Крылатый отбор

Гудение турбин перебивал необычный крик птиц. Такого я никогда не слышала и решила прогуляться к источнику звука.

Внезапно мимо меня пробежали стаей куры, каждая была окрашенная в яркий цвет: зеленый, желтый и розовый… Они украсили собой палубу. За ними гнались мужчины в строгих костюмах. Их неловкие попытки поймать беглецов рассмешили пассажиров. Даже мои уста тронула улыбка, когда один из ловцов растянулся по полу в провальной попытке поймать оранжевую птицу. Шустрое пернатое сделало крюк и закрутилось у моих ног. Молниеносно я поймала диковинку, крепко сжав ее в руках.

— Низкий вам поклон, госпожа, — мужчина поднялся и подошел ко мне. Худощавый, низкого роста, в круглых очках с выпуклыми стеклами. Он молод, но уже появилась залысина, а лоб исполосован морщинами. — Мы только вернулись из экспедиции с редкими образцами птиц, а какой-то негодник открыл клетки и выпустил их. Александр Воробушек — орнитолог, ученый и путешественник. Можно… — он взял из моих рук курицу и передал ее своему помощнику.

Птицу забрали и отнесли в сторону багажного отдела.

— Софья Лебедянская, — представилась я.

— Рэтта? — у Александра загорелись глаза.

— Да, — ответила смущенно.

— Неимоверно! Мне сегодня везет вдвойне, — ученый полез во внутренний карман своего камзола и извлек блокнот в кожаном переплете. — Софья Лебедянская. Продолжайте.

Я непонимающе уставилась на него.

— Что продолжать?

— Ох, простите меня, я не пояснил. Я же ученый и, помимо исследовательской деятельности, собираю информацию о родословных рэтт. Вы же знаете, что сейчас почти не встретить рэтту семейства лебедеобразных. Большинство переродились в неар, смешались с другими видами и потеряли свою магическую аутентичность. Позвольте мне науки ради разузнать побольше о вашем виде, Софья?

— Я даже не знаю…

— Поступим по-другому, я оставлю вам свои координаты в Савойе, и когда вы будете в столице, обязательно навестите меня в Институте Науки, — Воробушек написал адрес на листке, вырванном из блокнота, и протянул его мне. — Если нам не удастся увидеться, я оставлю вам свой адрес, вы мне напишете, и мы договоримся о встрече. Софья, ваша семейная история очень важна для науки. Пожалуйста, свяжитесь со мной обязательно.

— Хорошо.

К Александру подошел один из помощников и доложил, что одну из птиц не удается найти. Встревоженный ученый откланялся и отправился на поиски пропавшего экземпляра. Немного постояв у иллюминатора, я решила прогуляться. С интересом рассматривала пассажиров, ресторан для состоятельных господ, прошлась вдоль кают и дошла до рубки пилота.

Хотела уже возвращаться на террасу, когда услышала разговор двух бортпроводниц. Я бы не заострила на нем свое внимания, если бы не знакомые имена.

— …Татьяна Стриж — фаворитка отбора. Говорят, император Марьян уже и предложение ей сделал. Тем девушкам, которым придет от него приглашение, ничего не светит. Даже пытаться не стоит.

— Я слышала, что у стервятника тоже есть предпочтения. Обеим дочерям князя Грифонского пришло приглашение на Крылатый отбор. Они из одного клана, а значит наследник у Гавриила родится рэттом. А вот от брака Марьяна и Татьяны Клест появится неяр. Говорят, по закону император не может быть неяром.

— Не будьте так наивны, законы переписываются. Если Марьян и дочка канцлера поженятся, что им мешает переписать закон? Тут, дело ясное, можно и не ставить на судьбу Марьяна.

Поймав на себе мой взгляд, девушки замолчали и скрылись за дверью с табличкой «Вход для персонала». Мне стал понятен ультиматум Гавриила — он переживает, что Марьян может обставить его на пути к власти. Вот только поставил он не та ту девушку. Боюсь, его ждет серьезное разочарование. Впрочем, на отборе я буду не одна, и есть шанс, что Марьяну понравится другая.

Я поставила чемодан на пол и села на лавку. Стала осматриваться по сторонам. Чем ближе мы были к столице, тем больше я чувствовала себя белой вороной. На борт поднимались новые пассажиры, и их внешний вид сильно контрастировал с моим: утонченные грациозные барышни в летящих платьях, с завитыми волосам против моей косы до пояса и серого рабочего наряда. Я понимала, что нахожусь не на своем месте. Понемногу стала ловить на себе вопросительные взгляды. Было неловко, я взяла чемодан и прошла в дальний конец палубы. Здесь не было окон, зато и любопытных глаз в разы меньше.

