Отчим (не) моего жениха

— Какие нахрен картины? — его аж трясло от злости. — Вы что с компьютером сделали?

— Я? С компьютером? — начала было я, но потом вспомнила про установленный пароль и осеклась.

— Вот-вот, — усмехнулся Разумовский. — У меня работы по горло и нет времени разгадывать ваши шуточки, поэтому немедленно спускайтесь в мой кабинет и уберите пароль. Хотя, нет, я запрещаю вам дотрагиваться до него, просто скажите пароль, я сам разблокирую.

— А почему вы решили, что пароль установила именно я? — попыталась защищаться, интуитивно понимая, что номер не пройдет.

— В кабинете установлены камеры, — выпалил Виктор, а у меня сердце ушло в пятки.



Боже, какой стыд! Виктор видел все мои кривляния, и у него есть все доказательства моего преступления.

— Я никуда не пойду и пароль не скажу! — заявила и уперла руки в бока. Отпираться, что это не я стало бессмысленно.

— Еще как пойдете и скажете, — процедил сквозь зубы монстр и, схватив меня своей ручищей, потащил вниз.

— Спасите! Помогите! Убивают! — завопила я, отбиваясь и пытаясь освободить руку, но его пальцы так и впились в мой локоть.

— Это моя территория, — съязвил рабовладелец, — здесь никто вам не поможет.

— А Слава? — растерялась я. — Слава, где ты? — закричала, но жених не появился.

— Он на улице и не может вас слышать, — Разумовский втащил меня в свой кабинет и поставил возле стола. Затем включил на другом ноутбуке запись моего вторжения в частную собственность в отсутствии хозяина. На записи я кривлялась, подражая голосу Разумовского и ковырялась в ноуте.

Во же, блин! Спалилась. И как я не подумала про камеры?

Но горевать поздно. Меня уже застукали на месте преступления, шутка не прокатила.

— Пароль! — потребовал монстр, усаживаясь за компьютер.

Он был уверен, что после просмотренного видео я испугаюсь и присмирею, но в меня словно бес вселился. Рядом с Разумовским я сама себя не узнавала. Хотелось ему дерзить и делать все наперекор. Вот и сейчас вместо того, чтобы с видом забитой овечки продиктовать рабовладельцу пароль, я гордо вскинула голову и заявила:

— Не знаю.

— То есть как это «не знаю»? — растерялся Виктор, лихорадочно прикидывая, как такое может быть. — Не можете не знать, — заключил он, покачав головой. — Чтобы установить пароль, нужно два раза его ввести. За это время вы прекрасно его запомнили. Мне нет времени на ваши шуточки. Я могу, конечно, пригласить айтишника и он без труда снимет ваш дурацкий пароль, но также я могу пригласить и полицейского. У меня есть все доказательства вторжения.

Решили угрожать? Ладно, посмотрим, как долго продержится ваша бравада.

— Сдадите властям будущую невестку? — вкрадчивым голосом уточнила я.

— Конечно! — невозмутимо заявил монстр, и я была уверена — сдаст непременно. Такой он страшный и жестокий человек.

— За невинную шутку с паролем? — продолжила я. — А что скажет Слава, когда в дом вломится полиция?

— Я покажу ему видео и все объясню, — упорствовал Разумовский, но звериный оскал стал не таким ослепительным.

— Он любит меня и будет на моей стороне! — чистой воды бравада, но Слава много раз говорил мне, что любит. Уверена, он и папашу просветил насчет собственных чувств.

— Пароль! — проревел Виктор. — Если скажете сейчас, полиции не будет.

— Не знаю.

— Хватит прикидываться дурочкой! Вы не настолько глупы, как себя ведете. Уверен, знаете.

Это была давно известная сетевая шутка, но в полной мере провернуть ее не получилось. Основная фишка состояла в том, что на компьютер устанавливалась простая фраза «не знаю», но ноут Разумовского вредничал, не принимая слишком короткий пароль с пробелом. Поэтому пришлось установить «не знаю» два раза и без пробелов. По сути, я проговорила Виктору пароль, но он на него отреагировал. Было бы смешно, если бы кабинет не оказался напичканным камерами, будь они неладны!

— Я жду, — Разумовский побарабанил по столу длинными пальцами.

