Однажды, 31 декабря, или Чему быть, того не миновать

— Да, это стало моим выбором, когда я вышла замуж и начала работать учительницей. У меня просто нет лишнего времени.

«Муж?!»

Он не должен был чувствовать гнев, но чувствовал. Он ни разу не видел этого человека, но уже ненавидел его.

Но где этот чертов муж?! Почему не этот негодник, а он, Никита, помогает Ане в ее праздничных хлопотах? И где его домашние тапки?!

Никита понимал, что не имеет права злиться на Аню за то, что она вышла замуж. Ведь он тоже женился, хотя теперь не понимал, зачем это сделал. В первый же совместный год жизни стало совершенно ясно, что они с Кристиной не подходят друг другу, но развестись с ней он уже не мог. Появилась новая причина для нескончаемого фарса.

Если бы Никита так сильно не расстроился, он бы не задал интересующий его вопрос — один из многочисленных вопросов. Но вспыльчивый характер в очередной раз проявился не вовремя.

— Где он?

— Муж?

— Аня!

— Сие неизвестно.

— Если бы я тебя не знал, то подумал бы, что ты врешь.

— Мы развелись. И разъехались. Теперь я живу здесь. А где околачивается он, мне безразлично.

«Теперь все сходится. Анин муж — негодяй, и бросил ее».

Почему его собственное настроение вдруг изменилось? Никита почувствовал себя… окрыленным, что ли?

Как все-таки чудесно, что Аня теперь рядом. Он не знал, что будет с ними дальше — и будет ли вообще — но то обстоятельство, что она оказалась свободной, оживило в сердце Никиты пока похожую на призрак надежду.

— Мне жаль.

Он сказал это тихо, чтобы Аня не услышала ликующие нотки в его голосе.

— А мне нет, — решительно произнесла женщина.

— Ну, что же, нет, так нет. Тогда с наступающим тебя, Анютка.

— И тебя.

3

* * *

Аня закрыла за Никитой дверь и, опустив плечи, поплелась в комнату. Она оставила гирлянду включенной, и симпатичная елочка встретила ее мягким миганием разноцветных огней.

Присев на диван, девушка задумалась о Никите. Он казался таким сдержанным, пока помогал ей, но, когда речь зашла о муже, заметно разозлился, почти вспылил. Так бывало и раньше, когда Никита сталкиваться с несправедливостью по отношению к другим, особенно близким.

Давно пора выбросить из головы его привычки, но Аня почему-то не могла. Наоборот, все то время, пока он трудился здесь, девушка вспоминала, как сильно он нравился ей в юности. Она просто забыла об этом.

Аню заставили это сделать. Не силой, конечно, а вскружив голову сумасшедшим, великолепным ухаживанием. Когда красивый и упрямый выпускник университета, в котором она училась, решил, во что бы то ни стало, жениться на дочери известного ученого-орнитолога и отправиться покорять заграницу, у Ани не осталось ни единого шанса устоять.

Она осознала, что попалась в ловушку, когда отказалась ехать вместе с молодым мужем к родителям в Австралию, где те преподавали любимую орнитологию и изучали местную фауну. Естественно, без Ани ее амбициозный муж страну покинуть не мог.

Вот тогда и началось ее настоящее взросление. Бабушка, фактически воспитавшая ее, жила в другом городе. Во время учебы в университете Аня теснилась вместе с мужем в общежитии. Благодаря авторитету ее родителей Виктора приняли в аспирантуру, но он так и не защитился, рассказывая всем и каждому о произволе чиновников и притеснении молодых талантливых ученых.

Очень скоро девушка поняла, что при всей своей внешней привлекательности муж обладает тяжелым, неуживчивым характером и совершенно не готов к семейной жизни. Вначале она старалась угодить ему, не ропща на трудности и выполняя всю домашнюю работу самостоятельно. Виктор воспринимал все ее старания, как должное.

Девушка долго мирилась с его капризами во имя большой любви, о которой Виктор не уставал повторять, оставляя молодую жену в одиночестве по вечерам. Они больше не ходили в кино и на дискотеки, не встречались с друзьями — с Аниными друзьями. У Виктора друзей не было, во всяком случае, среди мужчин. Когда юная жена после долгих размышлений и многочисленных сомнений сообщила мужу, что не собирается оканчивать учебу в Австралии, тот вообще исчез из их маленькой комнатки в общежитии на несколько недель, предварительно высказавшись о Аниных умственных способностях.

Пересилив себя, она снова впустила Виктора в свою жизнь, когда тот вернулся, долго извинялся и даже плакал, стоя перед ней на коленях. С тех пор он часто просил у Ани прощения, во всяком случае, первые пять лет их совместной жизни. Виктор все еще надеялся, что его жена образумится и отправится к родителям, тем более, что те неоднократно приглашали их к себе. Однако, чем старше становилась Аня, тем упорнее она сопротивлялась уговорам мужа.