В желудке предательски заурчало, и я вспомнила о пироге Агаты. Открыла чемодан, и меня больно ударили по руке. Отдернулась, когда передо мной будто из-под земли появилось существо, похожее на птицу с меня ростом. Две массивные лапы, длинная шея с клювом и прижатые к овальному тельцу крылья черного цвета с белыми перьями на концах. Я вжалась в стену, боясь пошевелиться. Зверь засунул маленькую голову в мою сумку и с удовольствием ел мои припасы. Медленно я стала отступать от чудовища. Если обычный гусь может лишить глаза, то птица таких размеров может и убить. Пусть забирает еду — видимо, ему нужнее.

Сделала резкий рывок в сторону, когда контуры птицы превратились в туман и растворились на месте. Вора яблок словно и не было. Следами вероломства стали перевернутые вещи и крошки.

— Что это такое?

С опаской сложила разбросанное назад. Есть уже перехотелось, как и находиться в одиночестве. Уж лучше под осуждавшими взглядами, чем с невидимыми гигантскими птицами. Торопливо прошла в центр палубы и заняла свободное место — главное, что вокруг люди, а не крылатые монстры.

Солнце село, включили освещение. Я не успела налюбоваться магическими светильниками, когда в иллюминаторы ударил яркий свет — мы подлетали к Савойе, огни которой разноцветными столбами озаряли чернильное небо.

Понемногу дирижабль стал опускаться, а возле выхода столпились люди. Я решила выйти последней, чтобы не привлекать лишнего внимания.

Очень мягко мы приземлились на землю, и скоро палуба почти опустела. Снаружи доносились какие-то голоса и шум суматохи. Я поправила выбившиеся из косы пряди и вышла на улицу.

Только ступила на трап, как яркие вспышки фотоаппаратов ослепили меня. Прикрыла глаза рукой. Крики толпы оглушали. Если бы не защитный бортик, они бы, наверное, разорвали меня.

— Софья! Как вы познакомились с императором?! — кричал корреспондент.

— Как вы считаете, двойное приглашение увеличивает ваши шансы стать императрицей? — перекрикивала первого коллега.

— Газета «Око правды». Вы пользовались черной магией, чтобы попасть на отбор?

Я старалась игнорировать репортеров и шла вперед. Не заметила, как ко мне подошли.

— Госпожа Софья Лебедянская? — обратился мужчина в мундире. — Вацлав Коршун. Пройдемте, я отвезу вас во дворец.

Мужчина, которого я видела в ратуше, и еще четверо гвардейцев обступили меня и повели сквозь толпу. Из аэропорта мы прошли к черному мобилю, двустворчатая дверца которого открылась передо мной. В салоне уже кто-то сидел. Пассажир выглянул из машины, давая прессе его сфотографировать.

Гавриил в черном камзоле, расшитом серебряной нитью, приветственно махнул рукой в белоснежной перчатке. Истерический крик, который поднялся за моей спиной, я буду вспоминать в кошмарах. Вмиг машину обступили гвардейцы, отгораживая императора от фанаток и прессы. Я заскочила внутрь, и мобиль поехал. Гавриил безразлично смотрел в затемненное окно, в которое стучали его почитательницы. Кроме нас, в салоне сидели Вацлав и еще один незнакомец.

— Все прошло хорошо, — сказал Вацлав Гавриилу. — Завтра каждая газета будет пестрить статьями о том, что сам император приехал лично встретить претендентку.

— А все не так плохо, как вы рассказывали, Ваше Императорское Величество, — произнес безымянный, осматривая меня с ног до головы. — Переодеть, умыть, подкрасить — и выйдет симпатичная неяра.

— Рэтта, — поправила его. — И я умывалась.

Почему-то слова про грязь меня задели больше всего.

— Да кто же спорит? Вещи тоже специально для дворца подбирала? — ехидничал хам.

Мне его ироничный тон не понравился: худощавый, с выбритым лицом и идеально уложенной прической. Он был красив, но его красота была вычурной, за гранью мужской привлекательности.

— Можно посмотреть?

