков, — объяснил он. — Правила тут довольно простые. Хреново слушаешь, хреново запоминаешь и вот у тебя уже десятое возрождение, а вскоре и вообще забудут, что ты когда-то здесь появлялся. Расклад понятен?

Я ограничился кивком, и этого оказалось достаточно.

— В таком случае полезай в шайтан машину будем из тебя самца делать, чтобы ты жестко доминировал над теми, у кого больше двух ног. Раздевайся и вставай на желтый круг.

Никакого круга я не заметил, но решил не торопить события вопросами и немного подождать. Как оказалось позже мысль была верной и после того как Петрович дал мне нехитрые инструкции он запустил систему и в центре прибора открылась створка вот тогда я и увидел желтый круг куда и должен был встать.

— Интересно, а зачем я вообще одевался в той комнате? — не удержался я от комментария, расстегивая молнию на куртке.

— Это была дополнительная проверка гений, — ответил Петрович и по его лицу я понял, что подобный вопрос он слышал уже не в первый раз. — Если возрожденный в течение тридцати секунд не сможет попасть ногой в штанину, значит, произошел сбой в программе, и он может вычеркнуть одно возрождение из своей жизни. Согласен, что это несправедливо, но жизнь это боль, а жизнь Феникса адская боль. Так что шары в кучу и давай на желтый круг.

Избавившись от куртки и штанов, я встал на указанное Петровичем место.

— Значит, слушай сюда, — произнес он, настраивая систему и не глядя на меня. — Наверное, ты не в курсе, но на твоем позвоночнике есть три контакта.

Я автоматически завел руку за спину и нащупал два из них закрытые металлическими пластинками.

— Когда закончишь себя ощупывать кивни, — посмотрел на меня снизу вверх Петрович.

— Виноват, — выпалил я, убрав руки от спины и замерев на желтом круге.

— Может с месяц другой, и протянешь, — хмыкнул Петрович. — Через эти разъемы к телу подключается броня, а также активируются силовые волокна. А теперь держись за рукоятки, которые расположены по бокам от тебя и не дергайся, пока система будет определять какой у тебя процент синхронизации с волокнами.

Вцепившись в металлические рукоятки, я приготовился испытать неприятные ощущения. Как ни крути, а провода к моему позвоночнику еще ни разу в жизни не подключали. В этот момент я почувствовал как к контактам на спине присосалась машина но особо неприятных чувств я так и не испытал поэтому позволил себе немного ослабить хватку в руках и не так сильно сдавливать рукоятки. Петрович тем временем сосредоточился над панелью управления, быстро вводя необходимую для системы информацию. Задумчиво хмыкнув, он продолжал что-то разглядывать на экране.

Мне жутко захотелось посмотреть на экран, и тоже узнать чего там такого он увидел, что его заставило удивиться. Но подобное счастье мне было недоступно, и я продолжал пребывать в неизвестности. Еще примерно минут пять Петрович тыкал пальцем в монитор, периодически почесывая затылок. Наконец система определила мой уровень и вынесла вердикт. Петрович последний раз ткнул пальцем в монитор и отошел от пульта управления. В этот момент я почувствовал, как мое тело покидают гибкие щупы прибора и, отпустив рукоятки, я с нетерпением ожидал вердикт Петровича.

— И каков мой уровень? — не удержался я от вопроса.

— Он меня удивил, — произнес Петрович, но его ответ не только ничего не прояснил, а даже наоборот лишь нагнал неопределенности.

— Надеюсь, удивил в положительном смысле?

— Помнишь, я говорил о самце и доминировании?

— Конечно, это ведь было пару минут назад, — ответила я.

— Ну, так вот это не твой случай, — развел он руками.

— В каком смысле не мой?

— Сейчас в твоем теле полно силовых волокон, — постарался он как-то прояснить ситуацию. — И какое количество из них ты сможешь контролировать, показывает процент синхронизации. Обычно при первом тестировании он составляет от семидесяти пяти до девяносто пяти процентов.

— А сколько у меня, пятьдесят-шестьдесят? — попытался я угадать.

— Десять, — ответил Петрович, разбив мои надежды на крутизну.

— Минутку, — решил я не сдаваться. — А машина случаем не могла совершить ошибку? Возможно, у нее схема полетела или банально дисплей не отобразил лишний нолик?

— На твоем месте я наверное тоже бы искал того кто виноват но реальность такова что тебе будет гораздо труднее чем обычному фениксу. Можно конечно все валить на сбой системы, но ты и сам понимаешь, что это дело бесперспективное. Лучше подумай, как не спустить десяток возрождений за пару месяцев. С моей стороны я сделаю все, чтобы ты смог пройти «зоопарк» и стать полноценным фениксом.

— Какой еще зоопарк? — спросил я, чтобы хоть немного отвлечься от не веселых мыслей.

— Да это мы так называем полосу препятствий, — отмахнулся Петрович. — Идем, покажу тебе вооружение, — махнул он рукой, чтобы я последовал за ним.

Я шел следом за Петровичем, но в голове все равно крутился миллион вопросов и главный из них, что все-таки пошло не так? Проходя по длинному коридору, Петрович немного сбавил темп и когда я с ним поравнялся, он произнес: — Десять процентов это конечно сильно, но если не будешь часто гибнуть, то вскоре процент синхронизации ты поднимешь. Не забывай, что даже увеличение силы и скорости на десять процентов тебе покажется огромным преимуществом. Ты ведь никогда ничего подобного не испытывал. А вскоре и сам убедишься, насколько раньше ты был слаб.