К тому времени девушка поняла, как жестоко ошиблась, когда повелась на цветастые речи, ретивые ухаживания и выскочила замуж за эгоиста. Несмотря на проблемы, она терпеливо несла свою ношу, свято веря в незыблемость брачных обещаний, и все еще надеясь на чудо.

К тому времени умерла любимая бабушка, и они с Виктором приехали в ее родной город. Опечаленная произошедшим, Аня поддалась на уговоры мужа и продала бабушкину маленький, уютный домик на окраине. Они приобрели большую трехкомнатную квартиру в престижном районе города. Аня много раз интересовалась, откуда Виктор взял деньги на такую серьезную покупку, но тот лишь отмахивался или возмущался, обвиняя жену в том, что она никогда по-настоящему его не ценила.

Лишь в процессе развода Аня узнала, что деньги им выслали ее родители в ответ на настойчивые уговоры Виктора. Однако квартиру все равно пришлось делить пополам.

Виктор уволился из университета пытался удачно трудоустроиться. За то время, пока они жили вместе, он умудрился сменить столько рабочих мест, что Аня перестала их считать.

Ей же повезло больше. Благодаря родителям. Старый знакомый устроил Аню учительницей в престижный лицей. Собственно, на ее деньги они и жили. Хотя Виктор зарабатывал не так уж мало, он никогда не давал денег на домашние расходы. Аня изворачивалась, как умела, и терпела, пока могла, пока случайно не узнала, что муж ей изменяет. Когда Аня прямо заявила ему о своем открытии, Виктор просто рассмеялся ей в лицо и заявил, что так живут все. Тогда Аня подала на развод.

Она вспоминала прежнюю жизнь, грустила, но понимала, что жалость к себе не сделает ее существование лучше. Бесцельно блуждающий взгляд вдруг упал на пилу, поблескивающую в темной комнате в свете елочных огоньков.

Девушка не заметила, когда стемнело. Давно пора собираться к подруге. Аня уговаривала себя подняться и переодеться в праздничное платье, но взгляд неотступно следил за блеском металла на столешнице.

«Пила. Что, если она понадобиться Никите этой ночью?»

Чем ближе Аня подходила к соседской двери, тем веселее ей становилось от размышлений на тему, для чего может пригодиться пила в Новогоднюю ночь.

4

* * *

Аня приложила ладонь к груди — сердце колотилось.

Как воспримет ее очередное вторжение Никита? Не помешает ли она чему-то личному?

Согласно полученному воспитанию, она должна развернуться и уйти, не мешая хорошим людям праздновать, но жизнь давно откорректировала правила, втолкованные Анечке заботливой бабушкой, и поэтому девушка не тронулась с места. Более того, при звуке открывающейся двери ее лицо осветила широкая улыбка.

Возможно, Никита и сердился, что она снова пришла надоедать ему, но мужское лицо оставалось невозмутимым. Пока Аня мысленно оплакивала прежнюю жизнь, ее сосед успел переодеться. Коричневый кашемировый джемпер облегал широкую грудь, темные брюки из дорогой ткани мягко очерчивали контуры бедер. Еще бы туфли, а не тапочки, и можно отправляться в гости.

Что, если он и собирается куда-то, только обуться не успел? А она тут с пилой…

— Извини, что снова беспокою, но ты забыл у меня… Чуть не сказала «свой веник», но мне далеко до Барбары Брыльской.

— Bonjour, madame Annа2!

Хорошенькая темноволосая девочка, восторженно улыбаясь, выглянула из-за спины Никиты.

— Bonjour, Alex3! Однако сейчас правильнее говорить «bonsoir4».

Пока Аня указывала на неточность, до нее неожиданно дошло, что милая темноволосая Сашенька носит фамилию Орлова. Удивительная схожесть во внешности, манерах, характере между этими двумя была настолько явной, что не оставляла сомнений в том, что эта девочка…

— Твоя дочь?!

— А ты — ее любимая учительница французского языка?

— Вы с папой знакомы?! А пила зачем? Это подарок? Но у папы уже есть одна.

— Да! Нет!

Растерявшись, Аня ответила на все вопросы сразу. Она обрадовалась милой девчушке, которую обожала, даже не подозревая, чья Саша дочь, но вежливость требовала сначала поговорить со взрослым. Ведь в первую очередь Аня — учительница, а потом уже соседка.

___________________________________________________________________________

Bonjour, madame Annа2(франц.) — Добрый день, госпожа Анна.

Bonjour, Alex3 (франц.) — Добрый день, Александра.

