Прайм Поинт (издательская редактура)

– Ближе к телу.

– Окей. Вот снимки с метеоспутника, с момента образования этой чудесной бури, точнее с 19.30 восемнадцатого февраля этого года, – Филипп перестал дурачиться и протянул планшет.

– Это как с 18 февраля? Она же только утром появилась, – Рыбаков взял планшет.

– А вы присмотритесь повнимательнее, Роман Владимирович, – Филипп сделал ударение на последнем слоге отчества, – вникните в, так сказать, необычность происходящего.

Роман неспешно пролистал снимки. Аномалия – ничем не примечательное, тёмное пятно на карте местности. Правда, с каждым снимком его объем увеличивался.

– Вникли? – Филипп сунул руки в карманы и улыбнулся.

– Пока не очень, давай заканчивай выделываться и объясняй, – Рыбаков с трудом подавил желание затушить сигару о пуховик Филиппа.

– Все как бы, просто. Вот это маленькое помутнение в десяток метров квадратных, – Филипп ткнул пальцем в снимок, датированный восемнадцатым числом, – это зарождение нашего явления, «Prime Point» – что для тех, кто закончил хотя бы школу, значит «начальная точка». Хотя кого мы обманываем, Рома, где здесь образованные люди? Пусть будет просто и со вкусом – Аномалия Филиппа Бородачева, то есть меня.

– Что это вообще? – Роман перебирал в памяти возможные ассоциации. Ближайшей была песчаная буря. Вот только пустыней здесь и не пахло.

– Весьма оригинальная конвективная деятельность.

– А если на русском?

– Пока не знаю, – Филипп жизнерадостно улыбнулся. – Одно могу сказать – это то, что сделает меня известным на весь мир. Пахнет серьезными грантами.

– Пахнет людскими жертвами, Филипп. В зоне твоей Аномалии шесть населённых пунктов, и ни с одним из них нет связи.

– Приземлённый вы человек, Роман Владимирович. Ну да ладно. Начиная с момента своего зарождения и до восьми часов сегодняшнего дня, Аномалия вела себя вполне спокойно, увеличившись всего на несколько десятков метров в диаметре. А вот потом она словно взбесилась, захватив территорию почти в шестьсот километров квадратных. Вчерашний снегопад я в расчет не беру – это вполне обыденное явление.

– Мы совсем не можем увидеть, что там внутри?

– Это абсолютно невозможно с доступных нам спутников. Хотя, думаю, и пендосовские не помогут. Чёрт, меня возбуждает это явление, – Филипп мечтательно закатил глаза. – Почти так же сильно как Мила. Кстати, где она?

– Мне нужно чтобы ты провёл внутри Аномалии замеры скорости ветра, температуры воздуха, проницаемости среды и дал чёткий ответ, можно ли туда отправлять МЧС, – Рыбаков вернул собеседника в конструктивное русло разговора.

– Совершенно исключено, я ближе к ней не стану подходить, – Филипп помотал головой.

– И почему же?

– Это может быть опасно. Радиация, излучение, да все что угодно.

– А здесь не боишься стоять?

Филипп вытащил из кармана дозиметр и помахал у Романа перед носом.

– Не-а, здесь все в порядке. Я ассистентов отправил поближе подойти, замеры сделать. Будем пока удалённо изучать явление.

– Ассистентов, значит, не жалко?

– Их заменить можно, а меня нет. Я интеллектуальный потенциал группы. Меня нужно беречь.

– Филипп, шуруй со всеми делай анализы.

– Моя работа думать и делать выводы. Анализы любой ассистеньтишко собрать может. Я пока займусь организацией лаборатории.

– Через час мне нужен предварительный отчет, о том насколько опасно внутри, лаборант ты хренов, – Рыбаков бросил в снег недокуренную сигару.

Филипп как всегда, бесил. Но, несмотря на раздражение, Роман продолжал обдумывать полученную от ученого информацию. Место, в котором зародилась Аномалия, находилось как раз возле трассы, по которой восемнадцатого числа проследовал автобус 12–21. Рыбаков припомнил данные из отчета: выходило, что автобус проехал вблизи аномалии примерно в 20:40, то есть всего лишь спустя час после её образования. Есть ли связь?