Пока Петрович меня наставлял мы незаметно для себя прошли весь коридор и оказались перед закрытой дверью. Чтобы попасть в закрытую часть, Петровичу пришлось пройти сканирование сетчатки глаза. После чего мы получили доступ в засекреченную зону. Она оказалась тиром, в котором мне предстояло познакомиться с вооружением фениксов и научиться с ним обращаться. Первое с чем меня познакомил Петрович, был пистолет. Именно его я видел в руках пилота экзоскелета, когда она покинула кабину и довольно легко расправилась с арахнидами.

— Знакомься стандартный пистолет фениксов «Палач». Магазин на двадцать самовзрывающихся патронов. Задержка взрыва три секунды так что у тебя будет время до того как противник развалится на части. Под большим пальцем находится кнопка переключения стрельбы. Когда она утоплена задержки не будет и заряд в пуле сработает при контакте.

Петрович вставил магазин в пистолет и, передернув затвор, несколько раз выстрелил в мишень изображавшую голову арахнида. Мишень воспламенилась и мгновенно сгорела.

— Этот режим стрельбы хорош против обычных пауков, — объяснил Петрович, нажимая кнопку смены мишени. — У них хитиновый панцирь довольно слаб, но они компенсирует этот недостаток скоростью. А вот задержка детонации отлично подойдет против гильотин. Они ходячие танки и их броня легко может выдержать небольшой взрыв. Поэтому эти три секунды необходимы для того чтобы пуля прогрызла хитиновый слой и попав по внутренности арахнида активировала заряд и выжгла их изнутри.

Вместо сгоревшей мишеней ее место занял бронированный шар, и я не сомневался что материал, из которого он изготовлен, максимально приближен к составу хитиновой брони гильотин. Переключив стрельбу на трехсекундную задержку, Петрович выпустил две пули. Ударившись в мишень, они продолжили вращение, со сверхзвуковой скоростью вгрызаясь все глубже и глубже в крепкий материал мишени. Спустя пару секунд Они скрылись во внутренностях шара оставить на поверхности два аккуратных раскаленных отверстия, а затем мишень разорвало изнутри.

— Теперь пробуй ты, — протянул мне Петрович оружие.

— А он гораздо легче, чем выглядит, — отметил я, беря в руку пистолет.

— Ты уж поверь, обычному человеку справиться с ним будет довольно трудно, — возразил Петрович. — И заметь что у тебя всего десять процентов синхронизации. Когда ты ее доведешь до ста вот тогда и будешь удивляться.

— Погоди, но ведь ты тоже обычный человек, — указал я на нестыковку в его словах.

— А ты посмотри на меня более внимательно, — предложил Петрович и для удобства отошел на пару шагов назад. — Ничего необычного не замечаешь?

— Если не брать в расчет объем мышц, которые для твоего возраста весьма хороши то ничего необычного я не вижу.

— Хорошо я открою тебе глаза я феникс из первой серии.

— Первой?! — не смог я сдержать чрезмерной реакции на слова Петровича. — Сколько же тебе лет? Насколько я помню из курса истории, программа «Феникс» была запущена более восьмидесяти лет назад.

— Не совсем так, — возразил он. — Восемьдесят лет назад о ней стало известно общественности, а разработка началась задолго до того момента когда с нее решили снять секретность. Возраст фениксы уже не отслеживают, но если тебе интересно, то мне глубоко за сотню лет, сколько точно я уже и не помню, да оно мне и не нужно. Но что касается меня я исключение из правил. Я уже не участвую в боевых действиях, и на мне лежит адаптация новобранцев к новой реальности, к которой они должны быть минимально подготовлены, прежде чем вступят в контакт с арахнидами и терраформерами. А что касается боевых фениксов, то они столько не живут. Ну, поболтали, и хватит, давай делом займемся.

Петрович нажал кнопку смены мишеней и я, переключая режимы пистолета, поразил три из них. Балансировкой и удобством управления пистолет меня приятно удивил. Следующим испытанием стало хаотичное чередование мишеней. Я довольно быстро приноровился к переключению между режимами стрельбы и спустя пятнадцать минут после начала тренировки Петрович решил, что я готов для более серьезной работы. Меня отвели в соседнее помещение, где располагался коридор длиной метров в сорок. Но он больше напоминал беговую дорожку, чем тир. Мишени, по словам Петровича, спрятаны в стенах.

— Мишени будут появляться с разных сторон, но будь осторожен они не такие безобидные, как ты мог подумать, — предупредил он. — Каждая снабжена пушкой выстреливающей липкую субстанцию сравнимую с паутиной. Если тебя обездвижат, считай ты покойник. В реальном бою на территории арахнидов феникс, угодивший в ловушку, в среднем живет десять секунд. С твоими скромными возможностями если ты пройдешь, тест хотя бы раз на десятый, то это уже будет хорошо.

— А сколько обычно требуется фениксу на сдачу этого теста? — поинтересовался я, меняя магазин в пистолете на полный.

— От четырех до шести попыток, — не стал скрывать Петрович.