Любимец богов (издательская)

-- Безусловно. Я могу и не быть рабом, но при этом быть шутом. Ведь совсем не обязательно быть одновременно на двух должностях - раба и шута. Это возлагает ответственность и заставляет многое скрывать....

-- Ты можешь это доказать? - Мондрагон был заинтересован.

-- Ну, к примеру, - Мат Фаль понизил голос, - Алый Совет играет роль мудрых советников, но это не мешает им мечтать о большем и до поры до времени скрывать свои устремления, - Поскольку толпа уже разошлась, его слова слышал только король. Асмуг чуть в стороне что-то сурово втолковывал Гарету, который покаянно опустил голову и не знал, куда деть руки.

-- Ты знаешь больше, чем кажется, - Мондрагон внимательно вглядывался в лицо собеседника, - Почему же ты хочешь быть моим шутом?

-- Не каждый день можно приобрести шута и верного советника в одном лице, - Фраза привлекла внимание подошедшего Асмуга. Гарет, бросив последний взгляд, полный ярости на своего так и не побежденного противника, отошел обратно на тренировочный квадрат, вымещая свою злость на чучеле.

-- О, шутов полно! - Асмуг обвел рукой двор, а его взгляд с насмешкой остановился на Гарете.

-- Да, это так, - Мгновенно ответил Мат Фаль, - Глупцов полно, но умного шута найти достаточно трудно. А такой шут в два раза ценнее рыцаря-тугодума. - Ученик Фиднемеса не преминул бросить быстрый взгляд на Мондрагона, тот понял задумку.

-- Хорошо. - Произнес король, подумав несколько секунд, - Ты мой шут и подчиняешься только мне. Тебе открыт доступ в любой уголок замка, никто не смеет тебе чинить препятствия, - Голос короля раскатом пронесся по двору, предупреждая всех. Затем он махнул Асмугу и, резко развернувшись, проследовал внутрь замка.

Мат Фаль, отстав в коридоре, проводил взглядом удаляющуюся фигуру Мондрагона. Задумка удалась, и теперь необходимо правильно распорядиться открывшимися возможностями. Но главное при этом, соблюдать крайнюю осторожность....

10.

Первые дни жизни среди обитателей замка показались Мат Фалю безумно тягостными. Ему еще никогда не было так до отчаяния одиноко. Где-то в Роще остался его брат Мак Гири, почти всегда сопровождавший его и прикрывавший спину. Мало того, стать незаметным и затеряться тоже не получилось, поскольку после устроенного им представления во дворе, Мат Фаль был постоянно на виду. Это был тем опаснее, что по двору постоянно ходили приспешники Алого Совета, в числе которых были и ученики Фиднемеса.

Молодые рыцари тоже не собирались забывать оскорбления, нанесенного Гарету. В своем молчаливом единении они всячески стремились досадить "шуту", не пропуская ни одно его появление во дворе замка, не говоря уже о подножках, попытках столкнуть даже со стены и открытых оскорблениях во время общего ужина, когда в него кидали обглоданные кости или якобы нечаянно выливали вино. Слуги, подстрекаемые этими же забияками, игнорировали Мат Фаля. Здесь ученик Фиднемеса вынужден был применить всю свою хитрость и изворотливость, чтобы просто поесть. Однако положительным моментом было то, что игнорирование распространялось и на выделенную ему комнату у подножия одной из башен в самом дальнем коридоре. Это было единственное место, где можно было спокойно вздохнуть, не ожидая подвоха, и даже немного потренироваться, чтобы поддержать физическую форму.