Не дождавшись моего разрешения, схватил чемодан и раскрыл его. Засунул руки и тут же брезгливо отдернулся — его ладонь была в крошках. Я покраснела от пяток до кончиков ушей — теперь все присутствующие будут считать меня неряшливой.

— Это мои личные вещи! Что вы себе позволяете?! — выхватила чемодан, закрыла и прижала его к себе.

— Голубушка, я же из лучших побуждений, ты же на пугало похожа. — Он дернул за ручку, но я держала чемодан цепко. — Отдай. Это нужно сжечь.

То ли нервы сдали, то ли меня задело хамство, но я не задумываясь ослабила хватку. Незнакомец довольно улыбнулся, а я со всего маху ударила его кулаком в глаз.

— Ай! Что за животное?! Что за манеры?! — запричитал побитый, закрывая место ушиба рукой.

Я перепугано прижала свое богатство к себе, когда Гавриил и Вацлав громким хохот взорвались. Кажется, помощник императора даже прослезился. Незнакомец обиженно надул губы — не ту реакцию он ожидал.

— Я с этой дикаркой работать не буду! — манерно сложил руки на груди.

— Станис, не накручивай! Это всего лишь девчонка, — обратился к нему Гавриил.

Лицо Станиса смягчилось.

— Ради Вас, император Гавриил, готов стерпеть любые вероломства, — и с прищуром посмотрел на меня.

Я ответила ему тем же «теплом» во взгляде.

Мобиль остановился. В борьбе за чемодан я даже не обратила внимания, куда меня привезли. Дверки распахнулись, и я вышла на улицу.

Огромные арки из вьющихся растений подсвечивались светом высоких фонарей на тонких латунных ножках. Белые бутоны украшали лиственный свод. Легкий ветерок поднимал опавшие лепестки и разносил по уложенным ровной брусчаткой аллеям, ведущим к огромному сияющему фонтану, за которым открывалось великолепие императорского дворца.

Гавриил резко дернул меня за плечо, оборачивая к себе. Вацлав и Станис пошли вперед.

— Это не значит, что я поощряю твои деревенские выходки. Не забывай, зачем ты здесь. Я не позволю тебя обезьянничать, ты должна выполнять свои обязанности, — с резкими нотками в голосе обратился ко мне император.

Я уничижительно посмотрела на его руку на моем плече. Гавриил заметил это и, разжав пальцы, убрал ладонь.

— Я не игрушка, чтобы со мной обращались, как кому вздумается. Да, у меня обязательства, но не рабский контракт, — мой голос подрагивал, я деликатно подбирала слова, понимая, что могут быть последствия. — Пожалуйста, Вы и Ваши слуги, соблюдайте дистанцию, иначе у нас ничего не получится.

Его черные глаза пронизывали насквозь, Гавриил смотрел на меня внимательно, изучающе, словно вымерял по голосу, сколько в моих словах правды и лжи.

— Ты не только претендентка Марьяна. Нельзя, чтобы тень твоих выходок легла на мое имя. Не разочаровывай меня, Софи. Тебе же хуже будет, — угрожающе произнес он.

Мой ответ застрял в горле. Гавриил развернулся и ушел, прекращая нашу перепалку. Вслед за ним бесцветной тенью последовал Вацлав.

Глава 3

Третья глава

— Кх-кх… — прозвучал мужской голос над головой.

Я открыла глаза и натянула одеяло чуть ли не до носа. Растерялась: где я, почему не дома, и кто стоит возле моей кровати, отгороженной тонким балдахином?

— Ты подниматься собираешься, милочка? Или пролежишь в кровати до конца отбора? — произнес Станис.

Понемногу пришло понимание, где я нахожусь: вчера после разговора с Гавриилом он привел меня в эту комнату и сказал, что на время отбора она моя. Я была настолько утомлена перелетом, что ничего не спрашивала. Да и, чего скрывать, у нас со Станисом возникла обоюдная неприязнь.

— Может, ты отвернешься? Я вообще-то в ночной сорочке.

Хмыкнув, развернулся ко мне спиной и стал рассматривать картину на стене, но его противный голосок, казалось, звучал над ухом.

— Это мешок, а не ночная сорочка. Я такой тряпкой не стал бы даже мыть мобиль.

Я торопливо спряталась за ширму. При дневном свете все казалось другим. Кровать — верх роскоши, большая, с мягким матрасом. Диван и два кресла на позолоченных ножках. Рядом небольшой кофейный столик. На стенах деревянные панели с вырезанными розами и завитками, на полу — паркет. И собственная ванная — туда я и заскочила, схватив платье.

