Охота на разведенку. (без редактуры)

Как в глаза ему смотреть? Марина была уверена, что стоит только увидеть его, и она на ногах не удержится. И так вчера весь день потратила на то, чтоб хоть немного восстановиться. И вот, даже простое упоминание о нем уже настолько выбило из колеи.

Свой выходной Марина провела с сыном. Проснувшись в первом часу дня, она подключила умерший телефон в сеть, покачала головой, поразившись количеству звонков и смс от Васи и Амира. Тоже мне, кавалеры! У них из под носа девушку забрали, в наглую утащили, а они только звонками ограничились. Очень заботливо. И сразу понятно, насколько готовы эти псевдо-друзья к отношениям. И каких отношений они хотят. Впрочем, это сразу было понятно, но, боже мой, как она ошибалась на их счет!

Вспомнилось их выразительное переглядывание в ночном клубе, и Марину затошнило. Нет, все эти встречи группы поддержки надо прекращать. На это нет времени и сил. И желания тоже нет. Марина ограничилась коротким смс о том, что все хорошо, и, игнорируя разрывающийся телефон, начала приводить себя в порядок.

Забрала Артема из школы, повезла в детский парк, спустила совершенно неприличную сумму на аттракционы и кафе, прекрасно осознавая, что, вполне возможно, в этом году они уже сюда не попадут.

Глядя на радостного сына, его веселую мордашку, слушая звонкий голос, Марина забыла на время о своих личных передрягах. Вот оно, чистое, незамутненное счастье.

Внезапно стало ужасно стыдно перед сыном. Как она могла? Как она умудрилась устроить все это?

У него ведь детство, самая счастливая пора, самая радостная! Он потом всю жизнь будет вспоминать именно это время, как что-то светлое, лучшее! А его мать сумасшедшая с папашей-кобелем умудрились его испортить. Чувство невероятной обиды за своего мальчика нахлынуло, затапливая.

Нет уж, хватит! Хватит играть в обидки, хватит погружаться в себя, в свое несчастье, хватит носить это в себе!

Вот он, рядом, самый главный человек в ее жизни, бегает, с умилением разглядывая живых кроликов в вольере, скармливает им морковку, дергает ее за рукав, куда-то тащит, возбужденно попискивая. И она обязана сделать его жизнь как можно более счастливой, наполненной вот такими яркими событиями, чтоб вытеснились воспоминания о последнем страшном годе, о ссорах, драках и ругани в доме. О внезапном равнодушии отца, о безразличии бабушки и дедушки.

Пусть только хорошее вспоминает. Веселую маму, яркий солнечный день, качели, пушистых кроликов с кроткими глазами…

Марина решительно отключила телефон и полностью погрузилась в общение с сыном.

И, засыпая вечером в обнимку с моментально вырубившимся Артемкой, даже и не вспомнила ни о гнусных друзьях мужа, ни о самом муже. Ни о горячих настойчивых руках такого страстного, сильного случайного мужчины, с которым провела прошлую ночь.

Это все временное, это только краткий эпизод. А постоянное, самое желанное, вот тут, под боком сопит и улыбается.

Магазин открыли, и первые покупатели устремились внутрь. Марина поправила пуговички на груди и настроилась работать. Волка ноги кормят, надо заработать как можно больше, а для этого надо подходить к каждому покупателю, общаться и улыбаться. Много и искренне.

Телефон в кармане начал вибрировать, Марина, мельком глянув, удивилась. Звонил бывший муж. Интересно, зачем?

Но времени отвечать не было, да и запрещала им Евгения по телефону в рабочее время разговаривать, регулярно кто-то из девочек на штраф попадал.

Марина поставила на беззвучку, сунула трубку обратно в карман.

Повернулась как раз в тот момент, когда в отдел начали заходить люди. Навесила на лицо самую лучезарную улыбку и шагнула навстречу. Рабочий день начался.

Примерно через два часа бесконечной беготни по салону, Марина, слегка запыхавшись, в очередной раз наворачивая круг с покупателями мимо входа, с замиранием сердца увидела знакомую высоченную фигуру.

Олег стоял чуть в стороне, не заходя в салон, сунув руки в карманы широкого комбинезона, и наблюдал за ней. Без улыбки, внимательно, остро.

Марина от неожиданности споткнулась, чуть не упав, краем глаза заметила, как дернулся в ее сторону Олег, словно думал, что успеет подхватить, но помощь не понадобилась.