Присутствуя на всех совещаниях Мондрагона, Мат Фаль сумел понять несколько вещей. Алый Совет все еще выжидает, значит, за Нираксом действительно кто-то стоит, а конфликт за власть лишь способ отвлечь от реальных планов советников. Именно отсутствие достаточной информации сохраняло надежду избежать войны, перенеся все действия в плоскость магического конфликта. Однако вскоре стали поступать сведения о целых ордах оборотней и другой нечисти, уничтожающих целые поселения. Надежда на сохранение мира становилась все более призрачной. Асмуг решил обезопасить собственные владения, поэтому поспешил покинуть Раглан, прихватив с собой и сына. За прошедшие дни Герцог стал испытывать почти болезненную ревность, поскольку новоявленный шут стал необходим как воздух, и Мондрагон не желал принимать решения без него. Асмуг признал в итоге, что советы Феарна всегда разумны и обдуманны, а король всегда прислушивается к ним, оставив свои попытки решать все вопросы напролом. Герцог, нехотя, согласился, что оставляет своего царственного друга в надежных руках, и конца света до его возвращения можно не ждать. Если бы знал Асмуг, насколько конец света близок....

-- Я буду ждать тебя в крепости Асеама, - отводя взгляд, произнес Дарк.

По пути Мат Фалю пришлось выслушать множество насмешек и от рыцарей, и от слуг, отрывавшихся от своих дел. Но он старался не обращать на них внимания и даже не отвечал, как обычно, стараясь не отпугнуть мальчишку, следовавшего как тень и готового сбежать при малейшей опасности. Эйдуфф, попытавшись помешать им пройти, громко высказал свое мнение о никчемных отбросах. Мат Фаль промолчал, сделав вид, что не слышит, толкнув мальчика вперед себя, чтобы не подставить под предательский удар в спину, последовавший после язвительных слов наследного принца.

- Вы просто чудо сотворили, - кивнул Мак Гири.

-- Мы отправимся утром, а сейчас идем...- терпеливо уговаривал Дарк.

- Стой за моей спиной, и не выглядывай, - вновь произнес среди рева магической силы Мат Фаль, полуобернувшись к Гарету. Юноша, сглотнув от испуга, смог только кивнуть.

-- Хорошо, хорошо, - махнул рукой граф, еще не понимая, что его друг всего лишь стремится защитить его.

Влево уходила дорога, ведущая в Раглан и Фиднемес. Однако путники, пересекая ее наперерез, направили лошадей вправо, задев край смешанного леса. Дарк издалека видел, что Мат Фаль сильно побледнел, сжав губы. Его явно что-то тревожило. Переглянувшись с Мак Гири, граф решился подъехать ближе.

-- Ты как сюда попал? - спросил Фаль хриплым ото сна и пережитого испуга голосом.

Ученики привели двух маленьких детей, явно опоенных магическим отваром. Ниракс что-то скомандовал, одного ребенка тут же положили на алтарь. Уркам провел когтем по щеке малютки, запели странное песнопение, от которого кровь стыла в жилах. Мат Фаль передернул плечами в своем укрытии и едва успел закрыть рот рукой, чтобы не выдать себя. Уркам резким движением вырвал сердце ребенка и положил его в поднесенную Нираксом чашу. Бог протянул руку и Эйдуфф подал ему свой кубок. Наполнив его кровью, Уркам отдал наследному принцу, который, отпив, передал своим рыцарям. То же было проделано и со вторым ребенком. Мат Фаль откинулся назад, чтобы больше не видеть этого ужаса, и сидел, молча глота слезы. Когда он вновь решил выглянуть, Уркам уже исчез, растворившись в воздухе сиянием. Остатки крови были вылиты на кресло, которое было пропитано ею, а отнюдь не выкрашено.

-- Ты добровольно идешь в его лапы... Что тебя там ждет? - граф был искренне взволнован.

- Человеческой крови? - спросил Мат Фаль, - Нет, - он наклонился вперед, уперся ладонями о стол, и с яростью заговорил, - Я сидел в тюрьме у Уркама в железной клетке с миской крови под носом, и даже это не заставило меня присягнуть ему, - темноволосый молодой человек заметно вздрогнул, и Дарк понял, кто это. Мат Фаль говорил, что только один человек знает о его слабости и сущности той боли, которую он испытывает от железа. Мак Гири. А Фаль в это время продолжал, - Я поверил в вас, когда вы присягали мне, а теперь, где ваша вера? Где?

Мат Фаль медленно шагнул в свет одинокого факела, горящего напротив ее комнаты. Его глаза не отрывались от лица принцессы.

-- Если все хорошо, то он нас нагонит по следу, - пробурчал Мак Гири.