— Ты меня теперь всегда будешь сопровождать? — крикнула ему из комнаты.

— Еще чего! Я императорский портной, отвечаю за гардероб Гавриила. Он попросил меня сделать из замухрышки из глубокой канавы более-менее приличную барышню. У тебя в обед открытие отбора. Вот я и пришел, чтобы сводить деревенщину по магазинам.

И без того недоброе утро портилось с каждой секундой.

— А где будет открытие?

— В рубиновом зале дворца. Ты там долго? У меня своих дел много, еще и тебя навязали.

Я надела новое, но смятое голубое платье. Щелкнула пальцами — и складки расправились, а крошки пропали. Улыбнулась отражению и вышла.

— Я никуда с тобой не пойду. Спасибо императору за заботу, обещаю — голой по дворцу бегать не буду.

Подошла к туалетному столику, села на мягкий пуф, видя в отражении недовольное лицо портного.

— Не сильно и хотелось, — Станис вышел из комнаты, хлопнув дверью.

Взяла щетку и стала расчесывать белоснежные пряди. Гребешком заколола волосы набок. До обеда было еще время, но сидеть в четырех стенах не хотелось. Робко вышла из комнаты, наложила на дверь заклинание — оно не пустит никого, кроме меня. Еще вчера нужно было это сделать, и тогда капризные портные не будили бы меня по утрам.

Я оказалась в просторном коридоре. На стенах — портреты монархов в золотистых рамах. Вокруг тишина. Я решила поискать того, кто подскажет дорогу в рубиновый зал.

Вышла к двойной лестнице с золотистыми вензелями на балюстраде. И мне, наконец, встретился лакей. В его глазах проскользнуло непонимание, но потом он посмотрел на браслет на моей руке, смягчился и предложил посетить ботанический сад или сходить в музей, расположенный в другом крыле — рубиновый зал был еще закрыт для приема гостей.

Я решила пойти в сад — от помпезной роскоши дворца рябило в глазах.

Клумбы тянулись вдоль дорожки к стеклянному зданию. Его скрывали кроны ив, и пока я шла в их тени, разглядывала причудливые объемные рисунки, образованные хорошо подобранными растениями. Наконец, мне открылся вид на похожее на дворец строение: с башнями и шпилями, литыми горгульями, и стенами, имитирующими кирпичную кладку. Возле полукруглой двери виднелась табличка: «Ботанический сад Леопольда Соколова». Я вошла внутрь и сразу спугнула стайку бабочек — они взметнулись под стеклянный купол. Прошла дальше, и в страхе отступила назад — дерево сакуры колыхнулось с такой силой, что показалось живым. Только я уняла сердцебиение, как клок зеленой травы, торопливо перебирая корнями, перебежал дорожку. Он походил на ежика. За ним следовали еще три пучка, как маленькие ежата.

Возле меня вдруг появилась любопытная колибри, я протянула руку, и она села на палец.

— Какая ты красивая, — сказала ей, рассматривая необычный окрас.

— Сюда посторонним вход воспрещен.

Из кустов вышел садовник с серой рабочей рубахе и штанах и высоких сапогах. Он оказался молод, широк в плечах и высок. Русые волосы с легкой рыжиной падали на испачканное землей лицо длинными прядями, а глаза его просто невероятные — бледно-голубые.

— Простите, я сейчас же уйду. Лакей сказал, что я могу посмотреть ботанический сад, видимо, я не туда зашла.

— Он говорил про другое место. Это закрытые владения… Постой. Ты, вообще, кто такая?

— Меня зовут Софи. Я участница Крылатого отбора.

Протянула ему руку, давая рассмотреть обручальный браслет.

— Ян, — он пожал руку и обворожительно улыбнулся. — Не признал в тебе невесту императора. Раз ты уже не посторонняя, могу показать редкие цветы.

Он говорил дружелюбно, и я приняла приглашение.

— С удовольствием.

Мы прогуливались по саду, Ян рассказывал о растениях, за которыми присматривает. Леопольд Соколов — бывший император — завещал заботиться о Ботаническом саде, наполненном диковинками, которые заставляли меня удивленно вскрикивать и с замиранием сердца наблюдать за чудесами живой природы. Ян тепло улыбался и тихонько посмеивался, но мне было все равно, я радовалась, как ребенок.

Мы остановилась возле куста черных роз, я коснулась бархатного лепестка и вдохнула аромат.