Девушка, выровнявшись, исключительно силой воли заставила себя не смотреть в сторону своего случайного любовника, и переключилась на покупателей.

Две дамы в возрасте, озабоченные правильным выбором дорогого люксового ухода для лица с непременным условием за такие деньги омолодиться минимум лет на пятнадцать, задержали Марину еще на полчаса. С завистью разглядывая ее ровную кожу с минимумом косметики, выспрашивая, чем она пользуется, чтоб поддерживать такой красивый цвет лица, покупательницы не забывали охать над ценами, придирчиво изучать состав каждой баночки и ставить под сомнение каждое слово продавца. Марина очень любила таких клиентов. Опровергая возражения, убеждая, пытаясь найти верный подход, она чувствовала азарт охотника, работать становилось интереснее, хоть и совсем не легче. Зато потом и победа была слаще.

Работая, Марина, несмотря на нервоз от присутствия Олега, чей взгляд ощущался на физическом уровне, словно ожог, все же сумела сконцентрироваться достаточно, чтоб убедить покупательниц, что им необходим не только один крем от известной французской марки, но и вся линейка, то есть уход для глаз, сыворотка, дневной и ночной крема, тоник и средство для умывания. А ровный цвет лица достигается еще и шикарным тональным кремом той же марки.

И да, она именно таким и пользуется. Так что это не природная красота, а чудесное средство.

Женщины, расплачиваясь на кассе, даже не поморщились, когда услышали сумму в полсотни тысяч рублей, ушли довольные, а Марина посмотрела на вход, втайне надеясь, что Олег все-таки не дождался и ушел.

Но массивная фигура никуда не делась, и девушка, собравшись с духом, вышла из салона. Прятаться смысла не было.

-Привет.

Голос после получасового убеждения покупателей был слегка севшим. Марина нерешительно покачнулась на каблуках, гадая, как быть. Подойти ближе, обнять? Поцеловать? Пожать руку???

Подумав, как бы выглядела последняя сцена в свете того, что они творили недавно в постели, она не смогла сдержать улыбку.

Олег, спокойно и без напряжения смотревший, как она подходит, как мнется, как нервно сжимает пальцы, сделал шаг навстречу и положил большие горячие ладони на вздрогнувшие плечи, словно беря в плен, замыкая в оковы.

- Ну привет, Красная Шапочка. Или ты Золушка? Судя по тому, как заставляешь за собой бегать, точно Золушка…

- Я не заставляла… - запротестовала Марина, нерешительно поводя плечами.

Она себя чувствовала очень неуютно и взбаламошенно.

В голове за секунду проносились десятки мыслей одновременно. От ужасной, о том, что подумают о ней коллеги, которые сейчас наверняка вовсю глазеют, как ее обнимает мужчина прямо у порога салона, до сладкой, о том, какие невероятно горячие, просто огненные у него ладони, что он ими сейчас прожжет ее халат, что у него, оказывается, не темные, а светлые глаза, серые, с янтарными вкрапинками, и губы такие красивые, и выглядят жесткими, но на самом деле нежные и мягкие, и волосы немного присыпаны какой-то строительной трухой, и шея в раскрытом вороте комбеза безумно притягательная, так и хочется лизнуть, а потом укусить, как тогда, ночью, ведь это же ее засос там виднеется? И голос такой царапучий, прямо ноги отнимаются, дрожат, хорошо, что держит, вот бы поцеловал, губы словно огнем горят, и он говорит что-то, он спросил, сказал, и надо ведь отвечать, и она уже что-то ответила даже, сама не понимая, что…

Руки сжались, скользнули ниже, к талии, обхватывая, придерживая, притягивая ближе, дыхание грубело, становилось ясно, что просто так отпускать ее не собирается, что сейчас поцелует, и тогда ноги совсем откажут, и голова, а тело уже предало, уже дрожит, уже сжимается, уже готово, и что это вообще такое, и как такое вообще может быть, и…

Но тут Марина, каким-то чудом сумев отвести взгляд от его лица, увидела в витрине салона Пашу, отчаянно сигналящего и указывающего на вторую дверь, выходящую прямо на стоянку. Марина с огромным трудом заставив мозг включиться в работу, поняла, что Евгения на подходе, и Паша пытается спасти ее от штрафа.

Ужас от мысли, что сейчас директор застанет ее обнимающейся в рабочее время со строителем, мгновенно отрезвил, и Марина дернулась, пытаясь высвободиться.