- Почему ты не убил меня? - тихо спросил Мат Фаль.

В этот момент, прервав неудобные расспросы военачальника, в зал впорхнула Гвиддель. Взгляд ее фиолетовых глаз пробежался по всем присутствующим, едва заметно остановившись на Мат Фале, при виде которого она слегка спотыкнулась, но затем вновь устремилась вперед. В красивом, но немного простоватом для принцессы платье она все равно искренне и открыто улыбалась, приветствуя всех. Дирокс коснулся Гвиддель, поцеловав протянутую руку, а затем сделал приглашающий знак для остальных и повел девушку к столу, усадив ее в кресло рядом с собой. Герцог предусмотрительно выбрал овальной формы стол, чтобы никого не обидеть, но и не акцентировать внимание на гостях из Фиднемеса, которым полагалось почетное место только в том случае, если они официально представлялись, назвав свои имена и ранг.

- Тебе необходимо отдохнуть и поесть, а потом и ему бы что-нибудь принесла, - убедительно проговорил Асмуг, и Гвиддель покинула комнату.

- Да, - кивнул темноволосый, - И где этот твой Митюн? - усмехнулся Мак Гири.

Ученики Фиднемеса запели плавный гимн, который со слезами и отчаянием слушали приходившие в себя пленные Уркама. Голос Мат Фаля перекрыл их голоса, став ведущим, заглушая и направляя. И печаль охватила всех. Люди в замке, взобравшись на стены, могли только ожидать своей участи, наблюдая за торжеством магии, сверкавшей на равнине и олицетворяющей победу Уркама.

-- И что, как тогда все вернулось?

-- Да, но это невозможно! - ответил Асмуг.

-- Ты с ума сошел? - воскликнул Дарк, подбегая к другу и стараясь уложить его обратно.

-- Да, выпустить ярость иногда полезно, - пожал плечами Мат Фаль, - Только угодил в очередную ловушку Уркама....

- А Эйдуфф?

Не попав в сердце, один из воинов поплатился головой, откусив которую оборотень просто выплюнул ее, взревев. Мат Фаль быстро раскрутил магический хлыст, щелкнув им по верху, срубив сразу же несколько голов волкодлаков. Шипение магии, рычание оборотней, крики воинов заполнили все пространство. Сияющий хлыст мелькал над головами, озаряя сиянием кровавую картину.

- Фаль, - первым заговорил темноволосый. Он провел пальцами по волосам, сделав их похожими на растрепанные перья птицы. Глаза блестели, будто от непролитых слез, - Ты живой! Живой! - он шагнул вперед, но был остановлен рукой второго молодого человека, одетого в такую же скромную дорожную одежду. Этот, напротив, был коренаст и светловолос. На широкоскулом лице явным недоверием сверкали зеленые глаза.

-- Ну, - потянул Мат Фаль, загадочно улыбаясь, - Не все в воле Арторикса, пусть поскрежещет зубами.... Мне нужен в Раглане верный человек, - Волшебник потянулся, вставая, - Нужно отправляться в путь, отряд уже далеко, а мы должны прикрывать их. Хотя я не думаю, что Уркам на что-то серьезное решится сейчас.....

- Уезжайте же, - крикнул Дарк, тогда как волк, стремительно подскочив, напугал коня Асмуга, помчавшегося следом за остальными. Гарет помахал рукой, словно общаться с оборотнями было его ежедневным занятием. Белый волк качнул большой головой и развернулся в сторону, откуда уже слышался топот лошадиных копыт. Даны снова атаковали.

-- Пока да, - ответил Мат Фаль, - Но долго он не продержится....

-- Хорошо, - согласно кивнул Мак Гири, - Где тут выход?

- Я родился, как видишь, - слегка поклонился Мат Фаль, придерживая цепь рычащего оборотня.

- Почему? - снова настойчиво спросил Мат Фаль, применяя магическое воздействие.