— Не знаю! — выпалила я, и монстр тихо выругался. — И кто из нас еще умнее? Это пароль такой. Я вам его талдычу, а вы не хотите слушать.

— Слишком короткий, — процедил Разумовский, набрав нужную комбинацию, — и в пароле не может быть пробелов.

— А вы без них наберите, — подсказала я.

— Все равно короткий, — он смерил меня гневным взглядом.

— Вы два раза наберите.

Набрав на клавиатуре нужное сочетание, Разумовский вошел на рабочий стол и сразу же забыл обо мне. Его пальцы так и порхали по клавиатуре. Он открыл вкладку с какими-то графиками и принялся быстро щелкать мышкой.

— Что это? — не сдержалась я от любопытства.

— Ничего, — он быстро отодвинул ноутбук и выставил меня вон из кабинета. — С сегодняшнего дня эта дверь всегда будет закрыта, так что не пытайтесь проникнуть в кабинет снова.

Не знаю, отчего меня больше трясло, от злости или возбуждения, но общение с Разумовским напоминало американские горки. Сейчас он чувствовал себя победителем, разоблачив меня, но я обязательно возьму реванш.

Взяла небольшой перерыв и поговорила с мамой. Расписала, какой хороший дом, и как я понравилась отчиму. Маме пока не обязательно знать, что Разумовский тиран и гордец. Она узнает позже, когда свадьба ее дочери расстроится по вине рабовладельца.

Спускалась вниз, потирая ладони в предвкушении. Я буду не я, если не сотворю до ужина очередную пакость.

Если честно, выбор у меня был небольшой. Насолить Разумовскому, подставив при этом горничную или кухарку, не хотелось. Они народ подневольный и нуждающийся в деньгах. Работодатель и так высчитывает с них за каждый промах, если они еще будут расплачиваться за мои проделки, ни за что себе не прощу. Если уж решила взять реванш, нужно действовать так, чтобы сразу было понятно, кто виноват.



Разумовский закрылся в своем кабинете. Подергала ручку, но было заперто. В замочную скважину не видно, что происходит внутри. Интересно, сейчас меня снимает скрытая камера? Помахала рукой в пространство, приветствуя смотрящего, на случай, если камера все-таки установлена.

На первом этаже горничная планомерно убирала комнаты Виктора, которых было слишком много. Она хоть делает перерыв, или скоблит без продыху? Если так, то это просто возмутительно. Оставив столик на колесах возле двери одной из комнат, горничная вошла внутрь, а я на цыпочках подобралась к столику.

Всевозможные чистящие средства, тряпки, салфетки, перчатки. В поисках чего-нибудь интересного я осмотрела столик и наткнулась на связку ключей. Неужели запасные? А вот это уже интересно. Отыскав ключ с наклейкой "1 этаж каб", я осторожно отделила его от общей массы.

Ключ легко вошел в замочную скважину кабинета рабовладельца. Проверять, можно ли им отпереть дверь я не стала. Кто знает насколько у Разумовского чуткий слух. Вдруг он при первом повороте заподозрит неладное. Но в любом случае, когда он захочет выйти, вставить ключ изнутри у него не получится. Интересно, насколько сильно он будет вопить и звать на помощь?

Оставив ключ в скважине я ретировалась.

Через полчаса в дверь кабинета изнутри забарабанили, и послышалось чертыханье Разумовского. Слышно было, как он ковыряется в замочной скважине, пытаясь своим ключом отпереть дверь, и у него ничего не получается.

— Твою же мать! — глухо выругался Виктор и, бросив ковыряться в замке, принялся вызванивать кого-то по телефону. — Анатолий, ты где? Срочно ко мне, замок кабинета заклинило. Нет, лом не нужен, я и сам могу ее вынести, но нужно аккуратно, чтобы не повредить полотно.

Провела рукой по деревянной двери, наверное, мне и до нее нельзя дотрагиваться, если она такая драгоценная, что Разумовский боится ее повредить. Предприняв еще одну попытку отпереть дверь, рабовладелец махнул рукой на гиблое дело и вернулся на свой трон.

А теперь моя очередь. Осторожно вынула ключ и как ветер понеслась к горничной. Столик стоял возле другой комнаты, горничная внутри, поэтому я без труда прикрепила ключ на связку и спустилась вниз досмотреть кино под названием "Освобождение рабовладельца из заточения".