- Мне идти… - Забормотала она умоляюще, понимая, что не отпустит он ее просто так. Что ему до ее проблем! - Директор сейчас…

- Золушка, ты не убегай больше, - он немного разжал объятия, обозначая намерение отпустить, но все еще придерживая, - я там в карман тебе номер сунул, позвони, как освободишься, я тебя подхвачу.

- Нет, нет… - Марина опять рванулась, нервно оглядываясь на двери, в которых вот-вот должна была появиться Евгения, - я не могу, я не…

- Без вариантов, малышка, это без вариантов. - Руки опять сжались крепче, взгляд стал жестким и серьезным.

Олег придержал ее подбородок, заставив смотреть в глаза, не отрываясь.

- Без вариантов. Я встречу. И чтоб никаких других…

Марина же, поглощенная только тем, чтоб побыстрее вырваться из его рук, кивнула, постаравшись не ежиться от внезапного холодка по спине. Слишком уж взгляд у него был… Тяжелый. Обещающий. Предостерегающий.

Он еще секунду постоял, потом едва заметно качнулся, словно хотел поцеловать, но Марина отпрянула. Поцелуй на глазах у коллег - это вообще несмываемое пятно и предмет пересудов до конца ее работы здесь.

Олег, наконец, разжал руки и с видимым сожалением отпустил свою добычу.

Марина побежала на рабочее место, скользя по гладкому плиточному полу и не оглядывась, всей душой надеясь, что эту сцену, кроме Паши, никто не наблюдал, и что директор еще не пришла.

Будоражащие воспоминания о жадных прикосновениях, тяжелом подчиняюшем взгляде, о своей кроличьей, блядской беспомощности перед ним она убрала как можно дальше, в темный закуток мозга, где и надеялась их похоронить.

И домой пораньше отпроситься.

Потому что опасалась, что он может ждать у входа в конце смены.

Ведь ни звонить, ни встречаться с Олегом она больше не собиралась.

Нет, не собиралась.

8

Рабочий день, начавшийся с крупной продажи, продолжал радовать.

Пришел еще один постоянный покупатель, Марат Ринатович, и Марина с улыбкой пошла к нему навстречу. Мужчина посетовал, что не застал ее вчера, спросил, как прошел выходной.

- Все хорошо, спасибо, - Марине было приятно общаться с ним, словно в лучах теплого солнышка грелась.

Чувствовался в пожилом, но еще очень крепком мужчине стальной внутренний стержень, тот, что заставляет окружающих женщин тянуться на чисто инстинктивном уровне, серьезность, обстоятельность, житейский опыт. Надежность. То, чего не хватает обычно в сверстниках.

Марина мимолетно подумала, что в Вадике точно этой надежности не ощущалось. Наверное, даже наоборот, именно она в большей части принимала какие-то решения, касающиеся семьи, их совместного будущего. Постоянно преследовало ощущение, что стоит ей хоть на миг отпустить ситуацию, и что-то произойдет. Так и случилось.

Марина заставила себя отрешиться от грустных воспоминаний. Они ей ничем не помогут, поэтому надо настраиваться на позитив, улыбаться и работать.

- Мариночка, а как вы работаете? В каком графике? Чтоб мне в следующий раз не приходить впустую…

- Я работаю два через два, но иногда выхожу подменять коллег, а перед Новым годом вообще без выходных практически весь декабрь, - объяснила Марина по пути к стеллажам, - но вам не надо отслеживать мой график, Марат Ринатович, я уверена, что другие девочки смогут точно так же, как и я, предложить вам выбор…

- Нет, Мариночка, - твердо и уверенно, по-директорски, заявил покупатель, - я хочу только вас… То есть, - торопливо исправился он, - только вы мне подбираете нужные вещи, словно знаете меня от и до…

Марина вежливо улыбнулась, не зная, как ответить на комплимент. Оговорку она предпочла не заметить, списав на неловкий речевой оборот.

Марат Ринатович больше не настаивал на дополнительной информации, как всегда, очень быстро выбрал все, что предложила Марина.

И уже на кассе, расплатившись, помедлил:

- Мариночка, если вы не уверены, в каком графике будете работать, то можно поступить проще. Дайте мне свой номер телефона. Буду звонить исключительно для того, чтоб узнать, работаете вы или нет.