- Мы пробудем здесь столько, сколько будет необходимо, - улыбка осветила его лицо. - Следующий переход до самого замка Дирокса. Так что переодевайся, я посторожу..., - Передав ей одежду, он сделал несколько шагов в сторону и отвернулся. Она не знала, что Мат Фаль слышит каждый шорох. Ему безумно хотелось обернуться.... Сцепив руки, молодой человек вонзил ногти в собственную кожу. Забыть, избавиться от этого наваждения.... Невозможно.... Он закрыл глаза, пытаясь взять себя в руки.

При приближении к одной из деревень на равнине, зажатой с двух сторон полосами хвойного леса, их насторожила странная, почти жуткая тишина. Напрасно Мат Фаль смотрел в небо - ни одной птицы за все время. Деревня была абсолютно пуста. Кони храпели, настороженно прядая ушами. Волшебники переместились по обе стороны от отряда, собрав всех, как можно плотнее друг к другу. Вырванные ставни, висевшие кое-где на одной петле, распахнутые двери, зияющие черными проемами.... Во второй они почувствовали страх, третья принесла ужас. Пустота. Ни единой души вокруг, только ветер гуляет по безлюдным улицам, заходя в дома. И так вдоль всей дороги до самого замка Крэгивор.

- Приходите на обед, - пылко произнес Гарет, вызвав достаточно суровый взгляд отца, - Все приходите.... Я попрошу накрыть в зале, если Вы, отец, не против, - засмущался юноша.

Люди упали на колени, и к нему взлетели слова молитв, никогда еще не звучавших настолько искренне и проникновенно. Они наблюдали, как ученики скрывались в Фиднемесе, как развевалось черное покрывало. Подобно звезде Мат Фаль сверкнул, озарив их души, позволив понять о себе то, над чем люди никогда не задумывались, и погас, истратив свой свет, свои силы... Они знали его все, не зная о нем ничего. Волшебник избавил их от зла, дал надежду на будущее, позволил Свету вновь осветить их души. Люди узнали настоящую цену Свету и увидели самую глубину Тьмы. Никогда ранее они не знакомились так открыто с учениками Фиднемеса. Только Мат Фаль позволил увидеть в них таких же людей, навсегда избавив от глупого страха перед магией. Да, ученики были не такие, как все. Но они жили ради людей, они боролись и сражались, они отдавали ради них свои жизни. Оказывается, они молоды и задорны, любят веселиться, как обычные люди. И они так одиноки. Всю глубину этого одиночества и олицетворял Мат Фаль.

- По какому праву, и кто Вы? - Дирокс прищурил глаза, метнув взгляд на Фергаса. Военачальник, начавший было движение в сторону казарм, вернулся обратно, чтобы увидеть, как Мак Гири предъявляет Герцогу массивный серебряный перстень с дымчатым камнем - символ Священной Рощи и определенного статуса. Фергас уже догадывался об этом, но все же был удивлен. Однако реакция Дирокса была совсем иной. Его губы сжались, глаза потемнели от гнева, - Вы думаете, колдуны, что я вновь пущу Вас в свой замок? Вам недостаточно было смертей? - Мак Гири молчал, стараясь не делать резких движений. Он прекрасно знал, что за этим последует.

- Можно все решить по-другому, - выступил вперед Дирокс, - Ваше право - наказать, но ведь он столько много сделал....

За воротами начиналась вымощенная булыжником мостовая, вдоль которой стояли каменные здания непонятной конструкции. Очевидно, к каждому постепенно прилепляли то сбоку, то сверху дополнительное жилище. Однако у одних строений была плоская крыша, у других - литые шпили с разноцветными флагами. Здесь у всех были окна с цветными витражами, а жители одеты в добротную хорошую одежду.

-- Ты быстро все схватываешь, - удовлетворенно заметил волшебник. - Нам просто некогда думать о себе. И потом, такие мысли часто порождают страх в душе, а страх - первый шаг к поражению. Запомни это, Дарк.

- Это твой дом, Фаль, - развел руками Рейнор, - куда же тебе идти, как не сюда, особенно, когда весь мир против тебя.....

-- Но железо?

- Нет, - покачал головой Мат Фаль, - Я всего лишь шут..... И еще....Эйдуфф открыто перешел на сторону Совета. Он пытался воздействовать на Мондрагона, я уезжал в спешке, сняв чары, но не уверен, до конца ли.... Присматривайся к действиям короля....