— Ты забыл у меня пилу. Я тут подумала, что она может понадобиться тебе сегодня или завтра… Для чего-нибудь. — Никита молчал. Наверное, ей не стоило приходить. — Спасибо, и извини за беспокойство.

Аня протянула пилу соседу, сделала шаг назад, собираясь уйти и безумно мечтая остаться. Из квартиры доносилась музыка, в прихожей витал умопомрачительный запах еды. Здесь жили замечательная девочка и привлекательный мужчина. И всего этого Ане ужасно не хватало.

Услышав женский голос — мягкий, приглушенный, Аня расстроилась окончательно. Что она себе думала? Такой замечательный дом не мог существовать без хозяйки, доброй и женственной. Только на такой женщине мог жениться ее Никита. Только такой может быть мать замечательной девочки. Девушка сомневалась, что хочет с ней знакомиться.

О чем это она? Ее же никто не приглашает.

— Madame Annа, у нас уже есть елка. Такая красивая! — Сашенька выступила вперед, а отец обнял ее за хрупкие плечики, прикрытые лишь прозрачными рукавчиками-фонариками праздничного голубого платья, пытаясь защитить дочь от холодного воздуха. — Вы должны это увидеть. Такие нарядные елочки встречаются только в сказке.

Темные глаза девочки умоляли ее зайти. Аня растерянно перевела взгляд на Никиту, и тот решительно заявил:

— В самом деле, Анюта, заходи. Посмотришь, как мы живем.

Она не стала делать вид, что ей не интересно. Взяв Сашеньку за ладошку, Аня вошла в квартиру, которую уже мечтала увидеть.

— Merci5. С удовольствием полюбуюсь на лесную красавицу.

Она сделала всего несколько шагов по прихожей, но за это время успела отругать себя за глупый страх, любопытство и еще что-то, очень напоминающее мазохизм. Хозяйка этого дома, скорее всего, умница, красавица и великолепная мать. И ей, Ане, точно будет очень больно видеть эту счастливую женщину.

Девушка глубоко вдохнула и переступила порог гостиной.

* * *

После решительного шага в неизвестное, первым, что увидела Аня, оказался свет в конце тоннеля, точнее восхитительная ель, занимавшая едва ли не полкомнаты. Красавица переливалась разноцветными стеклянными гирляндами и шарами, а также игрушечными шишечками, домиками, снеговиками и зайками.

Возможно, Аня и не разглядела бы всего этого разнообразия на с любовью украшенной ели, но девушка так волновалась, что с трудом заставила себя перевести взгляд на компанию, устроившуюся за праздничным столом.

Седой, невысокого роста мужчина в очках и сером, домашней вязки, свитере улыбнулся вошедшим и продолжил откупоривать бутылку. Молодой мужчина с рыжей шевелюрой и умными глазами неохотно прекратил целовать привлекательную темноволосую — беременную! — женщину и бережно усадил ее на диван.

Еще одна, на этот раз пожилая женщина держала в руках белоснежные салфетки. Она аккуратно раскладывала их возле тарелок, но как только увидела на пороге гостью, тотчас обернулась к рыжеволосому мужчине, подсовывавшему подушку под спину будущей матери.

— Анатолий, нам нужен еще один комплект столовых приборов. — Женщина еще раз взглянула на гостью и радостно воскликнула: — Анечка! Какой приятный сюрприз! Никита, сынок, где ты ее нашел?

___________________________________________________________________________

Merci5(франц.) — спасибо.

Теперь и девушка узнала приятную пожилую даму — маму Никиты. За прошедшие годы она заметно поседела, но на круглом лице почти отсутствовали морщины. Женщина улыбалась, и Аня сразу почувствовала себя свободнее.

— Бабушка, она учительница. Madame Annа учит меня parler français6.

— Madame Anna m'apprend à parler français7, — автоматически вымолвила Аня, обращаясь к девочке, а ее бабушке ответила уже более осознанно, — у Сашеньки способности ко всем языкам, не только к французскому.

— Это у нее от отца, — с гордостью произнесла бабушка, а потом добавила, но уже с меньшим энтузиазмом: — Ну, и от мамы тоже.

Аня оглянулась в поисках таинственной мамы, но другие женщины в этой гостеприимной квартире отсутствовали. Она еще раз присмотрелась к молодой счастливой паре на диване, но схожие черты лица беременной красавицы с хозяином дома напомнили Ане, что у Никиты есть младшая сестра. Рядом с ней, видимо, муж. Слишком уж эти двое походили на молодоженов.

«Такие счастливые».

Мама Никиты прервала воркование голубков.

— Парень, Марина никуда не денется, в ее-то состоянии. Оторвись на пару минут и принеси еще один фужер.

Анатолий неохотно отправился к серванту, а отец Никиты весело расхохотался в ответ на реплику жены.