Анатолий прибыл на место через несколько минут, поскреб затылок, когда Виктор из-за двери принялся объяснять суть поломки. С Анатолием я уже встречалась утром, это был один из холопов, скребущих дорожки монстра.

— И что, совсем не проворачивается? — уточнил он, не спеша предпринимать какие-либо действия.

— Совсем! — раздраженно гаркнул Разумовский. — Поторопись, мне нужно выйти из чертовой комнаты!

Неужели папочку приперло в туалет? Иначе, с какой стати ему так чертыхаться.

— Что у вас случилось? — намеренно громко поинтересовалась я, подойдя к двери.

— Только вас здесь не хватало! — снова выругался из-за двери Разумовский, услышав мой голос. Я, наверное, скоро начну приходить к нему в кошмарных снах.

— У Виктора Васильевича заклинило замок в двери, и он не может выйти из кабинета, — вежливо объяснил Анатолий.

— Неужели? Ай, какая беда! — я всплеснула руками. — И что же ему теперь до завтрашнего утра сидеть в кабинете?

— До какого такого утра! — зарычал из-за двери монстр. — Анатолий, давай быстрее разбирайся с замком.

— А куда вы так торопитесь, папочка? — прокричала я в замочную скважину. — Если это то, о чем я думаю, то можете воспользоваться одной из ваших драгоценных вазочек. Не волнуйтесь, запаха не останется, горничная все отчистит.

— Открывайте, немедленно! — бесчинствовал Разумовский, дергая дверь изнутри.

— Не обращайте внимания, — махнула рукой, успокаивая Анатолия, — папочка такой паникер! — я манерно закатила глаза.

— Никакой я не паникер, — рычал Виктор, — замок действительно не работает.

— Уверена, с замком все в порядке, — прошептала я Анатолию, чтобы рабовладелец не услышал, — вы попросите его открыть дверь. Думаю, дело не в замке, а в открывающей его руке.

— Виктор Васильевич, попытайтесь открыть дверь, — попросил Анатолий, прислушавшись к моему совету.

— Какой смысл сто раз пробовать, ясно же, что замок заклинило, — ворчал Разумовский, но предпринял еще одну попытку освободиться. На этот раз ключу ничего не мешало, и он с легкостью провернулся в замочной скважине.

Пока Анатолий осматривал замок, Разумовский яростно сверкал глазами и нервно ходил из стороны в сторону, скрестив руки на груди.

— Уверен, с вашей дверью все в порядке, — холоп вернул рабовладельцу ключ и откланялся.

— У вас в родственниках случайно нет Деда Мороза? — поинтересовалась я, накручивая светлый локон на палец. — Представляете, стоило произнести, что с сегодняшнего дня эта дверь всегда будет закрыта, как ваше желание немедленно исполнилось. Чудеса, не правда ли?

Я только что помахала перед быком красной тряпкой. Разумовский и без моего ехидного замечания выглядел разозленным, а теперь так и вовсе впал в неистовство.

— У меня нет доказательств, но даже не сомневаюсь, что вы приложили к этому руку, — он впился в меня немигающим взглядом, от которого подкосились ноги.



— А вы по камерам проверьте, — пробормотала, отступая на ватных ногах и вжавшись спиной в стену, в то время как монстр приближался, — они же у вас везде понатыканы.

— Не везде, но проверю, — пообещал Разумовский и приподнял мое лицо за подбородок. — Не понимаю, чего вы добиваетесь своим поведением.

Он изучал мое лицо с особой тщательностью. Медленно, миллиметр за миллиметром ощупывая взглядом. Я замерла перед Разумовским как кролик перед удавом и только слышала, как часто-часто бьется мое сердце.

— Вы очень красивая, — вынес он вердикт, смутивший меня настолько, что я опустила глаза. По щекам расплылся жар, а мысли затянуло тягучим туманом. — Не уверен, что с головой у вас так же хорошо, как с лицом и фигурой, но в браке для женщины разум не обязателен, верно?

Что он только что сказал? Я полная дура, хоть и красивая? После обидных слов туман моментально растворился, а щеки запылали еще сильнее, но уже от едва сдерживаемого гнева. Взметнула на рабовладельца полный ненависти взгляд, чем изрядно его насмешила.