13.

Внутри замок был разделен на галереи в центральном зале, а от него сетью шли разветвленные коридоры. Свернув в один, они почти сразу натолкнулись на Мат Фаля. Гвиддель хотела его окликнуть, но Мак Гири, коснувшись ее руки, покачал головой. Волшебник шел, будто завороженный, легко касаясь пальцами древней стены. Гарет даже внезапно остановился, увидев его в полутьме коридора, пробормотав что-то вроде: "Ничего себе!", и повел гостей дальше, свернув, оставляя странного гостя одного. Молодой рыцарь с честью выполнил поручение, расселив путников в гостевых комнатах, где уже суетились слуги.

-- А дракон что? Передал свою работу тебе? - хмыкнул Дарк.

-- Хорошо, - кивнул Мат Фаль, - будем считать этот вопрос решенным.... , - он медлил, затем заговорил вновь, - В случае малейшей опасности уходите через потайной ход в Фиднемес.... Энтремон, я прошу позаботиться о Гвиддель....

Дарк вздохнул, поражаясь упрямству своего спутника. Ему пришлось тащить обессиленного волшебника, который тяжело передвигал ноги, отдыхая через каждые несколько шагов. Дыхание Мат Фаля стало затрудненным, с каким-то свистом и хрипом. Глаза затуманились, словно покрывшись пеленой.

-- Ты не мог знать, Дарк. Магия не подвластна тебе.... - Мат Фаль сочувственно пожал плечо друга.

-- Вы так всесильны... - Военачальник поежился, осознавая, что такой же ученик рядом с ним.

79.

66.

По знаку Уркама два Советника нанесли магический удар, сваливший волшебника. На него тут же навалились волкодлаки, выворачивая руки. Собственная магия куда-то исчезла, мерцая где-то очень глубоко робким огоньком, которого явно не хватит, чтобы справиться с врагами. Удары сыпались на Мат Фаля, со всех сторон. Он чувствовал кровь во рту, а его били жестоко и целенаправленно. Молодой человек уже не слышал приказов Уркама, отдаваемых отрывистым голосом. Он знал только одно, нельзя обращаться в волкодлака, иначе бог мгновенно подчинит его своей власти. Но именно этого и добивались его палачи. На голову вылили целую бочку крови. Фаль чувствовал, что теряет контроль, но Уркам не должен узнать ни его реальные силы, как оборотня, ни тот факт, что он является признанным королем древних оборотней, вырвав этот титул в жестоком сражении. Открыв эту информацию, Мат Фаль предоставит богу не просто новых слуг - в распоряжении Уркама окажутся оборотни с древней кровью, на которых не действует ни магия, ни привычные методы борьбы с нечистью. И при этом, они не боятся солнечных лучей и не связаны в своем обращении с темным временем суток. Лучше дать себя убить, чем дать такое оружие в руки кровожадного бога, жаждавшего покорения мира.

Он нагнал отряд, но продолжал следовать немного позади, чтобы не вызвать лишних вопросов и неожиданной прыти его лошади. Мат Фаль настороженно вслушивался в звуки, среди которых явно звучали волчьи. В один момент он увидел, как сверкнули глаза Эйдуффа в темноте.... Оборотень давал о себе знать, и скоро он вырвется на свободу. Новообращенные не умеют контролировать себя и свою жажду крови, особенно в первый лунный день. Нечисть теряет любой контроль, хотя до полнолуния стоило бы поберечь силы.

- Демоны, демоны, все демоны! - в ярости произнес Коэль.

-- Что, наконец, здесь происходит? - прервал их Дарк, фактически встав между ними, чтобы привлечь к себе внимание.

- Обратись к мальчику по имени Аргон, - ответил Мат Фаль, - Это незаконнорожденный, но признанный Мондрагоном сын. Скажи, что ты от меня....

-- Да, - поморщился Мат Фаль, - Только не говори Мак Гири, а то он всполошится, а у меня и без того голова что-то разболелась...