Марина немного зависла, не зная, как реагировать на такую просьбу. Все-таки давать свой личный номер покупателю - это как-то чересчур…

Но тут вмешалась кассир Наталья, слышавшая весь разговор:

- Вы можете позвонить в салон перед поездкой, и вам всегда с удовольствием…

- Девушка, - холодно прервал ее Марат Ринатович, даже не посмотрев в ее сторону, - прошу вас не вмешиваться в разговор.

Затем как-то неожиданно властно взял Марину под локоток и отвел в сторону:

- Простите меня за этот тон, Мариночка, но не люблю, когда посторонние… Впрочем, неважно… Не хочу звонить в салон, да и телефон может быть занят… Лучше напрямую.

Марина, пораженная неожиданно открывшейся настойчивостью покупателя, была вынуждена согласиться и продиктовала ему свой номер.

Марат Ринатович забил его в телефон, сделал дозвон и попрощался, оставив Марину в недоумении.

Успокоив расстроенную грубостью покупателя Наталью, Марина наконец-то получила десять минут отдыха.

Уже сидя в подсобке с чашкой чая, она достала из кармана плотный кусок картона.

Олег Юрьевич Ремнев. Номер телефона.

И все.

Больше никаких опознавательных знаков. Кто он, где работает.. Хотя, здесь тайны не было, его рабочее место она сама видела.

Странно, что у рабочего вообще есть визитка, хотя по нынешним временам… Марина припомнила, как в школе их одно время заставляли делать визитки, была такая блажь у руководства. Правда, за свой счет…

Так что, может, и ничего странного. И отсутствие информации тоже можно понять. Что писать-то? Строитель? Сварщик?

Черт, она даже не знала, кем он там работает, внизу.

Кем работает не знала, как фамилия, не знала, зато в постель прыгнула после пары слов. Хороша, ничего не скажешь…

Марина убрала визитку в карман, проверила телефон. Помимо последнего номера, который она забила в книжку, высвечивался опять номер бывшего.

Вадик звонил четыре раза. Странная настойчивость. Может, что-то случилось? Может, что-то с Артемкой? До нее не дозвонились, позвонили отцу…

Сердце тяжело стукнуло в груди, Марина, пытаясь унять нервную дрожь пальцев и не паниковать заранее, набрала номер.

Вадик ответил сразу:

- Ты чего трубку не берешь? - как всегда в последнее время с наезда начал он разговор, - я уж думал, в черный список меня сунула…

- Вадик, что такое? Ты чего звонил? - перебила Марина торопливо, страшась услышать что-то плохое.

- Давай встретимся, Марин, лучше сегодня. Хочу сказать кое-что.

- Вадим, зачем? Мне некогда, и Артема от мамы надо забрать, а то поздно потом будет.

- Марин, ну дело есть серьезное. Позвони маме, пусть у нее переночует.

Марина не стала говорить, что сын совсем недавно уже ночевал у бабушки, и второй раз за неделю - это многовато.

- Давай я его заберу, сходим погуляем все вместе, - предложила она, уже заранее представляя, как обрадуется Артемка отцу.

- Нет, давай в другой раз, завтра, например, - торопливо перебил ее Вадим, - у меня к тебе разговор серьезный, он отвлекать будет.

Марина, которую резануло это “отвлекать” по отношению к сыну, хотела уже сказать что-то грубое и положить трубку, но вдруг подумала, что, возможно, Вадим хочет пообщаться по денежному вопросу. За все время, с тех пор, как ему назначили алименты, он ни разу еще не платил. Хоть и присудили ему минимальную сумму, потому что в тот момент он нигде не работал, но даже эти деньги были бы очень кстати. Может, Вадим устроился на работу и теперь хочет поговорить о возмещении?

Марина ответила согласием, сказала, куда подъезжать, указав время на час раньше , чем закрывается магазин. Она была уверена, что сумеет отпроситься, ведь сама никогда не отказывала коллегам, если надо было задержаться. Мама без проблем, даже с радостью, согласилась взять Артема на ночь к себе, но Марина все равно чувствовала себя неловко. Вот ведь кукушка!

Но попереживать толком не получилось, потому что в подсобку зашла Светочка, по глазам которой было ясно, что сейчас Марину будут мучить насчет неоднозначной реакции ее покупателя на кассира и вообще, поэтому, быстренько допив чай, девушка побежала на выход, отмахиваясь от преследующей ее коллеги.

Все равно ничего путного она ответить не могла. Кто его знает, что переклинило обычно очень спокойного и вежливого покупателя?