— Пока вы находитесь в моем доме, обязаны подчиняться правилам, — прошептал он, опалив мое ухо жаром своего дыхания. — Вы невеста моего сына, так и ведите себя соответствующе. Не грубите, не хамите, ничего не трогайте. В противном случае я без сожаления вышвырну вас из своего дома

Неужели я его настолько сильно его боюсь, что трясусь от угроз как осиновый листок? Разумовский ничего не может мне сделать, но его слова не просто пустой звук.

— Вышвыривайте, — сквозь зубы процедила я.

И почему он такой высокий, блин. Чтобы заглянуть рабовладельцу в глаза, приходится задирать голову.

— Вы только этого и ждете, верно? — в уголках его глаз заплясали морщинки. — Почему-то мне кажется, что вы не торопитесь замуж за моего сына.

— Ошибаетесь! — меня колотило, но я старалась отвечать смело. — Я непременно выйду замуж за Славу и стану здесь хозяйкой.

— Для этого вам надо усерднее работать над собой, — Разумовский усмехнулся. — Пока вы такая, — его губы скривились в презрительной усмешке, — я не допущу, чтобы мой сын на вас женился.



Глава 5. Виктор

Вечер пятницы тринадцатого был еще отвратительней, нежели утро. Накричал по телефону на Марка, потом на горничную, назвав ее ленивой коровой. А кто виноват, если она, правда, ленивая и неповоротливая? Три месяца терпел ее постоянную трескотню по телефону и непролазную грязь, но под горячую руку сорвался и, наконец, уволил.

Распорядился в агентстве, чтобы на следующий день прислали новую горничную, потому что одна ни за что не справится, и продолжил поиски машины. Удивительно, как в двадцать первом веке пропала с радара Скания, напичканная по последнему слову техники?

Очередной недогляд Марка, берет на работу кого попало, хоть сиди сам с утра до вечера в офисе и присматривайся к водителям. Каждый третий алкоголик, каждый второй ленивый халявщик. Как такому контингенту можно доверять дорогостоящую технику?

— Если к утру машина не найдется, уволю! — пригрозил Марку и целых два часа занимался в тренажерном зале, пытаясь снять стресс.

Ночью Скания нашлась. Оказалось, водитель свернул с маршрута заехать к какой-то там бабушке. Ну не тупоголовый ли? Магазин сутки ждет товар, а он катается по городам и весям. Приказал Марку, как только вернется, рассчитать негодяя и отправить к чертовой бабушке.

Горничную прислали быстро. Услышал отвратительный стук пластмассовых колес по мрамору и понял — прибыла голубушка. Остается надеяться, что не такая ленивая, как уволенная, иначе отправится следом за вчерашней. Больше ни дня не собираюсь терпеть грязь и разгильдяйство.

Появление горничной заставило меня довольно прищелкнуть языком. Анастасия постаралась на этот раз, подогнав самую смазливую. Просчиталась только в одном, что я не сплю с персоналом. Это все равно, что обниматься с половой тряпкой. Днем она драит твой дом, а вечером тискаешь ее в постели.

Сразу расставил все точки над «и», очертив круг обязанностей. Девица слушала, широко распахнув голубые глаза. Точно линзы нацепила. Блондинки с такой прозрачной радужкой в природе не встречаются.

Прикусила розовую губу без грамма косметики. Что ж, сексуально, черт возьми! Знает, чем зацепить, но меня давно не привлекает искусственная красота. Такие естественные красотки в природе не встречаются. Высокий рост, тонкая талия, небольшая грудь и полное отсутствие макияжа, создающие иллюзию натуральности. Уверен, девица не раз ложилась под нож пластического хирурга.

Не на того напала, крошка, если за перепихоном ко мне заглянула!

К тому же слишком хрупка и совершенна, чтобы оказаться хорошей работницей. Придется ее уволить уже после первой уборки.

Велел немедленно приступить к обязанностям и остолбенел, когда понесла откровенный бред про крепостное право и рабовладельца. Что же получается, плачу деньги так еще должен выслушивать поучения от прислуги? От порыва немедленно вышвырнуть хамку вон из дома отвлек звонок Марка. Очередной груз опять задерживался, и хотелось рвать и метать. Уволю всех к чертовой матери и переселюсь в офис. Так я хотя бы буду уверен, что работа будет сделана хорошо.