- Он пил человеческую кровь, - обреченно произнес еще кто-то. Магический оборотень способен превращаться в любое время, но если он попробует человеческой крови - он навсегда должен остаться в зверином облике, теряя все человеческое, забывая все, что было до этого, способный только убивать.

-- Друга? - нахмурилась девушка. Мат Фаль приподнял брови, стоя в темноте. Такого он, честно говоря, и не ожидал.

- Нет, - Мак Гири умудрился, сидя, отвесить поклон, - О, Великий Лэрд, я всего лишь любопытствую...

Мат Фаль моргнул, приходя в себя, стараясь не показать, что Асмуг застал его врасплох. Откинув волосы, он подтянул ноги, незаметно восстанавливая нормальное кровообращение, наклонился, подняв ремень с мечом. Мак Гири сумел собрать оставшееся оружие в Тиоране, не преминув, правда, заметить, что роль оруженосца - это уже слишком.

-- У меня много способностей, - пожал плечами молодой человек, - И не беспокойтесь о безопасности, я лично все проверил. Вам стоит осушить некоторые проходы, поставив дамбу от речных вод, это позволит использовать все выходы. Я указал, куда они выходят, и как расположены относительно основных построек замка.

- Если бы здесь был кто-нибудь из Рощи, - промолвила девушка, - Они бы вылечили его.... Осторожно, у него спина не зажила....

Замок словно вырастал из гор. Его конструкция была столь великолепна, что посторонний человек в разгар бури никогда бы не обратил внимания на причудливые очертания скал. Но острый глаз никогда не подводил даже уставшего Мат Фаля, все последние дни с отчаянием боровшегося за каждого из своих спутников. Ему пришлось тяжелее всех, ведь это он шел впереди. Все силы были отданы на переход, их уже не хватало на заклинания, но они были нужны для людей и животных, которые вопреки всему с упорством и отчаянием шли вперед, не интересуясь, откуда эти силы. Но волшебник боролся и с самим собой. Несколько бессонных дней и ночей и полном напряжении сил и он стал терять контроль. В таком состоянии внутри начинал поднимать голову оборотень, и удержать его по какой-то причине становилось все труднее. От усталости и холода глаза закрывались сами собой, потрескавшиеся и запекшиеся губы продолжали упорно мерным речитативом читать заклинания. Гвиддель, закутанная поверх собственного плаща в плащ своего возлюбленного, с отчаянием бросала взгляд на его посеревшее, покрытое слоем инея лицо. Именно его все еще крепкая и твердая рука поддерживала ее, заставляя шагать вперед, его рука держала поводья лошадей, которые с какой-то доверчивостью шли за молодым человеком, подняв уши, чтобы слышать его голос. Одно стремление было у всех: дойти и выжить! И они сделали это! Гарнизон замка Тиоран встречал их молчанием и с каким-то благоговейным ужасом. Но усталым и замерзшим путешественникам более важно было отдохнуть. Они прошли труднейший отрезок, сплотившись в единый организм. Только слаженность и доверие позволили совершить чудо, преодолев магическую бурю.

-- Она твоя невеста, - улыбнулся Асеам, - Тебе лучше знать.

В это время двор медленно пустел. Ошеломленные люди чувствовали прилив сил и небывалую радость. Они разговаривали друг с другом, улыбались, шутили, желая порадовать каждого встречного.

- Сделаем, - подтвердил военачальник и заставил всех передать друг другу команду. В руках воинов блеснули кинжалы.

Фаль вынужден был признать, что сил для сопротивления у него больше нет. Он полностью во власти врагов. Каждый мускул болел, каждый вздох давался с трудом. Мат Фаль с трудом открыл глаза, принимая свою судьбу.

- Так...., - потянул Мондрагон, - тебя обследует повитуха, и если это так, твой любовник будет казнен. Оденься!

- Я..., - король поморгал глазами, - Что я делаю?

- Человек? - усмехнулся Мак Гири, - Ваша Светлость, вы никак не поймете... Он - Мат Фаль. Он воспитанник богов, и Катурикс постоянно натаскивал его, требуя порой немыслимого, заставляя сражаться сутками и в одиночку брать замки.... Даже я не знаю, в каких битвах он успел побывать.... Так что, Асмуг, это нас нужно пожалеть, если что-то останется.... Может, желаете присоединиться?