– Роман Владимирович, – подошёл Дима, – приехали губернатор, мэр и…

– Их свора, – закончил Рыбаков, взглянув на приближающуюся к нему делегацию.

Высокий пузатый чинуша с мясистым лицом шествовал впереди, за ним покорно семенили человек десять менее важных особ. Лицо губернатора искажала гримаса бешенства, он повернулся к своим спутникам и резко взмахнул рукой. Отголоски отборного мата докатились до Романа. Несколько репортёров с камерами замерли вдалеке. Наряд милиции не подпускал их ближе.

– Что у тебя? – губернатор одарил Рыбакова небрежным взглядом.

Остальные члены делегации благоразумно последовали примеру руководителя, не здороваясь с Романом.

– Эксперты моей группы производят измерения, ждём результатов.

Чиновник побагровел:

– Какого хрена ты делаешь какие-то измерения?! В городе девять трупов за неделю. Тебя зачем сюда прислали вообще?

– Разобраться в ситуации, – Рыбаков совершенно спокойно рассматривал чинушу.

– А мне что, своих идиотов тут мало? – губернатор «закипал».

– Не знаю, вам виднее. Это вообще проблема нашей страны.

– Чево?

– Слишком много идиотов.

– Ты что, охренел? Немедленно займись тем, что тебе поручено. – Чинуша отвернулся, показывая всем видом, что разговор окончен. – Тимохов, сколько…

Роман пожал плечами и вновь повернулся к стене тумана. Показалось, или туман подполз к городу еще ближе?

– Я что неясно выразился, как там тебя, Рыбчиков? – голос губернатора вклинился в размышления.

Роман повернулся. Левый глаз руководителя области слегка подергивался.

– Мне что звонить, и просить прислать сюда нормального следователя? Ты вылетишь на хрен со своей должности у меня в течение часа!

Роман на пару секунд прикрыл глаза и сделал глубокий вдох:

– Моя должность не такая важная, чтобы волноваться за ее потерю. В отличие от вас, Виктор Александрович.

– Что?

– У вас девять трупов в городе, куча без вести пропавших, стихийное бедствие, в эпицентре которого шесть населённых пунктов. Ваши трудности множатся с каждым часом. Меня отправили помочь вам разобраться в ситуации, а вы мешаете мне работать. Я могу отдать команду своей группе грузиться на машины и возвращаться в столицу прямо сейчас, если в нашей помощи нет необходимости.

Чиновник опешил на секунду. Дима едва заметно улыбнулся.

– Если к вечеру не будет подвижек в обоих направлениях, все здесь присутствующие будут уволены, а некоторые пойдут под суд! Смирнов, оставайся и контролируй ситуацию, обо всем немедленно докладывать мне, – губернатор резко развернулся и зашагал в сторону внедорожников.

Осиротевшая делегация потянулась было следом, но помощник губернатора Смирнов захватил инициативу в свои руки:

– Никто никуда не уходит. Иванюшко, что там с твоими МЧС-никами?

– Пять часов назад направил две группы к деревням, на связь никто не выходит.

– Ну так пошли еще.

Роман на секунду опешил:

– Вы что отправили туда спасателей?

– Конечно, – Смирнов приторно улыбнулся, – не спим, работаем.

– Почему с нами не согласовали? Там может быть опасно, – сдерживать себя Роману становилось все сложнее.

– А с каких пор ваша следственная группа занимается стихийными бедствиями? Вам ведь поручено расследование убийств, не так ли?

– Вам уже должен был прийти приказ из столицы о расширении полномочий моей группы. Вся территория под карантином, без моего ведома туда не должен войти ни один человек, и выйти тоже, – Роман повернулся, собираясь уходить.

– Наверное, завалялся где-то ваш приказ. МЧС-ники, кстати, все проверили, никакой опасности для здоровья людей обнаружено не было. И позвольте полюбопытствовать, что там с убийствами? – Смирнов продолжал слащаво улыбаться. – А то, понимаете ли, президент интересуется. Или может, сами ему доложите?

Роман мысленно послал Смирнова подальше, но ответить пришлось:

– Ведутся оперативно-розыскные мероприятия. Не спим, работаем.

– Ну это мы знаем, вы же в тандеме можно сказать с нашими правоохранителями работаете, – чиновник покосился на усатого подполковника в милицейской форме. – Отвлекаете оперативников на поиск каких-то непонятных личностей, вместо того что бы ловить маньяка. Не объясняете ничего.

– Никакого маньяка нет. В городе действует несколько групп хорошо вооруженных и подготовленных боевиков, которые занимаются устранением людей. Ваши оперативники получаю столько информации, сколько нужно для выполнения конкретных задач. А большего им знать и не положено.

– Какие боевики? Что за бред? – Смирнов развел руками, и повернулся к подполковнику, всем видом показывая, что не слышал большей чуши.

– Тупая версия, – подполковник заулыбался.

– А какова ваша острая версия? – Рыбакова бесила эта кучка самовлюбленных начальничков.

– Действовал маньяк, это очевидно даже ППС-нику должно быть.

– То есть в течение недели ваш маньяк сумел убить девять человек?

– Да.

– Отрубить им головы, пытать, не оставить ни одного свидетеля, не засветится нигде?

– Я уже сказал.

– Угу, в разных районах города. Весьма трудолюбивый тип, этот ваш маньяк, – Рыбаков продемонстрировал подполковнику саркастическую усмешку.

– Да. А что тебя так веселит?

– Ваша версия с маньяком, она весьма забавна.

Лицо подполковника и без того багровое от пьянок, приняло пунцовый оттенок.

– Ты, твою мать… сопляк, меня ещё учить будешь. Я двадцать лет…

– Викторович, остынь. О твоих подвигах в снабжении мы все знаем, – Смирнов сунул руки в карманы пальто. – Может просветите нас более подробно относительно этих боевиков, господин Рыбаков? Не знаю, к сожалению, вашего звания.

Роман намеревался уже ляпнуть, что-нибудь откровенно хамское. Уж больно не нравился ему этот скользкий тип, но в этот момент вмешался Дима.

– Есть сигнал сотового, Роман Владимирович. Воронов Егор объявился.

Роман впился взглядом в экран, запоминая адрес, и побежал к машине, на ходу доставая мобильный. Дима не отставал.

– Ермак, красный сигнал! – рявкнул Рыбаков в трубку.

* * *

Ошарашенная делегация наблюдала, как умчалась чёрная ауди, а за ней зелёный внедорожник.

– Придурки столичные, – сквозь зубы выдавил подполковник.

Смирнов задумчиво проводил взглядом автомобили столичных экспертов.

– Чмыхин, – позвал он невзрачного типа в штатском, – какие последние телодвижения совершали наши друзья, перед тем как заставили оперов бегать по городу в поисках всех этих людей.

– Запрашивали у таможенников список пассажиров какого-то автобуса.

– Звони таможенникам. Сейчас же, – Смирнов скривился, рассматривая беспокойную снежную стену у города.

Его подчинённые с тревогой поглядывали на это чудовищное явление, и на их лицах без труда читалось желание убраться отсюда поскорее. Смирнов и сам жаждал оказаться подальше от непонятной бури, но нужно держать марку.

Чмыхин набрал телефонный номер и после недолгих переговоров принялся записывать в блокнотик. Смирнов нетерпеливо ежился от холода, то и дело, поглядывая на сверкающие в тумане молнии.

– Вот, пожалуйста, Александр Васильевич, – протянул список Чмыхин.

– Черт, что за почерк, – Смирнов пробежал взглядом по листку, – Валера, глянь, может, что знакомое увидишь. Интересно, что тут этот хлыщ столичный нашел, в фамилиях этих.

Подполковник уперся взглядом в лист блокнотика:

– Так это ж список убитых людей, что за хрень не пойму…

– Начальник таможни сказал, что это список людей прошедших таможню на рейсовом автобусе номер 12–21 вечером восемнадцатого февраля, – уточнил Чмыхин.