- Любой предмет имеет свою сущность. Если ты хоть раз касался его, то оставил на нем маленькую частицу себя, и его можно призвать.... Эти кинжалы сделаны эльфами с добавлением моей собственной крови. Я могу их найти везде, где бы ни оставил....

- Ты вчера ничего не ел, наверняка, не спал...., - начала говорить Гвиддель, вызвав откровенный смех Мак Гири и Коэля. Дарк спрятал улыбку, прикрыв рот ладонью.

12.

- Я могу помочь, а сейчас главное - именно это, - ответил Мат Фаль, поднимая взгляд.

- Да, я даже просил собирать их торговцев, давая вознаграждение, - кивнул Энтремон, - Мифический волшебник, воспитанный самой Эпонис и другими богами.... Он бы, если бы существовал, остановил Алый Совет....., - сам Фаль подавился во второй раз, - И причем здесь легенды? - Энтремон перевел взгляд на своего племянника, и тот не стал отводить взгляд, позволив открыться тайне, - Ты-ы-ы? - удивленно выдохнул Герцог, - Это ты? Так вот куда тебя занесло.... А про Эпонис и богов, конечно, приврали....

И Мат Фаль шагнул обратно во двор, легко отшвырнув одного из прыгнувших со стены волкодлаков, загородив собой графа Дарка.

-- Чем ты заплатил за это? - проговорила Гвиддель, пытаясь удержать уже поднимавшегося на ноги Мат Фаля.

Мат Фаль упал на пол с рычанием, больше не замечая боли и холода железа. Он старался взять под контроль свои чувства, борясь с волей бога. Поднявшись, молодой человек шарахнулся от собственной тени, очерченной светом луны. Получеловек, полу волк. Жуткий облик волкодлака. Спотыкаясь, он выбрался из подвала и побрел во двор, уже поняв, что замок полностью во власти Уркама и Алого Совета. Гибель прибывших людей теперь была лишь делом времени, но злопамятный бог хотел бы это сделать руками Мат Фаля, чтобы для него не было возврата. Гибель его спутников и Гвиддель стала бы сокрушительным ударом, заставив волшебника окончательно и беспрекословно покориться Тьме. Однако сейчас Фаль представлял опасность и для людей и для прислужников Уркама. Огромный чистокровный оборотень в своем самом страшном облике был совершенным оружием сам по себе. На него не действовала магия, и сейчас он мог спасти людей только одним способом.

- Ты всегда был таким? - решился задать вопрос Дарк, - Или тот укус оборотня... И все ли у вас такие?

Незадолго до полудня во дворе собрались все бароны, Герцоги Опеки, командующие гарнизонов, военачальники и ученики Фиднемеса. Солнце ярко светило на голубом чистом небе. Запах весны наполнял воздух чарующим ароматом. Было достаточно шумно, все переговаривались, спрашивали друг друга. Асмуг стоял чуть позади Мондрагона и почти вровень с братьями Энуорт.

-- Он не может убить Мак Гири, - пояснил Дирокс, - Вы слышали когда-нибудь о духовных братьях? - присутствующие переглянулись и отрицательно качнули головами, - Их души связаны более, чем кровным родством. Они - одна душа, они могут общаться, не разговаривая, брать силы друг у друга.... Но представьте, что от Вас отрежут половину души, отрежут вместе с мясом и кровью...., - Дирокс передернул плечами, - Когда я был в Роще, эти двое были неразлучны.... Над ними смеялись, издевались, но их дружба была чем-то посланным свыше. Мак Гири всегда был "нянькой" Мат Фаля. Где один, там обязательно другой. Мат Фаль напроказничает, отвечает Мак, потому что он был старше. Фаль может тренироваться часами, заниматься магией или отварами, забывая о времени, еде и сне. Мы всегда знали, что напомнит об этом только Мак Гири. Только он способен был отвлечь его...., - голос Дирокс задрожал, став хриплым, и он замолчал.